← Назад к обзору

Огненый дракон сиавший воздушными драконом

Голос Первозданной Тишины

В Оазисе Духов воцарилась пугающая, неестественная тишина. С исчезновением Ту и Ла вода в пруду перестала светиться, превратившись в обычную, темную и холодную лужу. Небо над Северным полюсом приобрело странный, сероватый оттенок, словно мир внезапно потерял часть своих красок.

Юми сидела на ледяном полу, скрестив ноги. Её поза была безупречно прямой, но пальцы рук, лежащие на коленях, мелко дрожали. Вокруг неё больше не дрожал воздух от нестерпимого жара; теперь вокруг её тела вились едва заметные спирали прозрачного ветра, поднимая в воздух мелкие снежинки. Она закрыла глаза, и её лицо превратилось в неподвижную маску из бледного фарфора. Она ушла в глубокую медитацию, отгородившись от внешнего мира невидимой стеной воздушного давления.

– Она... она ведь шутит, верно? – Сокка первым нарушил молчание, нервно поправляя свой бумеранг. – Сначала она — древний огненный дракон, который может поджарить целую армию, а теперь она просто... ну, как Аанг, только с плохим характером?

– Это не шутка, Сокка, – Катара подошла ближе к Юми, но остановилась в паре шагов, почувствовав, как резкий поток воздуха отталкивает её ладонь. – Я чувствую её энергию. Она больше не пылает. В ней... пустота и движение. Словно её внутренний огонь вырвали с корнем, а образовавшуюся дыру заполнил ветер.

Зуко стоял поодаль, не сводя глаз со своей наставницы. Его кулаки были сжаты так сильно, что костяшки побелели. Для него Юми была воплощением стихии Огня, идеалом, к которому он стремился. Видеть её такой — раненой, изменившейся, лишенной самой её сути — было почти физически больно.

– Тот посох, – глухо произнес Зуко. – Ай сказала, что «первая печать сорвана». Если они могут менять природу великих духов, то что они сделают с миром, когда найдут этого «Первого»?

Аанг не слушал друзей. Он смотрел на Юми, и Раава внутри него билась в экстазе и ужасе одновременно. Светлый дух внутри Аватара узнавал эту женщину, узнавал эту силу, но сейчас Раава была в смятении. Свет в груди Аанга пульсировал, требуя ответов.

– Мне нужно поговорить с ней, – прошептал Аанг.

– Она не ответит, Аанг, – Тоф покачала головой, чувствуя вибрации льда ногами. – Она сейчас не здесь. Её дух зарыт так глубоко, что даже если я обрушу на неё ледник, она не шелохнется. Она выстраивает свою защиту заново. Её сердцебиение... оно изменилось. Раньше оно было как мерный гул печи, а теперь — как свист ветра в пустой пещере.

Аанг вздохнул и сел напротив Юми, принимая ту же позу.

– Если я не могу достучаться до неё, я спрошу ту, кто знает правду с самого начала.

Он закрыл глаза, замедляя дыхание. Окружающие звуки — споры Сокки и Катары, тяжелые вздохи Зуко, плеск воды — начали отдаляться. Аанг погрузился внутрь себя, в то сияющее пространство, где хранилась память сотен его предшественников и где обитала сама Раава.

Обычно Раава являлась ему как величественная проекция света, но в этот раз всё было иначе. Стоило Аангу войти в состояние медитации, как он оказался в бесконечном белом пространстве, которое внезапно прорезала золотая искра.

– Раава! – позвал Аанг. – Ты слышишь меня? Кто она? Кто такая Юми на самом деле? И почему ты так тянешься к ней?

Свет перед ним начал сгущаться, принимая очертания огромного, бесконечно прекрасного духа света. Голос Раавы прозвучал не в ушах, а в самом сознании Аватара — древний, как само время.

– Она — та, кто была до меня, Аанг, – прошелестел голос. – До того, как Вату и я начали нашу вечную битву, до того, как первый человек получил силу стихий от Льва-Черепахи... был Хаос. И из этого Хаоса родились Первые.

Перед глазами Аанга начали мелькать образы. Огромное существо, чье тело было соткано из чистого, первородного золотого пламени. Оно не разрушало, оно созидало.

– Юми — или Акира, как звали её в начале времен, — была Огненным Небесным Драконом, – продолжала Раава. – Но она не была просто зверем. Она была Хранителем Искры Жизни. Когда мир разделился на людей и духов, она выбрала остаться на границе. Она отдала свои крылья, чтобы люди могли познать тепло, но сохранила свою сущность.

– Но почему Ай сказала, что она ищет «Первого»? – спросил Аанг, чувствуя, как по его духовному телу пробегает дрожь. – И почему Юми теперь... маг воздуха?

Раава заколебалась, её свет на мгновение потускнел.

– Тот посох... это древний артефакт Пожирателей Сущности. Ай и Таллак служат силе, которая старше Вату. Они ищут Первого Источника — духа, который породил все четыре стихии. Если они поглотят его, мир перестанет существовать как упорядоченная система. Стихии перемешаются, жизнь станет невозможной.

Свет Раавы внезапно вспыхнул ярко-алым.

– У Юми украли её Огонь, потому что она была его ключом. Но её дух настолько велик, что он не может быть пустым. Вакуум внутри неё заполнился следующей стихией в цикле. Теперь она — Ветер, но это Ветер, рожденный из боли и утраты. Она больше не Хранитель. Она — Оружие.

– Как мне помочь ей? – воскликнул Аанг. – Если она станет «воздушным драконом», она потеряет себя?

– Она уже теряет, – печально ответила Раава. – Её человеческое тело — лишь сосуд. Если она не примет свою новую природу, её дух разорвет эту оболочку. Ты должен быть её якорем, Аватар. Ты — единственный, кто понимает, каково это — нести в себе все стихии. Она теперь — часть твоего цикла, хотя и стоит вне его.

Аанг почувствовал, как его выталкивает из медитации. Последнее, что он услышал, был шепот Раавы:

– Будь осторожен. Тот, кто ищет Первого, уже близко к цели. Если они доберутся до Источника, даже я не смогу тебя защитить.

Аанг резко открыл глаза и жадно глотнул воздух. Он всё еще был в Оазисе. Юми сидела на том же месте, но теперь её глаза были открыты. Они были совершенно серыми, без единой искорки того небесно-голубого цвета, который он видел в чайной лавке.

– Ты разговаривал с ней, – это не был вопрос. Голос Юми звучал теперь иначе — в нем слышался свист горного ущелья.

– Она рассказала мне, кто ты, – Аанг поднялся, чувствуя странную слабость в ногах. – Юми, мне жаль. То, что они сделали...

– Жалко будет их, когда я до них доберусь, – она медленно встала. Движения её стали пугающе легкими, почти невесомыми. – Они думали, что, лишив меня огня, они сделают меня слабее. Они ошиблись. Огонь можно потушить водой. Но как ты остановишь воздух?

Она посмотрела на свои руки. Между пальцами проскакивали крошечные молнии — признак того, что её новая природа воздуха была нестабильной и агрессивной.

– Ту и Ла ушли, – Юми перевела взгляд на пустой пруд. – Они испугались не Ай. Они испугались того, что проснется «Первый». Аанг, ты знаешь, где находится Храм Первородного Ветра?

– Храм... чего? – Сокка подошел ближе, почесывая затылок. – Я знаю Северный, Южный, Восточный и Западный. О «Первородном» в учебниках истории не писали.

– Потому что он не для людей, – отрезала Юми. – Он находится там, где небо встречается с пустотой. И Ай направится именно туда. Она забрала мою искру, чтобы открыть врата.

Зуко шагнул вперед, его лицо было решительным.

– Мы пойдем с тобой. Мы не оставим тебя в таком состоянии.

Юми посмотрела на него, и на мгновение в её серых глазах промелькнуло что-то похожее на прежнюю теплоту, но оно тут же исчезло, сменившись холодной решимостью.

– В таком состоянии я опаснее, чем когда-либо, Зуко. Я не контролирую эти потоки. Если я чихну, я могу снести половину этой крепости.

– Значит, я научу тебя, – Аанг сделал шаг к ней и протянул руку. – Я последний мастер магии воздуха. И если судьба решила, что теперь ты — часть моего народа, я не дам тебе упасть.

Юми долго смотрела на его ладонь. Воздух вокруг неё завыл, вздымая полы её черного топа, обнажая шрам на спине, который теперь пульсировал тусклым серым светом.

– Хорошо, маленький Аватар, – она наконец вложила свою руку в его. Её ладонь была ледяной. – Учи меня. Но делай это быстро. Я чувствую, как Ай пересекает океан. Она не просто ищет силу. Она хочет выпустить то, что было заперто тысячи лет. И если мы не успеем...

– То что? – тихо спросила Катара.

Юми посмотрела на небо, где первые звезды начали проглядывать сквозь серую дымку.

– То мир просто забудет, как дышать.

В этот момент за пределами Оазиса раздался протяжный, тоскливый вой. Это был Аппа. Летающий зубр чувствовал перемены в самой структуре мира. Воздух стал плотным, тяжелым, словно перед великой бурей, которая должна была либо очистить землю, либо стереть её с лица вселенной.

– Собирайтесь, – скомандовала Юми, и в её голосе снова прорезались властные нотки Мастера. – У нас нет времени на исцеление и слезы. Если я теперь воздушный дракон, значит, небеса станут моим полем битвы.

Она резко взмахнула рукой, и мощный поток ветра подхватил всю команду, легко, словно пушинки, перенося их к выходу из Оазиса. Сокка вскрикнул от неожиданности, Катара едва успела схватиться за Зуко.

Аанг летел рядом с Юми, чувствуя, как её новая магия — дикая, необузданная и первобытная — резонирует с его собственной силой. Он понимал: впереди их ждет не просто битва с очередным врагом. Это была война за само право стихий существовать.

И где-то там, за горизонтом, Ай уже поднимала свой посох, в котором билось украденное сердце древнего пламени, готовое отпереть дверь, которую никогда не следовало открывать.