← Назад к обзору

Огонь

Пламя в зеркалах

Пар в ванной комнате стоял такой густой, что казалось, будто стены Храма Воздуха растворились в теплом тумане. Юми стояла перед большим зеркалом в полный рост, и капли воды медленно стекали по её фарфоровой коже. Она была совершенно нагой — беззащитной перед собственным отражением и воспоминаниями, которые всё ещё преследовали её в тишине.

Она подняла руку и коснулась своих волос. Раньше они тяжелым черным шелком спадали до самой талии, а теперь едва достигали подбородка. Короткие, дерзкие пряди обрамляли лицо, делая её черты острее, а взгляд небесно-голубых глаз — пронзительнее. Юми медленно вела пальцами по плечам, спускаясь к ребрам и бедрам. На когда-то идеальной коже теперь виднелись следы её недавнего кошмара: тонкие, едва затянувшиеся шрамы от кандалов на запястьях, побледневшие отметины от ударов на боку. Каждый такой след был как клеймо, напоминавшее о том, что она больше не та нежная девушка, которую Аанг когда-то взял в жены.

Дверь тихо скрипнула. Юми не вздрогнула — она почувствовала его присутствие по легкому движению воздуха, которое всегда сопровождало Аватара. Аанг вошел, окутанный облаком пара. На нем было только белое полотенце, обернутое вокруг бедер, а на коже еще блестели капли воды.

Он подошел сзади, его шаги были бесшумными. Юми видела в зеркале, как его татуировки на руках и голове мягко светятся в приглушенном свете ламп. Когда его теплые ладони легли ей на талию, она невольно вздрогнула, но тут же расслабилась, откидывая голову ему на плечо.

– Тебе идет короткая прическа, – прошептал Аанг ей на ухо, и его дыхание опалило шею. – Ты выглядишь... как воин. Сильная. Невероятная.

Юми медленно повернулась в его руках. Она посмотрела в его серые глаза, в которых сейчас не было ни тени «равновесия» или «долга» — только бесконечная, сокрушительная нежность и боль за всё, что ей пришлось перенести. Глядя на него, она вдруг почувствовала, как та ледяная корка, которую она выстраивала вокруг своего сердца последние недели, окончательно треснула.

Первая слеза скатилась по её щеке, за ней — вторая. Юми уткнулась лицом в его грудь, и её плечи затряслись от беззвучных рыданий. Весь гнев, всё напряжение арены, весь страх одиночества выходили наружу. Она дала волю чувствам, которые так долго подавляла, стараясь казаться сильной перед ним, перед друзьями, перед миром.

– Тсс... я здесь, – Аанг подхватил её под бедра, легко, словно она была сделана из воздуха, и посадил на край массивного мраморного стола у раковины. – Я никуда не уйду, Юми. Никогда больше.

Он начал покрывать её лицо мелкими, невесомыми поцелуями, собирая губами соленые дорожки слез. Его руки, широкие и мозолистые от тренировок, нежно поглаживали её спину, спускаясь к лопаткам и ниже. Юми всхлипнула, запуская пальцы в его волосы на затылке, притягивая его ближе к себе.

– Аанг... – выдохнула она, когда его губы коснулись её шеи, а затем начали медленно спускаться к ключицам.

Каждый его поцелуй был как исцеление. Он целовал её шрамы на запястьях, словно пытался выжечь из памяти ощущение холодного железа. Его рука скользнула по её бедру, лаская кожу с такой осторожностью, будто Юми была самым хрупким сокровищем во всех четырех народах.

Юми почувствовала, как внутри неё начинает пробуждаться иное пламя — не то, что разрушает, а то, что дарит жизнь. Она крепко схватилась за его плечи, и её ногти невольно впились в его кожу, оставляя красные царапины. Аанг лишь глухо застонал, не прекращая своих ласк.

Его губы спустились ниже, к её груди, дразня и лаская, в то время как рука продолжала своё неспешное, сводящее с ума движение. Аанг двигался медленно, намеренно растягивая каждое мгновение, заставляя её выгибаться навстречу его прикосновениям. Он чувствовал, как её дыхание становится рваным, как её кожа под его пальцами становится горячей, словно раскаленный металл.

Спустя минуту он отстранился, его пальцы на мгновение замерли, а затем он поднес их к губам, не сводя с неё потемневшего взгляда.

– Такая сладкая, – прошептал он, и его голос был хриплым от желания.

Он прижался своим лбом к её лбу, и их дыхание смешалось в одно. В тишине ванной комнаты было слышно только бешеное биение двух сердец.

– Я очень сильно люблю тебя, Юми, – сказал он, и в этот раз это не было клятвой Аватара. Это были слова мужчины, который нашел свою душу. – Ты — всё для меня. Мой мир, моё небо, моё пламя.

– Я тоже люблю тебя, Аанг... – она потянула его за плечи, заставляя его оказаться между её разведенных бедер. – Правда люблю. Больше жизни.

Когда он начал входить в неё, Юми закусила губу, запрокидывая голову. Ощущение полноты и единства было настолько острым, что на мгновение ей показалось, будто они снова стали одним существом, как в те дни, когда их магия резонировала друг с другом. Аанг наклонился и слегка укусил её за плечо, отмечая её своей, заставляя её вскрикнуть от неожиданного наслаждения.

– Какая же ты узкая... – выдохнул он, замедляя движения, чтобы дать ей привыкнуть, чтобы растянуть это чувство обладания.

Юми обхватила его ногами за талию, притягивая еще ближе, стремясь стереть любое пространство между ними. В этом акте не было политики, не было страха перед будущим или теней прошлого. Был только жар её огня и мощь его ветра, сливающиеся в идеальный шторм.

Аанг двигался в такт её прерывистому дыханию, его руки крепко держали её за талию, не давая соскользнуть с края стола. Он смотрел ей прямо в глаза, и в этом взгляде Юми видела всё: их первую встречу, их свадьбу, их ссоры и ту пустоту, которую они оба едва не допустили в свои жизни.

– Мы... мы справимся, – шептала она между толчками, чувствуя, как внутри неё закипает золотая волна экстаза. – Мы больше не будем... скрывать...

– Никогда, – пообещал он, ускоряя темп. – Никаких тайн. Никакого «долга», который выше нас.

Когда пик настиг их, Юми закричала, вцепляясь в его спину, и её внутренняя магия на долю секунды вырвалась наружу — воздух в комнате нагрелся до предела, а пар превратился в золотистое марево. Аанг содрогнулся, изливаясь внутри неё, и его татуировки вспыхнули ярким, ослепительным светом, освещая каждый уголок комнаты.

Они долго сидели так, не разнимая объятий, пока свет не погас, а дыхание не выровнялось. Аанг уткнулся лбом в её плечо, тяжело дыша, а Юми гладила его по голове, чувствуя, как по её телу разливается благодатная истома.

– Ты мой свет, Юми, – тихо произнес Аанг, поднимая голову. – И если я когда-нибудь снова заговорю о том, что привязанности — это ошибка, просто напомни мне об этой ночи.

Юми улыбнулась — впервые за долгое время искренне и тепло. Она коснулась его щеки, смахивая капельку пота.

– Я напомню тебе об этом гораздо раньше, Аватар, – она лукаво прищурилась. – Как только мы выйдем из этой ванной и ты увидишь, что я сделала с твоими «важными свитками» о равновесии.

Аанг удивленно вскинул брови.

– Что ты с ними сделала?

– Я использовала их, чтобы разжечь камин в гостевой комнате, – Юми рассмеялась, и этот звук был для Аанга слаще любой музыки. – Оказалось, они отлично горят.