← Назад к обзору

Огонь

Танцы теней на обломках святости

– Ты слишком долго смотришь на горизонт, Аанг. Там нет ответов, только пыль и старые обещания.

Юкио стоял на самом краю обрыва, где когда-то располагались взлётные площадки Северного храма воздуха. Ветер здесь был неистовым, он трепал полы его длинной чёрной накидки и бросал в лицо колючую снежную крупу. На маге огня сегодня был тот самый лонгслив с золотым плечом; чеканные узоры на рукаве казались ледяными в свете бледного северного солнца.

Аанг подошёл ближе, чувствуя, как под ногами вибрирует древний камень. Храм, когда-то наполненный смехом и звоном колокольчиков, теперь казался кладбищем, которое пытались оживить люди из Царства Земли со своими трубами и механизмами.

– Я чувствую здесь не только холод, Юкио, – Аанг обхватил себя руками. – Здесь... пустота. Хранители Пепла хотят заполнить её хаосом?

– Они хотят заполнить её порядком, который выгоден им, – Юкио затянулся трубкой, и сладковатый дым мгновенно растворился в разреженном воздухе. – Рин говорит, что ритуал заземления требует точки, где духи наиболее уязвимы. Твой дом, Аанг, стал идеальной мишенью именно потому, что он был осквернён и брошен.

– Он не брошен! – вспыхнул Аанг, и вокруг его ног закружился маленький вихрь.

Юкио медленно повернул голову. Его небесно-голубые глаза смотрели без жалости, но с какой-то странной, почти болезненной честностью.

– Тогда почему ты так боишься зайти внутрь? Ты боишься увидеть, что от твоей памяти остались только шестерёнки и копоть.

– Хватит его терзать, Юкио. У него и так достаточно призраков за спиной.

Рин подошла к ним бесшумно, её короткая асимметричная юбка и легинсы со шнуровкой казались слишком лёгкими для такого мороза, но она даже не вздрогнула. Фиолетовые бусины на её плече мерцали, отзываясь на близость чего-то тёмного в недрах храма.

– Рин права, – Аанг опустил голову. – Прости. Я просто... я чувствую, что мы опаздываем.

– Мы не опаздываем, мы ждём нужного момента, – Рин положила руку на плечо Аанга. Её прикосновение было прохладным, но успокаивающим. – Юкио провоцирует тебя, чтобы твоя магия воздуха не застаивалась. Хранители Пепла питаются сомнениями. Если ты войдёшь туда с тяжёлым сердцем, они выпьют тебя досуха.

– Она права, как и всегда, – Юкио хихикнул, выбивая пепел из трубки о каблук своего высокого сапога. – Идёмте. Зуко и остальные уже начали осмотр нижних ярусов. Сокка пытается убедить механика, что его бумеранг — это тоже своего рода поршень, а Катара... ну, Катара просто хочет, чтобы всё это закончилось.

Они двинулись вглубь храма. Внутри пахло машинным маслом и сыростью. Рин шла рядом с Юкио, их шаги звучали в унисон, создавая тот самый ритм «идеальной тишины», о котором говорила Тоф. Аанг шёл позади, глядя на золотое плечо Юкио и на то, как Рин иногда едва касалась его локтя, словно проверяя, не исчез ли он.

В главном зале, где когда-то медитировали монахи, теперь стояли огромные чаны с углем. Зуко стоял у одной из колонн, изучая странные знаки, нанесённые сажей на древние барельефы.

– Это они, – Зуко обернулся к вошедшим. Его лицо было суровым. – Знаки Хранителей. Они были здесь совсем недавно. Юкио, ты был прав, они не прячутся. Они ждут нас.

– Не нас, Зуко, – Юкио остановился в центре зала, и его голос стал ниже. – Они ждут Аватара. Кинжалы в моей сумке уже начали петь, а это значит, что алтарь где-то рядом.

– Алтарь в сердце святилища, – Рин указала на тяжёлую железную дверь, установленную механиками на месте древнего прохода. – Там, где сходятся потоки воздуха. Они перенаправили их, чтобы создать вакуум духа.

– Сокка! Тоф! – крикнул Аанг, и друзья тут же вышли из тени соседнего коридора. – Нам нужно открыть эту дверь.

– Уже пробовали, – Сокка почесал затылок. – Там какой-то хитрый замок. Механик говорит, что дверь заклинило изнутри давлением пара.

– Давлением пара или давлением чьей-то воли? – Юкио подошёл к двери. Его рука в черном лонгсливе легла на холодный металл. – Аанг, мне нужна твоя помощь. Не как Аватара, а как мага воздуха. Ты должен почувствовать пустоту за этой дверью и заполнить её собой.

– А ты что будешь делать? – Катара подошла к ним, её ладонь уже лежала на фляге с водой.

– А я буду тем, что я умею лучше всего, – Юкио улыбнулся, и в этой улыбке снова блеснуло то самое опасное пламя. – Я буду катализатором.

Юкио выхватил один из кинжалов «Сердце Дракона». Лезвие мгновенно вспыхнуло багровым светом, разрывая полумрак зала. Рин встала за его спиной, сложив руки в сложном жесте. Фиолетовые искры посыпались с её пальцев, сплетаясь со светом кинжала.

– Аанг, сейчас! – скомандовал Юкио.

Аанг сделал глубокий вдох. Он закрыл глаза, отсекая шум механизмов и тревожные голоса друзей. Он почувствовал дверь не как препятствие, а как пробку в горлышке бутылки. Он направил поток воздуха — тонкий, как игла, и мощный, как ураган — в самую щель между створками.

Юкио вонзил кинжал в замок. Раздался оглушительный скрежет. Багровое пламя и фиолетовые искры Рин хлынули в образовавшуюся брешь. Металл начал плавиться, закручиваясь в невозможные спирали.

– Ещё немного! – крикнул Юкио, и его татуировки на спине, скрытые под тканью, явно начали пульсировать, потому что Аанг почувствовал волну невыносимого жара.

Дверь вылетела с грохотом, сорванная с петель мощным выбросом энергии. Из прохода вырвался густой серый дым, пахнущий пеплом и забытыми снами.

– Вперёд, – коротко бросил Юкио, первым шагая в темноту.

Они оказались в круглом зале, который когда-то был залом для высших медитаций. Теперь здесь не было ничего, кроме огромного алтаря из тёмного камня, вокруг которого стояли двенадцать фигур в масках драконов.

– Хранители Пепла, – Зуко встал в боевую позицию, его руки вспыхнули ярким оранжевым пламенем.

– Вы опоздали, Хозяин Огня, – голос лидера Хранителей был лишён эмоций. – Ритуал уже запущен. Аватар пришёл сам, чтобы отдать свою связь с вечностью.

– Я ничего вам не отдам! – выкрикнул Аанг, вскидывая руки.

– Твоё согласие не требуется, – лидер указал на алтарь. – Кинжалы Юкио уже открыли путь.

Аанг обернулся к Юкио и увидел, что тот стоит неподвижно, глядя на свои руки. Кинжал в его ладони дрожал, вырываясь, а второй, всё ещё в сумке, издавал пронзительный свист.

– Юкио? – позвал Аанг, и его сердце пропустило удар.

– Они... они используют резонанс, – прошептала Рин, её лицо было бледным как смерть. – Юкио, борись с этим!

Юкио внезапно рассмеялся. Это был не его обычный хихикающий смех, а сухой, ломкий звук.

– Бороться? Рин, ты же знаешь, я никогда не борюсь с тем, что неизбежно. Я просто меняю правила игры.

Юкио резко развернулся и вонзил кинжал в пол у своих ног. Багровая трещина побежала по камню прямо к алтарю.

– Аанг! – крикнул Юкио, и его глаза на мгновение стали абсолютно чёрными. – Сейчас или никогда! Входи в состояние Аватара! Они хотят заземлить тебя, но они не учли, что ты — это не только дух. Ты — это воздух этого храма!

Завязалась битва. Хранители Пепла бросились в атаку, используя магию огня, которая была холоднее льда. Зуко и Катара приняли удар на себя, защищая Аанга. Тоф воздвигала стены, которые тут же рассыпались в пепел под ударами масок драконов. Сокка крутился волчком, его бумеранг свистел, сбивая прицел нападающим.

Рин двигалась среди хаоса как тень. Её фиолетовые искры ослепляли врагов, давая Юкио пространство для манёвра.

Аанг стоял в центре, чувствуя, как алтарь тянет из него силы. Его предки, тысячи голосов в его голове, кричали о помощи. Он чувствовал, как нити, связывающие его с Року, Киоши и Янчен, натягиваются до предела.

– Юкио, я не могу! – закричал Аанг. – Они слишком сильны!

Юкио оказался рядом с ним в один прыжок. Его черный лонгслив был разорван на плече, обнажая светящуюся татуировку дракона.

– Смотри на меня, Аанг! – Юкио схватил его за плечи, заставляя смотреть в свои безумные, голубые глаза. – Ты не один! Ты никогда не был один! Ты — это я, ты — это Зуко, ты — это Катара! Мы все — твои связи! Забудь о духах прошлого, живи духами настоящего!

Юкио притянул Аанга к себе и прижался своим лбом к его лбу. В этот момент Аанг почувствовал всё: боль Юкио, его одиночество, его любовь к Рин, его странную, обжигающую привязанность к самому Аангу. Это был вихрь чувств, который был сильнее любого ритуала.

– Теперь... лети! – выдохнул Юкио.

Глаза и татуировки Аанга вспыхнули ослепительным светом. Но это был не обычный белый свет. В нём танцевали багровые искры Юкио и фиолетовые тени Рин.

Аватар поднялся в воздух. Мощный взрыв энергии разметал Хранителей Пепла, превращая их маски в пыль. Алтарь треснул, и тёмная энергия, собиравшаяся в нём, была поглощена светом Аанга.

Когда сияние погасло, в зале воцарилась тишина. Хранители исчезли, оставив после себя лишь пустые доспехи. Аанг медленно опустился на пол, его ноги подкосились.

Юкио подхватил его прежде, чем он упал. Маг огня сам едва держался на ногах, его золотой узор на рукаве потемнел, словно от гари.

– Ты сделал это, малявка, – прошептал Юкио, усаживая Аанга на ступени разрушенного алтаря.

Рин подошла к ним, её дыхание было тяжёлым. Она посмотрела на Юкио, затем на Аанга, и в её фиолетовых глазах промелькнула печаль.

– Связь запечатана, – сказала она тихим, надломленным голосом. – Но цена... Юкио, ты отдал слишком много.

Юкио лишь отмахнулся, пытаясь достать свою трубку, но его пальцы дрожали.

– Пустяки. Немного подпорченная репутация и пара новых шрамов. Зато посмотрите на лицо Сокки — он до сих пор не понял, как мы выжили.

Сокка действительно стоял с открытым ртом, глядя на обломки алтаря. Зуко и Катара подошли к Аангу, проверяя его состояние.

– Аанг, ты в порядке? – Катара коснулась его лица, но Аанг смотрел только на Юкио.

– Ты... ты отдал мне свою энергию, – произнёс Аанг, и его голос дрожал. – Зачем? Ты мог погибнуть.

Юкио наконец прикурил трубку, выпустив дрожащее облачко дыма.

– Потому что мир без Аватара — это очень скучное место, Аанг. А я ненавижу скуку. К тому же, кто-то же должен учить тебя танцевать с кинжалами, когда всё это закончится.

Рин присела рядом с Юкио и положила голову ему на плечо. Он не отстранился, но его свободная рука на мгновение коснулась колена Аанга. Это был короткий, почти незаметный жест, но для Аватара он значил больше, чем все слова благодарности.

– Нам нужно возвращаться, – сказал Зуко, оглядывая зал. – Этот храм больше не безопасен. Хранители Пепла побеждены здесь, но их идеи... они всё ещё живы.

– Пусть живут, – Юкио поднялся, опираясь на Рин. – Пока у нас есть Аватар, который умеет слушать не только мёртвых, но и живых, у них нет шансов.

Они вышли из храма под свет заходящего солнца. Снег теперь казался розовым, а воздух — чистым и свежим.

Аанг шёл рядом с Катарой, но его мысли всё ещё были там, в круге света, где он чувствовал душу Юкио. Он понимал, что Рин — это тишина Юкио, его покой и его прошлое. А он, Аанг, — это его шторм, его вызов и его будущее.

Юкио, шагая впереди в своём разорванном черном лонгсливе, внезапно обернулся и подмигнул Аангу.

– Эй, Аватар! Не забудь, завтра утром — тренировка. И на этот раз никаких поблажек. Если ты смог победить древний культ, то уж увернуться от моего подзатыльника точно обязан.

Аанг рассмеялся, и этот смех, искренний и свободный, разнёсся над горами, пробуждая эхо в пустых залах Северного храма.

– Я буду готов, Юкио! – крикнул он в ответ.

– Посмотрим, – прошептал Юкио, затягиваясь трубкой и снова притягивая Рин ближе к себе.

Путешествие продолжалось. Впереди были новые угрозы, новые интриги и новые танцы на углях. Но в эту минуту, под холодным небом Севера, они были просто людьми, которые нашли друг друга в хаосе войны и мира. И Юкио, великий манипулятор и верный друг, знал, что его «мыльная опера» только что превратилась в легенду, которую будут рассказывать веками.

А Рин, чьи фиолетовые бусины теперь светились мягким, спокойным светом, знала, что пока Юкио улыбается этой своей хищной улыбкой, мир, возможно, ещё постоит.

Они спускались с горы, и тени их сплетались на снегу в один причудливый узор — черный, золотой и небесно-голубой. Узор новой жизни, которую они только что отвоевали у пепла.