Охотник Гарри
Бюрократия, святой молот и сельдерей правосудия
В штаб-квартире Ордена Феникса царила атмосфера затянувшихся поминок, на которых по ошибке забыли закопать покойника.
Гермиона Грейнджер сидела за дубовым столом на площади Гриммо, методично массируя виски. Голова раскалывалась. Перед ней лежали три пергаментных свитка, исписанных витиеватым почерком Дамблдора, и ни в одной строчке не было ни капли здравого смысла.
Напротив сидел Рон. Его нос, дважды расклёванный чудовищной полярной совой в далёкой азиатской стране, напоминал перезрелую сливу и был густо намазан вонючей жёлтой мазью мадам Помфри.
– Я говорю вам, он сумасшедший! – гнусавил Рон, брызгая слюной. – У него глаза бешеные! Он даже волшебную палочку не носит, только эту магловскую железку! А сова? Вы видели эту сову?! Это не птица, это исчадие ада! Она целенаправленно целилась мне в переносицу!
– Рональд, заткнись, ради Мерлина, – процедила Гермиона, захлопывая тяжёлый фолиант по международному магическому праву. – Ты сам полез к нему с угрозами. Директор Дамблдор, вы действительно хотите отправить меня туда?
Альбус Дамблдор, восседавший во главе стола в новой, лавандового цвета мантии (канареечную пришлось сжечь из-за въевшегося запаха жареного сельдерея), печально вздохнул и сложил унизанные серебряными кольцами пальцы домиком.
– Девочка моя, ты — наш самый яркий ум. Мужчины проявили... излишнюю горячность. Джеймс был слишком эмоционален, мистер Блэк неосторожен, а бедный Рональд стал жертвой недоразумения. Но ты... Твоя логика, твоя способность воззвать к голосу разума и долга — вот ключ к сердцу Гарри. Он заблудился во тьме чужой культуры. Он забыл, кто он такой. Напомни ему о Хогвартсе, о пророчестве, о матери, которая плачет по ночам!
– А о том, что эта самая мать заперла его в подвале на три недели за порванную книжку сказок, ему тоже напомнить? – сухо поинтересовалась Гермиона, смерив директора холодным взглядом.
В комнате повисла неловкая пауза. Сидевшая в углу Лили Поттер судорожно всхлипнула и спрятала лицо в ладонях. Джеймс, баюкавший загипсованную руку, глухо зарычал:
– Не суди о том, чего не понимаешь, девчонка! Мы растили Спасителя! Годрик нес на своих плечах судьбу мира! А Гарри всегда был скрытным, неблагодарным эгоистом!
– И поэтому Спаситель мёртв, Волдеморт захватывает графство за графством, а вы требуете, чтобы «неблагодарный эгоист» пришёл и спас ваши шкуры? – Гермиона поднялась со стула. В её карих глазах не было привычного благоговения перед старшими. За последние два года затяжной войны, видя бессмысленные смерти друзей ради дамблдоровского «второго шанса для пожирателей», она слишком повзрослела. – Я полечу в Японию, директор. Но исключительно потому, что Министерство Общественной Безопасности Канто прислало официальный ультиматум. Если мы не уладим конфликт законным путём, британскую магическую общину признают государством-террористом на ближайшей сессии МКМ.
Дамблдор ободряюще улыбнулся, хотя в глубине его глаз мелькнуло раздражение:
– Я верил в тебя, Гермиона. Приведи мальчика домой. Чего бы это ни стоило.
***
Син-Йокогама встретила Гермиону оглушительным рёвом цикад, неоновым сиянием рекламных щитов и запахом жареного чеснока, рамена и... могильной пыли.
Сойдя с поезда на футуристическом вокзале, девушка поправила строгий бежевый тренч, под которым прятала форменную мантию и палочку, и сверилась с адресом. В бумагах, выданных Дамблдором, значилось: «Тёмное логово наёмников, где несчастного Гарри насильно удерживают в рабстве вампирские культисты».
Реальность треснула по швам ровно через пятнадцать минут пешей прогулки.
На перекрёстке у круглосуточного супермаркета дорогу Гермионе преградил высокий, мускулистый мужчина. На нём не было ничего, кроме крошечных леопардовых плавок-стрингов, элегантного черного плаща и черных солнцезащитных очков.
– Прекрасная леди! – вампир картинно взмахнул плащом, сверкнув белыми клыками и абсолютно гладкими бедрами. – Не желаешь ли вкусить запретного экстаза полуночи?! Взгляни на великолепие вампира Микробикини!
Гермиона замерла. Её мозг, перегруженный трактатами по высшей трансфигурации и нумерологии, выдал критическую ошибку.
– Ч-что?.. – выдавила она, судорожно сжимая палочку в кармане.
– Узри совершенство ткани, минимизирующей сопротивление воздуха при охоте! – гордо провозгласил полуголый кровосос, принимая позу культуриста.
В следующую секунду из-за угла с грохотом вылетела металлическая мусорная урна. Она с идеальной баллистической траекторией врезалась вампиру точно в челюсть.
– В квартале запрещено демонстрировать гениталии до полуночи, извращенец! – раздался усталый женский голос.
К перекрёстку подошла невысокая девушка в безупречной темно-синей полицейской форме Отдела по контролю за вампирами. На её плече висела служебная рация, а на поясе покачивался офицерский меч. Девушка ловко щелкнула наручниками на лодыжках отключившегося эксгибициониста, достала блокнот и что-то быстро черкнула.
– Капитан Хинаити? – осторожно спросила Гермиона на безупречном японском, заранее выученном с помощью зелья памяти.
Офицер подняла строгие, чуть наивные глаза и прищурилась:
– Иностранка? Вы из той британской шайки, которая три дня назад устроила дебош в баре Гильдии?
– Я официальный представитель... дипломатический наблюдатель, – поспешно поправилась Гермиона, чувствуя, как по спине стекает капля холодного пота. – Мисс Грейнджер. Я пришла поговорить с мистером Гарри. Мирно. Без магии.
Хинаити окинула её оценивающим взглядом, вздохнула и махнула рукой:
– Идёмте. Он как раз в агентстве Рональда. Если поторопимся, успеем до того, как они с Дралуком снова разнесут второй этаж.
***
Офис детективного агентства Рональда встретил гостей запахом тушёной капусты, звоном разбитого стекла и надрывными криками.
– Я сказал, положи сельдерей на стол и сделай три шага назад, психопат! – орал Рональд, отбиваясь стулом от летящих зелёных стеблей.
– Никогда, ничтожный писака! – хохотал парень с повязкой на глазу, методично запуская толстые овощи со скоростью метательных ножей. – Сила сельдерея очистит этот город от твоего графоманского мусора!
– Песок! Песок повсюду! – визжал на полу благородный вампир Дралук, точнее, его верхняя половина, пока нижняя отчаянно пыталась натянуть шелковые штаны. – Джон, спаси папочку! Мой драгоценный фрак снова осквернен растительной клетчаткой!
– Нуи-и-и! – круглый броненосец в панике кружил вокруг пылесоса.
Гермиона застыла в дверях, чувствуя, как её идеальный, структурированный мир рассыпается в прах. В углу комнаты, абсолютно не обращая внимания на овощную войну и полураспавшегося лорда вампиров, за низким столиком сидел Гарри.
Он заметно раздался в плечах, коротко подстригся, а на его лице играла легкая, хищная и одновременно абсолютно дурашливая ухмылка. На нем были простые серые брюки и черная футболка, подчеркивающая рельефные мускулы, а на правом бедре в кожаной кобуре покоился массивный револьвер.
Но поразило Гермиону не это.
Гарри стоял на коленях перед высокой, невероятно красивой монахиней в строгом одеянии и с глазами, полными экстатического восторга, прижимал к груди край её фартука.
– О, святая Мария! Твой омлет с рисом был божественен! Я готов поклясться на этом самом «Кольте», что в прошлой жизни ты была богиней плодородия! Позволь мне стать твоим вечным рабом, твоим личным телохранителем и отцом твоих будущих семерых детей!
– Гарри, – невозмутимо произнесла Мария.
Её рука привычным, до миллиметра выверенным движением выдернула из-за спины гигантский боевой молот.
*БАМ!*
Гарри со звуком спелого арбуза впечатался лбом в татами. Над его затылком материализовалась внушительная шишка, из которой повалил мультяшный пар.
– Мой омлет подгорел, потому что ты отвлекал меня своими пошлыми комплиментами, – холодно констатировала Мария. Однако затем она достала из кармана влажную салфетку и очень нежно, почти заботливо вытерла соус с щеки распластанного стрелка. – Вставай, придурок. К нам гости.
Гарри мгновенно ожил, словно получил не удар полутонным куском священного металла, а легкий шлепок подушкой. Он грациозно вскочил на ноги, поправил воротник и перевел взгляд на дверь.
– Ну надо же, – лениво протянул он, и в его зеленых глазах на долю секунды мелькнул прежний, опасный лед. – Сама Гермиона Грейнджер. Золотая девочка светлой стороны. Пришла прочитать мне лекцию о морали, долге перед родиной и величии директора Дамблдора?
В комнате мгновенно наступила тишина. Даже То Ханда перестал метать сельдерей, с любопытством уставившись на гостью.
Гермиона перевела дух. Она готовилась к этому разговору. Она зубрила формулировки, репетировала интонации, собиралась давить на логику и память о детстве.
Но глядя на уверенного, здорового, свободного Гарри, на красивую монахиню, на белую сову Хедвиг, которая в этот момент мирно делила яблоко с броненосцем Джоном на подоконнике... слова застряли у неё в горле.
– Нет, – тихо сказала Гермиона, опуская плечи. – Я пришла... просто посмотреть на тебя, Гарри.
Гарри удивленно вскинул бровь. Мария мягко опустила молот на пол и скрестила руки на груди, внимательно разглядывая англичанку.
– Посмотреть? – переспросил Гарри, облокачиваясь на спинку дивана. – И как? Оправдал ожидания? Бедный травмированный мальчик, попавший в лапы восточных сектантов?
– Ты выглядишь... счастливым, – честно призналась Гермиона. Она подошла ближе, игнорируя пепел Дралука, который слабо пищал под ковром: «Осторожно, это мои ребра!». – И очень живым. В отличие от тех, кто остался в Британии.
– В Британии остались только трупы и идиоты, которые ждут своей очереди на кладбище, – отрезал Гарри. Он достал сигарету, чиркнул зажигалкой, но, поймав строгий взгляд Марии, виновато хмыкнул и спрятал пачку обратно. – Зачем ты здесь, Гермиона? Дамблдор не отпустил бы свою лучшую пешку просто так.
– Меня послали убедить тебя вернуться, – горько усмехнулась девушка. – Сказать, что пророчество говорит о тебе. Что Годрик погиб, потому что был слаб, а ты — истинный Избранный. Что твои родители страдают и готовы простить тебя...
– Простить МЕНЯ?! – Гарри запрокинул голову и расхохотался. Это был не злой смех, а искренний, раскатистый хохот человека, услышавшего первоклассный анекдот. – Они готовы простить МЕНЯ?! За то, что я выжил? За то, что не сдох в лабиринте вместо их драгоценного первенца? За то, что сломал палочку и отказался жениться на дуре Эджком ради их родовых союзов?!
– Я знаю, – тихо перебила его Гермиона. – Я знаю, Гарри.
Гарри осекся.
– Я прочитала архивы Визенгамота перед отъездом, – продолжила она, и в её голосе зазвенела сталь. – Я подняла протоколы Турнира Трех Волшебников. Я изучила законы об эмансипации. Твой отец подписал контракт о твоей продаже фактически в рабство за день до третьего тура. Дамблдор наложил гриф секретности на твои результаты СОВ. Они методично стирали тебя из истории, Гарри. А когда Годрика разорвали на куски в атриуме, потому что Дамблдор учил его побеждать Тёмного Лорда разоружающими чарами... они просто решили заменить одну батарейку на другую.
– Ого, – присвистнул Рональд, усаживаясь на стул. – А британские маги знают толк в семейных ценностях. У нас в Син-Йокогаме даже вампиры-извращенцы так со своими детьми не поступают.
– Нуи-нуи... – печально подтвердил Джон, прижав ушки.
– И что ты собираешься делать, мисс Грейнджер? – спокойно спросила Мария, сделав шаг вперед. – Если ты всё понимаешь — зачем ты здесь?
Гермиона замялась. Вся её выверенная жизнь, все её карьерные планы в Министерстве Магии, вся вера в Свет и Высшее Благо рушились прямо сейчас, на этом засыпанном пеплом и сельдереем ковре.
– Я... я не знаю, – выдохнула она, и на её глаза навернулись непрошеные слезы. – Там ад, понимаете? Орден не убивает Пожирателей. Их арестовывают, Люциус Малфой платит взятку Фаджу, их выпускают через неделю, и они вырезают следующую семью маглорожденных! Моих родителей спрятали в Австралии, стерев им память по приказу Дамблдора! У меня нет дома! Если я вернусь и скажу, что Гарри отказался, Дамблдор назовет меня предательницей, а Рон... Рон уже смотрит на меня как на вещь, которая обязана родить ему выводок рыжих детей и варить похлебку!
– Так не возвращайся, – пожал плечами Гарри.
Гермиона вскинула голову:
– Что?
– Я говорю: пошли их к чёрту, – Гарри подошел к ней, сунул руки в карманы и посмотрел прямо в глаза. В этот момент он снова был похож на того не по годам взрослого, опасного мальчика, который когда-то воровал Философский камень прямо из-под носа директора. – Ты умная девка, Гермиона. Зануда, зубрила, но у тебя есть мозги. В Англии твои мозги никому не нужны. Там нужен чистокровный скот, готовый дохнуть за стариков с манией величия. Оставайся здесь.
– Здесь?! – Гермиона нервно огляделась. Дралук как раз пытался прикрепить голову к плечам с помощью скотча; Ханда что-то яростно строчил в блокноте, время от времени злобно зыркая на Рональда; на полу валялись пустые гильзы и огрызки сельдерея. – В этом сумасшедшем доме?!
– Эй! – обиделся Рональд. – Это не сумасшедший дом! Это респектабельное агентство по решению сверхъестественных проблем!
– А по-моему, отличная идея, – внезапно подала голос капитан Хинаити.
Все повернулись к маленькому офицеру полиции. Хинаити стояла, задумчиво приложив палец к подбородку:
– Наш отдел завален бумажной работой. После инцидента с британскими нелегалами МИД требует ежедневных отчетов по форме три-Б. То Ханда отказывается печатать, потому что занят слежкой за Рональдом. Другие офицеры не знают латыни и древнеевропейских магических кодексов. Вы, мисс Грейнджер, свободно говорите по-японски, знаете британские законы и, судя по ауре, обладаете исключительными административными навыками.
– Вы... вы предлагаете мне работу в полиции? – опешила Гермиона.
– В специальном отделе по контролю за вампирами и магическими аномалиями префектуры Канагава, – отчеканила Хинаити. – Официальный контракт, служебное жилье, медицинская страховка, защита от экстрадиции Международной Конфедерации Магов и полный дипломатический иммунитет.
Гермиона моргнула один раз. Потом второй.
– Медицинская страховка?.. – переспросила она слабым голосом. – И... защита от экстрадиции?
– И зарплата в йенах, которую Дамблдор не сможет конфисковать в «фонд Ордена», – добавил Гарри с усмешкой.
В этот момент дверь агентства снова распахнулась с диким треском.
На пороге возник совершенно неописуемый субъект. Это был двухметровый вампир, с ног до головы покрытый густым слоем взбитых сливок, с огромной клубникой вместо шляпы и горящими безумием красными глазами.
– СЛАДОСТЬ ИЛИ СМЕРТЬ! – взревел вампир, вскидывая руки, из которых сочился сахарный сироп. – Я — Великий Граф Десертный Кошмар! Трепещите, смертные, ибо я покрою этот город карамельной глазурью отчаяния!
– Опять этот псих из кондитерской на углу, – простонал Рональд, хватаясь за пистолет.
– ХИ-И-ИК! – взвизгнул Дралук и снова осыпался пеплом прямо в руки броненосцу Джону.
Граф Десертный Кошмар с диким хохотом взмахнул руками, и две струи кипящей карамели с шипением полетели прямо в лицо Гермионе.
Тело девушки среагировало быстрее разума. Годы тренировок в Отряде Дамблдора и выживания на войне дали о себе знать. Палочка выскользнула из рукава сама собой:
– *Агуаменти Дуо!*
Мощнейший поток ледяной воды под колоссальным давлением вырвался из кончика палочки Гермионы. Вода мгновенно остудила карамель, превратив её в хрупкие коричневые сосульки, а затем с чудовищной силой впечатала вампира обратно в дверной проем.
– *Инсендио Трио!* – не останавливаясь, выкрикнула Гермиона, трансфигурируя пламя в узконаправленный тепловой луч, который мгновенно растопил сахарную глазурь на ногах монстра, превратив её в липкую лужу, намертво приклеившую его к порогу. – *Инкарцеро!*
Магические веревки спеленали десертного маньяка так туго, что тот только и смог, что жалобно булькнуть клубникой.
В комнате повисла тишина.
Даже То Ханда замер с сельдереем на замахе, восхищенно открыв рот.
Гермиона тяжело дышала, держа палочку на изготовку. Её волосы распушились от влаги, глаза горели азартом схватки.
Хинаити медленно подошла к спеленатому вампиру, ткнула его носком сапога, затем повернулась к Гермионе. Глаза маленького капитана сияли абсолютным, фанатичным восторгом:
– Мгновенная нейтрализация угрозы категории «С» без летального исхода, минимизация сопутствующего ущерба инфраструктуре и идеальная фиксация подозреваемого для дальнейшей транспортировки. Мисс Грейнджер... вы приняты на должность старшего тактического следователя. Выход на службу — завтра в восемь утра.
Гермиона медленно опустила палочку. Она посмотрела на поверженного вампира из взбитых сливок. Посмотрела на Хинаити, протягивающую ей служебный полицейский жетон. Посмотрела на Гарри, который довольно ухмылялся, обнимая за талию Марию (за что тут же получил деликатный, но ощутимый тычок локтем в печень).
И внезапно Гермиона Грейнджер почувствовала невероятную, опьяняющую легкость.
Ей больше не нужно было спасать мир. Ей больше не нужно было слушать занудные нравоучения старика с лимонными дольками. Ей больше не нужно было терпеть похотливые и собственнические взгляды Рона Уизли.
Здесь был чистый, незамутненный абсурд. Но в этом абсурде были четкие правила, работающие законы и люди, которые действительно прикрывали друг другу спины, даже если попутно швырялись сельдереем.
– Я согласна, капитан, – с твердой улыбкой произнесла Гермиона, принимая жетон. – Только один вопрос.
– Слушаю?
– У вас есть регламент по заполнению протоколов на вампиров в десертной глазури?
Хинаити расплылась в счастливейшей улыбке:
– Мисс Грейнджер... у нас есть формуляры на семьдесят два типа вампирских извращений. Вы влюбитесь в наш архив.
***
Две недели спустя. Лондон. Площадь Гриммо, 12.
Очередное экстренное заседание Ордена Феникса проходило в атмосфере нарастающей паники. Пожиратели смерти взорвали мост в Бристоле, а Министерство Магии окончательно утратило контроль над ситуацией.
Альбус Дамблдор сидел во главе стола, напряженно вглядываясь в камин.
– Новостей от мисс Грейнджер всё ещё нет? – спросил Джеймс Поттер, нервно потирая здоровую руку. – Она должна была выйти на связь десять дней назад!
– Возможно, её схватили, – предположил мрачный Аластор Грюм. – Говорил я тебе, Альбус, в Японии сидят дикари. Они не признают авторитет Визенгамота!
В этот момент в приоткрытое окно с громким шелестом крыльев влетела роскошная белая полярная сова.
Рон Уизли мгновенно взвизгнул и с грацией испуганного бегемота полез под стол, прикрывая нос обеими руками:
– ОНА ВЕРНУЛАСЬ! ЭТО ОНА! ОНА МНЕ ГЛАЗА ВЫКЛЮЕТ!
Хедвиг даже не удостоила рыжего взглядом. С царственным презрением она спланировала прямо перед Дамблдором, бросила на стол увесистый пакет из плотной пергаментной бумаги с золотым тиснением и села на спинку директорского кресла, с наслаждением вонзив когти в лавандовый шелк.
– Письмо от Гермионы! – с облегчением выдохнула Лили Поттер. – О, хвала небесам! Она вразумила Гарри!
Дамблдор благодушно улыбнулся, распечатал конверт и извлек оттуда аккуратно сложенный лист гербовой бумаги. Однако по мере чтения улыбка сползала с лица Великого Светлого мага, сменяясь выражением глубочайшего, парализующего недоумения.
– Альбус? – насторожился Джеймс. – Что там? Когда Гарри возвращается?
Дамблдор прочистил горло и севшим голосом зачитал вслух:
– «Уважаемый мистер Дамблдор. Настоящим уведомляю вас, что я официально слагаю с себя все обязательства перед так называемым "Орденом Феникса" и отказываюсь от статуса подданной Магической Британии...»
– ЧТО?! – хором взревели Джеймс и Сириус.
– «...В ходе независимого юридического расследования, проведенного мной на базе префектуры Канагава, – продолжал читать Дамблдор, и голос его заметно дрожал, – мной были выявлены многочисленные факты нарушения международного магического права со стороны руководства Ордена. А именно: незаконное использование несовершеннолетних в боевых действиях, сокрытие информации об эмансипации гражданина Гарри Поттера, попытка принуждения к браку, а также вопиющая халатность, приведшая к гибели Годрика Поттера...»
– Да как она смеет, эта грязнокровка! – взвыл Джеймс, вскакивая с места.
– «...Дополнительно сообщаю, – читал директор, бледнея, – что я поступила на государственную службу в Отдел по контролю за вампирами Министерства Общественной Безопасности города Син-Йокогама в должности старшего инспектора административно-правового надзора. В случае повторных попыток несанкционированного проникновения граждан Великобритании на территорию префектуры, лица, именующие себя членами Ордена Феникса, будут немедленно арестованы по обвинению в международном терроризме. И поверьте, господа: капитан Хинаити и её офицеры не используют чары "Экспеллиармус". Они используют святые молоты, бронебойные патроны тридцать пятого калибра и крупнокалиберный сельдерей.
С наилучшими пожеланиями, офицер Грейнджер.
P.S. Рональд, твой долг за учебники за шестой курс я перенаправила в японский отдел взыскания задолженностей. Жди повестку через посольство. И перестань ковырять в носу — мазь мадам Помфри разъедает остатки твоего межушного ганглия».
В столовой на площади Гриммо повисла такая тишина, что было слышно, как в подвале скребутся докси.
Рон под столом тихо всхлипнул.
Хедвиг на спинке стула Дамблдора победно и невероятно ехидно ухнула, затем смачно, с чувством нагадила прямо на лавандовое плечо мантии Верховного чародея, взмахнула крыльями и вылетела в окно, взяв курс обратно на восток.
***
А в Син-Йокогаме сияло солнце.
В центральном офисе Отдела по контролю за вампирами царил идеальный, пугающий до дрожи порядок.
Все папки были рассортированы по цветам, пронумерованы и подшиты. Дела о вампирах-эксгибиционистах стояли отдельно, дела о вампирах-сладкоежках — в несгораемом шкафу, а личное дело То Ханды было снабжено специальной пометкой: «Опасен при наличии овощей».
За массивным столом сидела Гермиона Грейнджер в безупречно сидящей форме с погонами старшего инспектора. Её волосы были собраны в строгий пучок, на носу красовались стильные очки в тонкой оправе, а в руке она держала гербовую печать.
– Распишитесь здесь, здесь и вот здесь, – строго скомандовала она, пододвигая стопку бланков.
Перед столом, виновато повесив нос, сидел Гарри. Рядом с ним стояла Мария, оперевшись на свой верный молот и сдерживая улыбку.
– Гермиона... то есть, офицер Грейнджер, – заканючил Гарри, жалобно глядя на бывшую сокурсницу. – Ну мы же случайно разнесли ту витрину! Там был вампир, который воровал кружевные панталоны! Я спасал честь жительниц квартала!
– Ты стрелял магнумом в черте города без предупредительного выстрела в воздух, охотник Поттер, – невозмутимо отчеканила Гермиона, даже не поднимая глаз от отчета. – И сбил три цветочных горшка на балконе вдовы Ямада. Штраф — сорок тысяч йен. Оплата в третьем окне.
– Но у меня свидание с Марией в парке аттракционов! – взмолился Гарри, трагически падая грудью на стол. – Моя прекрасная монахиня наконец-то согласилась прокатиться на колесе обозрения, а ты разоряешь меня до нитки! Где твоя школьная солидарность?!
– Школьная солидарность осталась в Шотландии, мистер «Снайпер из трущоб», – фыркнула Гермиона, но в её глазах плясали веселые искорки. Она шлепнула печать на бланк и придвинула квитанцию. – Оплатите — и свободны. И если ты, Гарри, опять попытаешься лапать Марию на вершине колеса обозрения, она имеет полное служебное право применить спецсредство типа "молот" прямо в кабинке. Я лично подпишу разрешение на самооборону.
– О, я обязательно воспользуюсь этой опцией, – тепло улыбнулась Мария, потрепав Гарри по волосам. – Пойдем, горе-стрелок. Я заплачу штраф. Но сахарную вату покупаешь ты.
– Моя госпожа! Моя спасительница! – Гарри снова расплылся в счастливой идиотской ухмылке, вскочил на ноги и покорно поплелся за монахиней к выходу, картинно припадая на одну ногу.
Дверь за ними закрылась.
В кабинет заглянула капитан Хинаити с коробкой свежих пончиков в руках:
– Инспектор Грейнджер? Время перерыва. Там внизу Рональд опять дерется с Хандой, Дралук рассыпался прямо в кулере с водой, а броненосец Джон принес вам яблоко. Не хотите составить компанию?
Гермиона посмотрела на аккуратные стопки документов, на новенький служебный жетон с гербом префектуры Канагава, на залитую солнцем шумную улицу за окном.
– С огромным удовольствием, капитан, – улыбнулась Гермиона, снимая очки. – Только захвачу протокол на Дралука. Загрязнение питьевого кулера вампирским пеплом — это статья номер шесть. Син-Йокогама должна спать спокойно.