← Назад к обзору

Ошибка монарха

Босс нашего дома

Холодный блеск Системы, который когда-то был моим единственным спутником, давно сменился теплым светом кухонных ламп и ароматом домашней еды. Я стоял в дверном проеме, прислонившись к косяку, и наблюдал за тем, что в мире охотников назвали бы «столкновением титанов», а в нашем доме называлось обычным субботним вечером.

Мои сыновья, Алекс и Сухо, крутились вокруг кухонного острова, пытаясь стащить еще не готовые закуски. Алекс, мой первенец, вымахал под сто девяносто сантиметров — точная копия меня в плане телосложения, с такими же широкими плечами и уверенным взглядом. Сухо, младший, был чуть ниже, около ста восьмидесяти, но в нем чувствовалась та же скрытая мощь, которую он предпочитал направлять в кисти для рисования, а не в боевые искусства.

– Алекс, положи креветку на место! – раздался резкий, но мелодичный голос.

Юми, стоявшая между двумя этими огромными парнями, выглядела почти комично. При её росте в сто шестьдесят сантиметров она едва доставала им до груди. Миниатюрная, хрупкая, с фарфоровой кожей, которая, казалось, светилась изнутри, она была похожа на изящную статуэтку, случайно оказавшуюся в окружении каменных изваяний.

– Мам, ну я только одну, – проворчал Алекс, протягивая руку с длинными пальцами к тарелке. – Я после тренировки, мне нужны белки.

– Я тебе сейчас дам белки! – Юми ловко, с грацией, которой позавидовал бы любой охотник S-ранга, шлепнула его по руке деревянной лопаткой. – Это для заказа господина Ли, он заедет через полчаса. Хочешь есть — в холодильнике стоит вчерашнее рагу.

Я не выдержал и тихо усмехнулся. Мои тени, скрытые в углах комнаты, едва заметно колыхнулись. Игрис и Бер, если бы могли, наверняка бы тоже посмеивались. Величайший Теневой Монарх, способный одним словом сокрушить армии, и его сыновья, наделенные силой, выходящей за рамки человеческого понимания, пасовали перед одной маленькой женщиной с лопаткой в руках.

Я решил попытать счастья и, бесшумно скользнув к столу, потянулся к хрустящему роллу, который выглядел особенно аппетитно.

– Джинву, даже не думай, – не оборачиваясь, произнесла Юми.

– Я просто хотел проверить качество, дорогая, – улыбнулся я, стараясь придать голосу максимум обаяния. – Вдруг там слишком много имбиря?

Юми развернулась, уперев руки в бока. Её небесно-голубые глаза сверкнули тем самым огоньком, перед которым пасовали даже мои самые свирепые солдаты.

– Сон Джинву, убери руки. Не трогай, это для заказа, – шикнула она на меня, как на нашкодившего кота. – Ты подаешь плохой пример мальчишкам. Иди лучше помоги Сухо вынести мусор, раз тебе нечем занять руки.

– Мы спасены, – шепнул Сухо брату, делая шаг назад под защиту холодильника. – Если даже отец получил нагоняй, нам ловить нечего.

– Она страшный человек, – так же тихо ответил Алекс. – Самый опасный босс, которого я когда-либо встречал.

Я поднял руки вверх, признавая поражение.

– Слушаюсь, босс нашего дома, – я подошел к ней и, проигнорировав её напускную строгость, быстро поцеловал в макушку. Она пахла ванилью и острым соусом — самым лучшим парфюмом в мире.

Юми на мгновение смягчилась, прижавшись щекой к моей груди, но тут же снова приняла боевой вид.

– Не подлизывайся. Через двадцать минут всё должно быть упаковано. Алекс, помоги с коробками. Сухо, проверь, не забыли ли мы палочки.

Мальчишки мгновенно включились в работу. Было удивительно наблюдать, как два огромных парня, способных в одиночку зачистить подземелье, послушно упаковывают суши под строгим надзором своей маленькой матери.

В этой реальности, которую я выбрал восемнадцать лет назад, Юми открыла небольшой домашний кейтеринг. Её еда стала легендарной в нашем районе, и заказы сыпались один за другим. Она гордилась своим делом, и я делал всё, чтобы поддерживать её. Я больше не был лицом Ассоциации, не был «золотым мальчиком» прессы. Я был просто мужем и отцом, который иногда «помогал правительству с особыми проблемами», когда ситуация становилась совсем критической.

– Знаешь, – сказал я, присаживаясь на высокий стул, когда первая волна суеты улеглась, – иногда я смотрю на нас и не верю, что всё могло быть иначе.

Юми, упаковывая последнюю коробку, замерла. Она посмотрела на меня, и в её взгляде промелькнула тень того понимания, которое связывало нас все эти годы. Она знала, что я видел другое будущее. Она знала, от чего я отказался.

– Иначе было бы хуже, – просто ответила она, поправляя выбившийся локон моих черных волос. – Там не было этого шума. Не было этих двоих обалдуев, которые едят за троих. Там был только холод, Джинву. Я это чувствовала в твоих глазах тогда, в той маленькой квартире, когда ты проснулся с криком.

– Мам, пап, вы чего там, в астрал ушли? – Алекс ввалился на кухню с горой пустых контейнеров. – Клиент приехал, черный седан у ворот.

Юми мгновенно преобразилась, превращаясь в деловую женщину.

– Джинву, помоги донести пакеты. Ребята, марш в гостиную, чтобы я вас не видела, пока господин Ли не уедет, вы его пугаете своими габаритами.

Мы вышли на крыльцо. Вечерний воздух был прохладным, небо окрасилось в глубокий фиолетовый цвет. Господин Ли, пожилой бизнесмен, который был нашим постоянным клиентом, приветливо поклонился.

– Госпожа Окумура, как всегда, вовремя, – улыбнулся он. – О, господин Сон, добрый вечер. Завидую вашему спокойствию. Иметь такую жену и таких богатырей-сыновей — это истинное благословение.

– Вы правы, – ответил я, передавая ему пакеты. – Это больше, чем я заслуживаю.

Когда машина уехала, Юми устало выдохнула и оперлась на перила веранды. Я подошел сзади, обнимая её и притягивая к себе. Она казалась такой крошечной в моих руках, такой беззащитной, но я знал, что это иллюзия. Эта женщина была стержнем, на котором держалась вся наша вселенная.

– Ты устала, – прошептал я ей на ухо. – Давай я сегодня сам закончу на кухне.

– Ты? – Юми хихикнула, разворачиваясь в моих объятиях. – В прошлый раз, когда ты «помогал», Бер съел половину заготовок, а Игрис пытался нарезать овощи своими мечами. У меня потом вся доска была в зазубринах.

– Они просто хотели быть полезными, – оправдывался я.

– Пусть они будут полезными в другом месте, – она ласково коснулась моей щеки. – Например, присмотрят за Сухо. Он опять рисует до рассвета, совсем перестал спать.

– Он в тебя, – заметил я. – Такой же упрямый, когда дело касается того, что он любит.

Мы стояли в тишине, слушая, как в доме Алекс и Сухо о чем-то спорят, смеясь и подшучивая друг над другом. В окнах горел свет, и этот свет был для меня ярче любого магического сияния.

– Джинву, – тихо позвала Юми.

– Да?

– Спасибо, что выбрал нас. Тогда, восемнадцать лет назад. Я не знаю, что именно ты увидел в том своем сне, но я благодарна, что ты проснулся.

Я прижал её крепче, чувствуя, как внутри меня окончательно успокаиваются тени. Теневой Монах всё еще жил во мне, его сила была безгранична, но он больше не был моим хозяином. Он был моим защитником, стражем этого хрупкого, пахнущего ванилью счастья.

– Я бы выбирал вас снова и снова, – ответил я. – В каждой жизни, в каждой реальности.

– Пап! Мам! – Голос Алекса донесся из дома. – Сухо стащил мой протеин и утверждает, что это для «текстуры красок»! Разберитесь с этим художником!

Юми закатила глаза, но в её улыбке было столько нежности, что у меня защемило в груди.

– Ну вот, – вздохнула она. – Боссу снова пора за работу.

Она решительно направилась в дом, и я последовал за ней, зная, что сейчас начнется очередная «разборка», где два огромных парня будут оправдываться перед маленькой женщиной, а я буду стоять рядом, чувствуя себя самым богатым человеком в мире.

Потому что у меня была не просто семья. У меня был дом, где правили не ранги и уровни, а любовь и одна деревянная лопатка в руках фарфоровой богини. И это была единственная власть, которой я подчинялся с радостью.

– Сухо, если ты испортил протеин брата, ты будешь месяц мыть полы во всем доме без использования маны! – провозгласил голос Юми, едва она переступила порог.

– Мам, ну за что?! – раздался жалобный стон Сухо.

– За то, что я так сказала! – отрезала Юми.

Я вошел следом, прикрывая дверь. Впереди был долгий вечер, полный шума, споров и смеха. И я не променял бы ни одну секунду этого хаоса на тишину самого величественного трона во всех мирах.

– Ну что, парни, – сказал я, проходя в гостиную, где Алекс уже пытался захватить Сухо в «удушающий» прием. – Кто хочет помочь отцу приготовить десерт, пока мама не передумала и не заставила нас всех чистить картошку на завтра?

– Я! – хором отозвались сыновья, мгновенно прекращая потасовку.

Юми стояла в центре комнаты, скрестив руки на груди, и наблюдала за нами. В её взгляде было столько тепла, что даже тени в углах, казалось, начали светиться.

– Мальчишки, – только и сказала она, качая головой.

Но мы знали — она была счастлива. И это было единственное, что имело значение для Теневого Монарха и его маленьких, но очень высоких наследников. В этом доме был только один босс, и мы все были абсолютно согласны с её правлением.