← Назад к обзору

Отец

Гниль под золотой кожей

Я стоял на кухне, пытаясь сосредоточиться на приготовлении простого обеда, но мои чувства, обостренные годами сражений в подземельях, были натянуты как струна. В гостиной царила тишина, но это была не та мирная тишина, которая обычно сопровождает игры Юки с тенями. Это была тишина перед бурей, тяжелая и наэлектризованная.

Юки сидел на ковре, вертя в руках небольшой резиновый мяч. Мой сын... люди видят в нем лишь очаровательного ребенка, но я, Теневой Монарх, вижу больше. Его магическая аура, пускай еще не сформированная, уже обладала пугающей чистотой. И именно из-за этой чистоты он чувствовал ложь острее, чем любой детектор лжи.

Ча Хэ Ин сидела в кресле напротив него. Она улыбалась — той самой идеальной улыбкой, которая сделала ее лицом корейских охотников. Она пришла снова, несмотря на мой холодный прием в прошлый раз. В руках у нее была коробка с дорогими сладостями, а в глазах — расчетливый блеск, который она тщетно пыталась скрыть за маской дружелюбия.

– Юки, почему ты такой молчаливый сегодня? – ее голос звучал паточно-сладко. – Посмотри, какие вкусные пирожные я принесла. Хочешь попробовать?

Малыш не ответил. Его маленькие пальцы до белизны сжали мяч. Я чувствовал, как внутри него закипает нечто темное и первобытное. Юки не просто капризничал. Он видел то, чего не замечали другие. Хэ Ин была «золотой девочкой», но для моего сына ее душа пахла не цветами, а чем-то разлагающимся, спрятанным глубоко под слоем парфюма и амбиций.

Внезапно раздался громкий хлопок.

Резиновый мяч в руках Юки лопнул, не выдержав давления его крошечных, но наполненных силой ладоней. Ошметки резины разлетелись по ковру.

Я мгновенно оказался рядом, бросив нож на стол. Мое сердце пропустило удар — не от испуга за мяч, а от того, какую мощь я почувствовал в этот миг. Мой рост в три метра позволял мне накрыть их обоих своей тенью, и сейчас эта тень была густой и зловещей.

– Юки! Сынок, что случилось? – я опустился на одно колено, осторожно забирая у него остатки игрушки. – Ты не поранился?

Малыш поднял на меня взгляд своих небесно-голубых глаз. В них не было слез. В них горел холодный, расчетливый гнев, так пугающе похожий на мой собственный во время зачистки S-ранговых врат. Его маленькое личико было бледным, фарфоровая кожа казалась почти прозрачной.

– Папа, – его голос, обычно звонкий, сейчас прозвучал тихо и хрипло. – Гниль. Она пахнет гнилью.

Хэ Ин вздрогнула и непроизвольно отодвинулась. Ее лицо на мгновение исказилось, маска безупречности дала трещину, обнажив раздражение и страх.

– О чем он говорит, Джинву? – она попыталась рассмеяться, но смех вышел нервным. – Наверное, он просто переутомился. Дети в таком возрасте часто фантазируют...

– Папа, пусть она больше не приходит! – Юки резко встал, его маленькие кулачки были сжаты. – Она темная. Внутри у нее темно. Она хочет забрать тебя, чтобы ты сделал ее сильнее. Она не любит нас. Она любит твою силу.

Слова двухлетнего ребенка ударили по комнате сильнее, чем магический взрыв. Я замер. Я и сам догадывался, что интерес Хэ Ин ко мне не был продиктован исключительно романтикой. В мире охотников сила — это валюта, а я был самым богатым человеком на планете. Но услышать это от сына, который видел суть вещей без прикрас, было отрезвляюще.

– Юки, малыш, это не очень вежливо... – Хэ Ин сделала роковую ошибку. Она решила проявить «участие» и протянула руку, чтобы коснуться его плеча. – Давай мы просто...

– Не трогай! – вскрикнул Юки.

Прежде чем она успела дотронуться до него, он наотмашь ударил ее по руке. Удар ребенка не должен был причинить вреда охотнику S-ранга, но в этот момент по комнате прошла мощная волна маны.

Воздух в гостиной задрожал. Тени, всегда послушные моей воле, вдруг начали двигаться сами по себе. Они поползли по стенам, сгущаясь в углах, словно живые существа, почуявшие кровь. Игрит и Бер, находившиеся в моей тени, наполовину материализовались за моей спиной, их глаза горели багровым светом. Они реагировали на гнев своего маленького господина.

– Юки, контроль! – скомандовал я, стараясь сохранить спокойствие.

Но было поздно. Сила Теневого Монарха, спящая в крови моего сына, начала вырываться наружу. Пол под ногами Хэ Ин покрылся инеем, а пространство вокруг Юки исказилось.

– Уходи! – Юки топнул ножкой, и по паркету пошла трещина. – Ты плохая! Ты пахнешь как мертвые монстры!

Хэ Ин вскочила, ее лицо было белым как полотно. Она была сильной охотницей, но сейчас она столкнулась с чем-то, что было выше ее понимания. Она смотрела на двухлетнего ребенка, который в этот момент выглядел как истинный бог смерти.

– Джинву, его нужно остановить! – выкрикнула она, хватаясь за рукоять меча, который всегда носила с собой в пространственном кармане. – Он опасен!

Этот жест стал последней каплей. Мои глаза вспыхнули фиолетовым пламенем. Мой рост, моя мощь, мой статус — всё это обрушилось на нее тяжелым прессом. Я встал между ней и сыном, и аура Теневого Монарха заполнила каждый сантиметр комнаты, подавляя волю любого, кто посмеет угрожать моей семье.

– Убери руку от оружия, Хэ Ин, – мой голос был подобен грому в горах. – Ты в моем доме. И ты только что назвала моего сына опасным.

– Но посмотри, что он делает! – она указала на тени, которые уже обвивали ее лодыжки. – Это ненормально!

– Нормально для моего сына, – я сделал шаг вперед, заставляя ее отступить к двери. – Юки видит правду. Он чувствует намерения. И если он говорит, что от тебя пахнет гнилью... значит, так оно и есть. Ты искала союза не со мной, а с моей армией. Ты думала, что сможешь использовать меня, чтобы возвысить свою гильдию еще больше?

Хэ Ин открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли у нее в горле. Под моим взглядом вся ее уверенность испарилась. Она поняла, что совершила фатальную ошибку, недооценив связь между мной и ребенком.

– Тебе лучше уйти, – холодно произнес я. – И больше не приходить без приглашения. Мой сын не ошибается в людях.

– Ты пожалеешь об этом, Сон Джинву, – прошипела она, наконец теряя самообладание. – Ты растишь монстра, который однажды уничтожит этот мир.

– Если он и уничтожит мир, то только тот мир, в котором живут такие, как ты, – отрезал я.

Я взмахнул рукой, и дверь перед ней распахнулась. Хэ Ин, бросив последний полный ненависти взгляд на Юки, вылетела из квартиры. Как только за ней захлопнулась дверь, я почувствовал, как напряжение начало спадать.

Тени медленно вернулись на свои места. Игрит и Бер исчезли, оставив после себя лишь легкое колебание воздуха. Трещина на полу, к сожалению, осталась, напоминая о случившемся.

Я повернулся к сыну. Юки стоял посреди комнаты, его маленькие плечи мелко дрожали. Вся та мощь, что только что бушевала в нем, исчезла, оставив после себя лишь опустошение.

– Папа... – он поднял на меня глаза, в которых теперь стояли слезы. – Я плохой? Она сказала, я монстр.

Я в два шага преодолел расстояние между нами и подхватил его на руки, прижимая к своей широкой груди. Он был таким маленьким, таким хрупким в моих огромных руках.

– Нет, Юки. Ты самый лучший. Ты просто защищал нас, – я гладил его по взъерошенным черным волосам, чувствуя, как его сердце постепенно успокаивается. – Ты не монстр. Ты мой сын. И ты очень сильный.

– Она была злая, папа, – всхлипнул он, зарываясь лицом в мою шею. – Она хотела, чтобы ты ушел во вратá и не вернулся, а она стала главной. Я видел это в ее голове.

Я закрыл глаза, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. Значит, Хэ Ин действительно замышляла нечто подобное. Юки, обладая зачатками моих способностей, смог почувствовать ее поверхностные мысли или намерения. Мой маленький защитник.

– Теперь она не вернется, обещаю, – я поцеловал его в лоб. – Мы с тобой справимся сами. Нам не нужны те, кто прячет тьму за красивыми словами.

Юки немного отстранился и посмотрел на трещину в полу.

– Папа, я сломал пол. Прости.

Я не смог сдержать улыбки. Несмотря на всю свою силу, он оставался ребенком, который переживал из-за испорченной вещи.

– Пол мы починим. Игрит отлично справляется с ремонтом, когда думает, что я не вижу, – я подмигнул ему.

Юки слабо улыбнулся в ответ. Его небесно-голубые глаза снова стали чистыми, без того пугающего блеска.

– А Бер принесет новый мячик? – с надеждой спросил он.

– Уверен, он уже ищет самый лучший мяч во всем Сеуле, – я опустил его на пол.

Действительно, из тени в углу показалась когтистая лапа Бера, которая быстро спряталась обратно. Король муравьев явно чувствовал свою вину за то, что не смог предотвратить инцидент, и теперь готов был скупить все магазины игрушек, лишь бы порадовать маленького господина.

Я смотрел, как Юки снова усаживается на ковер, на этот раз Игрит материализовался рядом в виде молчаливого стража, готового исполнить любую прихоть ребенка.

Этот день многое изменил. Я понял, что Юки растет быстрее, чем я ожидал. Его сила — это не проклятие, как сказала Хэ Ин, а дар. Но этот дар требовал от меня еще большей бдительности. Я должен научить его управлять этой мощью, чтобы он никогда не стал тем, кем его назвала «золотая охотница».

Я подошел к окну и посмотрел на город, раскинувшийся внизу. Мир охотников был жесток и полон интриг. Они видели во мне бога, в моем сыне — угрозу или инструмент. Но они забывали об одном.

Я — Теневой Монарх. И я не позволю никому, будь то человек или монстр, коснуться моего света.

– Папа! – позвал Юки, указывая на окно. – Смотри, птичка!

Я обернулся и увидел, как на подоконник села маленькая синица. Юки протянул к ней руку, и, к моему удивлению, птица не улетела. Она склонила голову и весело чирикнула, словно приветствуя маленького правителя теней.

В этот момент я понял: пускай весь мир считает нас монстрами. Пока мой сын может так искренне радоваться птичке на окне, я буду знать, что мы на правильном пути. А Ча Хэ Ин... что ж, она была лишь очередной тенью, которая пыталась затмить солнце. И, как и любая тень, она исчезла, столкнувшись с истинным светом.

– Да, Юки. Красивая птичка, – я присел рядом с ним, и мы вдвоем замерли, наблюдая за маленьким чудом жизни в нашем доме, который сегодня стал чуть более защищенным.