← Назад к обзору

Отец монарха

Узы крови и тишина сердца

Прошло два месяца с того момента, как моя жизнь обрела новый вектор. Если раньше я чувствовал себя одиноким странником, идущим сквозь бесконечную тьму подземелий, то теперь в этой тьме горел маяк. Мин Соль.

Наши отношения развивались с пугающей для окружающих, но естественной для нас быстротой. Она не просто была рядом — она стала той самой недостающей деталью пазла. Когда мои тени становились слишком тяжелыми, её свет мягко окутывал меня, не давая утонуть в холоде бездны. Мы были как вдох и выдох. Я больше не вспоминал о Ча Хэ Ин. То, что я когда-то принимал за интерес к ней, теперь казалось лишь мимолетным эхом чужой, несбывшейся судьбы. Мин Соль была реальностью. Моей реальностью.

Но сегодня мои мысли были заняты не рейдами и не магическим резонансом.

Я сидел в гостиной нашего дома, а напротив меня, с необычайно серьезным видом, устроилась Джиа. Она скрестила ноги на диване и смотрела на меня так пронзительно, что мне на мгновение захотелось вызвать Кайсела и улететь куда-нибудь на другой конец страны.

– Джинву, нам нужно серьезно поговорить, – начала она, и я понял: побег невозможен.

– Что случилось? – я отложил телефон. – Опять проблемы в университете? Кто-то из старшекурсников хамит? Скажи имя, и Игрис вежливо объяснит ему правила этикета.

– Перестань, – Джиа отмахнулась. – Речь не обо мне. Речь об отце.

Я напрягся. Отец был единственной темой, которая могла заставить нас обоих забыть обо всем на свете.

– С ним что-то не так? Он ранен? – я уже начал сканировать ауру дома, пытаясь почувствовать энергию Алекса.

– С ним всё в порядке, оппа. Физически он здоровее нас обоих вместе взятых. Я о другом. Ты заметил, как Ли Вон смотрит на него?

Я замер. Ли Вон. Адвокат Ассоциации, который в последнее время стал в нашем доме почти постоянным гостем. Я видел их вместе. Видел, как отец, этот столетний (по ощущениям) циник и воин, внезапно становился живым рядом с этим сероглазым парнем. Как он поддразнивал его, как задерживал взгляд на его лице, как Ли Вон, обычно такой собранный и холодный, краснел от одного случайного прикосновения отца.

– Заметил, – признал я тихо. – Сложно не заметить, когда от их искр в комнате едва не срабатывает пожарная сигнализация.

– Вот именно! – Джиа подалась вперед, её глаза блестели. – Джинву, я хочу, чтобы папа был счастлив. По-настоящему. Он заслуживает этого больше, чем кто-либо в этом мире. Ты ведь помнишь... хотя нет, ты был слишком мал, но я-то знаю по рассказам и по тому, что видела сама. После смерти мамы он посвятил всю свою жизнь нам.

Она замолчала, и в комнате повисла тяжелая, пронзительная тишина. Мы оба знали, какую цену заплатил Сон Алекс за наше благополучие. Он не просто был охотником S-ранга. Он был нашей стеной. Он менял подгузники, готовил каши, сражался с монстрами и при этом всегда находил время, чтобы почитать нам сказку на ночь. Он отказался от личной жизни, от своих желаний, от всего, что делает человека человеком, лишь бы мы с Джиа никогда не чувствовали себя сиротами.

– Мы выросли, – продолжала Джиа, и её голос дрогнул. – У тебя скоро будет своя семья с Мин Соль. Я через полгода уеду на стажировку, а потом окончательно уйду в медицину, буду пропадать в госпиталях. И что останется папе? Пустой дом? Стены, завешанные дипломами охотников?

Я представил это: отец, сидящий в своем кабинете в абсолютной тишине, глядящий на пустые комнаты, где когда-то звучал наш смех. Сердце предательски кольнуло.

– Он останется один, – прошептал я.

– Именно! – воскликнула сестра. – Но я не хочу этого. Я хочу, чтобы он был с Ли Воном. Я вижу, как Ли Вон на него влияет. Папа стал... мягче. Он начал улыбаться не только нам, но и самому себе. И мне плевать, что Ли Вон — парень. В этом мире, где Врата открываются прямо посреди улиц, какая разница, кого любит человек? Главное, что он любит. Ли Вон мне нравится. Он искренний, он умный, и он единственный, кто не боится спорить с отцом. Что ты думаешь по этому поводу, оппа? Ты поддержишь их?

Я посмотрел в окно. Там, в саду, я видел высокую фигуру отца. Он стоял у розовых кустов, которые когда-то посадила мама, и о чем-то спорил с Ли Воном. Тот что-то доказывал, размахивая папкой с документами, а отец вдруг рассмеялся — открыто, громко — и, протянув руку, поправил выбившуюся прядь волос на лбу адвоката. Ли Вон замер, и в этом секундном затишье было столько нежности, что у меня перехватило дыхание.

– Знаешь, Джиа, – я перевел взгляд на сестру. – Я долго думал, почему отец так усердно сводил меня с Мин Соль. Он буквально переломил судьбу, чтобы я нашел свой свет. Теперь я понимаю. Он хотел, чтобы я был счастлив так, как, возможно, он сам когда-то мечтал быть счастлив.

– Значит, ты не против? – с надеждой спросила она.

– Против? – я усмехнулся. – Если кто-то попробует помешать отцу обрести покой и любовь, я лично отправлю этого человека в самое глубокое подземелье без права выхода. Ли Вон... он хороший человек. Он видит в отце не «Великого Охотника», а просто Алекса. Того взлохмаченного, упрямого и невероятно одинокого парня, который прячется за маской силы.

Джиа облегченно выдохнула и откинулась на спинку дивана.

– Слава богу. Я боялась, что ты начнешь нести эту чушь про «традиции» или «репутацию семьи».

– Репутация семьи Сон — это сила и верность друг другу, – отрезал я. – Если папа выберет его, Ли Вон станет частью нашей семьи. И точка.

– Тогда нам нужно им помочь! – Джиа снова подпрыгнула на месте. – Папа слишком упрям, чтобы сделать первый серьезный шаг, а Ли Вон слишком боится его спугнуть.

– И что ты предлагаешь? – я приподнял бровь. – Устроить им свидание при свечах в логове дракона?

– Почти, – хитро улыбнулась сестра. – Завтра у отца день рождения. Он, как обычно, скажет, что это «просто очередной день», и пойдет тренироваться. Но мы устроим ужин. Только мы, Мин Соль и Ли Вон. И мы сделаем так, чтобы они остались наедине.

Я задумался. Завтра действительно был день рождения Алекса. Человека, который подарил мне жизнь дважды — один раз биологически, а второй — когда подготовил меня к становлению Игроком.

– Хорошо, – согласился я. – Я поговорю с Мин Соль. Она поможет создать нужную атмосферу. Её магия света может быть очень... уютной, если захотеть.

– Вот и отлично! – Джиа подмигнула мне. – Знаешь, оппа, я думаю, мама была бы рада. Она всегда говорила, что папа — это человек, рожденный для того, чтобы дарить тепло, но сам он вечно мерзнет. Ли Вон — его костер.

Я смотрел на сестру и поражался тому, насколько взрослой она стала. В её словах было больше мудрости, чем во всех моих уровнях и навыках.

– Ты права, Джиа. Мы сделаем это.

Вечером, когда Ли Вон ушел, а дом погрузился в сумерки, я спустился на кухню. Отец сидел за столом, потягивая остывший чай. Перед ним лежала та самая папка, которую принес адвокат, но он не читал её. Он просто смотрел в пространство, и в его небесно-голубых глазах отражалась какая-то странная, тихая печаль.

– Папа? – я подошел и сел напротив.

Он вздрогнул, мгновенно возвращаясь в реальность. Маска спокойствия и силы привычно легла на его лицо.

– Джинву-я. Чего не спишь? Завтра сложный рейд, тебе нужно восстановиться.

– Я в порядке, – я внимательно посмотрел на него. – Папа, ты счастлив?

Алекс замер с кружкой в руке. Он медленно поставил её на стол и внимательно посмотрел на меня. Его пирсинг под нижней губой тускло блеснул в свете кухонной лампы.

– К чему такие вопросы, сын? У меня есть вы. У меня есть дом. Мир пока еще не сгорел в огне войны Монархов. О чем еще мне мечтать?

– О себе, – твердо сказал я. – Мы с Джиа выросли. Мы справимся. Тебе не обязательно вечно быть нашим щитом, папа. Иногда щит можно отложить и просто... взять кого-то за руку.

Алекс отвел взгляд. Его пальцы непроизвольно коснулись черного браслета на запястье. Я знал, что этот браслет — единственное, что осталось у него из той «прошлой» жизни, о которой он никогда не говорил, но которую я видел в своих видениях.

– Ли Вон — хороший парень, – добавил я, понизив голос. – И он очень старается скрыть, как сильно ты ему дорог. Но у него плохо получается.

Отец молчал долго. Так долго, что я уже начал сомневаться, стоило ли начинать этот разговор. Но потом он тяжело вздохнул и посмотрел на меня с какой-то обезоруживающей честностью.

– Он напоминает мне о том, что я когда-то потерял, Джинву. Не маму... нет. Он напоминает мне о том ощущении жизни, которое было у меня до того, как я стал «Игроком» в этой бесконечной партии богов. С ним я чувствую себя не Монархом или Защитником. С ним я просто Алекс. И это... пугает.

– Не бойся, – я накрыл его огромную ладонь своей. – Мы с Джиа на твоей стороне. Всегда. Что бы ты ни решил, кого бы ни выбрал — мы поддержим тебя. Ты отдал нам двадцать лет своей жизни. Позволь себе прожить следующие двадцать для себя.

Алекс слабо улыбнулся. В этой улыбке не было превосходства или иронии — лишь усталость и тихая благодарность.

– Ты стал слишком мудрым, Джинву. Наверное, это влияние Мин Соль. Или ты просто вырос.

– Я просто твой сын, – ответил я. – А сыновья всегда хотят, чтобы их отцы улыбались по-настоящему.

Отец кивнул, и я почувствовал, как напряжение, годами копившееся в его ауре, немного спало.

– Иди спать, Монарх, – негромко произнес он. – Я подумаю над твоими словами.

Я ушел, зная, что семена посеяны.

На следующий день дом наполнился ароматами праздничного ужина. Джиа превзошла саму себя, приготовив столько блюд, что стол едва выдерживал. Мин Соль пришла пораньше, и её присутствие наполнило гостиную мягким, золотистым сиянием, от которого на душе становилось спокойно.

Ли Вон пришел последним. Он был в строгом костюме, но без галстука, с букетом цветов для Джиа и бутылкой дорогого вина для отца. Он выглядел нервным, постоянно поправляя и без того идеальные волосы.

– Господин Сон, с днем рождения, – произнес он, протягивая вино Алексу.

– Спасибо, Ли Вон, – отец взял бутылку, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Я заметил, как адвокат задержал дыхание, а отец не спешил отстраняться.

Ужин прошел удивительно легко. Мы смеялись, вспоминали смешные случаи из детства, Мин Соль рассказывала о забавных происшествиях в оранжерее. Алекс выглядел расслабленным. Он сидел во главе стола, и я видел, как его взгляд то и дело возвращался к Ли Вону, который сидел справа от него.

Когда пришло время десерта, Джиа подмигнула мне.

– Ой! – воскликнула она, хлопая себя по лбу. – Я совсем забыла! Джинву, Мин Соль, вы же обещали помочь мне с теми документами для университета в моем кабинете! Это срочно!

Я едва не прыснул от такой неприкрытой лжи, но послушно поднялся.

– Да, конечно. Идем.

Мин Соль, с трудом сдерживая улыбку, последовала за нами.

– Мы скоро вернемся! – крикнула Джиа, буквально выталкивая нас из столовой.

Мы закрыли дверь, но, конечно, не ушли далеко. Мы замерли в коридоре, прислушиваясь. Я чувствовал ауры в комнате. Они были близко друг к другу. Очень близко.

– Ли Вон, – раздался голос отца, тихий и глубокий. – Ты ведь понимаешь, что они сделали это специально?

– Понимаю, – голос адвоката звучал глухо. – Они... они очень любят вас, Алекс.

– И они правы, – продолжал отец. – Я слишком долго бежал от самого себя. Ли Вон, посмотри на меня.

Наступила тишина. Я буквально кожей чувствовал, как растет напряжение за дверью.

– Я не самый простой человек, – сказал Алекс. – Мое прошлое — это пепел, а мое будущее — война. Я не могу обещать тебе спокойной жизни. Но если ты всё еще готов стоять рядом со мной... я больше не хочу, чтобы ты уходил после работы.

– Алекс... – выдохнул Ли Вон.

Послышался шорох одежды, скрип стула. А потом — тишина, которая была красноречивее любых слов. Тишина долгого, долгожданного поцелуя.

Джиа вцепилась в мою руку, её глаза сияли от восторга. Мин Соль мягко прижалась к моему плечу, её свет стал еще теплее.

– Получилось, – прошептала сестра.

Я улыбнулся. Мой отец, великий Сон Алекс, человек, который прошел сквозь миры и смерти, наконец-то нашел свою гавань.

В этот момент я почувствовал, как моя собственная связь с Системой завибрировала.

[Скрытое задание «Счастье Стража» выполнено.] [Награда: Мир в семье. Ваша магическая сила стабилизирована.] [Комментарий Системы: Наконец-то. Нам надоело смотреть на его кислую мину в одиночестве. Хорошая работа, Игрок.]

Я мысленно поблагодарил Систему. Впервые за всё время она сказала что-то действительно стоящее.

Мы подождали еще десять минут, прежде чем «вернуться» с документами. Когда мы вошли, отец и Ли Вон сидели чуть дальше друг от друга, чем раньше, но их руки были переплетены под столом. Лицо адвоката сияло таким счастьем, что его серые глаза казались светлыми, а отец...

Отец смотрел на нас. Он всё понял. Он знал, что мы всё слышали и всё подстроили. Но вместо того, чтобы рассердиться, он просто кивнул нам — коротко, с глубоким уважением.

– Спасибо, – одними губами произнес он.

В этот вечер я понял одну важную вещь. Неважно, насколько ты силен, какой у тебя ранг и сколько теней подчиняется твоему слову. В конце дня каждому Монарху нужен кто-то, кто просто нальет ему чаю и скажет, что он дома.

Я посмотрел на Мин Соль, потом на сестру, потом на отца и Ли Вона. Наша семья стала больше. Она стала странной, необычной, возможно, непонятной для остального мира. Но в этом доме, защищенном силой двух величайших охотников, царил свет, который не могли погасить никакие Врата.

– Ну что, – Алекс поднял бокал, и его небесно-голубые глаза светились неподдельной радостью. – За новую главу?

– За новую главу! – хором ответили мы.

И я знал, что эта глава будет самой лучшей в нашей истории.