← Назад к обзору

Отражение

Багряный рассвет Монарха

– Папа, это всего лишь ранг А. Ты серьезно собираешься идти с нами как сопровождающий? – Юки скептически вскинул бровь, поправляя на плече ремень своей экипировки.

В свои двадцать лет он выглядел внушительно: рост под сто девяносто, широкие плечи, взъерошенные черные волосы с выбритыми висками и этот дерзкий пирсинг в ушах, который так не любила Ча Хэ Ин, но который Юми считала «частью его самовыражения». Его небесно-голубые глаза искрились азартом, а фарфоровая кожа, казалось, светилась изнутри от избытка маны.

– Я не сопровождающий, Юки, – я спокойно проверил застежки на своих наручах. – Я просто решил провести время со своими сыновьями. Сухо тоже идет, а он, в отличие от тебя, не жалуется на компанию отца.

Сухо, стоявший чуть поодаль, лишь усмехнулся. В свои восемнадцать он был моей точной копией, более сдержанным и рассудительным, чем старший брат.

– Ладно-ладно, Монарх, – Юки примирительно поднял руки. – Просто не перехватывай всех монстров, ладно? Дай нам тоже размяться. Ли Вон сказал, что если я принесу ему ядро босса этого подземелья, он приготовит тот самый ужин, который я люблю.

Я покачал головой. Мои дети. Они выросли в мире, где подземелья были чем-то вроде площадки для тренировок, а не смертным приговором. Близость к моей силе и силе Юми сделала их почти бессмертными, но я всегда помнил: в Бездне нет ничего абсолютно безопасного.

Мы вошли в разлом. Воздух внутри был густым, пропитанным запахом гнили и древней магии. Это было подземелье пещерного типа, заросшее странными светящимися грибами.

– Разделимся? – предложил Сухо, вызывая свои парные клинки.

– Нет, – отрезал я, чувствуя странное шевеление теней у себя под ногами. – Здесь что-то не так. Мана ранга А, но вкус у неё... горький. Держитесь вместе.

Мы продвигались вглубь, легко расправляясь с ордами нежити. Юки действовал агрессивно, его движения были быстрыми и точными. Он еще не полностью раскрыл свой потенциал Теневого Монарха, но его связь с тенями была инстинктивной.

Внезапно из темноты свода на нас обрушилось нечто бесформенное. Это был не монстр в привычном понимании. Полупрозрачная слизь, пульсирующая фиолетовым светом.

– Осторожно! – крикнул я, выбрасывая вперед руку, чтобы воздвигнуть барьер.

Но Юки уже был в прыжке. Он хотел нанести сокрушительный удар сверху, но слизь внезапно разделилась на сотни тонких игл. Одна из них, едва заметная, прошила плечо Юки, игнорируя его доспехи и естественную защиту.

– Юки! – Сухо бросился к брату, снося основную массу существа вихрем клинков.

Старший сын приземлился на колено, схватившись за плечо. Его лицо исказилось от боли, что было странно — его регенерация должна была справиться с такой царапиной за секунды.

– Пап... что-то... – голос Юки прервался. Его зрачки внезапно расширились, а вены на шее почернели.

Я оказался рядом с ним в мгновение ока, отталкивая Сухо в сторону. Мои глаза вспыхнули фиолетовым пламенем, когда я просканировал тело сына.

– Паразит высшего ранга, – прошипел я, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. – Он внедряется в нервную систему и пытается подчинить волю, используя ману носителя против него самого.

– Ты можешь его вытащить? – Сухо выглядел напуганным. Он впервые видел брата в таком состоянии.

– Мне нужно время, чтобы локализовать его, не повредив каналы маны Юки, – я начал концентрировать силу, но Юки вдруг резко оттолкнул меня.

Сила толчка была невероятной. Его отбросило назад, но он не упал. Он встал, и аура, исходящая от него, заставила даже стены подземелья стонать.

Это не была моя аура. И не аура Юми.

– Они... они думали, что могут меня сломать? – голос Юки изменился. Он стал глубже, в нем зазвучал металлический скрежет легионов. – Они думали, что могут отравить мою кровь?

– Юки, успокойся! – я попытался подойти, но земля между нами треснула.

– Ошиблись, – прошептал он, и его глаза залило кроваво-красным светом. – Моя сила — это не только тень. Это гнев самой бездны.

То, что произошло дальше, заставило меня замереть. Юки вскинул руки, и из его тени начали подниматься существа. Но это не были мои привычные солдаты в черных доспехах.

Его легион был кроваво-красным. Тени, сотканные из багряного пламени и запекшейся крови, выстраивались в боевой порядок. Они действовали как одно целое, как единый организм, управляемый волей моего сына. В центре этого хаоса стоял Юки, и его мана пульсировала в такт их движениям.

– Извлечение... – его голос прогремел по всей пещере, – Кровавой Тени!

Паразит внутри него, почувствовав, что носитель выходит из-под контроля, попытался ударить по мозгу, но Юки лишь оскалился. Из его спины, разрывая ткань одежды, начали прорастать костяные конструкции. Они напоминали огромные бластеры или пушки, созданные из чешуи дракона и чистой энергии смерти.

– Черт, – выдохнул я, прикрывая Сухо собой. – Юки, остановись! Ты разрушишь подземелье вместе с нами!

Но он не слышал. Он был в трансе, в состоянии абсолютного боевого безумия, которое бывает только у Монархов в момент их истинного пробуждения.

Паразит, осознав угрозу, попытался покинуть тело, выплескиваясь наружу фиолетовым туманом, но кровавые тени Юки мгновенно окружили его. Они не просто атаковали — они пожирали его ману, разрывая сущность паразита на куски.

– Папа, смотри! – Сухо указал на костяные бластеры за спиной брата.

Они начали светиться ослепительным малиновым светом. Воздух вокруг Юки начал плавиться.

– Он не просто уничтожает паразита, – осознал я. – Он использует его как топливо для своей новой формы.

– Пап, надо его остановить, он же сгорит! – Сухо рванулся вперед, но я перехватил его.

– Нет, Сухо. Сейчас к нему нельзя приближаться. Он должен сам завершить трансформацию, иначе мана разорвет его изнутри.

Юки взревел, и костяные бластеры выстрелили. Лучи чистой, концентрированной мощи прошили своды подземелья, испаряя всё на своем пути. Паразит был уничтожен в одно мгновение — он не просто умер, он был стерт из реальности.

Кровавые тени Юки издали торжествующий клич, который эхом отозвался в моей собственной тени. Игрит и Беру внутри меня зашевелились, признавая нового лидера.

Затем всё стихло.

Костяные пушки втянулись обратно, кровавое сияние померкло, и Юки рухнул на колени. Его легион исчез, оставив после себя лишь запах озона и выжженной земли.

Я оказался рядом с ним в ту же секунду, подхватывая его за плечи.

– Юки! Ты меня слышишь?

Он медленно поднял голову. Красный свет в глазах исчез, уступив место привычной небесной синеве, но в самой глубине зрачков теперь навсегда осталась крохотная багряная искра.

– Пап... – он попытался улыбнуться, но его лицо было бледным, как мрамор. – Кажется... паразит самоуничтожился. Дистанционно.

– Он не самоуничтожился, идиот, – я с облегчением прижал его к себе. – Ты его стер. Ты призвал Кровавый Легион.

– Правда? – Юки прикрыл глаза. – А я думал, мне просто показалось, что всё вокруг стало красным. Ли Вон... он расстроится, что я порвал куртку. Это был его подарок.

Сухо подошел к нам, тяжело дыша, и сел рядом на землю.

– Братец, ты чуть не обрушил на нас потолок. Твои новые... штуки за спиной. Это было круто и жутко одновременно.

– Я всегда знал, что в тебе скрыта огромная сила, Юки, – я помог сыну подняться. – Но то, что я увидел сегодня... это новый уровень. Ты не просто наследуешь мою тень. Ты создаешь свою собственную.

Мы медленно пошли к выходу из подземелья. Юки опирался на моё плечо, его шаги были еще неуверенными, но мана внутри него стабилизировалась, становясь гуще и мощнее.

– Папа, – тихо позвал Юки, когда мы уже видели свет портала. – Только не говори маме про бластеры и кровавые тени сразу. Скажи, что мы просто... немного перетренировались.

– Юки, у тебя полкуртки отсутствует, а из спины всё еще торчат остатки костяных пластин, которые не успели втянуться, – я усмехнулся. – Юми почувствует твою новую ауру еще за три квартала до дома.

– Черт, – вздохнул он. – Тогда скажи ей, что это был очень, очень опасный паразит.

– Он и был опасным, сын, – я серьезно посмотрел на него. – Но ты оказался сильнее.

Когда мы вышли наружу, вечерний Сеул встретил нас прохладным бризом. Я смотрел на своих сыновей и понимал: мир меняется. Мои дети больше не просто «дети Монарха». Они сами становятся Монархами, каждый со своим уникальным путем.

– Пап, а как ты думаешь, – Сухо оглянулся на закрывающийся разлом, – у меня тоже будут такие пушки?

– Надеюсь, что нет, – проворчал я. – Мое сердце не выдержит, если каждый из вас начнет отращивать костяную артиллерию по выходным.

Юки негромко рассмеялся, и в этом смехе уже не было той детской беззаботности. В нем слышалась сталь и осознание собственной мощи.

Мы шли домой, к Юми, к младшим детям, к нашему хаосу и любви. Я знал, что впереди нас ждут новые испытания, но сегодня я был горд. Мой сын не просто выжил. Он принял свою тьму и окрасил её в цвет своей воли.

– И всё-таки, – Юки остановился у входа в наш двор, – кровавый цвет мне идет больше, чем черный, как считаешь?

– Тебе идет то, что ты остался собой, – ответил я, открывая дверь. – А теперь иди и готовься объяснять маме, почему от тебя пахнет сожженной бездной.

– Удачи, бро, – Сухо похлопал брата по плечу и первым нырнул в теплый свет прихожей.

Я задержался на пороге, глядя на звезды. Мои тени радостно шептались, предвкушая будущее. Юки сделал первый шаг к своему истинному величию. И хотя как отец я беспокоился, как Монарх я знал: мой преемник будет легендой, о которой будут шептаться даже боги.

– Джинву! Вы вернулись! – голос Юми из глубины дома заставил меня улыбнуться. – Почему так поздно? И что это за странный запах... Юки?! Что с твоей одеждой?!

– Началось, – прошептал я и вошел внутрь, закрывая за собой дверь в мир, который сегодня стал чуточку безопаснее благодаря гневу моего сына.