← Назад к обзору

Помоги

Под одной крышей с искушением

Квартира Никиты встретила компанию запахом старой кожи, мужского парфюма и легким беспорядком, свойственным жилью одиннадцатиклассника. Новость о том, что их матери — давние подруги — решили сэкономить на коммуналке и рвануть в Сочи, оставив детей под присмотром «старшего и ответственного» Никиты, прозвучала как гром среди ясного неба. Соня стояла в прихожей, сжимая в руках поводок Грома. Щенок кане-корсо, уже размером с приличную тумбочку, радостно вилял обрубком хвоста, пытаясь облизать кроссовки Никиты.

– Ну что, жильцы, проходите, не стесняйтесь, – Никита вальяжно прислонился к косяку, скрестив на груди мощные руки. Его футболка без рукавов открывала вид на рельефные бицепсы, и Соня невольно сглотнула. – Правила простые: мой питбайк не трогать, Вольта не обижать, и чур я первый в душ по утрам.

– Еще чего! – Вика, рост которой едва достигал плеча Артема, решительно втащила свой чемодан в комнату. – Первой в душ иду я, потому что мне нужно сорок минут на укладку. И вообще, Никита, если ты думаешь, что это будет круглосуточная вписка, то ошибаешься. Я за вами всеми присмотрю.

– Вик, расслабься, – Артем, возвышаясь над всеми своими 190 сантиметрами, медленно затаскивал сумки. Он выглядел как человек, который смирился с неизбежным хаосом. – Мы тут всего на две недели. Постараемся не разнести хату.

– Артем, ты слишком добрый, – буркнула Вика, оглядывая гостиную. – Так, Соня спит в комнате с Никитой? Нет, исключено! Соня спит со мной, а вы, лоси, располагайтесь в зале на диване.

Никита рассмеялся, и в его глазах заплясали опасные искорки. Он подошел к Соне почти вплотную, заставляя её задрать голову. В свои четырнадцать она с её СДВГ и так не могла стоять на месте, а близость Никиты заставляла её буквально вибрировать от напряжения. Её тонкая талия и пышные бедра в коротких шортах явно не способствовали спокойствию хозяина квартиры.

– Ну уж нет, Викуль, – протянул Никита, поправляя выбившуюся прядь русых волос Сони. – Мама четко сказала: Соня в гостевой, я у себя, а вы с Артемом — как хотите. Но учитывая, какой Артем тормоз, вы, наверное, просто будете смотреть в потолок и обсуждать физику.

– Заткнись! – Вика покраснела до корней волос и запустила в Никиту декоративной подушкой с дивана.

Соня хихикнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения. Жить в одной квартире с парнем, который в кинотеатре едва не довел её до обморока своими руками... это было испытание не для слабонервных. Она отпустила Грома, и тот тут же умчался на кухню, где его уже ждал джек-рассел Вольт. Собаки устроили настоящую кучу-малу, сбивая напольные вазы и оглашая квартиру лаем.

– Эй, мелюзга! – крикнул Никита псам, но в его голосе не было злости. – Сонь, иди разбери вещи. Твоя комната слева.

Вечер прошел в суете. Артем и Никита пытались заказать пиццу, пока Вика инспектировала холодильник и громко возмущалась отсутствием «нормальной еды». Соня, чья гиперактивность сегодня зашкаливала, носилась между комнатами, пытаясь одновременно разобрать чемодан, поиграть с собаками и не смотреть лишний раз на Никиту, который ходил по квартире с голым торсом, демонстрируя идеальный пресс футболиста.

– Ты можешь хотя бы футболку надеть? – Вика в очередной раз столкнулась с Никитой в коридоре. – Тут дети, между прочим!

– Дети? – Никита покосился на Соню, которая в этот момент пыталась залезть на верхнюю полку шкафа. – Соня, ты ребенок?

– Я в восьмом классе, – отозвалась Соня, балансируя на цыпочках. Короткий топ задрался, обнажая полоску нежной кожи. – И я выше тебя на две головы в плане интеллекта!

– Ой ли? – Никита в два шага оказался рядом. Он легко обхватил её за талию и снял со шкафа, словно она ничего не весила. – Интеллектуалка, упадешь ведь.

Его ладони задержались на её бедрах чуть дольше, чем требовали правила приличия. Соня почувствовала, как по спине пробежал ток. Она посмотрела в его глаза — серые, насмешливые и в то же время пугающе серьезные.

– Пусти, – прошептала она, хотя ей совсем не хотелось уходить.

– Пущу, когда пиццу привезут, – он подмигнул ей и отошел, оставив Соню в состоянии легкого шока.

Когда наконец привезли еду, все четверо уселись на полу в гостиной. Телевизор транслировал какой-то музыкальный канал, собаки мирно грызли одну кость на двоих в углу.

– Слушайте, – Артем, жуя кусок пепперони, посмотрел на друзей. – Раз уж мы тут одни, может, завтра на карьер съездим? Погода обещает быть жаркой. Никита, ты на пите, мы с Викой на автобусе или такси.

– Я на автобусе не поеду! – тут же взвилась Вика. – Там воняет и куча бабок с рассадой. Артем, ты обещал, что мы возьмем машину у твоего брата!

– Брат не дает, Вик, – вздохнул Артем. – Он сказал, что после того, как ты в прошлый раз пыталась переключить передачу ногой, он к машине тебя не подпустит.

– Я просто хотела помочь! – Вика обиженно скрестила руки на груди. – Соня, скажи ему!

Соня, которая увлеченно скармливала корочки от пиццы Грому, встрепенулась.

– А? Да, Вик, ты всегда помогаешь. Особенно когда не надо. Никита, а ты меня возьмешь на питбайке?

Никита замер с куском пиццы в руке. Его взгляд скользнул по фигуре Сони.

– На карьеры дорога плохая, Сонь. Трясти будет знатно. Удержишься?

– Я в прошлый раз удержалась, – она вызывающе вскинула подбородок.

– В прошлый раз мы ехали по асфальту, – Никита понизил голос, так что услышала только она. – А там придется прижиматься ко мне очень крепко. Ты готова к последствиям?

Соня покраснела, но не отвела взгляд. Её СДВГ требовало приключений, а тело — близости этого наглого одиннадцатиклассника.

– Готова, – твердо сказала она.

– Так, – вмешалась Вика, почувствовав неладное. – Никаких «прижиматься». Соня едет со мной в такси. Никита, не смей её соблазнять, ей четырнадцать!

– Вика, ей четырнадцать, а не пять, – лениво отозвался Никита. – Она сама решит. Правда, Сонь?

– Правда, – Соня посмотрела на подругу. – Вик, не ворчи. Это же просто поездка на карьеры.

Ночь в квартире наступила поздно. Вика и Артем долго спорили в зале о том, кто будет спать на разложенном диване, а кто на кресле. В итоге победил здравый смысл (или лень Артема), и они устроились вместе, отгородившись баррикадой из подушек.

Соня лежала в своей комнате, глядя в потолок. Сон не шел. Мысли путались, в голове всплывали моменты из кинотеатра, запах Никиты, его сильные руки. Она ворочалась, сбрасывая одеяло — в комнате было душно.

Вдруг дверь тихо скрипнула. Соня замерла, задержав дыхание. В проеме показался высокий силуэт.

– Не спишь? – шепот Никиты прорезал тишину.

– Не сплю, – так же тихо ответила она.

Он прошел в комнату и сел на край её кровати. В свете луны, пробивающемся сквозь шторы, его лицо казалось высеченным из камня.

– Душно тут, – сказал он, глядя в окно. – Хотел спросить... ты маме звонила?

– Звонила. Они уже в ресторане где-то сидят. Сказали вести себя хорошо.

Никита усмехнулся и перевел взгляд на Соню. Она лежала в тонкой майке, и её грудь вздымалась в такт частому дыханию.

– «Хорошо» — это понятие растяжимое, – он протянул руку и коснулся её плеча. Кожа была горячей. – Знаешь, Сонь, я весь вечер пытаюсь об этом не думать, но у меня плохо получается.

– О чем? – её голос сорвался на шепот.

– О том, что ты в соседней комнате. И что Вика за стенкой. И что я обещал быть ответственным.

Он наклонился ниже, так что Соня почувствовала его дыхание на своих губах. Её сердце колотилось как сумасшедшее. Она знала, что должна попросить его уйти, что это неправильно, что разница в возрасте... но её руки сами потянулись к его шее.

– Никита... – выдохнула она.

– Ш-ш-ш, – он приложил палец к её губам. – Тихо. А то Вика прибежит с топором.

Он осторожно накрыл её губы своими. Поцелуй был мягким, почти невесомым, но в нем чувствовалась такая скрытая мощь, что у Сони закружилась голова. Она ответила, неумело, но с той страстью, на которую была способна только она в своем порыве чувств.

Никита углубил поцелуй, его рука скользнула под её спину, притягивая ближе. Соня чувствовала жесткость его мышц и то, как сильно бьется его сердце. В этот момент она забыла обо всем: о школе, о маме, о правилах. Был только он — её личный наркотик, её скорость и её опасность.

Внезапно в коридоре раздался грохот. Это Гром, видимо, решил поохотиться на Вольта и врезался в сушилку для белья.

Никита резко отстранился, прислушиваясь.

– Черт, – выругался он шепотом. – Эти псы нас выдадут.

– Тебе пора, – Соня тяжело дышала, пытаясь привести мысли в порядок. – Если Вика проснется, она нас обоих прибьет.

Никита встал, поправляя шорты. Его взгляд был темным и тяжелым.

– Завтра на карьерах у нас будет больше времени, – сказал он, направляясь к выходу. – Спокойной ночи, мелкая.

– Спокойной ночи, – ответила она, кусая губы.

Когда дверь закрылась, Соня уткнулась лицом в подушку, сдерживая радостный визг. Её СДВГ ликовало — это было самое захватывающее начало каникул в её жизни.

Утро началось с криков Вики.

– Кто съел мой йогурт?! Артем, это ты? Или этот проглот Никита?

– Вик, я спал, – донесся сонный голос Артема из зала. – Я даже не знаю, где твой йогурт.

– Я его съел, – Никита вышел на кухню, почесывая затылок. – А что? Там не было написано, что он твой.

– Там было написано «Био-баланс»! Это мой баланс, Никита! Ты его нарушил!

Соня вышла из комнаты, стараясь выглядеть максимально естественно. Она поймала взгляд Никиты — мимолетный, но полный воспоминаний о ночном поцелуе — и тут же опустила глаза.

– Доброе утро всем, – сказала она, направляясь к кофемашине.

– Соня, ты чего такая красная? – Вика подозрительно прищурилась. – У тебя температура?

– Нет, просто душно было, – быстро соврала Соня. – Давайте собираться, а то на карьерах все места займут.

Сборы были хаотичными. Вика пыталась впихнуть в одну сумку пять видов солнцезащитного крема, Артем искал свои плавки, а Никита проверял уровень масла в питбайке прямо на балконе (за что получил очередной нагоняй от Вики).

Наконец, они вышли к подъезду. Солнце уже немилосердно палило, обещая жаркий день. У входа стоял черный блестящий питбайк Никиты.

– Так, – Вика вызвала такси. – Соня, садись в машину.

– Нет, Вик, – Соня уверенно подошла к Никиту. – Я поеду с ним. Хочу ветра.

– Соня! – Вика всплеснула руками. – Ты же без шлема!

– У меня есть второй, – Никита достал из кофра шлем и надел его на Соню, затягивая ремешок под подбородком. Его пальцы на секунду коснулись её шеи, и Соня вздрогнула. – Всё под контролем, мамочка Вика. Вези Артема, а мы будем ждать вас на месте.

Никита завел мотор. Рев заполнил двор, заставляя прохожих оборачиваться. Соня ловко запрыгнула на сиденье позади него. Её руки обхватили его торс, пальцы сцепились на твердом прессе. Она почувствовала, как Никита напрягся, подаваясь чуть вперед.

– Держись крепче, – бросил он через плечо.

Они рванули с места, оставляя такси с Викой и Артемом далеко позади. Ветер мгновенно выдул из головы все тревоги. Соня прижалась к спине Никиты, чувствуя, как её грудь касается его лопаток. Это было дерзко, это было на грани, но ей это безумно нравилось.

Дорога к карьерам пролегала через лес. Кочки и ухабы заставляли байк подпрыгивать, и при каждом прыжке Соня еще плотнее вжималась в парня. Никита вел уверенно, но Соня чувствовала, что он тоже на взводе. Его дыхание стало тяжелее, а движения — более резкими.

Когда они наконец выехали к затопленному карьеру с бирюзовой водой и белым песком, там почти никого не было. Никита заглушил мотор в тени большой сосны.

– Приехали, – он снял шлем и встряхнул волосами. – Фух, ну и поездочка.

Соня слезла с байка, её ноги немного дрожали. Она начала расстегивать ремешок шлема, но пальцы не слушались.

– Давай помогу, – Никита подошел к ней. Его глаза горели азартом. Он быстро расстегнул замок, но не спешил забирать шлем. – Знаешь, Сонь... ты так прижималась, что я чуть с дороги не съехал.

– Тебе не понравилось? – она лукаво улыбнулась, глядя на него снизу вверх.

– В том-то и дело, что понравилось слишком сильно, – он прижал её к стволу сосны, блокируя пути к отступлению. – Ты играешь с огнем, маленькая.

– Я люблю огонь, – прошептала Соня, чувствуя, как его колено раздвигает её ноги.

Никита наклонился, чтобы поцеловать её, но в этот момент издалека послышался звук подъезжающего такси.

– Черт, – Никита отстранился, тяжело вздохнув. – Вика обладает удивительным талантом появляться вовремя.

– Это её суперсила, – Соня хихикнула, поправляя шорты.

Через минуту на поляну выскочила Вика, нагруженная сумками, а за ней плелся Артем.

– Соня! Ты цела? – Вика подбежала к подруге, осматривая её на предмет царапин. – Никита, ты как её вез? Она вся взъерошенная!

– Она просто наслаждалась скоростью, Вик, – спокойно ответил Никита, доставая полотенце из кофра. – Идите купаться, а я пока место под навесом займу.

Весь день прошел как в тумане. Они прыгали с обрывов в прохладную воду, загорали и ели бутерброды. Артем и Вика постоянно препирались: Вика требовала, чтобы Артем мазал ей спину каждые пять минут, а Артем пытался просто поспать на песке.

Соня и Никита старались не выдавать себя, но их взгляды постоянно встречались. В воде, когда никто не видел, Никита несколько раз хватал её за талию, увлекая на глубину, и там, в тишине под толщей воды, они на мгновение соприкасались телами.

– Слушайте, – сказала Вика, когда солнце начало клониться к закату. – Нам пора домой. Собаки там, наверное, всю квартиру разнесли.

– Собаки в порядке, – отозвался Никита. – Но ты права, пора. Сонь, едем так же?

– Конечно, – Соня уже надевала шлем.

Обратный путь был спокойнее. Усталость после купания немного утихомирила их обоих. Но когда они вернулись в квартиру и Вика с Артемом сразу ушли в душ, Никита поймал Соню на кухне.

– Завтра Вика уходит к стоматологу, а Артем на тренировку, – прошептал он ей на ухо, прижимая к себе со спины. – Мы останемся одни на целых три часа.

Соня почувствовала, как по телу разливается приятное тепло. Она обернулась в его руках и обхватила его за шею.

– И что мы будем делать? – спросила она, закусив губу.

– О, у меня есть большой список, – Никита улыбнулся своей фирменной наглой улыбкой. – И поверь, «смотреть кино» там на последнем месте.

Соня знала, что впереди их ждет еще много таких дней. Две недели свободы под одной крышей — это слишком большой соблазн, чтобы от него отказываться. И пусть Вика ворчит, пусть Артем тормозит, а мамы ни о чем не подозревают. Здесь и сейчас их мир принадлежал только им двоим, и они собирались выжать из него всё до последней капли адреналина.

Гром и Вольт, лежа на ковре в гостиной, переглянулись. Кажется, даже собаки понимали, что это лето будет очень жарким. Соня прислонилась лбом к груди Никиты, слушая его сильное, ровное сердцебиение, и впервые в жизни её гиперактивный мозг был в абсолютном покое. Она была именно там, где хотела быть.