← Назад к обзору

Помощница

Шепот под сталью

В кабинете было темно, и лишь конус света от настольной лампы выхватывал из мрака хаотичные груды чертежей, графиков и служебных записок. Майкл Венес сидел, ссутулившись, и чувствовал, как тяжесть последних трех недель давит на плечи. Подготовка планов для нового сектора содержания объектов класса Кетер выжала из него все соки. Глаза слезились от мелкого шрифта, а в висках пульсировала тупая боль.

Он потянулся к своей кружке, надеясь на спасительный глоток горького кофе, но пальцы нащупали лишь холодное керамическое дно. Кружка была пуста.

– Опять... – прошептал Майкл, откидываясь на спинку кресла и глядя в потолок, где в тенях прятались камеры наблюдения. – Снова идти к автомату в конце коридора.

Он тяжело вздохнул и решил собрать разбросанные по столу бумаги, прежде чем выйти. Неловким движением он задел стопку отчетов, и листы веером рассыпались по полу.

– Да что б тебя! – Майкл чертыхнулся и полез под стол, собирая документы.

Когда он выпрямился и положил бумаги на место, его взгляд упал на край стола. Там, где мгновение назад стояла его обычная, со сколом на ручке, кружка, теперь красовалась изящная фарфоровая чашка на блюдце. От нее поднимался тонкий ароматный пар, пахнущий дорогими кофейными зернами и едва уловимой ноткой ванили. Кофе выглядел так, будто его только что приготовил профессиональный бариста.

Майкл замер, чувствуя, как по загривку пробежал холодок. В его запертый кабинет никто не заходил. Система безопасности не подавала сигнала.

В тишине комнаты раздался тихий, нежный женский смех. Майкл резко обернулся, едва не сбросив лампу со стола. В дальнем углу кабинета, там, где свет лампы не достигал стен, стояла Амелия. Ее белая маска с неизменной широкой улыбкой тускло поблескивала во мраке.

– О Господи! – выдохнул Майкл, прижимая руку к груди. – Ты чуть меня не напугала до смерти!

– Ой, прости, – Амелия хихикнула, и этот звук был полон искреннего озорства. – Я просто хотела сделать тебе сюрприз. Ты выглядел таким уставшим.

– Как ты вообще здесь оказалась? – Майкл оглядел комнату, проверяя замок на двери. – Это Зона 19, Амелия. Здесь датчики на каждом шагу, тепловизоры, системы распознавания образов...

– Ну, я просто появилась здесь, вот и всё, – она беспечно пожала плечами, делая шаг в круг света. – Пространство — вещь относительная, Майкл. Особенно для тех, кто умеет слушать его шепот.

– Слушай, ты не понимаешь, – Майкл понизил голос до шепота, хотя знал, что звукоизоляция в кабинете отличная. – Тебе нельзя здесь находиться. Если Фонд тебя обнаружит, тебя поставят на содержание. Тебя запрут в камере без окон, будут проводить тесты... Ты должна немедленно уйти.

Амелия подошла ближе, и Майкл снова почувствовал тот странный, манящий холод, который исходил от нее.

– Фонд меня не знает, – мягко проговорила она. – Сколько времени я уже такая, и ни разу меня не обнаружили. А если и попробуют... ни одна стена меня не удержит, ты же знаешь. Кстати, как кофе? Попробуешь?

Майкл снова посмотрел на чашку. Аромат был слишком соблазнительным, чтобы сопротивляться. Он взял фарфор в руки — он был идеально теплым — и сделал глоток. Глаза его расширились. Это был не просто кофе. Это был вкус, который невозможно было встретить в столовой Зоны или в дешевых автоматах. Насыщенный, глубокий, он словно вливал жизнь в его истощенное тело.

– Господи... – выдохнул Майкл. – Это самый лучший кофе, который я когда-либо пил. Как ты это делаешь? В этом здании нет нормальных зерен.

– У каждого есть свои секреты, – Амелия наклонила голову, и ее маска замерла в паре дюймов от его лица. – Тебе нравится?

– Очень. Но я серьезно, Амелия, тебе пора. Давай, уходи. Встретимся дома, когда я закончу смену.

– Ну мне скучно без тебя, – протянула она, и в ее голосе послышалась обида маленькой девочки. – Ты всё время работаешь. Эти бумажки важнее меня?

– Извини, я действительно очень занят, – Майкл потер глаза, чувствуя, как усталость возвращается, несмотря на кофе. – Этот отчет по сдерживанию... Я не знаю, как мне успеть всё в срок. Меня это уже просто задолбало.

Амелия тихо засмеялась и зашла ему за спину. Ее прохладные пальцы легли ему на плечи, начиная медленно разминать затекшие мышцы.

– Может, сделать тебе массаж? Или что-то более... приятное? Чтобы снять стресс?

– Амелия, давай без этого, – Майкл попытался отстраниться, но ее руки были удивительно сильными. – Не здесь.

– Поздно, – прошептала она ему в самое ухо. – Я сделаю тебе приятно, Майкл. Ты заслужил награду за свои труды.

– Я сказал... – Майкл обернулся, чтобы настоять на своем, но позади него никого не было. Амелия исчезла так же внезапно, как и появилась.

Он в недоумении оглядел пустой кабинет.

– Амелия? Ты ушла?

Вместо ответа он услышал тихий смешок прямо у себя под ногами. Майкл заглянул под стол. Амелия сидела там, сжавшись в комок у его коленей. В тесном пространстве под массивной столешницей ее фигура казалась почти призрачной.

– Что ты там делаешь? – Майкл нахмурился.

– Ищу ручку, – невинно ответила она, хотя ее руки уже скользили по его бедрам.

– Вставай немедленно, – Майкл почувствовал, как жар приливает к лицу. – Я знаю, что ты задумала, но я серьезно — не здесь. Это служебное помещение!

– Ну а когда? – ее голос доносился снизу, приглушенный деревом стола. – Я думаю, что надо сейчас.

В этот момент дверь в кабинет резко распахнулась. Майкл вздрогнул и мгновенно выпрямился, стараясь придать лицу максимально невозмутимое выражение.

На пороге стоял Томас. Он выглядел взмыленным и встревоженным.

– Привет, Майкл! Ты не занят? – Томас прошел внутрь, не дожидаясь приглашения.

– Нет... то есть да, я немного занят, – голос Майкла прозвучал неестественно высоко.

Томас не мог видеть Амелию — стол был тяжелым, с цельной передней панелью, скрывавшей всё, что происходило под ним. К тому же в офисе царил полумрак.

– А что у тебя так темно? – Томас защелкал выключателем на стене. – Свет не горит?

– Видимо, лампочка перегорела, – быстро ответил Майкл, чувствуя, как под столом тонкие пальцы Амелии начали расстегивать ширинку его брюк.

Он попытался незаметно толкнуть ее ногой, но его нога лишь прошла сквозь пустоту, словно Амелия стала нематериальной, хотя ее прикосновения он чувствовал отчетливо.

– Хм, странно, – Томас продолжал щелкать выключателем. – Вчера же работала. Ладно, неважно. Слушай, Майкл, нас всех вызывают на срочное собрание в конференц-зал. Директор Зоны рвет и мечет из-за задержек по проекту сдерживания.

Майкл почувствовал, как его лицо начинает гореть. Амелия не просто не остановилась — она начала медленно и умело ласкать его, доводя до предела.

– Так... собрание очень срочное? – Майкл вцепился пальцами в край стола так, что костяшки побелели.

– Ну, не то чтобы прямо сию секунду, – Томас прислонился к косяку двери. – Но через три минуты мы должны быть там. Слушай, с тобой всё нормально? Ты какой-то... красный. И дышишь тяжело.

– Да, всё нормально, – Майкл выдавил из себя подобие улыбки, хотя внутри него всё кричало от смеси наслаждения и дикого страха быть пойманным. – Просто устал. Все эти расчеты... голова кругом.

– Ну, ты это, не перегорай, – Томас с сочувствием посмотрел на друга. – Мы все на взводе.

В этот момент Амелия сделала то, чего Майкл боялся больше всего. Он почувствовал теплое, влажное прикосновение там, где его меньше всего ожидал. Ощущение было настолько острым и неожиданным, что он едва не вскрикнул, вовремя прикусив губу.

– Майкл? – Томас сделал шаг к столу. – Ты точно в порядке? Ты выглядишь так, будто у тебя сердечный приступ.

– Точно! – Майкл почти выкрикнул это. – Слушай, Томас, иди без меня. Я... мне нужно еще пару минут, чтобы дописать вывод в отчете. Я догоню вас.

Томас подозрительно прищурился, вглядываясь в лицо друга во мраке кабинета.

– Ну ладно. Смотри, не опоздай, а то Директор выпишет нам всем по первое число. До встречи.

Томас вышел и плотно закрыл за собой дверь. Майкл тут же откинулся на спинку кресла, закрыв глаза и тяжело дыша. Наслаждение захлестнуло его волной. Это было безумие, риск был запредельным, но то, что делала Амелия, было за гранью всего, что он когда-либо испытывал. Он не понимал, как она это делает — ведь на ней была маска, за которой скрывалась пустота, — но ощущения были более чем реальными.

Через несколько минут Амелия плавно выбралась из-под стола. Она выглядела абсолютно спокойной, если это слово вообще применимо к существу в фарфоровой маске. Она провела пальцем по краю своей маски, словно поправляя что-то невидимое.

– Ты совсем с ума сошла! – Майкл наконец обрел дар речи, хотя его голос всё еще дрожал. – Что это было? А если бы он заглянул под стол?

– Но он ведь не заглянул, – Амелия тихо и нежно рассмеялась, подходя к нему и поглаживая по щеке. – Я просто хотела снять твое напряжение. Теперь ты чувствуешь себя лучше, правда? Ну так что... повторим?

– Нет! – Майкл вскочил, поправляя одежду. – Всё, хватит! Уходи домой, Амелия. Немедленно. У меня собрание, и я уже опаздываю.

Амелия склонила голову набок, и в ее позе проскользнуло что-то кошачье.

– Ну хорошо, зануда. До встречи дома. Очень тебя жду. И кстати...

Она сделала паузу, и ее голос стал совсем тихим, почти интимным.

– Ты очень вкусный на вкус, Майкл.

С этими словами она просто растаяла в воздухе, оставив после себя лишь слабый аромат ванили и пустую фарфоровую чашку на столе.

Майкл еще несколько секунд стоял неподвижно, глядя в то место, где она только что была. Сердце всё еще колотилось в сумасшедшем ритме. Он чувствовал себя одновременно опустошенным, пристыженным и... странно живым.

– Господи, – прошептал он, вытирая пот со лба. – Это было так стыдно. Так неправильно.

Он взял папку с документами и направился к выходу, стараясь не думать о том, что только что произошло. Но где-то в глубине души, за слоями профессиональной этики и страха перед Фондом, он признался себе в одной пугающей вещи.

Ему это понравилось. И он действительно ждал возвращения домой.