Поттер и Фея Солнца
Чай с корицей, шпильки и калибр девять миллиметров
Шпилька на правом сапоге принцессы Солярии предательски хрустнула ровно на полпути к дому Питерсов.
Стелла тихо взвизгнула, покачнулась на ровном асфальте и непременно приземлилась бы носом в аккуратно подстриженную живую изгородь, если бы сильная рука в сером рукаве куртки не подхватила её за талию с поразительной, почти звериной реакцией.
– Опа, – хмыкнул Гарри, легко удерживая девушку на весу. – Приземление номер два за последние двадцать минут. Ваше сиятельство, вы намеренно испытываете мою скромную персону на прочность или это тонкий намек на то, что вас нужно носить на руках?
– Пусти, нахал! – Стелла вспыхнула до самых кончиков ушей, упершись ладонями в его крепкую грудь. – Это не намёк, это некачественный земной тротуар! И вообще, гравитация в этом измерении совершенно не приспособлена для дизайнерской обуви!
– Конечно-конечно, во всем виноват Ньютон, – Гарри мягко опустил её на бордюр, присел на одно колено и без малейшего стеснения обхватил её изящную щиколотку. – Сиди смирно, принцесса. Не дергайся, а то останешься хромой феей, а это начисто разрушит твой ослепительный имидж.
– Эй, ты что творишь?! – возмутилась Стелла, но ногу отдернуть почему-то не смогла. От его пальцев исходило сухое, уверенное тепло, напрочь лишенное того леденящего ужаса, который он демонстрировал в парке.
Гарри тем временем ловко сдернул с пояса небольшой мультитул — компактный швейцарский нож с дюжиной насадок, который он всегда таскал с собой вместе с пистолетами. Щелкнули плоскогубцы. В его свободной руке на долю секунды мелькнула крошечная синеватая искра — без палочки, без слов, чистая прикладная трансфигурация, доведенная до автоматизма годами работы в мастерской. Треснувший пластиковый супинатор внутри каблука уплотнился, сросся с металлической сердцевиной, а трещина на лакированной оранжевой коже затянулась сама собой.
– Держи, – он вернул сапог на место, постучав пальцем по носку. – Титановый стержень и капля армирующего заклятия. Теперь этим каблуком ты сможешь проломить череп среднестатистическому огру, если он снова полезет за твоим кольцом. Не благодари. Это включено в базовый пакет спасения прекрасных дам.
Стелла осторожно наступила на ногу. Каблук держал идеально, словно только что из лучшей мастерской на площади Торговцев в Солярии. Она смерила парня долгим, подозрительным и одновременно восхищенным взглядом:
– Ты... починил обувь? Ты не просто умеешь стрелять и морозить монстров, ты ещё и сапожник?
– Я мастер на все руки, дорогая, – Гарри поднялся во весь рост, картинно отряхнул колени и подмигнул шедшей позади Блум, которая всё ещё пребывала в полуобморочном состоянии от пережитого. – Чиню утюги, перебираю моторы, запекаю идеальную утку по-пекински и выбиваю зубы дуракам. Любой каприз за ваши аплодисменты.
– Гарри, ты невыносим, – покачала головой Блум, нервно прижимая к себе кролика Кико. – У нас в парке чуть не случилась резня, нас атаковали чудовища с тесаками, а ты шутишь про утку!
– Паника, моя дорогая Блум, сжигает лишние калории и совершенно не помогает прицеливанию, – наставительно поднял палец Гарри, перехватывая руль её велосипеда. – Запомни первое правило выживания: если вокруг творится цирк, стань в нем главным клоуном с пулеметом. Это сбивает противника с толку.
– С пулеметом? – переспросила Стелла, поравнявшись с ним и невольно любуясь его четким профилем. – Это те железные штуки, из которых ты делал «бах-бах»?
– Это были «Беретты-92», радость моя. Девять миллиметров чистой итальянской эстетики, доработанной британским гением и гоблинскими рунами. Никакого пафоса, только кинетическая энергия и дырка во лбу у того, кто забыл сказать «пожалуйста».
– Варварство, – фыркнула фея, поправив золотые волосы, но в её глазах плясали искры живейшего интереса. – В Магиксе нормальные люди используют заклинания высшего порядка или клинки из лунной стали.
– И сколько времени у тебя уходит на то, чтобы скастовать твой высший порядок? – Гарри насмешливо скосил глаза на её скипетр, вновь уменьшившийся до кольца. – Секунды три? Четыре? За это время хороший стрелок успеет высадить в тебя весь магазин, закурить сигарету и заказать чашечку эспрессо. Магия — это прекрасно, принцесса, но свинец не требует времени на концентрацию.
Стелла надула губы, собираясь выдать гневную тираду о величии солярной школы магии, но вовремя прикусила язычок. Парень был прав. Если бы не его внезапное появление и чудовищная скорость, Кнут разорвал бы её на части ещё до того, как она успела бы сплести защитную сферу.
Они свернули на тихую, залитую солнцем улочку с аккуратными двухэтажными коттеджами. Возле дома Питерсов стоял старенький пикап Клауса, а из распахнутых окон веяло умопомрачительным ароматом свежеиспеченного яблочного пирога.
– Мы на месте, – выдохнула Блум, берясь за ручку калитки. – Только умоляю... не говорите маме и папе про огра. У папы больное сердце, а мама сразу запретит мне выходить из дома до тридцати лет.
– Обижаешь, – Гарри плавно закатил велосипед во двор и прислонил его к стене. – Для твоих родителей мы просто встретили в парке бродячую собаку, а потом познакомились с очаровательной иностранной студенткой по обмену, которая заблудилась в поисках хорошего кофе. Легенда уровня «Браво», комар носа не подточит.
– Студентка по обмену? – брови Стеллы взлетели вверх. – Я принцесса Солярии!
– В Гардении, детка, титул принцессы дает тебе скидку ровно в ноль процентов в супермаркете за углом, – парировал Гарри, галантно распахивая перед ней входную дверь. – Добро пожаловать в реальный мир. Сними корону, а то в дверной проем не пролезешь.
– Ты!.. – Стелла замахнулась на него сумочкой, но Гарри с кошачьей ловкостью уклонился, пропуская девушек вперед и одарив принцессу настолько широкой и обезоруживающей улыбкой в стиле Рё Саэбы, что та лишь сдавленно выдохнула и зашагала в дом, высоко вздернув подбородок.
Гостиная Питерсов была воплощением земного уюта: выцветшие обои с цветочным узором, мягкие кресла с вязаными пледами, фотографии в деревянных рамках на стенах. Навстречу гостям из кухни вышла Ванесса — невысокая, полная женщина с добрыми лучистыми глазами, вытирая руки полотенцем.
– Блум, милая, ты наконец-то вер... О боже, у нас гости? – Ванесса осеклась, ошеломленно разглядывая Стеллу.
Яркая блондинка в вызывающе коротком оранжевом наряде, с ногами от коренных зубов и аурой сияющей роскоши выглядела посреди скромной прихожей так, словно на лужайку перед домом приземлился космический корабль из чистого золота.
– Здравствуйте, миссис Питерс! – мгновенно включил режим идеального джентльмена Гарри, шагнув вперед и легко перехватив внимание хозяйки дома. – Простите за вторжение без звонка. Это Стелла, она приехала из... очень далекой и солнечной провинции. Мы встретили её в парке, когда показывали Блум город. Оказалось, у девушки украли чемодан с вещами на вокзале, и мы просто не могли бросить её на улице.
– Ох, бедняжка! – сердце Ванессы мгновенно растаяло. Материнский инстинкт победил легкую настороженность перед экзотическим видом гостьи. – Какая дикость! Земля полна негодяев. Проходи, деточка, садись к столу! Клаус как раз закончил в гараже. Вы, должно быть, голодны?
– Ужасно голодна, мадам, – с неподдельным трагизмом вздохнула Стелла, бросив на Гарри короткий, оценивающий взгляд: легенда сработала безупречно. – Я не ела ничего приличного со вчерашнего заката.
– Гарри, мальчик мой, займись чаем? У тебя это получается лучше, чем у меня, – попросила Ванесса, спеша на кухню за пирогом.
– С превеликим удовольствием, тетя Ванесса, – Гарри стянул куртку, небрежно повесив её на спинку стула так, чтобы ткань надежно скрывала рукояти обеих «Беретт», закатал рукава белой рубашки и прошел к плите.
Стелла, усевшись на диван рядом с притихшей Блум, не могла оторвать от него взгляда. В движениях этого странного парня было нечто гипнотическое. Он двигался с грацией опытного хищника, но при этом орудовал кухонной утварью с маниакальной точностью мастера артефакторики. За считанные секунды он зажег конфорку, ополоснул фарфоровый чайник кипятком, засыпал крупнолистовой черный чай, добавил щепотку сушеного чабреца, палочку корицы и несколько капель лимонного сока. Ни единого лишнего жеста. Идеальная экономия энергии, абсолютный контроль над пространством.
– Слушай, Блум, – шепнула Стелла, склонившись к рыжей подруге. – Откуда он вообще взялся? Он что, какой-то тайный рыцарь вашего мира?
– Гарри появился здесь около года назад, – так же тихо отозвалась Блум. – Сказал, что уехал из Англии после крупной ссоры с семьей. Он снял маленькую комнатку над пекарней, помогает папе в мастерской, чинит все, что сломалось, готовит... Но я никогда, слышишь, никогда не видела, чтобы он стрелял или колдовал! Он всегда казался просто... забавным, язвительным старшим братом.
– Забавным? – Стелла нервно хихикнула. – Блум, этот парень одним взглядом заставил двухметрового огра молить о пощаде. И его лед... Я почувствовала его кожей. Это не природная магия феи. Это что-то первобытное, холодное, как бездна между звездами.
– Держите, дамы, – Гарри плавно опустил перед ними деревянный поднос с чашками, от которых поднимался пряный, невероятно ароматный пар. Следом на столе материализовалась тарелка с тонко нарезанным яблочным пирогом. – Пейте, пока горячее. Корица стимулирует кровообращение, снимает посттравматический шок и возвращает румянец на благородные щеки.
– Ты просто невозможный зануда, Гарри, – проворчала Стелла, но чашку взяла. Сделав один глоток, она замерла. Глаза её расширились. – О... великие светила Солярии. Это... это божественно. Даже во дворце моего отца не подают ничего подобного!
– Секрет прост: немного любви и полное отсутствие магической лени, – усмехнулся Гарри, прислонившись бедром к кухонному косяку и скрестив руки на груди. В его зубах снова появилась незажженная зубочистка. – А теперь, когда дипломатический протокол соблюден, а миссис Питерс ушла наверх за чистыми полотенцами... может, поговорим начистоту, принцесса?
Воздух в гостиной мгновенно стал тяжелым. Беззаботный официант исчез, уступив место собранному, опасному аналитику.
– О чем? – нахмурилась Стелла.
– О том, что этот недобитый гоблин вернется, – отрезал Гарри. – И вернется не один. Я оставил его в живых не из жалости. Твари вроде него — шестерки. Трусливые, тупые исполнители. Кто стоит за ним? Кому нужно твое кольцо?
Стелла вздохнула, поставив чашку на блюдце. Её лицо утратило капризное выражение, став неожиданно взрослым и усталым.
– Три ведьмы. Они называют себя Трикс — Айси, Дарси и Сторми. Они учатся в Облачной Башне, школе для темных магов в Магиксе. Они одержимы идеей абсолютной власти и считают, что в кольце Солярии заключена древняя энергия Великого Дракона — силы, создавшей всю нашу вселенную.
Гарри прищурился:
– Огонь Созидания? Энергия творения?
– Именно. Они охотятся за мной с самого начала семестра. Кнут — их слуга. Я думала, что оторвалась от них через пространственный прыжок, но мой скипетр разрядился, и меня выбросило сюда, в этот бессильный мирок.
– Наш мирок не бессилен, он просто предпочитает физику сомнительной метафизике, – сухо заметил Гарри. – Но есть проблема посерьезнее, чем твое кольцо.
Он перевел взгляд на Блум. Рыжеволосая девушка вздрогнула, почувствовав его тяжелое внимание.
– Блум, – негромко произнес Гарри. – В парке, когда огр замахнулся на эту пернатую принцессу, ты закричала.
– Я... я испугалась за неё, – пролепетала Блум.
– Нет. Дело не в испуге. Когда ты закричала, асфальт под твоими ногами нагрелся до пятидесяти градусов. Трава в радиусе двух метров пожелтела от сухого жара. Воздух задрожал так, будто рядом включили доменную печь.
Стелла резко повернулась к подруге, её глаза вспыхнули золотом:
– Я знала! Я почувствовала это еще на поляне! Блум, ты не человек! Ты фея!
– Что?! – Блум вскочила с дивана, уронив Кико на ковер. – Нет! Это невозможно! Я обычная! Я родилась в Гардении, я хожу в обычную школу, у меня двойка по химии! Какая из меня фея?!
– Очень сильная, судя по температурным аномалиям, – меланхолично отозвался Гарри. – И очень неопытная. А это значит — смертельно опасная для самой себя и окружающих. Если эти ведьмы охотятся за первичной силой огня, и если в тебе течет то, что они ищут... Кнут вернется не за кольцом. Он придет за тобой.
Тишина, повисшая в комнате, была нарушена тяжелыми шагами на лестнице. В гостиную спустился Клаус — высокий, кряжистый мужчина в фланелевой рубашке.
– Так-так, кого тут Гарри опять привел? – добродушно прогудел он, протягивая широкую ладонь Стелле. – Клаус Питерс. Рад познакомиться, юная леди. Надеюсь, этот сорванец не успел утомить вас своими лекциями о правильной заточке ножей?
– Нисколько, сэр, – выдавила Стелла, силясь сохранить светскую улыбку. – Ваш чай... выше всяких похвал.
– Это всё Гарри, – махнул рукой пожарный, направляясь к холодильнику. – У парня золотые руки. Не знаю, что за дураки были его родители, раз отпустили такого парня, но мы с Ванессой нарадоваться не можем. Слушай, Гарри, в мастерской тот компрессор...
Клаус не договорил.
Стекла в окнах гостиной жалобно зазвенели.
Земля под домом глухо содрогнулась, словно в нескольких метрах под фундаментом пронесся товарный поезд. Люстра под потолком качнулась, звякнув хрустальными подвесками. Из кухни раздался испуганный вскрик Ванессы:
– Клаус! На улице что-то происходит!
Гарри среагировал мгновенно.
Он не стал задавать вопросов. Одним текучим, смазанным движением он сорвал со стула куртку, накинул её на плечи и уже на бегу к входной двери взвел курки обеих «Беретт».
– Всем оставаться в доме! – рявкнул он голосом, не терпящим возражений. В этом рыке не осталось ничего от вежливого помощника механика. Это был приказ командира на поле боя. – Дядя Клаус, запри заднюю дверь и уведи тетю Ванессу в подвал! Живо!
– Гарри, что там?! – крикнул пожарный, инстинктивно повинуясь властной интонации подростка.
– Гости, которых не звали, – бросил Гарри, распахивая входную дверь и вылетая на крыльцо.
Стелла, не слушая предостережений, рванула следом за ним. Блум, бледная как полотно, выскочила на террасу последней.
То, что творилось на аккуратной улочке Гардении, напоминало дурной сон.
Солнце скрылось за тяжелыми, грязно-фиолетовыми тучами, внезапно затянувшими ясное небо. Асфальт посреди дороги был вздыблен, разорван чудовищными когтями. Возле покосившегося забора стоял Кнут. Но на этот раз огр был не один.
Позади него возвышалась пятиметровая живая скала — горный охотничий тролль, закованный в шипастые железные пластины. Тварь сжимала в когтистых лапищах вырванный с корнем фонарный столб, из пасти капала пена, а узкие желтые глазки горели слепой жаждой убийства. Вокруг гиганта клубилась целая стая крылатых упырей — низших бесов пустоты, визжащих на ультразвуке.
– Вот они! – взревел Кнут, указывая кривым пальцем на крыльцо. – Забери у них кольцо и девчонку! А черного стрелка разорви на куски!
– О небо... – ахнула Стелла, попятившись. – Это охотничий тролль из диких земель! У него абсолютный иммунитет к базовой магии!
– Абсолютный, говоришь? – Гарри стоял на верхней ступеньке крыльца, слегка расставив ноги для устойчивости. Ветерок шевелил его темную челку. На его губах снова появилась та самая дикая, азартная усмешка, от которой у врагов холодела кровь. – Ваше сиятельство, твоя следующая фраза: «Мы все погибнем, нужно бежать!»
– Мы все погиб... Заткнись, придурок! Сейчас не время для фокусов! – взвизгнула Стелла, сжимая кулаки. – Моя трансформация! Солнце Солярии, дай мне силу!
Вспыхнул ослепительный золотой свет. За доли секунды земная одежда девушки растворилась в вихре сияющих искр, уступив место сверкающему топу, шортам и трепещущим полупрозрачным крыльям. В её руке возник боевой скипетр.
– Неплохое преображение, фигурка — высший класс, – присвистнул Гарри, ни на секунду не теряя контроля над обстановкой. – Блум, назад в дом! Стелла, держи воздух и выкашивай крылатых шавок! Большого ублюдка беру на себя!
– Ты с ума сошел?! Тролля не берут даже боевые заклинания специалистов! – крикнула фея, взмывая в небо.
– Специалисты твои — хлюпики в трико, – оскалился Гарри. – А я практик.
Тролль взревел так, что в соседних домах лопнули стекла, и бросился на крыльцо, занося фонарный столб для сокрушительного удара, способного стереть дом Питерсов в щебень.
*БАХ! БАХ!*
Два выстрела слились в один звук. Гарри целился не в бронированную тушу. Пули вошли точно в колени наступающего монстра. Зачарованный вольфрам с хрустом пробил железные щитки, раздробив суставы. Тролль взвыл, споткнулся, но чудовищная масса несла его вперед по инерции.
– Лови подачу, урод! – Стелла спикировала сверху, вонзив луч концентрированного света прямо в морду чудовища. – *Солнечный ожог!*
Свет ослепил тролля, тот выронил столб и слепо взмахнул лапой, едва не сбив фею в воздухе. Воздушная волна отбросила Стеллу назад, она потеряла равновесие, кувыркнулась и врезалась в крону клена.
Крылатые бесы ринулись к ней, почуяв уязвимость добычи.
– Назад, падаль! – рявкнул Гарри.
Его движение было нечеловечески быстрым. Он спрыгнул с крыльца, скользнул по мокрой траве на коленях, скрестив руки в стрельбе по-македонски.
*БАХ-БАХ-БАХ-БАХ-БАХ!*
Черная сталь «Беретт» изрыгала пламя. Стреляные гильзы веером летели на газон, звеня о камни. Гарри не просто стрелял — он танцевал среди летящих когтей и клыков. Выстрел — тварь с пробитой грудью падает в траву. Разворот на пятке — пуля в упор сносит челюсть второму упырю. Щелчок выброса пустых магазинов, руки взлетают вверх, ловят свежие обоймы с пояса, затворы лязгают с хищным щелчком.
– Стелла, подъем! Не спать на посту! – крикнул он, не глядя назад и разнося череп очередному бесу.
– Я не сплю, хам! – Стелла вырвалась из ветвей, её скипетр засиял ослепительным нимбом. – *Лунная спираль!*
Поток серебристого сияния разметал остатки воздушной стаи, превратив монстров в кучки пепла.
Но пятиметровый тролль уже оправился. Раненые колени твари затягивались прямо на глазах — его регенерация была чудовищной. Опираясь на кулаки, гигант поднялся во весь рост, его багровая морда исказилась первобытной яростью. Он набрал в грудь воздух, собираясь обрушить на противников сокрушительную звуковую волну.
– Сейчас или никогда, – прошептал Гарри.
Он спрятал правый пистолет в кобуру. Его левая рука метнулась в карман куртки, извлекая тонкий моток зачарованной стальной струны — трофей из арсенала гоблинских ликвидаторов.
– Эй, кусок дерьма! – крикнул Гарри, делая шаг вперед. – Твоя следующая фраза: «Я раздавлю тебя в лепешку, мелкий червь!»
Тролль замер на долю секунды, его тупые мозги замкнуло от наглости добычи, и он прорычал:
– Я раздавлю тебя в лепешку, мелкий... ГЫ?!
В этот миг Гарри рванул вперед. Не отступая, не уклоняясь — прямо под ноги надвигающейся скале.
– Гарри, нет! – в ужасе закричала выскочившая на крыльцо Блум.
Тролль обрушил оба пудовых кулака вниз, стремясь расплющить наглеца о землю. Но Гарри уже не было там. Он скользнул между массивных ног чудовища, словно ртуть, за доли секунды обмотав зачарованную струну вокруг его лодыжек. Струна вспыхнула холодным синим пламенем, намертво врезаясь в плоть и стягивая лапы монстра стальным капканом.
Тролль покачнулся, теряя опору.
А Гарри уже стоял позади него. Его глаза, обычно серые и насмешливые, стали цвета полярного льда.
Воздух вокруг парня сжался. Температура рухнула так резко, что трава вокруг покрылась белым инеем, а выдыхаемый воздух превратился в густой пар. Сила древней крови, спавшая в нем четырнадцать лет, взревела яростным океаном.
– Хватит топтать чужие газоны, – ледяным, вибрирующим тоном произнес Гарри.
Он вытянул правую руку вперед, раскрыв ладонь.
– *Абсолютный ноль.*
Это не было заклинанием Хогвартса. Это не было чарами фей. Это был первобытный глас стихии.
Из ладони Гарри вырвался чудовищный конус морозного ветра. Свирепая метель ударила троллю в спину. На глазах у онемевшей Стеллы пятиметровый гигант начал стремительно замерзать. Кожа твари посерела, шипы покрылись сосульками, кровь в жилах застыла. За три секунды пятитонная живая гора превратилась в монолитную ледяную статую чистейшего сапфирового оттенка.
Тролль застыл с открытой пастью, запертый в вечной мерзлоте.
Гарри тяжело перевел дух. На его висках блестели капли пота, пальцы слегка подрагивали от колоссального расхода внутренней магии. Но лицо оставалось абсолютно спокойным.
Он медленно вытащил вторую «Беретту», прицелился в основание ледяного монолита и хладнокровно нажал на спуск.
*БАХ!*
Зачарованная пуля ударила в критическую точку напряжения. По сапфировому льду побежала тонкая паутина трещин. Секунда тишины — и гигантская статуя с оглушительным хрустальным звоном взорвалась миллионом мелких осколков, осыпав улицу безвредным ледяным дождем.
От пятиметрового чудовища не осталось ничего, кроме кучки быстро тающего снега на разорванном асфальте.
Кнут, прятавшийся за остатками забора, издал звук, похожий на писк раздавленной мыши. Его желтые глаза вылезали из орбит. Он посмотрел на пустую дорогу, потом на Гарри, который не спеша вытирал ствол пистолета о рукав куртки, и рухнул на колени.
– Д-демон... – пролепетал огр. – Ты не человек... Ты ледяной демон...
– Твоя следующая фраза: «Я больше никогда не вернусь на Землю, только не убивай!» – устало, но с прежней ядовитой усмешкой бросил Гарри.
– Я больше никогда не вернусь на Землю, только не уби... – Кнут осекся, зажал пасть лапами и, не дожидаясь приглашения, судорожно ударил о землю своим амулетом.
Темная пространственная воронка поглотила его в то же мгновение, схлопнувшись с глухим хлопком.
На улице воцарилась мертвая тишина.
Только тучи над Гарденией начали медленно рассеиваться, пропуская лучи закатного солнца, да на асфальте блестели стреляные гильзы вперемешку с осколками льда.
Стелла плавно опустилась на траву. Её крылья растаяли, превратившись в мерцающую пыльцу, а скипетр снова стал серебряным кольцом. Она подошла к Гарри на негнущихся ногах, её янтарно-карие глаза были огромными, полными смеси шока, благоговения и необъяснимого, дикого восторга.
– Ты... ты взорвал горного тролля, – прошептала она, остановившись в полушаге от него. – Одним заклинанием и одним выстрелом. Даже директор Саладин в Красном Фонтане не делает этого с такой легкостью.
– Меньше пафоса, больше практики, принцесса, – Гарри крутанул пистолеты на пальцах и с привычным щелчком вогнал их в наплечные кобуры. Он посмотрел на неё сверху вниз, и его губы тронула мягкая, искренняя улыбка. – Ты, кстати, отлично отработала с воздуха. Если бы не твой лунный луч, те летающие твари испортили бы мне прическу. А я очень трепетно отношусь к своей шевелюре.
Стелла почувствовала, как к горлу подкатывает комок. Вся её спесь, всё её напускное королевское высокомерие окончательно рассыпались в прах. Перед ней стоял парень, который только что спас её жизнь, жизнь её новой подруги и целый квартал — и стоял так, словно просто вынес мусор перед ужином.
Не удержавшись, она сделала шаг вперед и порывисто обняла его за шею, уткнувшись носом в его плечо, пахнущее порохом, морозной свежестью и чаем с корицей.
– Спасибо, – тихо, без тени капризов сказала она ему на ухо. – Ты действительно сумасшедший. Но ты потрясающий, Гарри.
Гарри на секунду замер. За четырнадцать лет жизни в Англии его никто не обнимал так — искренне, тепло, без скрытых мотивов, без оглядки на то, чей он сын и почему он не похож на своего «героического» братца Годрика.
Его руки сами собой опустились на её тонкую талию, прижимая девушку чуть ближе.
– Эй, принцесса, – насмешливо прошептал он, хотя его голос слегка дрогнул. – Осторожнее. Мои услуги телохранителя стоят очень дорого. Боюсь, королевской казны Солярии не хватит, чтобы расплатиться за такие нежности.
Стелла отстранилась, её щеки пылали ярче закатного солнца, но взгляда она не отвела:
– Я найду способ расплатиться, стрелок. Уж поверь мне.
– Гарри! Стелла! – к ним подбежала Блум, задыхаясь от слез и адреналина. – Вы целы?! Боже мой, папа... мама... они в порядке, но дом... улица... Что нам теперь делать?!
Гарри огляделся. Развороченный асфальт, поломанный забор, следы битвы. В магловском мире такое не скроешь. Скоро сюда приедет полиция, пожарные, репортеры. Оставаться здесь Блум больше нельзя — если Трикс прознали про её существование, Гардению просто сотрут с лица земли.
– Выхода нет, – твердо произнесла Стелла, повернувшись к рыжеволосой девушке. – Блум, ты должна пойти со мной. В Магикс. В школу Алфея. Там ты будешь в безопасности, там тебя научат контролировать твою силу. Директриса Фарагонда разберется, что происходит.
Блум растерянно посмотрела на свой дом, потом на Стеллу, и наконец перевела умоляющий взгляд на Гарри:
– Гарри... Я не могу одна. Я боюсь.
Гарри тяжело вздохнул, потирая переносицу.
Перед ним стоял выбор. Он мог остаться здесь. Залечь на дно, переехать в другой сонный городок, чинить тостеры и жить тихой жизнью отшельника, забыв про магию, войны и великие предназначения. Британия осталась позади, Волан-де-Морт и Дамблдор пусть варятся в собственном соку.
Но затем он посмотрел на Блум — испуганную девочку, ставшую ему сестрой.
И на Стеллу. Гордую, ослепительную, яркую, как сверхновая звезда, фею, которая смотрела на него сейчас с затаенной надеждой и вызовом.
Магикс. Другое измерение. Мир, где никто не знает фамилии Поттер. Мир, где не нужно прятать оружие и оглядываться на дурацкие запреты Министерства магии. Мир, полный неизведанных тайн, древних сил и... чертовски опасных приключений.
– Ну уж нет, – Гарри дернул уголком рта, и в его серо-стальных глазах вспыхнуло пламя чистейшего авантюризма Джозефа Джостара. – Оставить двух несовершеннолетних девиц без присмотра в незнакомом измерении? Да меня совесть замучает. К тому же... – он нагло подмигнул вспых