Поттер и Фея Солнца
Свинец, шелк и ведьмин расчет
– ...и тролль просто разлетелся на куски! – голос Кнута сорвался на визгливый фальцет, когда он уткнулся мордой в холодные каменные плиты крипты. – Бабах! И всё! Только синий снег по ветру! Госпожа Айси, клянусь своими рогами, этот парень — не человек!
Айси медленно обошла съежившегося огра.
Каждый ее шаг отзывался сухим хрустом: под подошвами сапог ведьмы камень мгновенно покрывался коркой колкого инея. Длинный белоснежный хвост ее волос покачивался в такт движениям, а в узких льдисто-голубых глазах не было ни капли сочувствия — только холодное, колючее бешенство.
– Абсолютный лед? – ведьма остановилась над слугой, брезгливо пнув его в бок острым носком сапога. – У магла? Ты посмел придумать эту сказку, чтобы скрыть собственную никчемность, кусок навоза? Во всем магическом измерении только я владею первозданным холодом! Ни одна жалкая фея, ни один смертный червь не способен заморозить горного тролля за секунду!
– Он не врет, дорогая сестрица, – из густой фиолетовой тени у дальней колонны бесшумно выплыла Дарси.
Ведьма тьмы лениво перебирала тонкими пальцами пряди темно-зеленых волос. Ее губы кривились в ядовитой, гипнотической полуулыбке, но зрачки оставались неестественно расширенными.
– Я сняла остаточный слепок с ауры Кнута, когда он вывалился из портала. В его памяти действительно запечатлен образ. Темноволосый мальчишка с серыми глазами. И тот холод... – Дарси слегка повела плечами, словно ей стало зябко под своим обтягивающим трико. – Это не твоя вьюга, Айси. В нем нет ветра или снега. Это чистый, мертвый покой. Энтропия в чистом виде. Древняя магия крови, какую в Магиксе не видели со времен падения цивилизаций Древности.
– Да какая к черту разница, чем он там машет?! – взревела Сторми, материализуясь посреди зала в снопе сиреневых молний.
Кудрявая ведьма бури яростно сжала кулаки, заставив воздух затрещать от статического электричества.
– Один смертный недоумок посмел сорвать наши планы! Он уничтожил наш штурмовой отряд и заставил нашего слугу ползать на брюхе! Дайте мне сотню грозовых элементалей, и я сожгу эту розовую свиноферму вместе с их хваленой часовой башней! Я расплавлю его дурацкие железки прямо в его руках!
– Заткнись, Сторми, – оборвала ее Айси ледяным, резким шепотом, от которого молнии вокруг ведьмы бури испуганно погасли. – Штурмовать Алфею в открытую — самоубийство. Фарагонда только и ждет повода, чтобы выставить вокруг школы барьер Высшего Круга. Наша цель — кольцо Солярии и та рыжая девчонка. Если огр не ошибся, в ней пробудилось нечто куда более опасное, чем свет принцессы-пустышки.
Айси подошла к чаше с черной зачарованной водой, отражавшей контуры башен Алфеи. Тонкий палец с длинным сапфировым когтем опустился на водную гладь. Вода мгновенно затянулась морозным узором, вырисовывая профиль парня в темном пальто с сигаретой в зубах.
– Гарри Эванс... – протянула ведьма льда, и в ее глазах вспыхнул опасный, жадный огонек хищницы, встретившей достойную добычу. – Ты решил встать между нами и великой силой, стрелок? Что ж. Посмотрим, чей холод окажется острее, когда я вырву твое сердце из груди.
***
В часовой башне Алфеи пахло машинным маслом, горьким табаком и толченым серебром.
На широком дубовом верстаке царил идеальный, почти геометрический порядок, способный довести любого инженера до эстетического экстаза. В латунных зажимах стояли двадцать тяжелых гильз калибра .45 ACP. Гарри, склонившись над верстаком в свете настольной лампы с зеленым абажуром, орудовал тончайшим резцом из закаленной эльфийской стали.
Его рука не дрожала. Одно микродвижение — и на свинцовом носике экспансивной пули появлялась крошечная руна Соулу, переплетенная с гоблинским символом пробития доспеха.
– Добавляем щепотку звездного базальта в пороховую навеску... – негромко бормотал он себе под нос, аккуратно орудуя ювелирными весами. – Капля трансфигурационного закрепителя... И вуаля. Заряд, способный пробить силовой щит паладина и выжечь темную эктоплазму на глубину трех дюймов. Чисто, надежно, никакой лишней магии.
*Тик. Так. Тик. Так.*
Мерный стук отремонтированного маятника за его спиной внезапно сбился на долю секунды. Воздушный поток за спиной изменился: сквозь запах пороха пробился знакомый аромат цветов апельсина, спелых персиков и согретого полуденным зноем шелка.
Гарри даже не поднял головы от резца:
– Твоя следующая фраза: «Гарри, прекрати возиться со своими железяками, весь Магикс ждет нашего триумфального явления!»
– Гарри, прекрати возиться со своими железяками, весь... А-а-а! Да чтоб тебя черти драли в твоем Лондоне!
Дверь башни с грохотом распахнулась, впуская утренний свет и разъяренную, ослепительную принцессу Солярии.
Стелла выглядела так, словно сошла с обложки самого дорогого модного журнала магического измерения. На ней было облегающее платье цвета расплавленного золота с глубоким вырезом, открывавшим изящные ключицы, короткая джинсовая жилетка с кристаллами Сваровски и умопомрачительные босоножки на двенадцатисантиметровых шпильках, украшенные золотыми ремешками, обвивавшими ее точеные икры. Волосы были уложены в сложную, небрежную прическу, из которой выбивались несколько золотистых локонов.
– Ты когда-нибудь прекратишь это делать?! – зашипела она, стремительно подходя к верстаку и упирая руки в крутые бедра. – Это невыносимо! Это антигуманно! Ты начисто лишаешь женщину радости театрального появления!
– Принцесса, твое появление шумно настолько, что его можно засечь земным военным радаром за тридцать миль, – Гарри аккуратно отложил резец, сдул микроскопическую металлическую стружку с пули и только потом медленно поднял на нее глаза.
Его взгляд — тяжелый, оценивающий, откровенно мужской — скользнул по ее ногам, талии и задержался на чувственных губах, хранивших память о вчерашнем поцелуе. Внутренний Рё Саэба издал победный вопль и мысленно поставил наряду десять баллов из десяти.
– Впрочем, должен признать: наряд стоит того, чтобы ради него пропустить парочку выстрелов. Ты выглядишь чертовски опасно, Стелла.
Принцесса мгновенно сменила гнев на милость. Она самодовольно расправила плечи, кокетливо проведя ладонью по золотой ткани платья:
– Знаю. Я потратила на этот образ целых сорок минут! Гризельда чуть не лопнула от злости, когда увидела длину моей юбки на утреннем построении. Но сегодня суббота! Первый выходной семестра! Автобус до города Магикс отправляется через двадцать минут, а ты все еще сидишь в своей кобуре, как старый ворчливый дед!
– Город Магикс? – Гарри прищурился, вытирая пальцы ветошью. – Экскурсия по местным достопримечательностям?
– Не просто экскурсия, неотесанный ты чурбан! – Стелла наклонилась к нему через верстак, обдав волной пьянящего парфюма. Ее лицо оказалось в считанных сантиметрах от его губ. – Мы идем по магазинам! Блум нужны нормальные вещи, а не те земные тряпки, в которых она похожа на испуганного механика. Флора хочет заглянуть на рынок редких семян, Муза мечтает о новых звуковых кристаллах, а Текна... ну, Текна просто хочет взломать центральный терминал городской библиотеки.
– А ты? Чего хочешь ты, ваше сиятельство? – низким, вкрадчивым голосом спросил Гарри, поймав ее лукавый взгляд.
– Я хочу вытащить своего личного телохранителя в свет, – прошептала Стелла, и кончик ее языка дразняще скользнул по верхней губе. – И посмотреть, как ты будешь таскать мои коробки с обувью. Говорят, тяжелая физическая работа усмиряет наглых британских снайперов.
– Мечтай, принцесса, – Гарри усмехнулся, но спорить не стал.
Город Магикс был центром этого измерения. Изучить инфраструктуру, пути отхода, плотность населения и уровень местной стражи входило в его первоочередные задачи.
Он поднялся из-за стола, быстро сбросил рабочий фартук и натянул темно-серое полупальто с шелковой подкладкой. Две вороненые «Беретты» с глухим металлическим щелчком скрылись в наплечных кобурах. В боковой карман легли свежие магазины с зачарованными патронами, а на пояс за спину — короткий кинжал из черного гоблинского обсидиана.
– Пять минут на сборы, – бросил он, застегивая пуговицы. – И предупреждаю сразу: если твои коробки с обувью будут весить больше, чем ящик армейских гранат, я просто сброшу их в ближайший фонтан.
– Ты не посмеешь! Это же ручная работа мастеров Солярии! – взвизгнула Стелла, но ее рука уже собственнически скользнула под его локоть, сжимая крепкий бицепс сквозь ткань пальто.
Они спустились во двор, где их уже поджидала остальная четверка Винкс.
Блум переминалась с ноги на ногу в окружении подруг, с явным трепетом поглядывая на парящий у ворот антигравитационный автобус — вытянутую перламутровую капсулу без колес, мерцавшую нежно-розовым силовым полем.
– Гарри! – с облегчением выдохнула рыжая девушка при виде брата по оружию. – Слава богу, ты идешь с нами. Мне до сих пор кажется, что этот летающий трамвай рухнет в первое же болото.
– Не рухнет, Блум, – спокойно отозвался Гарри, оценивающе оглядывая летающую посудину. – Подъемная тяга стабильна, антигравитационные подушки откалиброваны с запасом в пятнадцать процентов. Хотя защита от зенитного огня отсутствует напрочь. Два выстрела из крупнокалиберной винтовки в нижний генератор — и эта жестянка спикирует на землю, как подбитая утка.
– Спасибо, Гарри, ты умеешь успокоить, – нервно хихикнула Блум.
– Погрешность в расчетах мистера Эванса составляет менее двух процентов, – невозмутимо подала голос Текна, сверяясь со своим наручным экраном. – Транспортная система Магикса рассчитана на абсолютный мирный регламент. Любая террористическая угроза вызовет коллапс логистики за четыре минуты тридцать секунд.
– Прекратите оба! Вы портите мне предвкушение шоппинга своими дурацкими взрывами! – топнула ножкой Стелла, буквально затаскивая Гарри по трапу в салон.
Поездка заняла не более пятнадцати минут, но для Гарри эти пятнадцать минут превратились в тактическую рекогносцировку.
Пока девочки щебетали о платьях для предстоящего школьного бала, Гарри сидел у окна, цепко сканируя местность сквозь сизый дым сигареты (водитель пытался возмутиться, но, наткнувшись на ледяной взгляд парня, предпочел сделать вид, что ослеп).
Ландшафт вокруг Алфеи был обманчиво идиллическим. Бескрайние изумрудные луга, чистое зеркало озера Роккалуче, вдалеке — зубчатые пики гор, за которыми угадывались мрачные силуэты Облачной Башни. Воздушное пространство патрулировалось слабо: пара звеньев летающих сканнеров Красного Фонтана да редкие гражданские глайдеры.
«Идеальные условия для засады, – холодно отметил про себя Гарри. – Никаких блокпостов. Никаких досмотров. Этот мир настолько размяк в своем благополучии, что любая банда отморозков со стрелковым оружием устроит здесь кровавую баню за пару часов».
Город Магикс встретил их ослепительным полуденным солнцем, звоном фонтанов и разношерстной, шумной толпой.
Архитектура столицы поражала воображение: футуристические стеклянные башни соседствовали со средневековыми готическими арками, прямо по мостовым из полированного кварца сновали антигравитационные скутеры, а над головами прохожих парили голографические рекламные щиты. В воздухе пахло жареным миндалем, озоном, дорогими духами и сладкой ватой.
– Свобода! – провозгласила Стелла, выпорхнув на центральную площадь и раскинув руки. – Девочки, за мной! Начнем с «Галереи Венеры»! Там завезли новую коллекцию шелковых накидок с Зенита!
Следующие два часа превратились для Гарри в изощренную пытку, которую он с честью выдерживал благодаря армейской выдержке.
Пока Блум робко примеряла небесно-голубые сарафаны, Флора зарывалась носом в горшки с экзотическими хищными орхидеями, Муза спорила с продавцом музыкальных кристаллов, а Текна с умным видом ковырялась в витрине с голографическими процессорами, Стелла устроила настоящее модное дефиле.
Она выпархивала из примерочных кабинок каждые три минуты, меняя наряды со скоростью автоматной очереди:
– Гарри, как тебе это изумрудное? Подчеркивает цвет моих глаз?
– Изумрудное отлично, но глубокий разрез на бедре сковывает движения при высоком ударе ногой, – невозмутимо комментировал парень, сидя на мягком бархатном пуфике у входа в бутик и листая местный оружейный каталог.
– А этот топ из перьев лунной птицы?
– Слишком легко воспламеняется от огненных заклинаний. Один плевок инфернального беса — и ты превратишься в жареного цыпленка.
– Ты невыносим! – возмущалась принцесса, но в ее глазах плясали искры восторга. Ни один парень из Красного Фонтана не смотрел на нее *так* — без рабского обожания, с дерзкой насмешкой, но при этом с такой звериной внимательностью, словно он готов был перегрызть глотку любому, кто косо на нее взглянет.
К трем часам пополудни девушки, нагруженные пакетами, осели в открытом кафе на набережной широкого канала.
Гарри благоразумно отказался от местного лимонада, заказав себе двойной эспрессо без сахара и чашечку чистого кипятка, в котором заварил собственные травы.
– Слушай, Гарри, – Блум отпила фруктовый коктейль через соломинку, с благодарностью глядя на свои новые покупки: стильные джинсы, удобные кожаные кеды и легкую куртку. – Ты ведь так и не рассказал... Что ты делал на Земле до того, как встретил нас? Папа говорил, что ты приехал из Лондона, но... ты совсем не похож на англичанина.
Стелла тут же навострила ушки, подвинувшись к нему ближе и положив подбородок на сложенные ладони. Флора и Муза тоже затихли.
Гарри медленно провернул чашку с кофе в пальцах.
– В Лондоне я учился выживать, – негромко произнес он, глядя на мерцающие блики воды в канале. – Моя так называемая семья жила в роскошном особняке, окруженном древними заклятиями. Они считали себя аристократами, белой костью магического мира. Мой отец Джеймс был виртуозным дуэлянтом, мать Лили — гением чар. А мой драгоценный братец Годрик... – на губах Гарри появилась кривая, недобрая усмешка. – Он был их маленьким божком. Когда нам было по пятнадцать месяцев, на наш дом напал сильнейший темный маг той эпохи. Волан-де-Морт.
Девушки замерли. Даже Текна отложила свой прибор.
– Мой дед и бабка погибли, защищая нас, – продолжил Гарри, и в его голосе зазвучал тот самый ледяной металл, от которого дрожали стекла. – А потом этот выродок вошел в детскую. Он хотел убить нас обоих. Но у меня сработал древний родовой инстинкт. Моя кровь... сила, которую я сам не понимал, вырвалась наружу. Я проморозил его тело до состояния хрупкого стекла и взорвал его к чертовой матери. Я потерял сознание от магического истощения. А когда очнулся...
Он замолчал, закуривая очередную сигарету. Дым плотным кольцом поднялся к полотняному навесу кафе.
– Осколок взорвавшегося стула оцарапал лоб моему братцу. Шрам в форме буквы «V». И великий светлый волшебник, директор их хваленой школы, указал пальцем на Годрика и провозгласил его «Мальчиком-Который-Выжил». Избранным. Спасителем нации.
– А ты? – тихо, с замиранием сердца спросила Флора.
– А про меня просто забыли, – Гарри пожал плечами с нарочитой легкостью, хотя в глубине его серых глаз плеснулась застарелая боль. – Я стал тенью в собственном доме. Меня воспитывали домовые эльфы на кухне да пыльные портреты предков в подвале. Годрику покупали лучшие зачарованные метлы, его обучали лучшие мастера, им восхищались газеты. Меня же не пускали даже к семейному сейфу.
– Какие мерзавцы... – прошипела Стелла. Ее ладонь накрыла его руку, сжав пальцы с неожиданной силой. Ее янтарные глаза потемнели от ярости. – Как можно бросить собственного ребенка?! Если бы мой отец узнал...
– Твой отец живет в таком же мире иллюзий, принцесса, – мягко перебил ее Гарри. – Но я не стал плакать в подушку. Эльфы научили меня готовить и вести хозяйство. Портреты научили меня древней магии крови и структурированию материи. А улицы магловского Лондона и гонконгская триада мистера Чанга научили меня главному правилу: пуля калибра девять миллиметров летит быстрее любого проклятия. Я стал наемником. Убийцей. Чистильщиком. Я выполнял грязную работу, пока мой братец купался в лучах славы.
– А когда тот темный лорд вернулся? – подала голос Муза.
– Я спас Годрику жизнь на кладбище, – отрезал Гарри. – Перестрелял свиту Волан-де-Морта, прострелил колено их главному финансисту Люциусу Малфою и утащил брата через портал. И знаете, что произошло? Годрик заявил, что разогнал врагов сам своим коронным разоружающим заклинанием. Родители поверили ему. А когда отец попытался наставить на меня палочку и приказать мне стать пушечным мясом в их Ордене... я прострелил Джеймсу Поттеру плечо, забрал чемоданы и ушел навсегда.
За столиком повисла гробовая тишина. Официант, подходивший со счетом, почувствовал исходящую от парня ауру первобытной угрозы и благоразумно испарился за барной стойкой.
Стелла смотрела на Гарри во все глаза. В ее взгляде не было страха. Там горело чистое, яростное восхищение. Она подалась вперед и, совершенно не стесняясь подруг, крепко поцеловала его в колючую щеку:
– Они были слепыми идиотами, Гарри. Ты стоишь тысячи таких «избранных».
Гарри криво усмехнулся, уже открывая рот, чтобы выдать очередную колкость, как вдруг...
Воздух над каналом задрожал.
Теплый полуденный зной внезапно сменился промозглой, сырой тяжестью. Голографические экраны на зданиях замигали, покрываясь помехами. Вода в канале пошла мелкой рябью, приобретая мутный, маслянисто-фиолетовый оттенок. Прохожие на набережной начали испуганно оглядываться: птицы разом смолкли, а небо над площадью стремительно затягивали неестественные, черные грозовые тучи.
– Тревога, – механическим голосом произнесла Текна, вскакивая. – Локальное искажение гравитационного и магического полей. Радиус купола — триста метров. Мы изолированы от внешней сети!
– Не от сети, куколка, – раздался с крыши соседнего торгового центра глумливый, раскатистый голос, усиленный эхом бури. – Вы изолированы от жизни!
С неба с оглушительным треском ударила сиреневая молния, расколов каменную набережную в трех метрах от столика.
Взрывная волна разметала стулья и зонтики. Прохожие с визгом бросились врассыпную, но выходы с площади уже блокировали массивные стены из черного льда, выросшие прямо из мостовой.
Гарри среагировал за долю секунды до удара молнии.
Его руки метнулись вперед: сбив Стеллу и Блум с ног, он увлек их за массивную гранитную кадку с пальмой, которая приняла на себя каменные осколки.
– Винкс, боевая готовность! – рявкнул он, и этот голос прозвучал как удар хлыста. – Текна, Муза, держите тыл и гражданских! Флора, прикрой Блум! Стелла — со мной!
– С превеликим удовольствием! – воскликнула принцесса, и золотое сияние преображения окутало ее фигуру.
За секунду земное платье растворилось, уступив место сверкающему топу, ультракоротким шортам и трепещущим крыльям. Боевой скипетр Солярии с гулом материализовался в ее ладони.
В центре площади, зависнув в воздухе на высоте пяти метров, материализовались три фигуры.
– Какая трогательная идиллия! – пропела Дарси, ее глаза светились зловещим гипнотическим светом, а из пальцев струились щупальца густой тьмы. – Девочки вышли на шопинг! А с ними их верный дрессированный песик с Земли!
– Отдай нам кольцо, фея, и мы, возможно, оставим твоему стрелку уши на память! – захохотала Сторми, вокруг которой уже закручивался смертоносный торнадо из фиолетовых разрядов.
Айси парила чуть выше сестер. Ее белоснежные волосы развевались на морозном ветру, а взгляд был прикован исключительно к Гарри.
– Ну здравствуй, фальшивый повелитель льда, – процедила она, вытягивая руки. – Покажи мне, на что способны твои железные игрушки! *Ледяные пики Смерти!*
Десятки полутораметровых сосулек из черного, зачарованного льда со свистом сорвались с ее пальцев, устремляясь прямо к укрытию.
– Ложись! – крикнула Стелла, поднимая скипетр: – *Солнечный щит!*
Золотая сфера вспыхнула перед ними, принимая на себя чудовищный град. Пики с грохотом разбивались о сияние, осыпая брусчатку острыми обломками, но щит Стеллы опасно затрещал: темная магия Айси давила с колоссальной силой.
– Она продавит защиту через три секунды! – крикнула принцесса, ее лицо побелело от напряжения.
– Не продавит, – раздался спокойный, леденящий душу голос Гарри.
Мир вокруг парня замедлился. Включился тот самый абсолютный расчет, превращавший его в идеальную машину уничтожения.
Две черные «Беретты» с металлическим лязгом покинули наплечные кобуры. Пальцы легли на спусковые крючки.
Гарри не стал прятаться за щитом. Он шагнул прямо сквозь золотое сияние наружу, под шквал темной магии.
Его тело двигалось с грацией Реви, танцующей на краю преисподней.
Низкий подкат по скользким от инея камням — первая очередь сосулек прошила воздух над его головой. Разворот корпуса на сто восемьдесят градусов. Руки скрещены в классическом македонском хвате.
*БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!*
Грохот модифицированных девятимиллиметровых стволов разорвал магический купол.
Пули, гравированные рунами подавления, летели со скоростью звука. Первая пара вошла точно в основание торнадо Сторми. Зачарованный вольфрам вступил в реакцию с кинетической энергией бури: раздался оглушительный хлопок, вихрь ведьмы сорвался с траектории и сдетонировал в воздухе, отбросив кудрявую колдунью назад.
– А-а-ай! Моя рука! – взвизгнула Сторми, когда одна из пуль по касательной вспорола ей плечо, заливая черный костюм кровью.
– Сторми! – рявкнула Дарси, вскидывая руки для иллюзорной атаки. – *Зеркало обмана!*
Вокруг Гарри мгновенно возникли восемь абсолютно одинаковых проекций Дарси, каждая из которых заносила кинжал из сгущенной тьмы.
– Твоя следующая фраза: «Ты никогда не угадаешь, где настоящая, смертный червь!» – лениво, словно на прогулке, бросил Гарри, даже не поворачивая головы.
Все восемь проекций опешили на долю секунды, и хор голосов Дарси синхронно выдал:
– Ты никогда не угадаешь, где настоящая, смерт... ЧТО ЗА ДЬЯВОЛ?!
– Тепловизор у тебя паршивый, иллюзионистка, – оскалился Гарри.
Он не стал гадать. Его левая рука метнулась за спину, выхватывая из подсумка тяжелую осколочную гранату с маркировкой «Свет Солярии» — совместную поделку его артефакторики и магии Стеллы. Зубами сдернув чеку, он швырнул гранату не в клонов, а строго под ноги пятой фигуре слева — туда, где тень от солнца падала под естественным углом.
*ВСПЫШКА!*
Слепящий сноп концентрированного фотонного света взорвался с треском разорванного шелка. Иллюзии лопнули, как мыльные пузыри. Настоящая Дарси с истошным воплем схватилась за обожженное лицо, рухнув на колени:
– Мои глаза! Он ослепил меня!
– Тварь! – Айси взбесилась окончательно.
Потеряв самообладание, ведьма льда спикировала вниз, создавая в руках гигантский клинок из мерзлотного базальта.
– Я разорву тебя на куски! Ты сдохнешь здесь, слышишь?!
– Слишком много шума для сосульки, – Гарри убрал левую «Беретту» в кобуру.
Его серо-стальные глаза вспыхнули ровным, безжалостным сапфировым пламенем.
Воздух вокруг площади не просто остыл — он замерз на атомарном уровне. Температура упала до минус семидесяти. Черный лед Айси, покрывавший выходы с площади, вдруг затрещал, теряя цвет и рассыпаясь в серую труху: ее магия была буквально сожрана куда более древней, хищной стихией.
Гарри шагнул навстречу падающей ведьме. Его правая рука, окутанная морозным туманом первозданного покоя Блэков, встретила лезвие базальтового меча открытой ладонью.
*ХРУСЬ!*
Магический клинок Айси не разрубил плоть. Едва коснувшись пальцев Гарри, зачарованный темный лед с жалобным звоном промерз насквозь и взорвался ледяной пылью.
Ведьма застыла в воздухе в полуметре от него, не в силах пошевелиться. Ее дыхание перехватило. Она смотрела в его глаза — холодные, пустые, древние, как сама смерть, — и впервые в своей жизни почувствовала первобытный, сковывающий кишки ужас.
– Твой лед — просто холодная вода, девочка, – тихо, с пугающей вкрадчивостью произнес Гарри. – А мой лед — это конец всего сущего.
Ствол его оставшейся «Беретты» уперся снизу прямо в аккуратный подбородок Айси. Металл обжигал кожу ледяным жаром.
– Твоя следующая фраза: «Сестры, отступаем!» – прошептал он, взводя курок.
Айси судорожно сглотнула, чувствуя, как кровь стынет в жилах, и против собственной воли, в слепом животном ужасе выкрикнула:
– Сестры, отступа... ТЕМНЫЙ ПОРТАЛ! СЕЙЧАС ЖЕ!
Раненые Сторми и Дарси, не помня себя от страха, ударили остатками сил по пространству. Черная воронка разверзлась прямо за спиной их лидерши. Гарри нажал на спуск, но Айси в последнее мгновение дернулась назад, и зачарованная пуля лишь срезала прядь ее белоснежных волос и глубоко вспорола щеку.
Черная дыра с чавкающим звуком поглотила трех ведьм, захлопнувшись с глухим пространственным хлопком.
На площади воцарилась оглушительная тишина.
Купол тьмы растаял. На набережную снова хлынул золотой солнечный свет. Только разбитый асфальт, ошметки черного льда да стреляные латунные гильзы напоминали о том, что здесь только что едва не разразилась бойня.
Гарри крутанул пистолет на спусковой скобе, загнал его в кобуру под пальто и медленно выдохнул облачко пара.
– Ну вот, – проворчал он, возвращаясь к своему обычному ехидному тону. – Опять испортили мне кофе. И сигарета промокла. Никакого уважения к частной собственности.
– ГАРРИ! – раздался отчаянный, звонкий крик.
Стелла, позабыв про скипетр, королевское достоинство и шпильки, со всех ног бросилась к нему. Врезавшись в его грудь на полной скорости, она обвила руками его шею, прижимаясь всем телом и тяжело, сбивчиво дыша ему в ключицу.
– Ты сумасшедший! Псих! Чертов самоубийца! – всхлипывала она, осыпая его грудь ударами маленьких кулачков, но при этом сжимая его так крепко, словно боялась, что он исчезнет. – Лезть под клинок ведьмы голыми руками! Стрелять в упор! Ты хоть понимаешь, что со мной было бы, если бы она...
– Принцесса, тише, – Гарри мягко перехватил ее запястья, опустил их и прижал девушку к себе, чувствуя, как колотится ее сердце. Его рука легла ей на затылок, перебирая золотые шелковистые пряди. – Я же говорил: профессионалы не умирают от рук дилетанток с дур