Поттер и Харви
Разделяй и властвуй
Площадь Гриммо, 12 погрузилась в гнетущую, вязкую тишину, какая бывает только после катастрофы. Орден Феникса, еще недавно бывший главной силой светлой стороны, теперь напоминал группу заговорщиков, запертых в осажденной крепости. И враг был не снаружи, он просочился внутрь – через камины, через письма, через саму структуру их мира.
Джеймс Поттер сидел, вцепившись в подлокотники кресла так, что побелели костяшки. Его лицо, обычно выражавшее аристократическую спесь, теперь было пепельно-серым. Второй день он не мог получить доступ к своим хранилищам. Второй день гоблины из Гринготтса на все его яростные вопли отвечали ледяным, вежливым отказом. Он, Лорд Поттер, глава древнего и благородного рода, оказался нищим.
– Они издеваются! – наконец прорычал он, нарушая молчание. – Эти мерзкие твари издеваются надо мной! Аудит! Какой, к Мерлину, аудит?!
– Успокойся, Джеймс, – устало произнес Римус Люпин. Он выглядел измотанным. – Криками делу не поможешь.
– А чем поможешь, Римус?! – вскинулся Сириус. Он больше не походил на веселого бунтаря. Его лицо осунулось, под глазами залегли тени. – Мои счета тоже заморожены! Все! Я не могу снять ни единого кната! Мы отрезаны от собственных денег!
Годрик, сидевший в углу с перевязанной рукой, злобно сверкнул глазами. Физическая боль почти прошла, но унижение горело в нем неугасимым огнем. Его, героя, победителя Темного Лорда, лишили не только славы в одночасье, но и средств к существованию. Все его планы на будущее – роскошная свадьба с Джинни, восстановление Поттер-мэнора, жизнь в статусе главного волшебника Британии – рассыпались в прах.
– Это все он, – прошипел Годрик. – Этот выродок. Это его рук дело.
– Мы не знаем этого наверняка, – мягко возразила Лили, хотя в ее голосе не было уверенности. Она смотрела на Дамблдора, ища поддержки, но директор молчал. Он сидел во главе стола, его пальцы были сплетены в замок, а взгляд устремлен в пустоту. Он выглядел постаревшим на десять лет.
– Не знаем? – фыркнул Джеймс. – Не будь наивной, Лили! Сначала он калечит твоего сына, потом его жена-королева угрожает нам, а на следующий день гоблины объявляют нам финансовую войну! Совпадение? Не думаю!
– И не забывайте про Министерство, – мрачно добавил Кингсли Бруствер. – Скримджер в бешенстве. Французы требуют выдать нас как международных преступников. Наш собственный премьер-министр смотрит на нас как на прокаженных. Мы стали токсичными, Альбус.
Дамблдор медленно поднял голову. Его голубые глаза, обычно полные мудрости и хитринки, были тусклыми.
– Они действуют быстрее, чем я предполагал, – тихо сказал он. – Они нанесли удар по двум нашим основам: финансам и политическому влиянию. Они изолируют нас. И делают это с хирургической точностью.
– Так что нам делать?! – почти выкрикнул Сириус. – Сидеть здесь и ждать, пока они отнимут у нас все? Может, стоит нанести ответный удар? Найти их!
– И что ты сделаешь, Сириус? – голос Дамблдора стал жестким. – Вторгнешься на территорию суверенного государства? Нападешь на правящего монарха? Ты хочешь развязать войну между магическим и немагическим мирами? Войну, в которой мы, скорее всего, проиграем, потому что даже не понимаем, как воюет наш противник?
Сириус сдулся и рухнул обратно в кресло, бормоча проклятия.
– Нам нужно затаиться, – продолжил Дамблдор. – Переждать бурю. Найти альтернативные источники финансирования. Попытаться уладить дела с Министерством…
Он говорил правильные слова, но все в комнате чувствовали – великий стратег растерян. Он впервые столкнулся с врагом, который играл не на его поле и не по его правилам.
***
На «Луналталии», в командном центре, Гарри и Клэр наблюдали за этой сценой на огромном голографическом экране. Качество изображения, передаваемого микро-дроном, было безупречным. Они слышали каждый вздох, видели каждую гримасу отчаяния на лицах членов Ордена.
– Они в панике, – констатировала Клэр, ее голос был ровным и холодным. – Финансовый и политический рычаги сработали идеально. Дамблдор пытается взять ситуацию под контроль, но теряет авторитет. Джеймс и Сириус на грани нервного срыва. Годрик подавлен и жаждет мести. Идеальная среда для следующей фазы.
– Фазы психологического давления, – кивнул Гарри, отпивая кофе из кружки. Он выглядел абсолютно спокойным, словно решал тактическую задачу на учениях. – Они ждут прямого удара. Но мы ударим изнутри. По их репутации. По их вере друг в друга.
Он увеличил изображение на экране, сфокусировавшись на лицах.
– Они все еще считают себя героями, пострадавшими от неблагодарного родственника. Общественное мнение на их стороне. Пока что. Нам нужно это изменить. Нам нужен рупор, который донесет нашу версию событий до каждого волшебника в Британии.
– «Ежедневный пророк»? – спросила Клэр.
– Именно. А для этого нам нужен самый беспринципный, самый жадный до сенсаций и самый продажный журналист во всем магическом мире.
Гарри набрал на сенсорной панели имя, и на экране появилось досье: фотография женщины в ядовито-зеленом наряде, с острыми чертами лица и в очках в причудливой оправе. Рита Скитер.
– Она превратит любую сплетню в сенсацию, – пояснил Гарри. – Она не гнушается ничем: незаконное проникновение, шантаж, искажение фактов. Идеальный инструмент. Вопрос только в том, как с ней связаться и чем заплатить.
– Связь – не проблема, – ответила Клэр. – Мои люди найдут ее в течение часа. А оплата… Деньги ее не удивят. Мы предложим ей то, от чего она не сможет отказаться. Эксклюзив. Компромат на ее конкурентов и врагов, который позволит ей стать монополистом на рынке скандальных новостей на годы вперед.
– Идеально, – улыбнулся Гарри. – Подготовь пакет. Статья должна быть написана не как обвинение от моего имени, а как результат «журналистского расследования», основанного на «анонимном источнике в Министерстве». Она должна сеять сомнения. Не говорить прямо, а намекать. Почему Поттеры и Дамблдор спровоцировали международный конфликт? Каковы были их истинные мотивы? Не ставят ли они свои семейные интересы выше безопасности всей магической Британии?
– Разделяй и властвуй, – кивнула Клэр, ее синие глаза холодно блеснули. – Классика. Я займусь этим лично.
***
Рита Скитер сидела в темном углу паба «Дырявый котел», потягивая огневиски. Дела шли неважно. После войны сенсаций поубавилось, а Министерство под руководством Скримджера стало жестче контролировать прессу. Она скучала.
Внезапно напротив нее за столик бесшумно опустился человек. Он был одет в строгий магловский костюм, лицо скрыто в тени, но его осанка выдавала военную выправку.
– Мисс Скитер? – его голос был тихим, с едва уловимым акцентом.
– Зависит от того, кто спрашивает, – язвительно ответила Рита, окидывая его оценивающим взглядом. – Если из Министерства, то меня здесь нет.
– Я не из Министерства, – незнакомец положил на стол тонкую папку. – Я здесь, чтобы предложить вам историю. Историю, которая вернет вас на вершину.
Рита скептически хмыкнула.
– Я слышала это уже тысячу раз.
– Вы не слышали этого, – человек придвинул папку к ней. – Внутри – набросок статьи. О недавнем «дипломатическом инциденте» с участием семей Поттер и Блэк. Основано на данных от высокопоставленного источника.
Глаза Риты загорелись алчным огнем. Она слышала слухи, но никто не знал подробностей.
– И что вы хотите взамен? Золото?
– Мы выше этого, – ответил незнакомец. Он положил рядом с папкой небольшой кристалл, похожий на флешку. – Это оплата. Здесь – полный архив переписки, финансовых транзакций и личных секретов ваших главных конкурентов из «Придиры» и «Ведьмополитена» за последние пять лет. Достаточно, чтобы уничтожить их карьеру навсегда.
Рита замерла. Это было не просто предложение. Это был джекпот.
– Откуда у вас это? Кто вы?
– Считайте нас… заинтересованной стороной, которая ценит качественную журналистику, – человек встал. – Опубликуйте статью в завтрашнем номере. Без изменений. После этого кристалл активируется. Если вы попытаетесь нас обмануть или выяснить, кто мы… поверьте, следующий компромат будет уже на вас. И он будет куда более разрушительным.
Незнакомец растворился в толпе так же незаметно, как и появился. Рита Скитер, дрожащими от возбуждения руками, открыла папку. Ее «Прытко Пишущее Перо» уже чесалось в сумочке.
***
На следующее утро за завтраком на площади Гриммо раздался крик ярости. Это был Джеймс Поттер. Он держал в руках свежий номер «Ежедневного пророка», и его лицо исказила гримаса гнева.
На первой полосе красовался огромный заголовок, написанный ядовито-зелеными буквами: «ПОТТЕРОВСКАЯ ГЛУПОСТЬ: СПАСИТЕЛИ ВТЯГИВАЮТ БРИТАНИЮ В ВОЙНУ?»
Под заголовком была колдография Годрика, сделанная в Париже, где он с искаженным от ярости лицом кричал что-то, и рядом – фото элегантной, спокойной Клэр Харви с подписью: «Королева Клэр Харви, глава дружественной державы, подвергшаяся неспровоцированному нападению».
Статья Риты Скитер была шедевром манипуляции. Она не обвиняла прямо, но задавала вопросы. «Источники в Министерстве, пожелавшие остаться анонимными, сообщают, что конфликт был спровоцирован личными семейными разборками Поттеров…» «Почему Альбус Дамблдор, гарант мира, позволил своим подопечным совершить акт агрессии на чужой территории?» «Неужели ‘Избранный’ Годрик Поттер, опьяненный победой, решил, что ему все дозволено?» «Что скрывают Поттеры, и почему их семейные проблемы могут стоить магической Британии ценного союзника и привести к экономическим санкциям?»
– Мерзавка! – ревел Джеймс, комкая газету. – Я ее в порошок сотру!
– Кто ей слил это?! – рычал Сириус, оглядывая присутствующих. – Кто-то из нас? Кто предал?!
Паранойя, как ядовитый плющ, начала оплетать их маленький мир. Они смотрели друг на друга с подозрением. Молли Уизли испуганно прижимала к себе детей. Римус пытался успокоить Джеймса, но тот его не слушал.
Дамблдор взял газету из рук Кингсли. Он читал статью, и его лицо становилось все мрачнее. Он понял. Это был второй удар. Удар по их единству, по доверию друг к другу. Гарри не просто воевал с ними, он их разбирал на части, как сложный механизм, вынимая одну деталь за другой.
В этот момент в камин в его кабинете наверху упало письмо. Оно было запечатано печатью, которую он не видел много лет. Печатью старого друга, работавшего в немецком Министерстве магии. Дрожащими руками Дамблдор вскрыл конверт.
«Альбус, – говорилось в письме. – Пишу тебе тайно. У нас тревожные вести. В лесах у Нурменгарда замечена активность. Группа неизвестных волшебников. Они используют старые шифры и символику… символику, связанную с Геллертом. Боюсь, кто-то пытается возродить его идеи. Будь осторожен, старый друг».
Дамблдор опустился в кресло. Все смешалось. Атака Гарри. Кризис в Ордене. И теперь – призрак его самого страшного прошлого, Геллерт Гриндевальд. Это не могло быть совпадением. Возможно, Гарри как-то связан с этим? Или это третья сила?
Он не знал, что письмо было фальшивкой. Что его «старый друг» несколько недель назад получил очень выгодное предложение о досрочном выходе на пенсию от подставной магловской компании, и сейчас нежился на пляже на Канарах, не подозревая, что от его имени отправляются письма. Он не знал, что вся «активность» у Нурменгарда была голографической проекцией, созданной по приказу с «Луналталии».
Он попался на крючок.
Спустившись вниз, он прервал перепалку.
– Довольно! – его голос прозвучал властно. – У нас новая, куда более серьезная угроза.
Он рассказал им о письме. О Гриндевальде. О возможном возрождении темного культа в Европе.
– Это отвлекающий маневр! – тут же заявил Джеймс. – Это Гарри пытается отвести от себя внимание!
– Возможно, – согласился Дамблдор. – А возможно, и нет. Мы не можем игнорировать такую угрозу. Я сам не могу покинуть страну, пока здесь такой кризис. Римус, Кингсли, Тонкс. Вы отправитесь в Германию. Немедленно. Действуйте скрытно, соберите информацию. Мы должны знать, с чем имеем дело.
Он разделил их. Он отправил своих лучших людей гоняться за призраками, ослабляя и без того поредевшие ряды Ордена.
***
На «Луналталии» Гарри и Клэр смотрели, как на одном из экранов три точки, обозначающие членов Ордена, покидают Британию и движутся в сторону Германии. На другом экране все еще шла трансляция из дома на площади Гриммо, где оставшиеся члены Ордена выглядели подавленными и растерянными.
– Фаза два завершена, – констатировал Гарри. В его голосе не было ни радости, ни злобы. Только удовлетворение от хорошо выполненной работы. – Они разделены. Они деморализованы. Они сомневаются во всем. Дамблдор отвлечен на ложную цель.
Клэр подошла к нему и положила руку на плечо.
– Они все еще опасны. Не стоит их недооценивать.
– Я и не недооцениваю, – ответил Гарри, поворачиваясь к ней. Он взял ее руку. – Но теперь они играют в мою игру. Они будут реагировать, а не действовать. Они будут искать предателей среди своих, пока настоящий враг наблюдает за ними с Луны.
Он посмотрел на главный экран, где в маленьком окошке транслировалось изображение спящих в своих колыбелях Дореи и Чарльза.
– Они хотели забрать у меня будущее. А я лишу их прошлого, настоящего и будущего. Постепенно. Методично. Без единого выстрела. Я заставлю их самих демонтировать все, что они построили. И когда от их Ордена, их репутации и их единства останутся одни руины, они придут ко мне. И будут просить о пощаде.
Его зеленые глаза были холодны, как космос за иллюминатором. Война теней была в самом разгаре. И Гарри Харви, мальчик, которого они выбросили, теперь был ее безжалостным дирижером.