Поттер из Доминиона
Глубинный протокол
Мутная толща Черного озера встретила титановую тушу SCV непроглядным мраком и вязким холодом.
Для средневековых сказок это место было обителью древних тайн, забытых глубин и загадочного водяного народа. Для сенсорных систем тяжелого шахтерского экзоскелета двадцать пятого века шотландский водоем представлял собой мелкую лужу с избыточным содержанием разложившейся органики, торфа и взвешенных минеральных частиц.
В кабине пахло подогретым синтетическим маслом, озоном от перегруженных фильтров и крепким терранским табаком.
Гарри щелкнул тумблером на верхней панели. Четыре мощнейших галогеновых прожектора на внешних дугах SCV вспыхнули ослепительным белым светом, пробивая вековую муть на добрых полсотни метров вперед. Вода перед кварцевым бронестеклом закипела мелкими пузырьками от нагрева защитных решеток.
– Эхолот активен, – раздался в наушниках спокойный голос Ариэль. В динамиках шуршали легкие помехи квантового моста. – Сканирование дна завершено. Рельеф холмистый, много подводных расщелин и затопленных каменных монолитов. Центральная впадина — прямо по курсу, триста двадцать метров. Как давление в гидросистеме?
– Шесть атмосфер на этой глубине — тьфу, детский лепет, – усмехнулся Гарри, пуская струйку сизого дыма прямо в вытяжку над головой. – Свон конструировал эту обшивку для метановых морей Браксиса, где давление сплющивает танки в консервные банки. Местная водичка для гидравлики — что теплая ванна.
– Не расслабляйся, командир, – вклинился в эфир хриплый голос Миры Хан. На фоне слышался глухой треск автоматных очередей — наемница, судя по всему, развлекалась стрельбой по озерным чайкам с посадочной палубы челнока. – Мои сканеры засекли движение в придонных водорослях. Какие-то мелкие уродцы с длинными пальцами и клыками. Сбиваются в стаи. Похоже на местных зерглингов, только тощих и сопливых.
– Гриндилоу, – прокомментировала Ариэль. – В текстах, изъятых Новой из школьной библиотеки, они классифицируются как агрессивная болотная фауна. Будь осторожен, они нападают группами.
– Если они полезут на плазменный бур — получат бесплатный суп из морепродуктов, – хмыкнул Гарри.
Он качнул правый рычаг управления.
Многотонный гидравлический каркас SCV ответил глухим рыком. Шаговые опоры с широкими титановыми грунтозацепами с хрустом раздавили вековой ил, поднимая густые клубы донной пыли. Экзоскелет тяжело, монотонно шагал по покатому дну, оставляя за собой борозды полуметровой глубины. Водометные маневровые движители на спине мерно гудели, снимая часть веса и удерживая стальную махину в устойчивом положении.
Слева от курса в свете прожекторов мелькнули колышущиеся водоросли. Из изумрудных зарослей внезапно вынырнули десятки зеленоватых склизких созданий с рогатыми головами и тонкими цепкими пальцами.
Гриндилоу.
Водяные черти заверещали, выпуская пузыри воздуха из зубастых пастей, и с первобытной яростью ринулись на вторгшегося в их владения пришельца. Для них любое живое существо, попавшее в озеро, было добычей.
Гарри даже не шелохнулся. Он просто нажал педаль внешнего акустического эмиттера.
– Отвалите, блохи.
Низкочастотный гидроудар, предназначенный для дробления горных пород в водонасыщенных шахтах, сорвался с излучателя на днище кабины.
Вода содрогнулась с тяжелым, глухим стуком, словно под гладью озера взорвалась шашка динамита. Ударная волна сжатия разошлась сферой во все стороны.
Гриндилоу даже не успели понять, что произошло. Внутренние органы тварей разорвало гидроударом, их перепончатые тела конвульсивно дернулись и закружились в мутном водовороте, оседая на дно бесформенной слизью. Те немногие, что плыли позади, в панике забили ластами и брызнули в расщелины скал, скуля от лопнувших перепонок.
– Акустический разряд эффективен, – бесстрастно зафиксировала Ариэль. – Потерь энергии ноль целых четыре десятых процента.
– Идем дальше, – Гарри толкнул манипулятор вперед. – Мэт, что с остальными «чемпионами»?
– Спутниковое термографирование и гидролокаторы крейсера ведут всех четырех, – отозвался адмирал Хорнет с капитанского мостика «Непреклонного». – Седрик Диггори движется по верхнему эшелону, глубина двадцать метров. Заклинание воздушного купола стабильно. Виктор Крам трансформировал верхнюю часть тела в акулу, скорость высокая, держится южного берега. Француженка… у нее проблемы.
– Докладывай, – нахмурился Гарри.
– Мисс Делакур атакована крупной стаей тех самых подводных гуманоидов в восточном каньоне, – ответил Мэт. – Ее заклинание воздушного пузыря теряет стабильность. Наблюдаются признаки кислородного голодания и паники. Она подает аварийные красные искры в сторону судейских трибун, но толща воды глушит магический сигнал. Местные спасатели не реагируют — они ее просто не видят.
– Чертовы любители, – Гарри сплюнул в фильтр. – Устроили турнир на выживание среди детей и даже не наладили службу спасения. Нова, ты слышишь?
– Я на связи, командир, – ледяной голос Призрака раздался без помех. – Нахожусь на борту десантного челнока над озером. Если поступит приказ, я могу снять тварей прямо через толщу воды из бронебойного кинетического ствола.
– Отставить стрельбу с воздуха, наделаешь дырок в девчонке, – скомандовал Гарри. – Я сам ближе. Мэт, дай вектор на француженку.
– Шестьдесят градусов вправо по азимуту, сто восемьдесят метров. Быстрее, командир, запас воздуха у нее на исходе.
Гарри вдавил рычаги маршевых водометов.
Турбины SCV взвыли на форсаже. Колоссальные потоки воды вырвались из сопел за спиной экзоскелета. Пятитонная машина сорвалась с грунта, плавно перейдя в режим низковысотного придонного полета. Прожекторы полоснули по темным скальным расселинам.
Через двадцать секунд перед бронестеклом развернулась картина неравной бойни.
Флер Делакур, зажатая в тупике скального ущелья, отчаянно отбивалась палочкой. Вокруг нее клубилась стая из полусотни гриндилоу. Твари рвали ее шелковое трико длинными когтями, хватали за лодыжки и тянули вниз, в ил. Прозрачный пузырь воздуха вокруг ее головы мерцал, истончался и покрывался трещинами от ударов зубастых морд. Глаза девушки были полны смертного ужаса, изо рта вырывались последние драгоценные пузыри кислорода.
В этот момент мрак ущелья разорвал ревущий сноп света.
Из мутной мглы с грохотом работающих турбин вывалился желтый стальной левиафан.
Гриндилоу замерли, ослепленные тысячеваттными прожекторами.
Гарри активировал правый манипулятор. Плазменный резак-бур, предназначенный для вскрытия титанитовых жил, ожил с яростным шипением.
Высокотемпературная плазма, мгновенно испаряя воду вокруг сопла, сформировала полутораметровый клинок ослепительно-голубого огня. Вода вокруг забурлила, превращаясь в пар, раздался свирепый рев вскипающей жидкости.
Широкий горизонтальный взмах манипулятора.
Плазменное лезвие рассекло воду. Десяток тварей испарились мгновенно, разорванные термическим шоком. Окружающая вода в радиусе пяти метров превратилась в кипящий рассол.
Гриндилоу взвыли от нестерпимой боли и ужаса. Твари бросили полуживую чемпионку Шармбатона и в панике ринулись врассыпную, забиваясь в самые глубокие щели гранитных скал.
Гарри погасил резак и перевел маневровые движители в режим зависания.
Левый манипулятор — трехпалая гидравлическая клешня с мягкими полимерными амортизаторами — плавно выдвинулся вперед. С ювелирной точностью, которой позавидовал бы лучший хирург Доминиона, манипулятор сомкнулся вокруг талии потерявшей сознание девушки, надежно, но без малейшего вреда для костей зафиксировав ее тело.
Воздушный пузырь вокруг головы Флер лопнул. Она захлебывалась.
– Ариэль, у меня на борту «утопленница», – бросил Гарри. – Легкие заполняются водой.
– На внешнем контуре манипулятора установлен экстренный реанимационный модуль, – мгновенно отозвалась доктор Хэнсон. – Нажми желтую клавишу на вспомогательной консоли. Аппликатор на клешне введет стимулятор оксигенации прямо через кожу и создаст вокруг ее лица временную кислородную маску из гидрогеля.
Гарри нажал кнопку.
На кончике клешни щелкнула игла, впрыскивая армейский препарат Доминиона, обогащающий кровь кислородом, а затем полупрозрачная полимерная мембрана облепила нос и рот француженки, подавая чистую смесь. Девушка конвульсивно дёрнулась, закашлялась и обмякла в стальных захватах, но показатели на биодатчике клешни стабилизировались: пульс ровный, мозг вне опасности.
– Мэт, выпускай спасательный буй, – скомандовал Гарри.
С верхней бронеплиты SCV с шипением отстрелился компактный цилиндр на прочном кевларовом тросе. Надувной ярко-оранжевый плот с сигнальным радиомаяком рванул к поверхности, увлекая за собой трос, закрепленный на карабине вокруг пояса Делакур.
– Захват произведен, – доложил Хорнет. – Челнок Миры поднял девушку на борт. Она уже в руках медицинской бригады. Жива, травм нет, отделалась шоком и испугом.
– Отлично, – Гарри вновь затянулся сигарой, сплюнув в фильтр. – Минус одна проблема. Теперь вернемся к нашему цирку. Где мой братец?
В наушниках повисла короткая пауза, а затем раздался насмешливый голос Новы:
– Сэр, это сложно описать терминами боевого устава. Вам лучше взглянуть на тактический экран самому.
Гарри переключил нижний монитор на трансляцию с орбитального радара и не сдержал едкой усмешки.
Годрик Поттер, гордость магической Британии и победитель Темного Лорда, находился на глубине сорока метров, метрах в трехстах от центральной впадины.
Жабросли, которые мальчишка второпях затолкал в глотку перед стартом, явно были либо просроченными, либо низкого качества. На тепловой карте было видно, как Годрик судорожно бьет ногами по воде, хаотично вращаясь на одном месте. На его шее жаберные щели закрывались рывками, не обеспечивая должного притока кислорода. Мальчик хватал ртом ледяную воду, пускал панические пузыри и в ужасе размахивал своей новой терновниковой палочкой во все стороны, посылая в толщу воды бесполезные красные искры, гаснущие через пару метров.
Хуже того: свет его палочки привлек внимание истинных хозяев глубины.
Вокруг задыхающегося Годрика медленно смыкалось кольцо русалок.
Но это не были прекрасные девы из сказок с золотыми волосами. В свете редких искр вырисовывались массивные серые тела с чешуйчатой кожей, длинными зелеными патлами, похожими на гниющие водоросли, и хищными, бульдожьими пастями, усеянными острыми желтыми зубами. В их жилистых руках тускло поблескивали тяжелые костяные трезубцы. Они кружили вокруг бьющегося в судорогах чемпиона Хогвартса, насмешливо тыкая древками ему в бока и явно намереваясь утащить добычу в свои донные пещеры.
– Ну что за идиот… – протянул Гарри, покачав головой. – Папашин сынок. Гонора на целый крейсер, а ума — как у пьяного стервятника.
– Гарри, – тихо позвала Ариэль. В ее голосе не было жалости к Годрику, но звучал холодный прагматизм: – Если он утонет здесь, на глазах у всего их правительства, это развяжет руки фанатикам. Министерство объявит нас виновными в саботаже турнира. Валериан просил избежать политического тупика.
– Знаю, детка, – вздохнул Поттер. – Живым этот щенок полезнее. Его позор должен быть полным, публичным и задокументированным на всех частотах.
Гарри щелкнул тумблером маневровых двигателей.
– Поехали вытаскивать сопливого героя.
***
Годрик чувствовал, как холодная смерть сжимает его горло ледяными тисками.
Жабросли перестали работать. Легкие горели адским огнем, требуя воздуха. Он судорожно дергал ногами, но отяжелевшая мантия тянула его ко дну. Перед глазами плыли багровые круги.
Он попытался вспомнить заклинание головного пузыря, которому его учила мама, но от паники все формулы вылетели из головы. Пальцы одеревенели, палочка едва держалась в руке.
Мерзкая серая морда с выпученными желтыми глазами вынырнула из темноты прямо перед его носом. Русалка злобно осклабилась, обнажив частокол зубов, и с силой ткнула тупым концом трезубца ему под дых. Годрик захлебнулся, остатки воздуха вырвались из его рта серебристым облаком. Он потянулся вверх, к далекой серой глади, до которой были десятки метров недосягаемой поверхности…
И в этот момент дно озера взорвалось светом.
Вода позади русалок вспыхнула так ярко, будто на глубину упало само солнце.
Монстры ослепленно заверещали, закрывая глаза когтистыми лапами. А затем до них докатился звук — тяжелый, вибрирующий, раскалывающий черепа низкочастотный гул работающего термоядерного реактора и свист винтов.
Из тьмы, вздымая за собой стену донного ила, вышагивал стальной монстр.
Желтая броня SCV в лучах собственных прожекторов казалась выкованной из золота. На кабине хищно сверкали отражениями бронестекла. Машина не плыла — она шла по дну с неотвратимостью тектонического сдвига.
Несколько самых смелых русалок, разъяренных шумом и светом, с шипением вскинули трезубцы и метнулись навстречу стальному чудовищу, целясь в сочленения гидравлики.
Гарри даже не стал включать плазму.
Левый манипулятор экзоскелета метнулся вперед с пугающей резкостью. Трехпалая клешня сомкнулась на древке первого трезубца. Раздался сухой щелчок — полуторадюймовая кость реликтовой рыбы разлетелась в пыль, словно сухая ветка. Следом манипулятор сделал короткое полукруглое движение, сбив двух нападавших русалок тяжелым металлическим предплечьем. Удар многотонной гидравлики швырнул водяных созданий в скалу с такой силой, что из них вышибло весь дух.
Остальные русалки в панике шарахнулись в стороны. В их примитивных умах наконец зажглась искра понимания: это существо не было волшебником. Оно не читало заклинаний. Оно было воплощением чистой, грубой физической мощи, перед которой их костяные наконечники были ничем.
SCV подошел вплотную к тонущему Годрику.
Мальчик-Который-Выжил уже почти потерял сознание. Его глаза закатились, изо рта шла мелкая пена, тело безвольно опускалось на дно.
Клешня экзоскелета плавно опустилась. Двумя пальцами-захватами, словно подбирая грязную тряпку с пола, Гарри ухватил младшего брата за шкирку его промокшей парадной мантии с гербом Гриффиндора.
Механизм слегка встряхнул обмякшее тело, зафиксировав его в подвешенном состоянии перед бронестеклом кабины.
Гарри взглянул на синюшное, искаженное страхом лицо Годрика через стекло. В зубах командира дымилась сигара, а во взгляде не было ничего, кроме холодного, брезгливого презрения.
– Жить будешь, герой, – негромко произнес Гарри во внутренний микрофон. – Страдать — тоже.
На манипуляторе сработал еще один инъектор с оксигенатом, пробив ткань мантии на плече Годрика. Сердце мальчика судорожно толкнулось, конвульсии прекратились, дыхательные пути заблокировались защитной спазматической реакцией препарата, не позволяя воде добить легкие.
– Цель номер один на борту, – доложил Гарри. – Мэт, где цель испытания?
– Сто метров на северо-восток, центр деревни водяного народа, – отозвался Хорнет. – Сенсоры фиксируют каменные постройки и крупную статую. Возле нее удерживаются заложники.
– Пошли забирать трофей.
***
Деревня русалок представляла собой скопление грубых каменных хижин, поросших водорослями, выстроенных вокруг естественного амфитеатра. В центре площади возвышалась грубо обтесанная каменная статуя гигантского водяного.
К хвосту каменного идола толстыми веревками из водорослей были привязаны четверо пленников.
Они находились в состоянии магического транса: глаза закрыты, головы безвольно опущены, вокруг лиц мерцали крошечные пузырьки заколдованного воздуха.
Там были Рон Уизли — «сокровище», предназначенное для Годрика; маленькая белокурая девочка, очевидно, сестра Флер Делакур; Чжоу Чанг — добыча Седрика; и Гермиона Грейнджер, которую судейская коллегия почему-то определила как заложницу для Виктора Крама.
А чуть в стороне, на отдельном постаменте, стоял тяжелый сундук из черного дерева, окованный серебряными цепями. Над ним горела зачарованная надпись на латыни: *«То, что принадлежит четвертому»*.
Дамблдор и министерские чиновники не посмели тронуть Ариэль Хэнсон — угроза превратить озеро в радиоактивный пар возымела идеальное действие. Вместо живого заложника организаторы заперли в сундуке старинный артефакт рода Поттеров — фамильную мантию-невидимку, которую Джеймс передал судьям в тщетной надежде пробудить в первенце хоть каплю семейных чувств.
Вокруг площади застыли сотни воинов водяного народа. Их предводительница — крупная, свирепая русалка со шрамом через все лицо — воинственно потрясала тяжелым копьем, охраняя пленников.
Но когда из мутной толщи воды, тяжело сотрясая донные плиты, вышел SCV, весь воинственный пыл водяного народа испарился за секунду.
Гарри не сбавлял шага.
Гидравлика пела свою механическую песню. В левой клешне экзоскелета, словно дохлая кошка, болтался бессознательный Годрик Поттер, из носа которого струилась тонкая ниточка крови. Прожекторы SCV били точно в глаза водяной страже, ослепляя и дезориентируя.
Русалочья предводительница попыталась зашипеть, выставив копье, но Гарри лишь слегка довернул корпус машины и активировал плазменный резак на малую мощность.
Короткий импульс ионизированного газа прочертил по дну глубокую дымящуюся траншею прямо перед ластами старейшины. Каменные плиты площади мгновенно раскалились добела, вспучиваясь и растрескиваясь от нестерпимой температуры. Вода взбурлила кипящим гейзером.
Русалка взвизгнула, выронила копье и отпрянула назад, прижавшись спиной к каменной хижине. Ее воины дружно бросились врассыпную, освобождая путь титану.
– Разумные твари, – удовлетворенно хмыкнул Гарри. – Понимают язык калибра.
SCV подошел к постаменту.
Правый манипулятор опустился на серебряные цепи, сковывавшие сундук. Мощные гидравлические приводы сжались с силой в сорок тонн на квадратный дюйм.
*ХРУСТ!*
Зачарованное гоблинское серебро лопнуло, словно гнилая нитка. Крышка сундука отлетела в сторону, подняв облако ила. Внутри лежала серебристая ткань, переливающаяся призрачным светом. Мантия-невидимка Игнотуса Певерелла.
Клешня аккуратно подцепила артефакт, втянув его в герметичный грузовой отсек на левом бедре скафандра.
Затем Гарри бросил взгляд на связанных детей.
– Мэт, – произнес он по внутренней связи. – Крам и Диггори где?
– Седрик приближается к границе деревни, он заберет мисс Чанг через пару минут, – отозвался Хорнет. – Крам немного отстал, но тоже движется сюда.
– А мелкая француженка? Ее сестра здесь. Если ее бросить, этот турнирный цирк затянется до вечера.
– Сестра мисс Делакур привязана вторым номером, – уточнила Ариэль. – Флер на борту челнока в полуобморочном состоянии, она не сможет погрузиться снова. Если девочку не поднять, у нее может начаться переохлаждение — местные согревающие чары работают нестабильно.
Гарри раздраженно вздохнул, выпустив клуб дыма в потолок кабины:
– Черт бы побрал этих магов с их традициями. Заставляют меня работать нянькой на полставки.
Правый манипулятор SCV мягко перекусил водоросли, державшие маленькую Габриэль Делакур. Девочка, все еще пребывавшая в магическом сне, плавно всплыла. Манипулятор бережно прижал ее к бронегрудине экзоскелета, рядом со смотровым окном, зафиксировав удерживающей полимерной сеткой.
Затем Гарри перевел взгляд на Рона Уизли.
Рыжий мальчишка безвольно покачивался на привязи, пуская слюни в пузырьке воздуха.
– Этого клоуна тоже тащить? – поморщился Гарри.
– Он числится залогом твоего брата, – напомнила Ариэль со смешком в голосе. – Раз уж ты подобрал Годрика, забери и его багаж. Иначе нам придется слушать вой его матери до самого вечера.
– Ладно, – проворчал Поттер. – Гулять так гулять.
Клешня щелкнула, перекусив путы Уизли. Свободным захватом Гарри подцепил Рона за ремень штанов, пристроив его рядом с Годриком.
Теперь тяжелый строительный экзоскелет Доминиона напоминал мусоровоз: в одной клешне болтались двое захлебывающихся британских четверокурсников, на груди была закреплена французская девочка, в багажнике лежала древнейшая реликвия Смерти, а под ногами дымились раскаленные плазмой камни озерного дна.
В этот момент на площадь деревни выплыл Седрик Диггори.
Парень, тяжело гребя руками, замер на месте, выпучив глаза сквозь прозрачную пленку заклинания головного пузыря. Его челюсть отвисла. Он смотрел на четырехметровую желтую стальную громаду, обвешанную заложниками, на распуганных русалок, жмущихся по щелям, и на плавящийся в воде гранит.
Гарри повернул SCV к хаффлпаффцу.
Внешний динамик экзоскелета глухо, утробно пророкотал сквозь толщу воды, заставив Седрика вздрогнуть всем телом:
– Твоя девчонка слева, студент. Забирай и греби наверх, пока мои движки не сварили здесь всё к чертовой матери.
Диггори судорожно, часто-часто закивал, дрожащими руками выхватил палочку и бросился перерезать веревки Чжоу Чанг, даже не пытаясь задавать вопросов.
Гарри вдавил обе педали форсажа в пол кабины.
– Центр, это «Кракен», – скомандовал он. – Миссия выполнена. Иду на всплытие. Подготовьте медиков на пирсе — у меня на подвеске два мешка с мокрым дерьмом, им потребуется промывание желудка.
– Принято, командир, – отозвался Хорнет. – Орбитальный флот фиксирует ваше движение. Воздушное пространство чисто.
Водометные турбины SCV взревели на полную мощность.
Титаническая сила выброса двух плазменно-водяных струй оторвала многотонную машину от дна. Экзоскелет, вздымая за собой гигантский водоворот пузырей и донной мути, свечой пошел вверх, прорезая толщу Черного озера с сокрушительной скоростью боевого челнока.
***
На трибунах Хогвартса царила нервная, удушливая тишина.
Прошел ровно час с момента старта.
Поверхность Черного озера оставалась неподвижной и темной, как зеркало из обсидиана. Согревающие чары над трибунами едва справлялись с пронизывающим февральским ветром. Зрители перешептывались, кутаясь в теплые шарфы.
Судейская ложа гудела от напряжения.
Лили Поттер не находила себе места. Она стояла у самого края деревянного помоста, впившись побелевшими пальцами в перила, ее зеленые глаза были полны слез.
– Джеймс… почему его так долго нет? – дрожащим голосом повторяла она в десятый раз. – Жабросли действуют ровно час! Если он не всплывет сейчас, он утонет! Сделай что-нибудь! Пошли авроров!
– Успокойся, Лили, – сквозь зубы бросил Джеймс, хотя сам нервно сжимал палочку в кармане, а на его виске дергалась жилка. – Годрик тренировался. Он знает защитные чары. Он лучший на курсе. Он справится.
– Но время вышло, Джеймс! – подал голос Людо Бэгмен, нервно сверяясь с массивными золотыми карманными часами. – Ровно шестьдесят минут! Если чемпионы не вернутся с заложниками, баллы начнут снижаться!
– Потерпите, друзья мои, – мягко произнес Альбус Дамблдор, хотя его взгляд, направленный на воду, был предельно собран и мрачен. Старик держал свою обожженную правую руку в кармане мантии. – Магия озера глубока. Мы должны верить в наших чемпионов.
– Да плевать я хотела на вашу веру! – раздался с гостевой платформы громкий, язвительный голос.
Мира Хан, вальяжно закинув ноги в тяжелых наемнических сапогах на судейский барьер, сплюнула шелуху от орехов прямо под ноги Корнелиусу Фаджу.
– Ваш надутый петушок, скорее всего, уже кормит местных червей, – ухмыльнулась наемница, поправляя кобуру с плазменным револьвером. – Мэтти, сколько там на таймере?
Адмирал Хорнет, стоявший рядом в безупречной позе «вольно», посмотрел на экран тактического наруча:
– Пятьдесят восемь минут сорок секунд с момента погружения командира Поттера. Он идет с опережением графика на двенадцать минут.
– Как вы смеете оскорблять моего сына! – вскинулся Джеймс Поттер, багровея лицом. – Годрик — герой! Он одолеет любые препятствия без ваших магловских машин!
– Ой, заткнись, папаша, – поморщилась Хан. – Твой герой сейчас висит на сопле у нашего генерала, если мои сканеры не врут. Смотри на воду, клоун. Шоу начинается.
В этот момент гладь Черного озера задрожала.
Это не была рябь от ветра.
Вода в центре озера внезапно вспучилась гигантским, бурлящим куполом. Послышался глухой, нарастающий рокот, от которого задрожали сваи деревянных трибун. Студенты на первых рядах вскрикнули, подаваясь назад.
– Что это?! – пискнул Фадж, хватаясь за свой зеленый котелок. – Кракен?! Озерный гигант взбесился?!
– Держать щиты! – скомандовал Скримджер, выхватывая трость-палочку.
Но из глубин поднялся не монстр.
С оглушительным ревом, взметнув к свинцовому небу десятиметровые фонтаны пены и брызг, из воды вырвалась стальная громада.
SCV модификации «Кракен» пробил водную гладь, зависнув на секунду в воздухе на ревущих струях водометных движителей, и с чудовищным грохотом обрушился на прибрежную отмель. Многотонная машина вздыбила тонны гравия и мокрого песка, волна от ее падения окатила нижние ряды трибун, заставив визжать слизеринцев и гриффиндорцев.
Турбины с шипением стравили пар, окутав экзоскелет густым белым облаком.
Когда туман рассеялся, на трибунах воцарилась гробовая, леденящая тишина. Ни один человек не смел вздохнуть.
Посреди обмелевшего берега стоял желтый индустриальный исполин Доминиона. Его броня блестела от озерной воды, с титановых сочленений стекала тина.
В правой клешне, бережно прижатая к грудному щитку, сидела Габриэль Делакур. Девочка уже открыла глаза, испуганно хлопая ресницами, но согревающий гидрогель Доминиона надежно защищал ее от холода.
А в левом манипуляторе…
Левая гидравлическая клешня небрежно, за шкирку и пояс штанов, держала двоих подростков.
Один из них — Рон Уизли — хрипел, отплевываясь водой и бессмысленно вращая глазами.
А второй…
– Годрик! – истошный, раздирающий душу крик Лили Поттер разорвал тишину амфитеатра.
Мальчик-Который-Выжил представлял собой жалкое зрелище.
Его парадная мантия превратилась в мокрые лохмотья, перепачканные вонючей озерной тиной. Новая палочка исчезла — утонула где-то на дне. Лицо Годрика было синюшно-бледным, губы тряслись, а из носа и ушей сочилась сукровица вперемешку со слизью от просроченных жаброслей. Он не мог стоять на ногах — когда клешня разжалась, сбросив его на мокрый гравий, Годрик рухнул на четвереньки, судорожно кашляя, задыхаясь и изрыгая из желудка литры мутной озерной воды прямо под ноги судьям.
– Ма… мама… – сипло выдавил мальчик, размазывая сопли и слезы по грязному лицу. – Там… там монстры… воздух… я умирал…
Лили и Джеймс кубарем скатились по деревянным ступеням судейской ложи, бросаясь к сыну. Лили упала на колени прямо в мокрую грязь, прижимая Годрика к своей груди, укутывая его шерстяным плащом и рыдая в голос:
– Сыночек… господи, сыночек! Альбус, скорей! Позовите мадам Помфри!
Джеймс вскинул палочку, целясь прямо в кабину SCV, его лицо перекосило от бешенства и унижения:
– Что ты с ним сделал, мерзавец?! Ты покалечил собственного брата! Ты сбросил его на камни, как падаль!
С шипением гидравлических замков кварцевый купол кабины SCV плавно откинулся назад.
Гарри поднялся во весь рост на платформе экзоскелета.
Он не был мокрым. Его легкий летный комбинезон был сух, расстегнут на груди, открывая цепочку с армейскими жетонами Доминиона. В зубах тлела свежая сигара.
Гарри спрыгнул с трехметровой высоты на гравий, мягко спружинив на армейских ботинках, не обращая ни малейшего внимания на выставленную палочку Джеймса.
– Скажи спасибо, папаша, что я вообще вытащил этого недоноска со дна, – холодно, с убийственной усмешкой произнес Гарри, стряхивая пепел под ноги старшему аврору. – Твой драгоценный герой захлебнулся на сороковой минуте. Его жабросли сдохли, а сам он не смог связать и двух слов, чтобы согреться. Если бы мои ребята не вкачали в него армейский оксигенат, ты бы сейчас вылавливал из озера труп с лопнувшими легкими.
– Ты лжешь! – прорычал Джеймс. – Годрик — великий волшебник!
– Твой великий волшебник обмочился от страха при виде пяти русалок с рыбьими костями, – перебил Гарри, повернувшись спиной к отцу.
В этот момент со стороны трибун с криком выбежала Флер Делакур. Французская чемпионка, закутанная в теплый армейский плед Доминиона, с заплаканными глазами бросилась к SCV:
– Габриэль! О, боже, Габриэль!
Манипулятор машины плавно опустил девочку на землю. Флер упала на колени, сжимая сестру в объятиях, а затем подняла глаза на Гарри. В ее взгляде не было и тени прежней надменности чистокровной вейлы — только бесконечная, чистая благодарность:
– Вы… вы спасли ее. И меня… на глубине. Я… я никогда этого не забуду, командир. Шармбатон в долгу перед вами.
Гарри коротко кивнул:
– Пустяки, мисс. На войне гражданских не бросают. Идите в медблок к моим ребятам, там нальют нормального горячего чая, а не этой местной тыквенной бурды.
Он повернулся к судейской коллегии.
Дамблдор стоял у перил, тяжело опираясь на посох. Старый директор смотрел