← Назад к обзору

Правла

Начало долгого пути

Солнце медленно поднималось над Сеулом, окрашивая небо в нежно-розовые и золотистые тона. Я стоял на набережной реки Ханган, глядя на то, как просыпается город, который я столько раз спасал. Люди спешили по своим делам, машины гудели в утренних пробках, и никто не обращал внимания на мужчину в простой черной куртке, стоявшего у парапета.

Я чувствовал себя странно. Легко. Словно сбросил с плеч доспехи, которые вросли в кожу за долгие годы. Заявление о разводе осталось в том холодном доме, и вместе с ним там осталась Ча Хэ Ин с её вечными разговорами об имидже.

Телефон в кармане снова завибрировал. Это был Юки. Я нажал на кнопку приема, и в трубке раздался его хрипловатый, насмешливый голос.

– Ну что, «бывший муж», как дышится? – Юки явно был в хорошем настроении. На заднем плане я слышал детский смех и звон посуды – Ли Вон явно накрывал завтрак.

– Странно, Юки, – честно ответил я, глядя на блики на воде. – Словно я вышел из врат, в которых провел вечность, и забыл, как выглядит дневной свет.

– Это называется «жизнь», Джинву, привыкай, – Юки посерьезнел. – Послушай, брат. Если ты действительно хочешь вернуть доверие сына, начни с себя. Хватит жить в этих мраморных мавзолеях. Купи дом. Не крепость, не штаб-квартиру, а простой и уютный дом. Где-нибудь поближе к природе, где Сухо сможет просто дышать, не чувствуя твоего давления. То, что ты подал на развод – это огромный плюс. Ты наконец-то перестал врать самому себе.

Я закрыл глаза, подставляя лицо прохладному ветру.

– Я думал... может быть, найти Мин Соль? Ты говорил о ней. Она была той, кто видел во мне человека.

В трубке повисла долгая пауза. Я услышал, как Юки вздохнул, и тихий щелчок зажигалки.

– Не ищи её, Джинву, – голос брата стал мягким, почти сочувственным. – Прошло слишком много времени. Мин Соль замужем. У неё прекрасный муж, она воспитывает дочь и, честно говоря, она счастлива. Она разлюбила тебя давным-давно, когда ты превратился в ледяную статую. Не ломай её жизнь своим внезапным «прозрением». Она – часть того прошлого, которое ты сам отринул.

Сердце кольнуло тупой болью. Еще одна иллюзия рассыпалась. Я надеялся, что смогу вернуться в ту точку, где всё пошло не так, но время – это единственная сила, которую даже Монарх Теней не может подчинить себе полностью, не разрушив всё остальное.

– Понятно, – глухо произнес я. – Значит, моста назад нет.

– Моста назад нет, но ты можешь построить новый мост вперед, – отрезал Юки. – Хватит изменять себе, Джинву. Где тот мой брат, который был готов на всё ради семьи, а не ради «статуса семьи»? Перестань быть Монархом в общении с Сухо. Поговори с ним как отец. Просто как отец. Ему не нужны твои легионы теней. Ему нужен ты.

– Я попробую, Юки. Спасибо.

– Не «пробуй», а делай. И кстати, присмотри домик в моем районе. Тут тихие соседи, и Ли Вон будет приходить подкармливать тебя нормальной едой, а то ты совсем на своих эликсирах отощал.

Я усмехнулся. Впервые за долгое время эта улыбка не была выстраданной.

– Я подумаю об этом. Как Сухо?

– Спит. Я подлил ему в чай немного успокаивающей маны Ли Вона. Ему нужно восстановиться. Приходи вечером. Но только один. И без пафоса, понял?

– Понял.

Я убрал телефон и направился к своей машине. У меня было много дел.

Первым делом я поехал в агентство недвижимости. Риелтор, молодая девушка, сначала даже не узнала меня, а когда узнала, её глаза расширились от ужаса и восторга одновременно. Она ожидала, что я буду требовать пентхаус с вертолетной площадкой или подземный бункер S-ранга.

– Мне нужен дом, – сказал я, просматривая каталоги. – Деревянный или из светлого камня. С большим садом, камином и чтобы из окон были видны горы. Подальше от центра.

– Но, господин Сон... это ведь... совсем не соответствует вашему уровню, – пролепетала она. – У нас есть эксклюзивные предложения в Каннаме с магической защитой высшего уровня...

– Мне не нужна магическая защита, – я посмотрел ей в глаза, и она мгновенно замолчала. – Я сам – лучшая защита в этом мире. Мне нужен уют.

Через три часа я уже стоял на пороге двухэтажного дома в пригороде, неподалеку от поместья Юки. Он пах сосной и свежескошенной травой. На заднем дворе рос старый клен, а широкая терраса выходила на лесистый склон. Здесь не было камер, не было позолоты, не было холодного мрамора. Был только покой.

Я купил его не глядя, оформив сделку за наличные и отказавшись от любых посредников. Это было первое место в моей жизни, которое принадлежало Сон Джинву, а не Теневому Монарху.

Вечером, когда сумерки начали сгущаться над горами, я снова приехал к Юки. На этот раз я оставил машину за воротами и пошел пешком. В руках у меня был пакет с фруктами и какими-то сладостями, которые я купил в обычном супермаркете – Ли Вон сказал, что дети любят клубнику.

Юки встретил меня на крыльце. Он окинул меня взглядом – простые джинсы, футболка, отсутствие ауры давления – и одобрительно кивнул.

– Уже лучше. Похож на человека. Идем, Сухо на заднем дворе, смотрит на закат.

Я прошел через дом. В гостиной Ли Вон играл с близнецами, и они весело вопили, когда он создавал из света маленьких птичек. Ли Вон улыбнулся мне как старому другу.

– Клубника – это отличный выбор, Джинву, – тихо сказал он. – Проходи. Он ждет тебя, хотя и боится признаться в этом.

Я вышел на террасу. Сухо сидел на ступеньках, обхватив колени руками. Он выглядел таким маленьким и уязвимым в этом огромном мире, несмотря на всю свою силу. Его плечи были напряжены.

Я молча сел рядом, на некотором расстоянии, чтобы не пугать его. Мы долго молчали, глядя, как солнце тонет в густой зелени леса.

– Я купил дом, Сухо, – наконец сказал я.

Сын вздрогнул, но не обернулся.

– Еще один дворец? – в его голосе было столько горечи, что мне захотелось закрыть лицо руками. – С охраной на каждом шагу?

– Нет. Обычный дом. Деревянный. Там есть камин и старый клен во дворе. Там нет камер, и никто не придет туда брать интервью.

Сухо медленно повернул голову. В его серых глазах, так похожих на мои, читалось недоверие.

– А мама?

– Мы разводимся, Сухо. Это решение окончательное. Она останется в том доме, со своим статусом и имиджем. Я больше не хочу быть частью этой лжи.

Сын замер. Он явно не ожидал такой решительности. В его глазах промелькнуло что-то похожее на надежду, но он тут же скрыл её за маской безразличия.

– И что теперь? Ты хочешь, чтобы я переехал туда? Чтобы ты снова начал учить меня, как быть «достойным наследником»?

Я вздохнул и посмотрел на свои руки. На них не было крови, но я чувствовал её груз.

– Нет. Я хочу, чтобы ты просто жил. Хочешь – живи у Юки. Хочешь – приходи ко мне. Я не буду тебя учить сражаться, если ты сам этого не захочешь. Я не буду требовать от тебя отчетов об оценках или поведении.

Я сделал паузу, подбирая слова, которые никогда раньше не говорил.

– Сухо... я был плохим отцом. Я думал, что защитить тебя – значит сделать тебя сильным. Я забыл, что защитить ребенка – значит дать ему право быть слабым. Я променял твоё детство на свои страхи за твоё будущее. Прости меня, если сможешь.

Сухо смотрел на меня, и я видел, как его губы дрожат. Он ожидал приказа, ожидал лекции, ожидал давления. Но он не ожидал извинений.

– Ты... ты действительно ушел от неё? – прошептал он.

– Да. И из Ассоциации тоже. Я больше не «лицо» Кореи. Я просто Сон Джинву. Человек, который очень хочет узнать своего сына получше.

Сухо вдруг всхлипнул и быстро вытер глаза рукавом.

– Дядя Юки сказал, что ты стал тенью. Что в тебе ничего не осталось, кроме маны.

– Твой дядя всегда был слишком прямолинеен, – я позволил себе легкую усмешку. – Но он прав. Я потерял себя где-то между битвами с монархами и приемами в министерстве. Но я хочу вернуться.

Сухо молчал долго. Тени вокруг него начали успокаиваться, сливаясь с вечерним сумраком.

– Я не вернусь к ней, пап, – тихо сказал он. – Я не могу её видеть. Она... она смотрит на меня как на ценный экспонат, а не как на человека.

– Тебе и не нужно к ней возвращаться. Твой дом там, где ты хочешь быть. Мои двери всегда открыты для тебя. Без условий.

Сухо наконец посмотрел на меня прямо. В этом взгляде уже не было той ледяной ненависти, только глубокая, застарелая обида, которая начала понемногу оттаивать.

– Ты правда купил дом с кленом? – спросил он, и в его голосе прорезалось любопытство.

– Правда. И там есть комната, которую ты можешь обставить так, как захочешь. Хоть всё черным закрась, мне плевать.

Сухо слабо улыбнулся. Это была первая улыбка, адресованная мне за последние пять лет.

– Может быть... я приду посмотреть. Завтра.

– Я буду ждать, – я поднялся со ступенек, чувствуя, как с сердца падает последний камень. – Пойдем в дом? Ли Вон приготовил ужин, и Юки грозился выпить всё вино в одиночку, если мы не поторопимся.

Сухо встал вслед за мной. Он всё еще держался настороженно, но та стена, что стояла между нами, дала трещину.

Когда мы вошли в гостиную, Юки, сидевший в кресле с бокалом вина, насмешливо приподнял бровь.

– О, смотрите-ка, они не поубивали друг друга. Ли Вон, неси тарелки, у нас прогресс!

– Заткнись, Юки, – беззлобно бросил я, проходя к столу.

– Вот! – Юки радостно ткнул пальцем в мою сторону, обращаясь к Ли Вону. – Слышал? Он огрызается! Жизнь возвращается в это старое тело! Сухо, садись рядом, я расскажу тебе, как твой отец в детстве боялся пауков.

– Я не боялся пауков, Юки! – возмутился я, садясь за стол.

– Ой, не ври! Когда в подвале вылез один, ты чуть не призвал теневой легион, чтобы его уничтожить!

Сухо тихо засмеялся, садясь рядом с дядей. И этот смех был для меня дороже всех побед в мире.

Ли Вон поставил на стол огромное блюдо с мясом и овощами. Дети крутились под ногами, Юки продолжал травить байки, а я... я просто сидел и чувствовал тепло. Настоящее тепло человеческого общения.

Позже, когда Сухо ушел играть с близнецами, мы с Юки вышли на террасу. Ночь была тихой и звездной.

– Ты молодец, брат, – Юки прислонился к перилам, глядя на звезды. – Я не верил, что ты сможешь так быстро всё сломать.

– Иногда, чтобы построить что-то новое, нужно снести старое до самого фундамента, – ответил я. – Ты был прав насчет Мин Соль. Мне было больно это слышать, но это правда. Я не могу жить прошлым.

– Именно. У тебя есть настоящее. И оно сидит там, в гостиной, и учит моих сыновей каким-то сомнительным трюкам с тенями.

Мы оба посмотрели в окно. Сухо действительно показывал близнецам, как заставить тени на стене принимать форму сказочных существ. Мальчишки были в восторге.

– Он сильный, Юки. Не только магически. У него сильная душа.

– Весь в дядю, – хмыкнул Юки. – Ладно, иди домой, Джинву. Тебе нужно выспаться в своем новом доме. Завтра у тебя будет гость.

Я кивнул и направился к выходу. На пороге я обернулся.

– Юки?

– А?

– Спасибо, что не бросил меня, когда я стал тем ледяным ублюдком.

Юки посмотрел на меня, и в его голубых глазах блеснула странная влага. Он быстро отвернулся, делая вид, что ищет сигареты.

– Проваливай уже. И не забудь купить хлеб завтра утром, Сухо любит тосты.

Я вышел в ночь. Мой новый дом ждал меня. Там не было золота, не было слуг и не было Ча Хэ Ин с её планами на будущее. Там была тишина и запах сосны.

Я шел по ночной дороге, и тени следовали за мной – не как армия захватчика, а как верные друзья. Я знал, что впереди еще много трудных разговоров, что Ассоциация будет пытаться вернуть меня, что Хэ Ин устроит грандиозный скандал в прессе.

Но мне было всё равно. Потому что сегодня я впервые за много лет засну не как Монарх Теней, а как Сон Джинву. Человек, который наконец-то вернулся домой.

И в этом была моя самая великая победа.