Предательство
Холодное пламя мести
Мир, который я строил десятилетиями, рухнул за одно мгновение. Я, Сон Джинву, Теневой Монарх, существо, перед которым трепещут правители миров и боги, оказался бессилен перед предательством в собственной спальне. Когда я увидел Хэ Ин... и Сухо... внутри меня что-то оборвалось. Это не была просто боль. Это был вакуум, поглощающий всё живое. Если бы не рука Юки на моем рту, я бы превратил Сеул в пепел.
Сейчас я сидел на кожаном диване в квартире, о существовании которой даже не подозревал. Юки привез меня сюда сразу после той горы. Это было его «убежище» — просторное, технологичное место, скрытое от глаз ассоциации и магических радаров. Здесь пахло сталью, дорогим парфюмом и чем-то неуловимо древним.
– Надень это, пап. Твоя одежда пропиталась жаром твоей маны, она скоро начнет дымиться, – Юки бросил мне комплект простых черных вещей.
Я подчинился механически. Мои руки всё еще дрожали от сдерживаемой ярости. Юки тем временем возился на кухне. Через десять минут передо мной стояла тарелка обжигающего рамена, порция острого чикена и запотевшая банка пива.
– Ешь, – коротко бросил он. – На пустой желудок гнев превращается в глупость. А нам нужен холодный расчет.
Я посмотрел на младшего сына. Он сидел в глубоком кресле напротив, откинув голову. На нем были только свободные домашние штаны, а на носу поблескивали очки в тонкой оправе. Впервые я видел его так близко и так... открыто. Его тело было идеальным, атлетичным, но пугающим. Татуировка на спине, напоминающая костяные крылья, казалось, шевелилась в полумраке комнаты. Костяные узоры на руках доходили до лопаток, делая его похожим на демоническое изваяние.
Юки достал сигарету и закурил. Тонкая струйка дыма поднялась к потолку. В его взгляде, устремленном в мониторы нескольких ноутбуков, не было и тени детской наивности.
– Откуда у тебя всё это, Юки? – спросил я, кивнув на экраны и его татуировки. – И эта сила... там, в доме, ты переместил нас быстрее, чем это делает мой «Обмен тенями».
Юки усмехнулся, не отрываясь от работы. Его пальцы порхали по клавиатуре с невероятной скоростью.
– У каждого в этой семье есть секреты, папа. Просто мои не вызывают тошноту, в отличие от секретов мамы и брата. Давай сосредоточимся на деле.
Он повернул один из мониторов ко мне.
– Пап, мне нужна твоя помощь. Твои тени. Прикажи самым незаметным из них вернуться в дом. Пусть установят эти датчики, – он протянул мне горсть крошечных, почти прозрачных устройств. – И пусть ведут круглосуточное наблюдение. В невидимом состоянии они идеальные шпионы. Мне нужен доступ к каждой комнате, к каждому их вздоху.
Я закрыл глаза, призывая Берла и Кайсела, но потом передумал. Для такой задачи лучше подходили тени ранга рыцарей, обладающие навыками скрытности.
– Идите, – скомандовал я тени, возникшей из угла комнаты. – Станьте их кошмаром, который они не видят.
Следующая неделя превратилась в медленный спуск в личный ад. Мы с Юки почти не выходили из квартиры. Он взломал всё: банковские счета, личные переписки, облачные хранилища. Мы слушали. Мы смотрели.
Оказалось, что этот кошмар длится уже больше года.
– Послушай это, – Юки нажал на воспроизведение записи из гостиной нашего дома.
Голос Хэ Ин звучал мягко, почти гипнотически. Она говорила с Сухо.
– Твой отец... он стал слишком далек, – шептала она на записи. – Он больше не человек, Сухо. Он — тень самого себя. А ты... ты такой живой. Ты так похож на него молодого, но в тебе есть тепло, которого он лишился на своем троне.
– Мама, он узнает... – голос Сухо дрожал, но в нем слышалось не раскаяние, а азарт.
– Не узнает. Он слишком занят спасением мира, чтобы заметить, что происходит у него под носом. А Юки... этот странный мальчишка вечно витает в облаках. Он аутсайдер, он нам не помеха.
Я сжал банку пива, и она лопнула в моей руке, забрызгав пол. Юки даже не вздрогнул. Он просто протянул мне салфетку, продолжая изучать графики на экране.
– Она сама подтолкнула его, – холодно констатировал сын. – Манипулировала его чувством соперничества с тобой, его потребностью в признании. А Сухо... он всегда был слаб на похвалу. Она создала для него иллюзию, что он — настоящий мужчина в доме, пока «великий охотник» отсутствует.
– Как она могла... – прохрипел я. – Я отдал ей всё. Я изменил саму реальность, чтобы она была жива!
– В этом и проблема, папа, – Юки наконец посмотрел на меня, и в его глазах на мгновение вспыхнул тот самый красный огонек, который я видел в зеркале. – Ты относился к ним как к сокровищам, которые нужно защищать. А сокровища, если ими не пользоваться и оставлять в пыли, начинают гнить. Она оправдывает себя нехваткой внимания, тем, что ты «постоянно не дома». Классическая логика предателя — обвинить жертву в своем падении.
Юки встал, потягиваясь. Кости в его теле громко хрустнули, и мне на секунду показалось, что я вижу очертания высокого воротника черного пальто, хотя на нем ничего не было.
– Знаешь, что самое забавное? – Юки подошел к окну, глядя на ночной город. – Сухо искренне верит, что он лучше меня. Он считает меня «остраненным» и «странным». Он даже не подозревает, что пока он развлекался с собственной матерью, я выстроил империю данных, которая раздавит его в один клик.
– Что ты нашел по счетам? – я заставил себя вернуться к реальности.
– О, тут еще интереснее, – Юки вернулся к компьютерам. – Хэ Ин выводила средства из твоего фонда в подставные компании. Она готовила «подушку безопасности» на случай развода или твоего исчезновения. Сухо помогал ей, используя свои связи среди молодых охотников. Они не просто предали тебя как мужа и отца. Они грабили тебя.
Я встал и подошел к сыну со спины. Я положил руку ему на плечо. Оно было твердым, как камень.
– Юки, почему ты не сказал мне раньше? Ты ведь видел... ты мудрее многих стариков.
Юки затянулся сигаретой и выпустил облако дыма.
– Я ждал, когда ты будешь готов увидеть это сам, пап. Если бы я просто пришел и сказал, ты бы не поверил. Ты бы решил, что я ревную или ошибаюсь. Тебе нужно было увидеть их лица в тот момент. Увидеть их истинную суть.
Он повернулся ко мне, и я увидел на его ладонях странные круглые метки — красную и голубую. Они едва заметно пульсировали.
– Теперь у нас есть всё, – сказал он. – Видео, аудио, финансовые отчеты, записи их разговоров, где они смеются над твоей «доверчивостью». Мы можем уничтожить их прямо сейчас.
– Нет, – я почувствовал, как во мне просыпается Теневой Монарх, но не яростный и стихийный, а холодный и вечный. – Ты был прав. Смерть — это слишком милосердно.
– Хороший выбор, – Юки оскалился в улыбке, которая была подозрительно похожа на оскал черепа. – Тогда слушай план. Завтра ассоциация устраивает благотворительный вечер в честь «Семьи номер один». Все камеры мира будут направлены на вас.
Я посмотрел на сына с недоумением.
– Ты хочешь, чтобы я пошел туда с ними?
– Именно, – Юки поправил очки. – Ты выйдешь на сцену. Ты будешь идеальным мужем и отцом. А в самый пик торжества, когда Сухо будет принимать награду как «Надежда поколения», я перехвачу сигнал трансляции.
Юки подошел к стене, где висела карта города, и вонзил в нее нож.
– Мы покажем миру всё. Не просто факт измены. Мы покажем их истинные лица. Их разговоры о деньгах, их пренебрежение к людям, их насмешки над тобой. Мы лишим их не жизни, а самой возможности существовать в обществе. Они станут изгоями, которых будут презирать даже монстры в подземельях.
Я смотрел на своего младшего сына и понимал, что в нем растет сила, которую я не могу классифицировать. Это не была сила системы или маны. Это была сила интеллекта, помноженная на что-то потустороннее.
– А что потом, Юки? Когда всё закончится?
Юки замолчал. Он подошел к зеркалу в прихожей и долго смотрел на свое отражение. На мгновение я увидел за его спиной два огромных костяных черепа, которые беззвучно открывали пасти, излучая голубое свечение.
– Потом, папа, мы оставим это пепелище позади. У тебя есть я. У меня есть ты. Нам не нужны те, кто строит свое счастье на лжи.
Он обернулся, и его небесно-голубые глаза на мгновение стали полностью красными, с тонкими линиями, уходящими вверх.
– Я приготовлю ужин. Тебе нужно набраться сил перед завтрашним шоу. И поверь... это будет самый громкий финал в истории этой семьи.
Я сел обратно на диван, чувствуя странное спокойствие. Мой мир рухнул, это правда. Но на его руинах стоял мой сын — настоящий наследник моей тьмы, который оказался гораздо сильнее и мудрее, чем я мог себе представить.
– Хорошо, Юки, – сказал я, глядя на его татуированную спину. – Действуй. Я доверяю тебе.
Юки кивнул, и в тишине квартиры послышался едва уловимый звук — словно где-то в ином измерении клацнули костяные челюсти, предвкушая начало охоты. Наша неделя наблюдения подошла к концу. Настало время для жатвы.