← Назад к обзору

Предательство

Зеркало истины

Я стоял перед зеркалом в полный рост, затягивая узел черного шелкового галстука. Мои руки, привыкшие сжимать рукояти кинжалов и ломать шеи высшим демонам, сейчас казались мне чужими. Я смотрел на свое отражение — Сон Джинву, Теневой Монарх, герой человечества. На мне был безупречный смокинг, сшитый на заказ, а на губах застыла привычная, едва заметная маска спокойствия. Но внутри... внутри выжженная пустыня.

Дверь в гардеробную бесшумно открылась. Вошел Юки.

Я на мгновение замер, не в силах отвести взгляд. Мой младший сын выглядел как принц из какого-то темного, забытого богами королевства. Рост сто девяносто пять сантиметров делал его выше меня, и в этом строгом угольно-черном костюме-тройке он казался воплощением элегантной угрозы. Белоснежная рубашка подчеркивала его фарфоровую кожу, а небесно-голубые глаза, которые я всегда считал признаком его мягкости, теперь напоминали два куска арктического льда.

– Готов, пап? – Его голос был низким и бархатистым.

Юки подошел ближе и поправил мне воротник. Я заметил, как блеснули три серебряных пирсинга в его левом ухе. На его шее, прямо над воротником рубашки, едва виднелись острые кончики его татуировки — те самые «шипы», уходящие вниз по позвоночнику.

– Ты выглядишь... иначе, Юки, – признал я, чувствуя укол вины. – Когда ты успел так вырасти? Когда ты сделал всё это? Татуировки, пирсинг...

Юки коротко усмехнулся, и в уголках его губ промелькнуло что-то хищное.

– Пока ты спасал мир, папа, я учился в нем выживать. Татуировки — это не просто рисунки. Это якоря. Они помогают мне удерживать то, что сидит внутри, чтобы оно не вырвалось раньше времени. А пирсинг... просто нравится. Это маленькое напоминание о том, что боль — это тоже форма контроля.

Он достал из внутреннего кармана тонкий портсигар, щелкнул им и закурил. Запах дорогого табака наполнил комнату.

– Ты куришь, – это был не вопрос, а констатация факта. Моего очередного провала как отца.

– Только когда предстоит сложная работа, – Юки выпустил кольцо дыма прямо в зеркало, на мгновение скрыв наше отражение. – Не смотри на меня так, пап. Мы сегодня здесь не для того, чтобы обсуждать мои вредные привычки. Мы идем на казнь.

Я кивнул, сглатывая горечь. Юки был прав. Сегодняшний благотворительный вечер в отеле «Гранд Сеул» должен был стать триумфом семьи Сон. А станет их публичным погребением.

– Твои тени на местах? – Юки затушил сигарету прямо о край дорогой пепельницы.

– Да. Игрит и Бер следят за периметром. Рыцари-шпионы уже внутри системы безопасности отеля. Никто не выйдет и не войдет без моего ведома.

– Отлично. Тогда поехали. Мама и Сухо уже ждут внизу, в лимузине. Они думают, что мы задержались из-за твоих «государственных дел».

Мы спустились вниз. У входа стоял роскошный черный лимузин. Возле него, сияя в свете софитов и вспышек камер нескольких приглашенных журналистов, стояли они.

Ча Хэ Ин была божественно красива в платье цвета ночного неба. Она улыбалась той самой улыбкой, в которую я когда-то влюбился. Рядом с ней стоял Сухо — мой старший сын, «золотой мальчик» Кореи. Он поправлял манжеты и что-то весело шептал матери на ухо. Она тихо рассмеялась, коснувшись его руки.

Раньше эта картина вызвала бы у меня тепло в груди. Сейчас меня едва не вырвало прямо на красный ковер.

– Джинву! Юки! – Хэ Ин помахала нам рукой. – Почему так долго? Мы почти опаздываем.

– Дела, дорогая, – мой голос звучал ровно, и я сам поразился своему актерскому мастерству. – Юки помогал мне с документами.

Сухо бросил на младшего брата высокомерный взгляд.

– Опять копался в своих железках, Юки? Мог бы хоть раз проявить уважение к семейному выходу и прийти вовремя.

Юки даже не посмотрел на него. Он прошел мимо брата к машине, и я заметил, как Сухо непроизвольно вздрогнул, когда тень Юки накрыла его.

– Уважение нужно заслужить, Сухо, – бросил Юки, садясь в салон. – А сегодня будет вечер, полный откровений. Тебе понравится.

Поездка прошла в гнетущем молчании, которое Хэ Ин пыталась разбавить светской болтовней о предстоящем аукционе. Я смотрел в окно, чувствуя, как в моей тени ворочается Бер, чувствуя мой гнев. Юки же просто смотрел в экран своего планшета, его пальцы быстро двигались, завершая последние приготовления.

Когда мы прибыли в отель, нас встретил шквал аплодисментов. Весь высший свет Сеула, топовые охотники S-ранга, политики и бизнесмены — все собрались здесь.

– Улыбайся, папа, – шепнул Юки, выходя из машины. – Пусть они запомнят тебя таким. Великим и непоколебимым.

Зал был огромен. Хрустальные люстры, шампанское рекой, фальшивые улыбки. Хэ Ин и Сухо мгновенно растворились в толпе, принимая поздравления. Они вели себя так, словно были королем и королевой этого вечера.

Юки незаметно отделился от меня и направился к операторской будке. Я же остался в центре внимания, отвечая на пустые вопросы и пожимая руки людям, чьи имена забуду через пять минут.

Через час ведущий объявил начало официальной части.

– А теперь, дамы и господа, на сцену приглашается гордость нашей нации, человек, подаривший нам мир — Сон Джинву! И его прекрасная семья!

Мы поднялись на подиум под оглушительные овации. Хэ Ин встала справа от меня, Сухо слева. Юки стоял чуть позади, в тени декораций. Его глаза в полумраке светились странным голубым светом.

– Я хочу поблагодарить всех вас... – начал я свою речь, но в этот момент свет в зале внезапно погас.

По толпе пронесся шепоток беспокойства.

– Что происходит? – Хэ Ин нервно схватила меня за руку. Я почувствовал, как ее ладонь дрожит.

– Технические неполадки, наверное, – ответил я холодно, убирая ее руку.

Огромный экран за нашей спиной, на котором только что крутились кадры моих побед над монстрами, внезапно вспыхнул ярко-белым светом. А затем на нем появилось изображение.

Это была наша спальня. Та самая запись, которую Юки сделал неделю назад.

Зал замер. Тишина стала такой абсолютной, что было слышно, как падает капля пота со лба ведущего. Звук был идеально чистым. Стоны, шепот Хэ Ин о том, как я «далек», признания Сухо в любви к собственной матери...

Я почувствовал, как мана Хэ Ин начала хаотично вырываться наружу. Она побледнела так, что стала похожа на мертвеца. Сухо застыл, его рот открывался и закрывался, как у выброшенной на берег рыбы.

– Выключите это! Немедленно выключите! – закричал Сухо, бросаясь к краю сцены.

Но экран сменился. Теперь там были банковские выписки. Схемы вывода денег. Записи разговоров, где они обсуждали, как разделят мое наследство, если я «случайно» не вернусь из очередного разлома.

– Это ложь! Это монтаж! – Хэ Ин повернулась к залу, ее голос сорвался на крик. – Джинву, скажи им!

Я медленно повернулся к ней. Мои глаза светились фиолетовым пламенем.

– Это правда, Хэ Ин. Каждое слово. Каждое движение.

В этот момент из тени позади нас вышел Юки. Но это был уже не просто мой сын.

Вокруг него закружилась черная аура, которая физически давила на каждого присутствующего в зале. Его длинное черное пальто развевалось, хотя ветра не было. Лицо Юки начало трансформироваться — кожа бледнела, пока не стала напоминать кость, а вокруг глаз проступили алые линии.

За его спиной материализовались два чудовищных черепа. Они были огромными, сделанными из древней, потемневшей кости. Один из них вспыхнул кроваво-красным светом, другой — ледяным голубым.

– Ты... что ты такое? – прохрипел Сухо, пятясь назад и спотыкаясь о декорации.

Юки подошел к краю сцены. Его голос теперь звучал как скрежет костей по металлу, усиленный магией.

– Я — та правда, которую вы пытались похоронить под своей ложью, – Юки поднял руку. На его ладонях ярко вспыхнули метки: красная и голубая. – Вы называли меня аутсайдером. Вы думали, что я ничего не вижу. Но я видел всё.

Один из костяных бластеров за спиной Юки открыл пасть. Мощный поток голубой энергии пронесся над головами гостей, испаряя огромную люстру и часть потолка, но не задев ни одного человека. Это была демонстрация силы, превосходящей S-ранг.

– Мама, – Юки посмотрел на Хэ Ин, которая сжалась в комок. – Ты предала человека, который ради тебя перевернул мир. Сухо... ты предал кровь, которая течет в твоих жилах.

Юки щелкнул пальцами. Трансляция на экране разлетелась на тысячи осколков, и каждый из них превратился в крошечный кристалл памяти, разлетевшийся по залу в руки журналистов и гостей.

– Теперь весь мир знает, кто вы такие, – Юки опустил руку, и его человеческий облик начал возвращаться, хотя глаза всё еще горели алым. – Вы больше не Сон. Вы — ничто.

Я подошел к Юки и положил руку ему на плечо. В этот раз он не отстранился.

– Пойдем, сын, – сказал я тихо. – Здесь нам больше нечего делать.

– Джинву! Постой! – Хэ Ин попыталась броситься за нами, но Бер, вышедший из моей тени, преградил ей путь, обнажив когти. Его глаза светились жаждой крови, и только мой приказ удерживал его от того, чтобы разорвать ее на месте.

Мы вышли из отеля через черный ход. Ночь была прохладной. Юки достал сигарету и прикурил от щелчка пальцев — маленькая искра красной энергии сорвалась с его ногтя.

– Ну вот и всё, пап, – сказал он, глядя на звезды. – Социальная казнь завершена. Завтра у них не останется ничего. Счета заблокированы, репутация уничтожена. Даже если они захотят сбежать, им некуда идти.

Я смотрел на него и чувствовал странную смесь гордости и ужаса. Мой сын был монстром. Но он был моим монстром. Он был тем, кто защитил мою честь, когда я сам был ослеплен любовью.

– Юки... – я замялся, не зная, как начать. – Прости меня.

Он удивленно поднял бровь.

– За что?

– За то, что я не видел тебя. За то, что я позволил этому случиться прямо у нас дома. Я был так занят спасением человечества, что потерял собственную семью.

Юки глубоко затянулся и выпустил дым.

– Ты не потерял семью, папа. Ты просто провел чистку. Лишние элементы удалены. Остались только те, кто верен.

Он повернулся ко мне и впервые за вечер улыбнулся — не той хищной улыбкой скелета, а простой, человеческой.

– Знаешь, я ведь действительно хорошо готовлю. Давай поедем в то убежище. Я приготовлю стейки. А потом ты расскажешь мне, как там, на троне Теневого Монарха. А я расскажу тебе, как я получил эту силу.

Я посмотрел на его татуированные руки, на пирсинг, на его уверенную осанку. Я понял, что передо мной стоит человек, которого мне еще только предстоит узнать. И, честно говоря, я ждал этого с нетерпением.

– Стейки — это отлично, – я кивнул. – И... Юки?

– Да?

– Спасибо.

Он ничего не ответил, лишь слегка наклонил голову. Мы сели в мою старую машину, которую я держал в гараже для особых случаев, и скрылись в ночи, оставляя позади горящие руины нашей прошлой жизни.

Впереди был долгий путь. Мне нужно было научиться быть отцом для этого странного, могущественного юноши. А ему — научиться доверять мне. Но одно я знал точно: больше никто и никогда не посмеет встать между нами.

Потому что Тень и Кость наконец-то воссоединились.