← Назад к обзору

Предательство

Истинная форма Монарха Костей

Полигон Ассоциации охотников, скрытый глубоко в скалистых горах в нескольких часах езды от Сеула, сегодня был пуст по моему личному приказу. Мощные барьеры S-ранга, усиленные моей собственной маной, мерцали в воздухе, отсекая нас от остального мира. Здесь не было камер, не было лишних глаз — только я и мой младший сын.

Я стоял на выжженной земле, сложив руки на груди, и внимательно наблюдал за Юки. После всего, что произошло — после предательства Хэ Ин и Сухо, после того, как мой мир перевернулся — я чувствовал странную потребность. Мне нужно было увидеть его. Не того Юки, который готовит идеальные стейки и слушает музыку в наушниках, а того, кто скрывается под фарфоровой кожей. Того, кто заставил вздрогнуть даже моих сильнейших теневых солдат.

– Юки, сынок, – я нарушил тишину, и мой голос эхом отразился от скал. – Мы здесь одни. Покажи мне свою сущность. Я хочу увидеть, на что ты способен на самом деле. Не для камер, не для врагов. Для меня.

Юки, стоявший в десяти метрах от меня, медленно выдохнул. На нем была простая черная футболка, которая едва сдерживала его мощные плечи, и свободные штаны. Он выглядел как обычный подросток-переросток, если бы не этот взгляд — глубокий, древний, лишенный всякого страха перед Теневым Монархом.

– Ты уверен, пап? – Юки усмехнулся, поправляя пирсинг в ухе. – Моя сила... она немного специфична. Она не похожа на твою тьму. Она холоднее.

– Я уже это почувствовал, – кивнул я. – И именно поэтому хочу увидеть ее предел.

Юки закрыл глаза. В ту же секунду температура на полигоне упала на десятки градусов. Иней мгновенно покрыл камни, а воздух стал таким плотным, что его, казалось, можно было резать ножом. Моя собственная тень забурлила — Бер и Игрис внутри меня напряглись, чувствуя угрозу.

Трансформация произошла мгновенно.

Там, где только что стоял юноша, теперь находилась фигура, от которой исходила аура чистой, абсолютной смерти. Высокий человеческий скелет, облаченный в длинное черное пальто с высоким воротником, который скрывал основание черепа. Из пустых глазниц били тонкие, как лазеры, красные лучи, уходящие высоко в небо. За его спиной, словно верные псы, материализовались два массивных костяных черепа — бластера. Они левитировали, медленно открывая и закрывая пасти, из которых сочилось интенсивное голубое свечение.

Юки в этой форме сохранил свою манеру поведения — он непринужденно засунул руки в карманы пальто, а в зубах у него, каким-то невероятным образом, дымилась сигарета. Это сочетание ужасающей мощи и подросткового пофигизма выглядело сюрреалистично.

– Ну как? – проскрежетал он. Голос доносился не из челюстей, а словно резонировал в самом пространстве. – Нравится вид?

Я медленно подошел ближе. Давление силы было колоссальным. Если бы на моем месте был охотник ранга А или даже S, он бы уже стоял на коленях, раздавленный этой гравитацией смерти. Но я был Монархом. Я вошел в его ауру, как входят в холодную воду.

– Невероятно... – я протянул руку и коснулся его предплечья.

На ощупь это была не кость в привычном понимании. Это был материал, тверже любого металла, который я встречал в разломах. Гладкий, идеально отполированный и обжигающе холодный. Я чувствовал, как под моими пальцами вибрирует энергия.

– Это не просто магия, Юки, – я посмотрел в его пылающие глазницы. – Это сама структура бытия, лишенная плоти. Ты — квинтэссенция того, что остается в конце.

– Я называю это «Окончательной истиной», – отозвался он.

В этот момент я заметил нечто странное. Когда он заговорил, между его костяных челюстей мелькнуло что-то яркое. Я присмотрелся.

– У тебя есть язык? – я не смог скрыть удивления.

Юки усмехнулся — если это можно было так назвать — и высунул его. Я замер. Язык был длинным, гибким и пульсировал ярко-неоновым красным светом. Он казался живым сгустком энергии в этом мертвом костяном теле.

– Ого, – я не удержался и осторожно коснулся кончика этого неонового органа.

Он был мягким, теплым и ощущался как обычный человеческий язык, только через него проходил мощный электрический заряд.

– Это твой очаг маны? – спросил я, убирая руку.

– Вроде того, – Юки втянул язык обратно. – Это точка сосредоточения всей моей энергии. Когда я использую бластеры на полную мощность, он начинает светиться так ярко, что ослепляет.

Я продолжал осматривать его. Мое любопытство исследователя и отца боролось с трепетом перед этой мощью. Я обошел его со спины, рассматривая, как пальто идеально сидит на костяном каркасе, как черепа-бластеры реагируют на каждое мое движение, следя за мной своими пустыми глазницами.

– А что насчет... – я замялся, чувствуя себя немного неловко, но любопытство взяло верх. – Там, ниже. Твоя форма полностью повторяет человеческую анатомию?

Юки замер. Один из бластеров за его спиной издал звук, похожий на сдавленный смешок.

– Пап, ты серьезно? – в голосе скелета послышались нотки смущения.

– Ну, мне как отцу интересно, насколько глубока эта трансформация, – я попытался придать голосу научный тон. – Это ведь биологическая мутация моей силы. Я должен понимать пределы.

Юки вздохнул, и облако дыма вырвалось из его носовых отверстий.

– Скажем так, там тоже есть орган, – он неопределенно махнул рукой в сторону таза. – Такой же неоновый и красный. Но показывать я его не буду. Это уже слишком личное, даже для тренировки с отцом.

Я невольно рассмеялся. Этот момент вернул нам частичку той нормальности, которую мы потеряли.

– Ладно, ладно. Оставим твои неоновые секреты при тебе.

– Спасибо за понимание, – Юки выплюнул окурок, который испарился, не долетев до земли. – А теперь, может, перейдем к делу? Ты хотел посмотреть, на что я способен. Давай проверим теневых солдат против моих «малышей».

Я отступил на несколько метров, и мое лицо снова стало серьезным.

– Игрис! – скомандовал я.

Из моей тени бесшумно поднялся рыцарь в багровых доспехах. Он мгновенно оценил обстановку и обнажил свой меч. Я чувствовал его замешательство — Игрис не понимал, как атаковать сына своего господина, который выглядел как древнее божество смерти.

– Не сдерживайся, Игрис, – произнес я. – Юки выдержит.

– Нападай, железка, – проскрежетал Юки, и бластеры за его спиной взревели, заряжая свои пасти ослепительным светом.

Битва началась мгновенно. Игрис рванул вперед, превратившись в багровую молнию, но Юки даже не шелохнулся. Он просто выставил руку вперед, и на его ладони вспыхнула голубая круглая метка. Пространство перед ним мгновенно искривилось, создавая непроницаемый щит.

Меч Игриса врезался в преграду с оглушительным звоном. В ту же секунду левый бластер Юки выстрелил. Поток голубой энергии пронесся в сантиметрах от шлема Игриса, превратив огромный валун позади него в пыль.

– Слишком медленно, – прокомментировал Юки.

Я наблюдал за ними, и мое сердце наполнялось гордостью. Юки не просто защищался — он доминировал. Его движения были расчетливыми, холодными и невероятно эффективными. Он не тратил лишней энергии, он видел каждое движение противника наперед.

– Бер! – вызвал я второго.

Муравьиный король вырвался из тени с пронзительным криком. Он кинулся на Юки сверху, его когти были готовы рвать сталь.

– О, насекомые, – Юки вскинул вторую руку, и красная метка на правой ладони вспыхнула алым.

Гравитация в радиусе десяти метров внезапно увеличилась в сотни раз. Бер, не долетев до земли, был буквально впечатан в камни. Он хрипел, пытаясь подняться, но сила Юки удерживала его, словно невидимая гора.

– Достаточно! – крикнул я, видя, что мои солдаты начинают серьезно страдать.

Юки мгновенно опустил руки. Гравитация пришла в норму, бластеры затихли и растворились в воздухе. Его костяная форма начала осыпаться пеплом, и через секунду передо мной снова стоял мой сын — шестнадцатилетний парень с небесно-голубыми глазами, только очень бледный и тяжело дышащий.

Я подошел к нему и крепко обнял за плечи.

– Ты великолепен, Юки. Твоя сила... она пугает и восхищает одновременно.

Юки прислонился к моему плечу, восстанавливая дыхание.

– Это утомительно, пап. Удерживать эту форму — всё равно что пытаться удержать в руках ядерный реактор.

– Ты научишься, – я потрепал его по взъерошенным волосам. – У нас впереди много времени.

Мы пошли к выходу с полигона. Солнце начинало садиться, окрашивая горы в золотистые тона.

– Знаешь, – сказал Юки, когда мы садились в машину. – Я рад, что показал тебе это. Мне надоело прятаться.

– Больше не нужно, – я завел мотор. – Теперь мы — одна команда. Тень и Кость.

Юки посмотрел в окно, и я заметил, как в его глазах на мгновение снова вспыхнул тот красный огонек.

– Пап?

– Да?

– А тот стейк, что я вчера готовил... тебе правда понравился? Или ты просто хотел меня подбодрить?

Я рассмеялся, выруливая на дорогу.

– Это был лучший стейк в моей жизни, Юки. И это — самая честная правда, которую я могу тебе сказать.

Юки улыбнулся — на этот раз по-настоящему, тепло. И в этой улыбке я увидел то, ради чего стоило сражаться с любыми богами и правителями. Мой сын был дома. И он был сильнее, чем кто-либо мог себе представить.

– Тогда сегодня приготовлю пасту с морепродуктами, – заявил он, откидываясь на сиденье. – Но чур ты моешь посуду.

– Договорились, – ответил я, чувствуя, как тьма внутри меня наконец-то находит покой.

Мы ехали по шоссе, оставляя позади полигон и старые обиды. Впереди была новая жизнь, полная опасностей и великих свершений. Но теперь я знал точно: что бы ни случилось, мой младший сын прикроет мою спину своими костяными крыльями. И горе тем, кто решит проверить нас на прочность.