← Назад к обзору

Предательство

Пепел золотой мечты

В зале Ассоциации воцарилась тишина, которую можно было резать ножом. Праздничные гирлянды, еще минуту назад казавшиеся символом триумфа и счастья, теперь выглядели как дешевая мишура на месте катастрофы. Запах дорогих духов Ча Хэ Ин смешивался с тяжелым, металлическим ароматом моей маны, которая непроизвольно просачивалась сквозь кожу, заставляя воздух вибрировать.

Мой отец, Сон Иль Хван, сидел на краю бархатного кресла, судорожно сжимая в руках те самые документы, которые оставила Юми. Его лицо, обычно суровое и непроницаемое, сейчас казалось постаревшим на десять лет. Мама сидела рядом, прижав ладонь к губам, ее глаза были полны слез и непонимания.

– Как же так... – прошептала она, глядя в пустоту. – Алекс... наш внук... Джинву, почему ты молчал?

Я не ответил. Я смотрел на Ча Хэ Ин. Она сидела напротив, бледная, как мраморная статуя. Ее руки все еще покоились на животе, но теперь это движение выглядело не как жест гордости, а как попытка защититься от невидимого врага. Она была «золотой девочкой» Кореи, идеальным партнером для сильнейшего охотника человечества. Но в глазах Юми она была лишь тенью, суррогатом настоящей жизни.

– Джинву, нам нужно что-то делать, – подал голос отец, его тон стал деловым, он пытался вернуть контроль над ситуацией. – Лишение отцовства — это серьезно, но закон на стороне семьи Сон. Мы наймем лучших юристов. Ассоциация не допустит такого скандала. Мы вернем мальчика.

Я медленно перевел на него взгляд. Мои серые глаза, которые Юми сравнила с грозовой тучей, сейчас действительно метали молнии.

– Вернем? – переспросил я, и мой голос прозвучал как скрежет тектонических плит. – Вы хоть понимаете, что произошло? Она не просто ушла. Она вырвала нас из своей жизни с корнем. И, судя по всему, у нее были на то причины, о которых я предпочел забыть, пока купался в лучах славы.

Я выхватил телефон. Пальцы едва не раздавили корпус устройства. Я набирал ее номер снова и снова. Первый раз — сброс. Второй — длинные гудки. Третий, четвертый, пятый... Гнев и отчаяние боролись внутри меня. Я мог бы найти ее по следу маны за считанные секунды, я мог бы приказать теням окружить ее такси, но что-то внутри меня — та крошечная часть человечности, которую Юми так ценила, — шептала, что это лишь окончательно все разрушит.

На десятый раз она ответила.

– Что тебе еще нужно, Сон Джинву? – голос Юми был сухим и безжизненным. В нем не было ни капли той нежности, которой она баюкала Алекса сегодня утром.

– Юми, вернись. Мы должны поговорить. Ты не можешь просто так забрать моих детей, – я старался говорить спокойно, но мой голос дрожал от сдерживаемой мощи.

– Твоих детей? – в трубке раздался короткий, болезненный смех. – Джинву, у тебя плохая память. Твой ребенок сейчас находится в утробе твоей «золотой девочки». Вот им и занимайся. А Алекс и та малышка, что под моим сердцем, к тебе больше не относятся.

– Юми, это безумие! – я почти кричал, игнорируя взгляды родителей и Хэ Ин. – Ты не можешь лишить меня прав! Я — Сон Джинву!

– Именно в этом твоя проблема, – отрезала она. – Ты думаешь, что раз ты Монарх, то законы людей и законы сердца на тебя не действуют. Но позволь мне просветить тебя. Твоя Хэ Ин... ты ведь знаешь, почему она так вцепилась в этот брак?

Я нахмурился, чувствуя, как внутри холодеет. Хэ Ин подняла на меня глаза, полные ужаса.

– О чем ты говоришь? – спросил я.

– Спроси у ее врачей, Джинву. Спроси, каковы шансы охотника S-ранга с ее типом маны выносить ребенка. Этот плод — чудо, которое едва держится. После рождения этого мальчика она больше никогда не сможет иметь детей. Никогда. Наслаждайся этим моментом, Монарх. Это твой последний наследник в «официальной» семье.

Я замер. Информация ударила больнее, чем любой монстр в подземелье. Я посмотрел на Хэ Ин. Она опустила голову, и по ее щеке скатилась слеза. Она знала. Все они знали?

– Мои родители... – начал я, но Юми перебила меня.

– Твои родители пусть не забывают про судебный запрет. Если хоть один из семьи Сон приблизится ко мне или к Алексу ближе чем на пятьсот метров, я пущу в ход все связи. И не думай, что твоя сила тебе поможет. Мой адвокат — Чон Суянь. Ты ведь знаешь ее репутацию? Она не боится ни охотников, ни богов. Она превратит вашу жизнь в юридический ад, который не зальешь никаким фиолетовым пламенем.

Имя Чон Суянь заставило даже моего отца вздрогнуть. Эта женщина была легендой в мире юриспруденции, «железной леди», которая выигрывала дела против крупнейших корпораций и государственных структур.

– Юми, пожалуйста... – мой голос сорвался на шепот.

– Знаешь, что меня радует больше всего? – ее голос вдруг стал удивительно мягким, почти мечтательным. – То, что я молода и здорова. Я смогу родить еще детей, если захочу. Моя жизнь будет полна красок, а я сама останусь красивой и свободной. А твоя жизнь... твоя жизнь превратится в золотую клетку. Твоя идеальная пара никогда не подарит тебе больше наследников. Ты будешь каждый день смотреть на этого единственного сына от Хэ Ин и осознавать, что где-то там растут двое других — Окумура Алекс и его сестра. Которые никогда не назовут тебя отцом. Которые даже не будут знать твоего имени.

– Ты не сделаешь этого, – прохрипел я, чувствуя, как стены зала начинают мелко дрожать от моего присутствия.

– Я уже это сделала, – ответила она. – Удачи, Джинву. Вы — великая пара. Самая сильная, самая красивая, самая фальшивая. Семьи у вас не будет. Будет только долг и пустота. Прощай.

В трубке раздались короткие гудки.

Я медленно опустил руку с телефоном. Экран погас, отражая мое искаженное гневом и болью лицо. Я чувствовал себя так, словно меня выпотрошили в разгар битвы и оставили умирать на холодном полу.

– Джинву... – Хэ Ин поднялась со своего места, ее голос дрожал. – Она лжет. Она просто хочет причинить нам боль...

– Это правда? – я повернулся к ней, и тени за моей спиной взметнулись к потолку, застилая свет ламп. – То, что она сказала про детей. Это правда, Хэ Ин?

Она замялась, ее глаза бегали по залу, ища поддержки у моих родителей. Мой отец отвел взгляд. Мать просто закрыла лицо руками.

– Риски были велики... – выдавила Хэ Ин. – Из-за моей маны... врачи сказали, что это единственный шанс. Я хотела сделать тебя счастливым, Джинву! Я хотела дать тебе наследника, которого ждет вся страна!

– Наследника? – я горько усмехнулся. – Вы все думали о наследниках, о статусе, о том, как это будет выглядеть в новостях. А о том, что у меня уже есть сын, вы предпочли забыть? Вы вычеркнули Юми из уравнения, потому что она «простая», потому что она не вписывалась в ваш золотой стандарт?

– Мы хотели как лучше для тебя! – воскликнул Иль Хван, поднимаясь. – Ты — опора этого мира! Тебе нужна соответствующая женщина, а не испуганная девчонка из прошлого!

– Эта «испуганная девчонка» только что уничтожила всё, ради чего вы так старались, – я посмотрел на отца с ледяным презрением. – Она забрала моих детей. Она лишила меня будущего, которое не было бы пропитано ложью.

Я подошел к столу, где лежали документы. «Окумура Алекс». Фамилия ее матери. Моя кровь, мой первенец, теперь официально был чужим человеком. И где-то там, в ее утробе, была моя дочь. Девочка, которую я никогда не возьму на руки, чьи первые шаги я не увижу.

– Джинву, мы все исправим, – Хэ Ин попыталась взять меня за руку, но я отпрянул, словно от ожога.

– Не трогай меня, – бросил я. – Ты знала, что она беременна вторым?

Она промолчала, и это молчание было красноречивее любых слов.

– Понятно, – я кивнул сам себе. – Вы все знали. Вы надеялись, что она просто исчезнет. Что деньги или угрозы заставят ее замолчать. Но вы забыли одну вещь. Юми — это не просто красивая фарфоровая кукла. Она — человек, который любил меня больше, чем все вы вместе взятые. И когда вы предали эту любовь, вы создали врага, которого я не смогу победить. Потому что я не могу сражаться с той, кто держит мое сердце в своих руках.

Я развернулся и пошел к выходу. Мои шаги гулко отдавались в пустом зале.

– Куда ты?! – крикнула вдогонку сестра, Джин-А, которая все это время стояла в тени, напуганная происходящим.

– Искать то, что еще можно спасти, – не оборачиваясь, ответил я. – Хотя боюсь, что спасать уже нечего.

Я вышел из здания Ассоциации. Ночной воздух Сеула был холодным, но он не мог сравниться с тем льдом, что сковал мои внутренности. Город сиял огнями, на огромных экранах небоскребов все еще крутили ролики о нашей «свадьбе века» с Ча Хэ Ин. Мы улыбались с экранов — идеальные, сильные, божественные.

Я посмотрел на свои ладони. Тени шептали мне тысячи имен, тысячи способов найти и вернуть. Но голос Юми все еще звучал в моих ушах: «Ваша семья будет пустой красивой оберткой».

Я сел на скамью в небольшом сквере неподалеку, там, где мы когда-то гуляли с Юми, когда Алекс только начал ходить. Тогда я был просто Джинву. Не Монархом, не героем, а просто мужчиной, который был счастлив.

Теперь у меня была вся власть мира. Я мог сокрушать горы и воскрешать мертвых. Но я не мог заставить женщину, которую предал, снова поверить мне. И я не мог стереть тот «прочерк» в свидетельстве о рождении, который стал моим личным приговором.

В ту ночь в Сеуле праздновали рождение новой легенды. Но никто не знал, что в самом центре этого праздника Теневой Монарх впервые в жизни познал истинный вкус поражения. Вкус одиночества, которое не заполнить ни славой, ни новыми наследниками, ни бесконечной силой теней.

Юми ушла, забрав с собой свет. И всё, что мне осталось — это смотреть, как золотая обертка моей жизни начинает медленно трескаться, обнажая пустоту внутри.