Предательство
Пустота и пепел
Прошла неделя с того момента, как двери нашего дома закрылись за Юми. Семь дней, которые превратили наш особняк в склеп, где каждый шорох напоминал о смехе Алекса или тихом голосе невестки. Моя жена, Кхён Пак, почти не спала, проводя ночи в молитвах и слезах, а Джин-а замкнулась в себе, отказываясь даже смотреть в сторону брата.
Джинву... он был похож на грозовую тучу. Он не искал их открыто, боясь моих слов о «монстре», но я чувствовал, как его тени прочесывают каждый переулок Сеула. Он не понимал, что Юми — не просто «гражданская». Она была дочерью своего народа, и если она решила исчезнуть, она знала, как это сделать.
Письмо пришло утром. Короткое, написанное изящным почерком Юми. Только адрес в небольшом приморском поселке в Японии и приписка: «Для тех, кто любит Алекса».
Кхён Пак и Джин-а собрались за час. Я видел, как у моей жены дрожали руки, когда она упаковывала подарки для внука. Джинву стоял в дверях, его лицо было бледным, в глазах застыла немая мольба.
— Отец... — начал он, но я прошел мимо, даже не взглянув на него.
— Ты не приглашен, Джинву. Юми ясно дала понять, кого она хочет видеть. Ты сделал свой выбор. Теперь живи с ним.
Я проводил их до такси, наказав беречь себя. Сам же я не поехал. У меня оставалось одно незаконченное дело здесь, в Сеуле. Гнев, который я подавлял неделю, требовал выхода. Я знал, где их найти. В Ассоциации охотников сегодня был торжественный прием — чествование героев после очередного успешного рейда.
Когда я вошел в главный зал, музыка и звон бокалов на мгновение стихли. Люди узнавали меня — отца Теневого Монарха, человека, вернувшегося из небытия. Но мне было плевать на их почтение.
В центре зала, в окружении лучших охотников Кореи и высокопоставленных чиновников, стояли они. Джинву выглядел безупречно в своем черном костюме, но его взгляд был пустым, блуждающим. Рядом с ним, сияя, как начищенная монета, стояла Ча Хэ Ин. На ней было облегающее платье, которое уже не могло скрыть едва заметную округлость живота. Она улыбалась, принимая поздравления, словно была королевой, наконец занявшей свой трон.
Я направился прямо к ним. Толпа расступалась, чувствуя исходящую от меня тяжелую ауру. Джинву заметил меня первым, и в его глазах промелькнул страх — не перед моей силой, а перед тем, что я мог сказать.
— Отец? Что ты здесь делаешь? — Джинву сделал шаг навстречу, пытаясь перехватить меня.
Я проигнорировал его руку и остановился прямо перед Ча Хэ Ин. Она вежливо поклонилась, ее лицо выражало идеальную смесь смирения и достоинства.
— Господин Сон, я так рада вас видеть, — произнесла она своим нежным, колокольчиковым голосом. — Мы как раз обсуждали...
— Хватит, — оборвал я ее. Голос мой прозвучал негромко, но в наступившей тишине его услышал каждый охотник в зале. — Надеюсь, тебе нравится это начало, Ча Хэ Ин. Надеюсь, ты чувствуешь себя победительницей.
Улыбка сползла с ее лица. Она бросила быстрый взгляд на Джинву, ища поддержки, но мой сын стоял как вкопанный, не смея вмешаться.
— Я не понимаю... — начала она, но я не дал ей закончить.
— Ты всё прекрасно понимаешь. Ты знала, что у Джинву есть семья. Знала, что у него есть жена, которая носит его ребенка, и трехлетний сын. Но ты решила, что «золотая девочка» Ассоциации заслуживает большего. Ты решила, что статус сильнейшей пары охотников стоит того, чтобы разрушить чужую жизнь.
Вокруг послышались шепотки. Охотники, друзья Джинву, которые еще минуту назад смеялись, теперь отводили глаза. Правда, выплеснутая в лицо, всегда горчит.
— Мне тебя жаль, — сказал я, и это была чистая правда. — Ты вцепилась в моего сына, думая, что это твой билет в вечное счастье. Ты забеременела, чтобы удержать его. Но знаешь ли ты цену? Юми рассказала мне. После этих родов ты станешь бесплодна. Твой организм, измотанный магией и рейдами, просто не выдержит большего. Это твой первый и последний шанс на материнство, который ты купила ценой предательства.
Ча Хэ Ин побледнела так, что стала белее своего платья. Ее рука непроизвольно легла на живот.
— Джинву, скажи ему... — прошептала она, ее голос дрожал.
— А что он скажет? — я повернулся к сыну. — Что он предал женщину, которая любила его, когда он был никем? Ради «красивой куклы», которая подходит ему по рангу? Посмотри на себя, Теневой Монарх. Ты правишь мертвыми, но в живом мире ты оказался трусом.
— Отец, довольно! — Джинву наконец обрел голос, его тени начали сгущаться у ног. — Это моя жизнь. Я несу ответственность за Хэ Ин и нашего ребенка.
— Ответственность? — я горько усмехнулся. — Ты даже не понимаешь значения этого слова. Ты привел монстра в свой дом и выгнал из него свет. Слушай меня внимательно, сын. Я приму твоего будущего ребенка, потому что он — моя кровь и он ни в чем не виноват. Но тебя и эту женщину я больше не рад видеть в своем доме. Для меня вы больше не семья.
Джинву дернулся, словно я ударил его в лицо.
— Ты не можешь...
— Я уже это сделал. Юми уехала в Японию. Она сменила фамилию твоему сыну. Теперь он Окумура Алекс. Ты лишен прав на него по документам, которые сам же подписал в бреду своей гордыни. И не вздумай искать их. Если ты приблизишься к ним со своими тенями, я лично встану у тебя на пути.
Я снова посмотрел на Ча Хэ Ин. В ее глазах теперь не было блеска, только холодный, липкий ужас.
— Не удивляйся, когда Алекс вырастет и возненавидит тебя, — сказал я ей. — И когда твоя дочь, которую носит Юми, узнает, почему ее отец не был рядом, она тоже отвернется от тебя. Ты думала, что строишь династию богов? Нет, ты создаешь круг одиночества.
— Господин Сон, вы несправедливы, — подал голос один из охотников ранга S, стоявший рядом. — Джинву спас мир...
Я обернулся к нему, и мой взгляд заставил его замолчать.
— Он спас мир, но потерял душу. Какой толк от спасенного мира, если в твоем собственном доме — руины? Жаль только ребенка, которого ты носишь, Хэ Ин. Ему суждено расти среди монстров, которые ценят силу выше верности.
Я развернулся и пошел к выходу. За спиной стояла гробовая тишина. Ни музыки, ни звона бокалов, ни шепотов. Только тяжелое, удушливое дыхание Теневого Монарха, который осознал, что его величайшая победа обернулась самым позорным поражением.
Выйдя на свежий воздух, я глубоко вздохнул. В кармане завибрировал телефон. Сообщение от Джин-а: «Мы на месте. Алекс увидел море и спросил про тебя. Юми улыбается, но в глазах у нее такая грусть, что сердце разрывается».
Я сел в машину и поехал в сторону аэропорта. Мне нужно было к ним. К настоящей семье. А мой сын... пусть он остается в своем золотом дворце с той, кого он выбрал. Тени — хорошие слуги, но они никогда не заменят тепла человеческой руки, которую он так легко отпустил.
Глядя на огни ночного Сеула, я думал о том, что Джинву когда-то вернул меня к жизни. Теперь я понимал, зачем. Не для того, чтобы я видел его триумф, а для того, чтобы в час его величайшего падения кто-то мог сказать ему правду. Даже если эта правда сожжет всё дотла.
Юми была права. Они — сильная пара. Но как семья... они уже пусты. И этот холод не развеет никакое фиолетовое пламя.