← Назад к обзору

Предательство

Пепел идеального мира

Сон Джинву сидел в своем кабинете в штаб-квартире гильдии «Арджин», погруженный в тишину, которая с каждым годом становилась всё более невыносимой. Стены, укрепленные магическими кристаллами высшего ранга, не могли защитить его от холода, идущего изнутри. Этот холод не имел отношения к мане льда или силе правителей. Это был холод пустоты.

Прошло семь лет.

Семь лет с той ночи, когда он вернулся домой и обнаружил, что его мир, который он так яростно защищал от внешних врагов, сгнил изнутри. Он помнил лицо Хэ Ин — перекошенное от гнева и запоздалого испуга. Помнил Сухо и Миджун, чьи глаза бегали, полные трусливой лжи. Но больше всего он помнил тишину в комнате своего младшего сына.

Юки. Его маленькая фарфоровая кукла. Ребенок, которого он, великий Монарх Теней, не сумел защитить от собственной семьи.

Джинву поднял взгляд на монитор. Перед ним висел отчет об очередном отказе от «Морте Индастриз».

– Снова? – Его голос прозвучал хрипло, разбивая тишину.

– Да, господин Сон, – ответил Игрис, материализовавшись из тени.

Верный рыцарь стоял неподвижно, но Джинву чувствовал исходящее от него странное напряжение. Все эти годы Игрис вел себя иначе. Он стал молчаливее, если это вообще было возможно для тени. Джинву часто ловил себя на мысли, что его самый преданный воин что-то скрывает, но связь монарха и тени была странно искажена, когда дело касалось той ночи семь лет назад.

– Они отказали без объяснения причин? – Джинву потер переносицу. – Мы предлагали им любые деньги. Сухо нужны эти доспехи, его тело не выдерживает резонанса с моей силой, он калечит себя на каждой тренировке.

– Ответ был кратким, мой господин, – Игрис помедлил, прежде чем продолжить. – Они сказали, что не торгуют с теми, кто «ценит инструменты выше людей».

Джинву замер. Эти слова ударили его сильнее, чем любой монстр S-ранга. В них был привкус личного обвинения.

– Кто стоит за этой компанией? – спросил он, чувствуя, как внутри закипает темная энергия. – Я хочу знать всё о владельце. Чон Юки? Это имя мне ни о чем не говорит.

– Информации крайне мало, – Игрис склонил голову. – Он появился из ниоткуда семь лет назад. Женат на влиятельном адвокате, имеет ребенка. Он гений технологий и, судя по всему, обладает пробужденной силой, которую невозможно классифицировать. Наши разведчики не могут подобраться к нему — его личная охрана состоит из теней, которые... не подчиняются вам.

Джинву резко встал, и стол перед ним треснул.

– Что ты сказал? Тени, которые мне не подчиняются? Это невозможно. Я — единственный Монарх Теней.

– Возможно, мой господин, если это не ваши тени, – голос Игриса был едва слышен.

В этот момент дверь кабинета распахнулась. Вошла Ча Хэ Ин. За семь лет она почти не изменилась внешне, но в ее движениях появилась нервозность, которую она пыталась скрыть за высокомерием.

– Джинву, ты видел отчет? – Она бросила планшет на диван. – Сухо снова в больнице. Он пытался использовать «Руку Правителя», и его мышцы просто разорвались. Нам нужны эти доспехи от «Морте». Почему ты до сих пор не договорился с этим выскочкой Чоном?

Джинву посмотрел на жену, и она невольно отступила. В его глазах не было любви. Там была лишь бесконечная усталость.

– Этот «выскочка», как ты выразилась, презирает нас, Хэ Ин, – холодно ответил он. – И, судя по его словам, у него есть на то причины. Ты когда-нибудь задумывалась, почему всё идет прахом? Сухо разрушает себя, Миджун превратилась в избалованную садистку, которую боится вся ассоциация... А наш младший сын...

– Не смей, – прошипела Хэ Ин, ее лицо побледнело. – Не смей винить меня в том, что случилось с этим бракованным мальчишкой. Он сам убежал. Он был никем, обузой для нашей репутации.

– Он был моим сыном! – Рев Джинву заставил здание содрогнуться. – Он был ребенком, которому нужна была защита, а не побои! Я обыскал весь мир, Хэ Ин. Я спускался в самые глубокие разломы, я допрашивал богов и демонов. Но его след исчез в ту ночь, когда ты выставила его за дверь.

– Он мертв, Джинву, – жестоко бросила она. – Обычный человек не выжил бы в ту ночь в том районе. Смирись с этим. У нас есть Сухо и Миджун, они — будущее этого мира.

Джинву отвернулся к окну. Он смотрел на сверкающий вдали небоскреб «Морте Индастриз». В его душе шевельнулось странное предчувствие.

– Игрис, – позвал он, не оборачиваясь к жене.

– Да, мой господин.

– Подготовь машину. Я не буду больше посылать запросы. Я пойду туда сам. Если этот Чон Юки обладает силой, которую я не могу контролировать, я должен увидеть его лично.

– Джинву, это безумие! – крикнула Хэ Ин вслед. – Ты — величайший охотник в истории, ты не должен унижаться перед каким-то бизнесменом!

– Я не иду унижаться, – бросил он через плечо. – Я иду искать ответы.

***

Вестибюль «Морте Индастриз» встретил его стерильной чистотой и давящей тишиной. Джинву вошел, не скрывая своей ауры. Обычные люди должны были упасть на колени под тяжестью его присутствия, но... ничего не произошло.

Система подавления маны в здании была настолько совершенной, что его сила словно вязла в густом киселе.

– Господин Сон Джинву? – К нему подошел высокий мужчина в безупречном костюме. – Меня зовут Чон Ли Вон. Я главный юрисконсульт компании. Мой муж ожидает вас.

Джинву нахмурился.

– Ваш муж? Владелец компании — ваш супруг?

– Именно так, – Ли Вон улыбнулся, но эта улыбка была острой, как скальпель. – Пройдемте. Он выделил вам пять минут своего времени.

Они поднялись на верхний этаж в скоростном лифте. Джинву чувствовал, как с каждым этажом напряжение растет. Когда двери открылись, он оказался в просторном кабинете.

За столом, спиной к нему, сидел человек.

– Вы настойчивы, господин Сон, – раздался голос, от которого у Джинву по спине пробежали мурашки. Это был голос взрослого мужчины, но в нем слышались интонации, которые он когда-то слышал в детской комнате.

Кресло медленно развернулось.

Джинву замер, забыв, как дышать. Перед ним сидел молодой человек невероятной красоты. Черные взъерошенные волосы, пирсинг, татуировки, виднеющиеся из-под воротника дорогой рубашки. Но глаза...

Небесно-голубые глаза, светящиеся ледяным пламенем.

– Юки? – прошептал Джинву, делая шаг вперед. – Ты... ты жив?

Молодой человек усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли радости. Он неторопливо отпил виски из бокала и поставил его на стол.

– Юки? Это имя я оставил в той луже, в которую ваша жена меня вышвырнула семь лет назад, – он поднялся, и Джинву увидел, насколько он стал высоким и мощным. – Для вас я Чон Юки, глава «Морте Индастриз». И я очень занятой человек, «отец».

– Сын... я искал тебя... – Джинву чувствовал, как его голос дрожит. – Я не знал... если бы я только был дома...

– О, мы оба знаем, что это ложь, – Юки вышел из-за стола, его шаги были бесшумными. – Даже если бы ты был там, ты бы промолчал. Потому что ты любишь силу. А я был «бракованным». Помнишь, как меня называл твой золотой мальчик Сухо?

Юки подошел вплотную к Джинву. Несмотря на то, что Джинву был Монархом Теней, он почувствовал, как от его сына исходит волна такой первобытной тьмы, что его собственные тени в ужасе забились в углы комнаты.

– Ты... ты пробудился? – Джинву попытался коснуться плеча сына, но Юки перехватил его руку. Хватка была стальной.

– Я не пробудился, – Юки наклонился к его уху. – Я просто перестал подавлять то, чем всегда был. Пока ты играл в бога со своими тенями, я стал самой Пустотой. Той, что была до света и до твоей системы.

В этот момент в кабинет вбежал маленький ребенок, едва научившийся ходить. Он вцепился в ногу Юки, лепеча что-то на своем детском языке.

– Папа! – воскликнул малыш, глядя на Джинву огромными любопытными глазами.

Ли Вон, стоявший у двери, подошел и поднял ребенка на руки.

– Алекс, папа сейчас занят с гостем, – мягко сказал он.

Джинву смотрел на эту сцену, и его сердце разрывалось на части. У него был внук. У его сына была жизнь, полная любви и успеха, в которой ему, Джинву, не было места.

– Ты пришел за доспехами для своих «настоящих» детей? – Юки вернулся к своему креслу и небрежно откинулся на спинку. – Ответ — нет. Я не дам им ни грамма своих технологий. Пусть Сухо и дальше разрывает свои вены, пытаясь соответствовать твоему величию. Это справедливая цена за то, что они сделали.

– Юки, пожалуйста... – Джинву опустил голову. – Твоя мать... она страдает...

– Она страдает? – Юки рассмеялся, и этот смех был полон яда. – Она страдает от того, что ее репутация трещит по швам? Или от того, что ее любовники больше не могут скрывать правду? У меня есть папки на каждого из вас, Джинву. Я знаю о каждом аборте Хэ Ин, о каждой дозе наркотиков Сухо, о каждой жертве издевательств Миджун.

Юки подался вперед, его глаза вспыхнули ярче.

– Я не уничтожил вас только потому, что не хотел пачкать руки о мусор. Но если ты еще раз придешь сюда или твоя «жена» попробует приблизиться к моему мужу или сыну... Я опубликую всё. Я сотру имя Сон из истории Кореи. Вы станете изгоями, которых будут проклинать на улицах.

Джинву молчал. Он понимал, что этот человек перед ним — не тот мальчик, которого он помнил. Это был хищник, созданный из боли и предательства.

– Уходи, Джинву, – тихо сказал Юки, поворачиваясь к окну. – У тебя больше нет младшего сына. У тебя есть только тени твоего прошлого. Наслаждайся их обществом.

Джинву медленно направился к выходу. У самой двери он обернулся.

– Я рад, что ты жив, Юки. И я... я горжусь тем, кем ты стал. Даже если ты меня ненавидишь.

Юки не ответил. Он смотрел на отражение своего отца в стекле, и на мгновение, всего на одну короткую секунду, в его глазах промелькнула тень той старой боли. Но он быстро моргнул, и лед вернулся на место.

Когда дверь закрылась, Ли Вон подошел к мужу и положил руку ему на шею.

– Ты в порядке? – спросил он с тревогой.

Юки закрыл глаза, прислонившись лбом к прохладному стеклу.

– Да, – прошептал он. – Просто... я думал, что встреча с ним принесет мне облегчение. Но я чувствую только холод.

– Это холод победы, милый, – Ли Вон поцеловал его в висок. – Мы построили свой мир. И им в нем нет места.

Снаружи, на улице Сеула, Сон Джинву стоял под начавшимся дождем. Он поднял лицо к небу, позволяя каплям смешиваться со слезами, которые он не позволял себе проливать веками. Он был самым могущественным существом на планете, но в этот момент он чувствовал себя самым нищим человеком во вселенной.

– Игрис, – позвал он шепотом.

– Да, мой господин?

– Ты знал, верно? Ты знал, где он, всё это время.

Рыцарь тени медленно материализовался рядом. Он не склонил голову, как обычно. Он смотрел прямо на небоскреб.

– Он — истинный наследник, – просто ответил Игрис. – Вы унаследовали силу Монарха. Он стал самой Тенью. Я не мог предать того, кто является воплощением нашей сути.

Джинву горько усмехнулся.

– Даже мои тени выбрали его.

Он развернулся и пошел прочь, в сторону своего особняка, который теперь казался ему не домом, а склепом, полным лжи и разбитых надежд. Семь лет назад он потерял сына. Сегодня он понял, что потерял будущее.

А на восьмидесятом этаже «Морте Индастриз» Чон Юки взял на руки своего сына и улыбнулся. Это была улыбка человека, который наконец-то сжег все мосты и нашел свет в самой глубокой тьме.