Предательство
Тень падения
Сон Джинву стоял у окна своего роскошного кабинета в штаб-квартире Ассоциации Охотников, но вид на Сеул, который обычно внушал чувство абсолютного контроля, сегодня казался серым и безжизненным. В воздухе всё еще висел запах озона — едкий, карающий след магии Алекса.
Тишина, воцарившаяся после того, как он просмотрел видео на флешке, была оглушительной. Монарх Теней, существо, перед которым трепетали правители и боги, чувствовал, как внутри него разверзается пустота, которую не могли заполнить даже тысячи верных теней.
Внезапно дверь кабинета распахнулась с таким грохотом, что Игрит и Берион, скрытые в тени, непроизвольно напряглись, ожидая приказа к атаке. В комнату влетела Ча Хэ-Ин.
Ее идеальная прическа была растрепана, а на светлом дорогом пиджаке расплывалось огромное коричневое пятно от кофе. Лицо, которое всегда считалось эталоном холодной красоты, сейчас было искажено гримасой ужаса и ярости.
– Джинву! Что происходит?! – закричала она, подбегая к столу. Ее голос сорвался на визг. – Мои контракты... все до единого! Рекламные агентства, спонсоры, даже тренировочный центр — всё аннулировано в одностороннем порядке! Мне только что позвонили из Ассоциации: моя лицензия охотника S-ранга отозвана до выяснения обстоятельств нарушения этического кодекса!
Джинву медленно повернулся к ней. Его глаза, обычно светившиеся холодным фиолетовым пламенем, сейчас были тусклыми.
– Алекс узнал, – коротко бросил он.
Хэ-Ин замерла, ее глаза расширились.
– Узнал? Но как? Ты же говорил, что твои тени следят за каждым его шагом, что в этом доме нет ни единого уголка, скрытого от твоего взора!
– Я забыл одну вещь, Хэ-Ин, – Джинву горько усмехнулся, глядя на свои ладони. – Алекс никогда не был просто моим мужем. Он — Громовой Убийца Драконов. Его магия — это свет. А там, где слишком много света, тени исчезают. Он не просто узнал. Он уничтожил всё, что мы строили вне семьи.
– Это невозможно! – Она ударила кулаком по столу. – Мои подруги... те, кого я считала близкими... они только что вылили на меня кофе прямо в холле Ассоциации! Они смеялись мне в лицо, Джинву! Они тыкали в меня телефонами, показывая это мерзкое видео! Я уничтожена! Моя репутация, моя карьера — всё кончено! Ты должен что-то сделать! Ты же Монарх! Сотри им память, перепиши реальность, сделай хоть что-нибудь!
Джинву посмотрел на нее так, словно видел впервые. В ее глазах не было раскаяния за разрушенную семью, не было боли за детей, которых она помогла лишить отца. Была лишь жажда статуса и страх перед нищетой.
– Я не могу, – тихо произнес он.
– Что значит «не можешь»?! – Хэ-Ин вцепилась в его лацканы. – Ты сильнейший человек на планете!
– Алекс забрал детей, Хэ-Ин. Всех пятерых. Су-Хо и Юкио ушли с ним. Ты понимаешь, что это значит? Мои сыновья, унаследовавшие мою силу, встали на его сторону. Мой отец, Иль-Хван, помог им уйти. Все счета, которые я по глупости доверил Алексу, заблокированы. Недвижимость переписана. Я — Монарх Теней, у которого не осталось дома, в который можно вернуться.
В этот момент телефон Хэ-Ин снова завибрировал. Она взглянула на экран, и ее лицо побледнело еще сильнее.
– Это налоговая... и служба безопасности Ассоциации. Они едут сюда. Джинву, они обвиняют меня в использовании твоего влияния для махинаций с ресурсами! Если меня признают виновной, я не просто потеряю лицензию, я пойду под суд!
– Ты и так пойдешь под суд, – голос Джинву стал стальным. – Как и я. Алекс не просто обижен. Он объявил войну. И в этой войне у нас нет союзников.
– Но мы же любим друг друга! – воскликнула она, пытаясь найти в его взгляде прежнюю искру страсти.
Джинву мягко, но решительно отстранил ее руки.
– Любим? – он посмотрел на видео, все еще стоявшее на паузе на планшете. – Нет, Хэ-Ин. Мы просто заигрались в богов. Мы решили, что если мы стоим на вершине мира, то мир принадлежит нам. А Алекс... он напомнил мне, кто я такой на самом деле. Без него, без детей, без той человечности, которую он поддерживал во мне двадцать пять лет... я просто пустая оболочка, наполненная тьмой.
– Ты бросаешь меня? – прошипела она, и в ее глазах мелькнула ненависть. – Сейчас, когда я осталась ни с чем из-за тебя?
– Ты осталась ни с чем из-за себя, – отрезал Джинву. – Иди. Уходи из этого кабинета. Скоро здесь будут юристы Алекса. Если они застанут тебя здесь, это только усугубит твое положение.
Хэ-Ин хотела что-то выкрикнуть, но, встретившись с его взглядом, в котором на мгновение проснулась первобытная мощь Монарха, осеклась. Она развернулась на каблуках и, громко стуча ими по паркету, выбежала из кабинета, оставляя за собой шлейф дорогого парфюма и запах пролитого кофе.
Джинву остался один. Он подошел к зеркалу и долго всматривался в свое отражение. Молодой, красивый, наделенный бесконечной силой. Алекс всегда говорил, что его магия сохраняет их молодость, но сейчас Джинву чувствовал себя древним стариком.
Он вспомнил, как родился Су-Хо. Как Алекс, изможденный, но счастливый, прижимал к себе маленького копию Джинву. Вспомнил, как Юкио впервые проявил свои черные молнии, и как они вдвоем с Алексом смеялись, пытаясь потушить загоревшийся ковер. Вспомнил крошечную Мину и запах младенца Мин-Хо.
Всё это он променял на мимолетное чувство превосходства, на интрижку с женщиной, которая ценила в нем только силу.
– Система... – прошептал он в пустоту, но Система молчала. Она дала ему всё, но она не могла вернуть ему любовь.
Джинву закрыл глаза и попытался нащупать связь со своими тенями, которые находились рядом с детьми. Но он наткнулся на непроницаемую стену. Остров Чеджу был закрыт грозовым куполом такой мощности, что даже его теневой обмен не мог пробиться сквозь него. Алекс знал его слабости. Алекс знал, как отсечь Монарха от его королевства.
– Ты хочешь, чтобы я вспомнил, каково это — быть никем? – спросил Джинву у пустого кабинета. – Ты хочешь, чтобы я снова почувствовал страх и бессилие?
Он сел в кресло, которое еще вчера казалось ему троном мира. Сегодня оно было просто куском дерева и кожи.
В дверь постучали. Это не была Хэ-Ин. Стук был спокойным, размеренным и профессиональным.
– Господин Сон Джинву? – раздался голос из-за двери. – Мы представляем юридическую группу «Гром и Молния». У нас есть пакет документов от вашего супруга, господина Алекса Сона. Речь идет о бракоразводном процессе, полной передаче прав собственности и опеке над несовершеннолетними.
Джинву глубоко вздохнул.
– Войдите, – сказал он, чувствуя, как его идеальный мир окончательно рассыпается в прах.
В кабинет вошли трое мужчин в строгих костюмах. Они не выглядели напуганными. Напротив, в их глазах читалось некое торжество. Весь мир знал Джинву как героя, но Алекс позаботился о том, чтобы эти люди увидели в нем лишь предателя.
– Прежде чем мы начнем, – сказал ведущий юрист, выкладывая на стол стопку бумаг, – мы должны уведомить вас, что господин Алекс уже подал иск о заморозке всех ваших активов, связанных с Ассоциацией, до завершения расследования о нецелевом использовании средств. Ваша личная недвижимость, включая этот офис, опечатана. У вас есть час, чтобы забрать личные вещи.
– Час? – Джинву поднял бровь. – Вы понимаете, с кем говорите?
– Мы говорим с гражданином Сон Джинву, – холодно ответил юрист. – Который, согласно представленным доказательствам, нарушил не только брачный контракт, но и ряд законов о статусе Охотника национального уровня. Ваша сила не дает вам права стоять над законом, господин Сон. Ваш супруг просил передать: «Боги не изменяют тем, кто сделал их богами».
Джинву замолчал. Эти слова ударили больнее, чем любая магия. Алекс действительно сделал его тем, кем он был. Он был его якорем, его связью с человечеством. Без Алекса он был просто монстром, запертым в человеческом теле.
– Я подпишу всё, что нужно, – тихо произнес Джинву, не глядя в бумаги.
– Папа просил не принимать ваши подписи так просто, – внезапно раздался голос от двери.
Джинву вздрогнул. В дверях стоял Юкио. Его восемнадцатилетний сын выглядел пугающе похожим на Алекса в моменты гнева, хотя черты лица были отцовскими. Черные молнии едва заметно пробегали по его пальцам.
– Юкио... – Джинву подался вперед.
– Не называй меня так, – отрезал парень. Его небесно-голубые глаза, так контрастирующие с черными волосами, горели ненавистью. – Я пришел забрать вещи младших. И сказать тебе кое-что.
Юкио подошел к столу, игнорируя юристов. Он посмотрел на отца сверху вниз, и Джинву с ужасом осознал, что его сын уже перерос его — не только ростом, но и внутренней силой.
– Ты думал, что мы — твои тени? Что мы будем всегда стоять у тебя за спиной, что бы ты ни творил? – Юкио усмехнулся, и эта усмешка была горькой. – Папа плакал вчера всего один раз. Когда укладывал Мин-Хо. А потом он просто выключил свои чувства. Ты убил в нем то, что он хранил для тебя двадцать пять лет.
– Юкио, я совершил ошибку, я...
– Ошибку? – Юкио сорвался на крик, и в кабинете лопнули лампочки. Тень под ногами Джинву испуганно сжалась. – Ты трахал эту женщину в своем кабинете, пока папа готовил ужин для всей семьи! Ты лгал нам в глаза! Ты зазнался, «Великий Монарх». Ты решил, что ты — центр мира. Но папа — это само небо. А небо нельзя покорить. Его можно только потерять.
Сын бросил на стол небольшую коробку. В ней были старые часы — первый подарок Алекса Джинву, когда тот еще был охотником E-ранга. Дешевые, потертые, они были самой ценной вещью для Джинву долгие годы.
– Папа сказал, что тебе нужно вернуть свое прошлое, раз ты так легко выбросил настоящее, – сказал Юкио. – Мы уезжаем. Не ищи нас. Если ты попытаешься пробиться сквозь барьер Чеджу, я лично буду тем, кто встретит тебя на берегу. И поверь, отец, я не буду сдерживаться. Моя молния чернее твоей тени.
Юкио развернулся и вышел, не оглядываясь. Юристы молча последовали за ним, оставив Джинву в полумраке разбитого кабинета.
Джинву взял в руки старые часы. Стекло было треснувшим. Он прижал их к губам и впервые за десятилетия почувствовал, как по его щеке катится слеза.
Снаружи послышались крики и шум. Репортеры, полиция, разгневанные граждане — все они собрались внизу, чтобы увидеть падение своего кумира. Ча Хэ-Ин, которую как раз выводили через черный ход, обливали проклятиями и грязью. Ее карьера была не просто закончена — она была стерта.
Джинву понимал: Алекс не просто мстил. Он проводил хирургическую операцию по удалению раковой опухоли из их жизни. И этой опухолью оказался сам Джинву.
– Ты хочешь, чтобы я вспомнил, кем я был... – прошептал Джинву, глядя на свои дрожащие руки. – Хорошо, Алекс. Я вспомню. Я пройду через этот ад. Я потеряю всё, что имею, чтобы понять цену того, что я потерял.
Он поднялся, оставив на столе свой мобильный телефон, ключи от машин и все магические артефакты. Он вышел из кабинета, не используя магию, просто как человек.
В коридоре его встретили вспышки камер. Люди, которые еще вчера кланялись ему, теперь кричали слова презрения. Джинву шел сквозь толпу, не поднимая глаз. Он чувствовал, как его магическая сила уходит вглубь, запертая его собственной волей.
На выходе из здания он увидел Ча Хэ-Ин. Она сидела на земле, прислонившись к стене, вся в пятнах кофе и грязи, ее глаза были пустыми. Она потеряла всё и не знала, как жить дальше. Джинву прошел мимо нее, даже не замедлив шаг. Она была частью его греха, но она не была частью его искупления.
Где-то далеко, на острове Чеджу, Алекс стоял на обрыве, глядя на бушующее море. Ветер трепал его блондинистые волосы, а на руках он держал маленькую Мину.
– Папа, а отец придет? – тихо спросила девочка.
Алекс посмотрел на горизонт, где собирались тяжелые тучи.
– Если он сможет снова стать человеком, Мина... Если он сможет найти дорогу сквозь шторм, который сам же и вызвал. Но пока... пока у нас есть только мы.
Он крепче прижал дочь к себе. Он знал, что Джинву начнет свой путь с самого низа. И только от самого Джинву зависело, станет ли этот путь возвращением домой или окончательным уходом в тень.
Алекс надеялся на первое, но был готов ко второму. Громовой Убийца Драконов никогда не прощал предательства, но он умел ценить истинное раскаяние. Но до этого раскаяния были еще долгие, долгие мили боли и одиночества.
Шторм над Кореей только начинался. И в этом шторме Монарху Теней предстояло либо сгореть, либо переродиться.