← Назад к обзору

приемный сын

Синий свет в тени Монарха

Утро в доме семьи Сон начиналось как обычно, но для Юки оно всегда было пропитано особым чувством тишины. Он проснулся за несколько минут до будильника, глядя в потолок своими небесно-голубыми глазами. В комнате было прохладно, и это ему нравилось. Тишина — это то, что он ценил больше всего, помимо редких моментов, когда в наушниках гремел старый добрый джаз или лоу-фай бит.

Юки сел на кровати, потянулся, и футболка сползла с его плеча, обнажая часть замысловатой татуировки. Белые линии, напоминающие кости, казались живыми в утренних сумерках. Он провел по ним пальцами. Эта сила внутри него... она пульсировала, как второе сердце. Иногда ему казалось, что он слышит шепот — не слова, а скорее далекое эхо смеха и запах пыли, который он чувствовал в своих снах.

Встав, он привычно приготовил себе завтрак. Юки любил готовить. Процесс нарезки овощей, шипение масла на сковороде — всё это успокаивало его внутренние вихри маны. Он двигался бесшумно, его рост в сто восемьдесят пять сантиметров не мешал ему быть грациозным, словно тень.

На кухню вошла Ча Хэ Ин. Она выглядела безупречно, как и всегда, но между ней и Юки всегда стояла невидимая стена. Она была добра к нему, она заботилась о нем как мать, но Юки чувствовал — в её глазах он всегда был загадкой, которую она не могла разгадать. И это рождало в ней подсознательное напряжение.

– Доброе утро, Юки, – сказала она, наливая себе кофе. – Опять встал раньше всех?

– Доброе утро, мам. Да, просто не спалось, – ответил он, не оборачиваясь.

Разговор не клеился. В этом доме любовь давно превратилась в нечто функциональное. Юки видел, как его приемные родители общаются друг с другом: вежливо, с уважением, но без того огня, который, как он знал, должен существовать между людьми. Джинву и Хэ Ин связывал долг, общее прошлое и Сухо. Юки же был «особым случаем», живым напоминанием о тайне, которую Джинву хранил даже от жены.

Вскоре на кухне появился Сухо, шумный и энергичный, полная противоположность Юки. Он что-то весело рассказывал о предстоящей тренировке, а Юки просто слушал, слегка улыбаясь. Он любил брата, но иногда его энергия была слишком... яркой.

Когда завтрак был закончен, Юки начал собирать сумку. Он уже собирался выходить, когда в коридоре появился Сон Джинву.

Теневой Монарх выглядел спокойным, но Юки, который был настроен на ту же волну, что и его отец, чувствовал исходящую от него тяжесть. Джинву подошел к нему. В этом жесте не было формальности.

– Юки, – негромко позвал он.

Юноша обернулся, поправляя лямку рюкзака. В этот момент Джинву сделал то, чего редко позволял себе при остальных — он подошел вплотную и крепко обнял приемного сына.

– Пап... ты чего? – Юки замер, удивленный такой открытой демонстрацией чувств.

Джинву не отвечал несколько секунд, просто прижимая его к себе. В этом объятии было всё: и горечь воспоминаний о том зале со светящимися стенами, и молчаливое обещание защитить, и признание того, что Юки — его истинный наследник, пусть и не по крови, но по духу.

– Удачи в школе. Береги себя, – Джинву отстранился и ласково потрепал юношу по растрепанным черным волосам, а затем запечатлел короткий поцелуй на его лбу. – И помни, что я всегда рядом.

– А... да, спасибо. Я пошел, – Юки почувствовал, как к горлу подступил комок.

Он быстро вышел за дверь, чтобы скрыть вспыхнувший в глазах синий огонек — реакцию на сильные эмоции.

Дорога до школы занимала около двадцати минут. Юки шел пешком, надев наушники. Музыка помогала отгородиться от шума города, который в Сеуле был просто невыносимым для его обостренных чувств. Он чувствовал души людей вокруг. Большинство из них были серыми, скучными, занятыми своими мелкими заботами. Но иногда он видел вспышки — охотники. Их души светились ярче, но ни одна из них не шла в сравнение с тем океаном мощи, которым был его отец.

Возле школьных ворот его окликнули. Это был Ким Мин Су, один из немногих, кого Юки мог назвать приятелем.

– Эй, Юки! Опять в облаках витаешь? – Мин Су хлопнул его по плечу. – Слышал новости? В третьем районе вчера открылись врата ранга B. Говорят, там было жарко.

– М-м, – неопределенно отозвался Юки, вынимая один наушник. – Главное, что закрыли.

– Тебе вообще всё равно, да? С твоим-то отцом! Слушай, ты когда-нибудь просил его взять тебя на рейд? Ты же пробужденный, мы все это знаем, хоть ты и не светишься в списках.

Юки лишь слегка усмехнулся. Если бы Мин Су знал, на что способен этот «не светящийся в списках» парень, он бы, вероятно, не стоял так близко.

– Мой отец считает, что мне нужно сначала закончить школу, – спокойно ответил Юки.

– Скучно-о-о, – протянул Мин Су. – Ладно, пойдем, скоро звонок.

Уроки тянулись бесконечно. Юки сидел за последней партой, глядя в окно. Математика, история... всё это казалось таким незначительным. Его настоящая жизнь начиналась ночью, в лесу или в заброшенных промзонах, где он мог дать волю своей силе.

На большой перемене он поднялся на крышу школы — там всегда было тише всего. Он прислонился к парапету и закрыл глаза. В голове всплыли слова отца. «Береги себя». Юки знал, что Джинву что-то предчувствует. Мир охотников становился всё более нестабильным, и скрывать свою силу становилось всё труднее.

Внезапно воздух вокруг него похолодел. Это не было обычное изменение погоды. Это было предчувствие опасности, которое его «синий режим» улавливал мгновенно.

Юки открыл глаза. На другом конце крыши стоял человек. Он не был учеником. На нем был длинный плащ, а лицо скрывала маска. Но не маска привлекла внимание Юки, а душа этого человека. Она была странной — искривленной, черной, с прожилками ядовито-пурпурного цвета.

– Сон Юки... – голос незнакомца звучал как скрип ржавых петель. – Теневой Монарх хорошо тебя спрятал. Но от судьбы не убежишь.

Юки медленно выпрямился. Его расслабленная поза исчезла, сменившись хищной собранностью. Он не чувствовал страха, только странное возбуждение, которое всегда приходило перед боем.

– Ты ошибся адресом, приятель, – произнес Юки, и в его голосе прорезались низкие, вибрирующие нотки, так похожие на голос Санса из его снов. – Здесь только школа.

– Не прикидывайся, – незнакомец вскинул руку, и в ней материализовался сгусток темной энергии. – Мы знаем, кто ты. Ты — аномалия. Ошибка, которую нужно исправить.

Незнакомец рванулся вперед с невероятной скоростью. Для обычного человека он был бы просто размытым пятном, но для Юки мир словно замедлился.

– Что ж, – Юки слегка наклонил голову, и его левый глаз вспыхнул ярким небесно-голубым светом. – Похоже, у тебя будет плохое время.

Он не стал уворачиваться. Вместо этого он просто поднял руку.

– Синий режим, – прошептал он.

Душа нападавшего мгновенно окрасилась в ярко-синий цвет. Человек в маске вскрикнул, когда неведомая сила буквально впечатала его в бетонный пол крыши. Гравитация вокруг него увеличилась в десятки раз.

– Что... что это?! – прохрипел незнакомец, пытаясь подняться.

– Это закон, – ответил Юки, подходя ближе. Его шаги были легкими, почти невесомыми. – И сегодня я — судья.

Он взмахнул рукой в сторону, и противника швырнуло через всю крышу, словно тряпичную куклу. Тот врезался в надстройку вентиляции, сминая металл.

Незнакомец оказался крепче, чем казалось. Он выставил перед собой руки, создавая щит из темной маны, и из-под его ног начали вырываться черные шипы.

– Слишком медленно, – заметил Юки.

Вокруг него из воздуха начали появляться кости. Десятки, сотни острых костяных снарядов заполнили пространство. Юки сделал короткое движение пальцами, и кости устремились к цели.

Противник метался, пытаясь увернуться, но Юки мастерски манипулировал его траекторией. Стоило незнакомцу прыгнуть в сторону, как Юки менял направление гравитации, возвращая его прямо под удар.

– А теперь — синий вариант, – Юки щелкнул пальцами.

Среди обычных костей появились те, что светились синим. Незнакомец, инстинктивно попытавшийся отпрыгнуть от них, закричал от боли. Синие кости не причиняли вреда, если стоять смирно, но при попытке пройти сквозь них они буквально разрывали ману противника.

– Карма — штука жестокая, не так ли? – Юки остановился в нескольких метрах от врага.

Тот тяжело дышал, его темная аура начала тускнеть, разъедаемая эффектом яда для души. Каждый контакт с костями Юки оставлял след, который продолжал наносить урон изнутри.

– Ты... ты не человек... – прохрипел масочник, захлебываясь кашлем.

– Возможно, – Юки равнодушно пожал плечами. – Но я — Сон Юки. И ты напал на мою школу.

Юноша поднял обе руки вверх. Воздух за его спиной задрожал, пространство начало искажаться, и из пустоты появились они.

Два огромных черепа, напоминающих не то драконьи, не то существ из иного измерения, зависли в воздухе. Их пустые глазницы светились тем же голубым светом, что и глаза Юки. Гастер-бластеры.

– Конец игры, – произнес Юки.

Бластеры широко раскрыли пасти. Концентрация маны стала настолько высокой, что на крыше начали лопаться лампочки и трескаться стекла.

В последний момент, когда лазеры уже готовы были сорваться с места, Юки почувствовал чье-то присутствие. Знакомое, мощное, подавляющее.

– Достаточно, Юки.

Голос прозвучал прямо за спиной. Юки вздрогнул, и бластеры мгновенно растворились в воздухе. Он обернулся.

Сон Джинву стоял там, его глаза светились фиолетовым пламенем. Он смотрел не на сына, а на поверженного врага.

– Отец? Как ты...

– Я оставил на тебе тень, – просто ответил Джинву. – Я знал, что они придут за тобой рано или поздно. Но я не ожидал, что ты справишься так быстро.

Джинву подошел к человеку в маске, который теперь мелко дрожал под взглядом Теневого Монарха.

– Кто тебя послал? – спросил Джинву. Его голос был тихим, но от него веяло таким холодом, что даже Юки стало не по себе.

Незнакомец не ответил. Он внезапно дернулся, его тело начало раздуваться, а из-под маски потекла черная жижа.

– Самоликвидация, – констатировал Джинву, делая шаг назад и закрывая Юки собой.

Через секунду тело незнакомца превратилось в лужу темной слизи, которая быстро испарилась, не оставив даже запаха.

На крыше снова воцарилась тишина. Юки опустил руки, его глаза вернулись к обычному цвету. Он чувствовал опустошение, которое всегда приходило после использования большого количества сил.

– Они знают о тебе, – Джинву повернулся к сыну. Его лицо было серьезным. – Те, кто стоит за пределами этого мира. Для них ты — угроза их порядку.

Юки посмотрел на свои руки.

– Я просто хочу жить обычной жизнью, пап. Хочу готовить, слушать музыку...

– Я знаю, – Джинву положил руку ему на плечо. – И я сделаю всё, чтобы у тебя была эта возможность. Но теперь ты должен быть готов. Твоя сила — это не только дар твоего настоящего отца, это твоя защита.

Юноша вздохнул, потирая затылок.

– Значит, школа отменяется?

Джинву на мгновение улыбнулся — настоящей, теплой улыбкой.

– На сегодня — да. Пойдем домой. Я попрошу маму приготовить что-нибудь особенное. Или, может, ты сам что-нибудь приготовишь?

– Только если ты поможешь с нарезкой, – усмехнулся Юки.

Они стояли на краю крыши, глядя на город. Два самых сильных существа в этом мире, связанные не только тайной, но и глубокой, искренней привязанностью.

– Пап, – позвал Юки, когда они уже собирались телепортироваться.

– Да?

– А тот скелет из моих снов... Санс. Он правда носил розовые тапочки?

Джинву рассмеялся — искренне и громко, чего не случалось уже очень давно.

– Да, Юки. И, поверь мне, это было самое пугающее в нем.

В следующую секунду они исчезли в вихре теней, оставив крышу пустой. Только легкий запах пыли и магии напоминал о том, что здесь только что произошло сражение, способное изменить судьбу мира.

Вечером в доме Сон было непривычно уютно. Хэ Ин, почувствовав перемену в настроении мужа, тоже расслабилась. Сухо требовал, чтобы Юки научил его «тому крутому трюку с исчезновением», а сам Юки стоял у плиты, помешивая ароматное рагу.

На лопатке под футболкой татуировка в виде костей казалась теплой. Юки знал, что впереди его ждут тяжелые времена. Он знал, что те, кто послал убийцу, не остановятся. Но, глядя на Джинву, который о чем-то спорил с Сухо, он понимал: он не один.

У него была сила Судьи, решимость Теневого Монарха и сердце, которое, несмотря ни на что, оставалось человеческим.

– Эй, Сухо! – окликнул он брата.

– А? Чего, хён?

– Знаешь, почему скелеты не ходят в кино?

Джинву в другом конце комнаты замер с бокалом воды в руке.

– Почему? – с любопытством спросил Сухо.

– Потому что у них нет... кишков туда пойти!

В комнате повисла пауза, которую через секунду взорвал хохот Сухо и тяжелый, страдальческий вздох Джинву.

– Это было ужасно, Юки, – пробормотал Джинву, скрывая улыбку за бокалом.

– Я знаю, пап. Я знаю.

Юки вернулся к рагу, чувствуя себя абсолютно счастливым. Его «плохое время» еще наступит, но сегодня... сегодня было время для семьи. И никакие боги или иномиряне не могли это у него отнять.