Приёмный младший брат семьи Тосака
Пир победителей и дыхание спящей бездны
Артурия Пендрагон и Широ Эмия хозяйничали на просторной кухне ранчо с той пугающей, почти пулеметной слаженностью, какая бывает лишь у ветеранов осады Фуюки.
Воздух в столовой, плавно переходящей в каминный зал, густел от запахов, способных свести с ума любого смертного. На колоссальной чугунной плите шипели полуторафунтовые стейки из отборной невадской говядины, в медном сотейнике побулькивал пряный соус демигляс с добавлением дикого можжевельника, а в духовом шкафу под золотистой корочкой доходили две массивные формы с традиционным японским карри и запеченным картофелем по-домашнему.
Широ, закатав рукава плотной хлопковой рубашки и повязав белый поварской фартук, виртуозно орудовал разделочным ножом. Сталь в его руке мелькала серебристым веером — тончайшие ломтики маринованного имбиря, свежих огурцов и сочного мяса ложились на широкие фаянсовые блюда с геометрической точностью, выдававшей в поваре человека, способного на лету скопировать структуру клинка девятого века.
– Широ, огонь под сотейником слишком слаб, – не оборачиваясь, бросила Артурия.
Король Рыцарей сменила латный доспех на простой темно-синий свитер крупной вязки и черные брюки, но осанка ее оставалась царственной. В ладонях воительницы огромная деревянная лопатка казалась боевым палашом, которым она с величайшей сосредоточенностью помешивала тушащиеся овощи. Ее лазурные глаза горели голодным, первобытным огнем хищника, почувствовавшего добычу.
– Сейчас прибавлю, Сэйбер, – улыбнулся юноша, щелкнув тумблером конфорки. – Только не хватай куски прямо со сковороды, дай маслу запечатать сок.
– Я лишь провожу визуальную оценку готовности провианта, – не моргнув глазом, с безупречным аристократическим достоинством парировала мечница, хотя кончик ее языка машинально скользнул по верхней губе. – Долг командующего — лично проверять качество фуража перед распределением между войсками.
– Ну да, конечно, фураж, – раздался с порога язвительный голос Рин Тосака.
Девушка вошла в кухню, на ходу растирая уставшие пальцы: ритуал очищения больничной палаты вытянул из нее немало сил, но чашка свежесваренного кофе и вид накрываемого стола явно возвращали наследнице Дома Тосака ее привычное победное настроение.
– Эмия, если ты будешь кормить этого дракона в таком темпе, золотой запас Дома Эдельфельт иссякнет раньше, чем мы доберемся до фальшивого Грааля!
– Мой золотой запас, мисс Тосака, способен пережить падение десяти мировых бирж и прокормить небольшую регулярную армию, – пропела вошедшая следом Лувиагелита. Финка уже успела переодеться в шелковое изумрудное кимоно с серебряным поясом-оби и теперь неспешно потягивала белое сухое вино из тонкого хрустального фужера. – Более того, благородный дух рыцарства заслуживает королевского рациона. Широ, дорогой, добавь в салат трюфельное масло из моего личного запаса. Я приказала пилоту доставить два флакона вечерним рейсом из Парижа.
– Эй! Не смей командовать на моей кухне, финская буржуйка! – мгновенно окрысилась Рин. – И вообще, прекрати строить глазки Эмии! У него и так голова кругом от твоих шелков!
– Ах, неужели хозяйка Фуюки ревнует своего верного оруженосца? – Лувия насмешливо приподняла бровь, кокетливо взмахнув ресницами. – Какая трогательная провинциальная собственническая жилка!
– Да я тебя сейчас этими же трюфелями накормлю прямо из флакона!..
– Девочки, прошу вас, – Гарри Тосака вошел следом, мягко положив ладони на плечи сестры и финки, слегка разведя их в стороны.
От юноши исходило ощущение несокрушимой, бархатистой тяжести. Его рубиновый перстень тихо мерцал в такт мерному дыханию камина, а за спиной, словно бесшумная гранитная тень, замерла Окита Соджи Альтер.
– Мы только что переломили хребет операции Фалдея и оставили Франческу без биологического оружия. Давайте хотя бы один вечер обойдемся без разрушения несущих конструкций дома. Лувия, твое вино превосходно. Рин, твой кофе пахнет так, словно ты варила его над жерлом вулкана. Садитесь за стол.
Обе девушки, недовольно фыркнув друг на друга, послушно заняли места во главе массивного дубового стола.
Спустя десять минут пир был в самом разгаре.
Стол ломился от яств, словно в средневековом замке перед решающим походом. Ипполита, занявшая место напротив Сэйбер, с поистине варварским наслаждением вгрызалась в со