Призрачный мир
Шепот колодца и холодное пламя ревности
Город Шэньчжоу утопал в сумерках. Неоновые вывески современных небоскребов перекликались с мягким светом бумажных фонариков, которые по старинке развешивали в историческом квартале. Цзи Динсян шел по узкой улочке, чувствуя, как его новые сапоги из мягкой кожи глухо постукивают по брусчатке. Рядом с ним, едва касаясь земли, скользила Лин. В лунном свете её алое платье казалось почти черным, а кожа — белее самого дорогого фарфора.
Студенты и случайные прохожие провожали их взглядами. Кто-то испуганно крестился (хотя в этом мире это мало помогало), кто-то шептался, узнавая в спутнице Динсяна ту самую легендарную Красную Невесту. Но сам парень чувствовал себя странно окрыленным. В прошлой жизни он бы сжался под этими взглядами, ожидая насмешки над своим весом или нелепой одеждой. Сейчас же он расправил плечи. Розовые волосы слегка колыхались на ветру, а бордовые глаза внимательно изучали окрестности.
– Господин, вы слишком добры к этим смертным, – Лин внезапно придвинулась ближе, её ледяное дыхание коснулось его шеи. – Они смотрят на вас так, будто имеют право дышать тем же воздухом. Хотите, я вырву им языки?
Динсян вздрогнул и неловко улыбнулся, потирая затылок.
– Лин, мы же договорились. Никакого насилия без крайней необходимости. К тому же, они просто удивлены. Не каждый день увидишь такую красавицу, как ты, в компании обычного студента.
Призрак на мгновение замерла, а затем её губы тронула едва заметная, торжествующая улыбка. Она явно наслаждалась комплиментом.
– Вы умеете подбирать слова, господин Цзи. Но не забывайте: та, к которой мы идем, не так покорна. Ледяная Дева Юэ замерзла в своем горе сотни лет назад. Её сердце — кусок нетающего льда.
– У каждого льда есть точка плавления, – философски заметил Динсян, хотя внутри у него всё равно всё сжималось от волнения.
Они свернули в заброшенный парк на окраине университета. Здесь природа давно взяла верх над архитектурой: корни старых деревьев взламывали бетон, а плющ оплетал пустые беседки. В центре этого запустения находился старый каменный колодец, от которого веяло таким холодом, что трава вокруг покрылась инеем даже в теплый вечер.
– Она там, – прошептала Лин, и её пальцы непроизвольно сжались на рукаве ханьфу Динсяна. – Я чувствую её тоску. Она тянет силы из земли, превращая всё вокруг в кладбище.
Динсян подошел к краю колодца. Из глубины доносился тихий, прерывистый плач, похожий на звон разбивающихся сосулек.
– Эй! – негромко позвал он. – Есть кто-нибудь?
Плач мгновенно прекратился. Тишина стала звенящей. Секунду спустя из колодца начал подниматься густой белый пар. Воздух вокруг Динсяна застыл, и если бы не защитная аура Лин, которая тут же окутала его теплым (хотя для призрака это было странно сказать) алым светом, он бы превратился в ледяную статую.
Из белого тумана выплыла фигура. Это была девушка в тонком, почти прозрачном платье цвета зимнего неба. Её волосы были длинными и абсолютно белыми, словно сотканы из снега, а глаза — прозрачно-голубыми, без зрачков. Она была хрупкой, утонченной и невероятно красивой той застывшей красотой, которая пугает и завораживает одновременно.
– Кто посмел нарушить мой покой? – её голос был высоким и чистым, как звук флейты. – Очередной заклинатель с печатями и высокомерием?
Динсян посмотрел на неё. Сквозь призму своего дара он видел не монстра, а девушку, которая так сильно сжимала свои плечи, словно пыталась согреться в мире, который её отверг.
– Я не пришел сражаться, – Динсян сделал шаг вперед, несмотря на то что иней начал покрывать его розовые пряди. – Меня зовут Цзи Динсян. И я пришел сказать, что здесь слишком холодно, чтобы оставаться одной.
Ледяная Дева, которую Лин назвала Юэ, сузила глаза. Она заметила Красную Невесту за его спиной.
– Ты… – Юэ указала тонким пальцем на Лин. – Ты, великое Бедствие восточных дорог, теперь служишь этому мальчишке? Неужели твоя ярость так дешево стоит?
Лин выступила вперед, её глаза вспыхнули кровавым светом, а за спиной материализовались призрачные алые ленты, готовые разорвать противницу.
– Придержи язык, дух колодца, – процедила она. – Мой господин — единственный, кто увидел во мне не проклятие, а женщину. Тебе, замерзшей в своей яме, не понять тепла, которое он дарует.
– Тепла? – Юэ горько рассмеялась, и вокруг неё закружилась маленькая метель. – Тепло — это ложь. Оно уходит, оставляя лишь боль и гниль. Только холод честен. Только лед вечен.
Динсян почувствовал, как в нем закипает то самое чувство, которое заставляло его в прошлой жизни кормить бездомных собак, даже когда у него самого не было денег на нормальный обед. Он видел её одиночество. Оно было таким знакомым.
– Ты ошибаешься, – громко сказал он, перекрывая шум ветра. – Холод — это просто отсутствие любви. Тебя бросили, верно? Оставили здесь, в этом колодце, ждать того, кто так и не пришел.
Юэ замерла. Снежный вихрь замедлился.
– Откуда тебе знать… – прошептала она.
– Я знаю, каково это — ждать, когда тебя заметят, – Динсян подошел почти вплотную, игнорируя предупреждающий рык Лин. – Я прожил целую жизнь, будучи невидимкой. Я был тем, об кого вытирали ноги, потому что я был «слишком добрым» и «недостаточно хорошим». Но посмотри на меня сейчас. Я изменился, но мое сердце осталось прежним. И это сердце говорит мне, что ты не хочешь убивать. Ты просто хочешь, чтобы кто-то согрел твои руки.
Он протянул ей ладонь. На ней не было талисманов или оружия.
– Пойдем со мной, Юэ. В моем мире найдется место для твоей красоты. Тебе больше не нужно прятаться в темноте и сырости.
Ледяная Дева смотрела на его руку так, будто это был самый опасный артефакт в мире. Она медленно потянулась навстречу, её пальцы дрожали. Как только их кожа соприкоснулась, Динсян почувствовал обжигающий холод, который, казалось, пронзил его до костей. Но он не отстранился. Напротив, он мягко сжал её ладонь.
– Видишь? – улыбнулся он, хотя его зубы начали постукивать. – Я не превратился в лед.
Юэ подняла на него взгляд. В её прозрачных глазах начали проступать зрачки, а на бледных щеках появился едва заметный голубоватый румянец.
– Ты… ты странный, – выдохнула она. – Твоя душа… она пахнет персиками и чем-то очень далеким. Словно ты пришел из места, где нет призраков.
– Можно и так сказать, – усмехнулся Динсян.
В этот момент Лин, которая до этого наблюдала за сценой с явным недовольством, резко вклинилась между ними, разъединяя их руки.
– Довольно! – заявила Красная Невеста, собственнически обнимая Динсяна за талию. – Контракт предложен, контракт принят. Ты можешь идти с нами, Юэ, но помни свое место. Я — первая. Я — та, кто проливала кровь за него. Ты же будешь лишь… украшением для его сада.
Юэ выпрямилась, её холодная гордость вернулась, но теперь в ней не было прежней злобы.
– Посмотрим, красная кошка, – холодно ответила она. – Лед может быть хрупким, но он всегда переживает осень.
Динсян почувствовал, как в его сознании установилась вторая связь. Она была холодной и чистой, как родниковая вода, в противовес жаркому, почти обжигающему присутствию Лин. Теперь в его «духовном сосуде» жили две невероятно могущественные и, судя по всему, крайне ревнивые красавицы.
– Ну вот и отлично, – бодро сказал Динсян, хотя внутри у него росло предчувствие, что его жизнь скоро превратится в поле боя. – Теперь, когда мы все подружились, может, вернемся в общежитие? Мне завтра нужно сдавать зачет по теории экзорцизма, а я еще не открывал учебник.
– Я помогу тебе, господин, – промурлыкала Лин, прижимаясь к его правому плечу. – Я знаю такие заклинания, от которых у твоих учителей волосы встанут дыбом.
– Мои знания древнее, – вставила Юэ, занимая место слева. – Я помню времена, когда магию черпали из звезд, а не из бумажек.
Динсян шел по направлению к университету, зажатый между двумя роковыми красавицами. Одна — в алом, как кровь и страсть, другая — в голубом, как лед и покой. Он чувствовал на себе взгляды других студентов, которые теперь смотрели на него не просто с удивлением, а с нескрываемой завистью и страхом.
– Эй, Динсян! – раздался голос из темноты.
Это был тот самый парень с кинжалом, его однокурсник Чжан Вэй. Он стоял у ворот парка, и его челюсть медленно поползла вниз, когда он увидел свиту Динсяна.
– Ты… ты ушел за одной, а вернулся с двумя? – Чжан Вэй едва не выронил свой кинжал. – И это… это же Ледяная Дева из Запретного Колодца? Динсян, ты вообще человек или какой-то демон обольщения?
– Я просто умею слушать, Вэй, – ответил Динсян, стараясь выглядеть естественно, хотя рука Лин на его талии сжалась чуть сильнее, явно предупреждая, что лишние разговоры ей не по душе.
– Слушать? – Чжан Вэй нервно рассмеялся. – Да если я попробую «послушать» хотя бы обычного бродячего духа, он мне голову откусит! А ты… ты просто гуляешь с двумя Бедствиями, как будто это твои кузины из провинции!
– Они не кузины, – ледяным тоном произнесла Юэ, и под ногами Чжан Вэя мгновенно образовалась корка льда.
– Мы — его судьба, – добавила Лин, и в воздухе разлился аромат роз, такой густой, что Чжан Вэй закашлялся.
Динсян поспешил увести своих спутниц, пока они не превратили его единственного приятеля в ледяную статую или не задушили ароматами.
Когда они дошли до его комнаты в общежитии, Динсян столкнулся с новой проблемой. Комната была рассчитана на одного человека, и хотя призраки могли принимать бесплотную форму, и Лин, и Юэ явно предпочитали оставаться материальными.
– Господин, эта кровать слишком мала для троих, – заметила Лин, критически осматривая его скромное жилище. – Нам нужно найти место поприличнее. Как насчет того, чтобы захватить тот особняк на холме? Его хозяин все равно старый грешник, он не расстроится, если внезапно… исчезнет.
– Никто не будет исчезать! – отрезал Динсян, усаживаясь на стул. – Мы будем жить здесь. По крайней мере, пока я не закончу семестр. И ведите себя тихо. Если комендант узнает, что у меня в комнате два высокоранговых призрака, меня отчислят быстрее, чем я успею сказать «экзорцизм».
Юэ плавно подошла к окну и коснулась стекла. Оно тут же покрылось красивыми морозными узорами.
– Здесь тесно, – признала она. – Но здесь есть ты. Этого достаточно.
Она повернулась к нему, и Динсян снова поразился её красоте. В этой жизни он действительно получил всё, о чем мечтал, и даже больше. Но вместе с этой красотой пришла и огромная ответственность. Он понимал, что в мире истребителей призраков такой «гарем» вызовет не только зависть, но и подозрения. Старейшины кланов не потерпят студента, который командует сущностями, способными стереть город с лица земли.
– Господин, о чем вы думаете? – Лин опустилась на пол у его ног, положив голову ему на колено. Её алые глаза смотрели на него с обожанием, в котором сквозила опасная глубина.
– О будущем, – честно ответил он, запуская пальцы в её густые черные волосы. – О том, что нам придется стать сильнее. Намного сильнее.
– Мы и так сильны, – хмыкнула Юэ, присаживаясь на подоконник. – Но если ты хочешь власти, мы добудем её для тебя.
– Мне не нужна власть, – Динсян покачал головой. – Мне нужно, чтобы нас оставили в покое. Чтобы вы могли жить, не боясь печатей и заклинаний, а я мог просто… быть собой.
Призраки переглянулись. Для них, существ, рожденных из боли и мести, такая концепция была в новинку. Но в этом парне было что-то, что заставляло их верить. Его доброта не была слабостью — она была якорем, который удерживал их в этом мире, не давая окончательно превратиться в монстров.
– Как скажете, господин, – прошептала Лин. – Ваше желание — наш закон.
Динсян улыбнулся. Он посмотрел на свои руки — больше не пухлые, а сильные и уверенные. Он вспомнил Алексея, который плакал по ночам от одиночества, и мысленно поблагодарил ту машину, что сбила его.
Впереди был трудный путь. Впереди были новые встречи, ведь мир Шэньчжоу был полон прекрасных и печальных душ, ждущих своего утешения. И Цзи Динсян, парень с розовыми волосами и добрым сердцем, был готов открыть свои объятия для них всех.
– Ну что ж, – сказал он, открывая учебник. – Лин, помоги мне с разделом о призрачном пламени. Юэ, следи, чтобы чай не остыл. Нам предстоит долгая ночь.
Лин хитро прищурилась, а Юэ лишь едва заметно кивнула. В маленькой комнате общежития, среди запаха старых книг, холода и аромата роз, начиналась новая легенда, которая содрогнет основы этого мира. И эта легенда была не о страхе, а о любви, способной покорить даже самую черную смерть.