← Назад к обзору

Прошлое станет будущеем

Гроза над Сеульским парком

– Ты уверен, что это хорошее место для встречи? – Юми поправила подол своей свободной белой футболки и взглянула на меня.

Её голос был мягким, как шелк, но в нем слышалась та стальная уверенность, которая всегда выделяла её среди других. Мы стояли в тени раскидистых кленов в одном из тихих уголков центрального парка Сеула. Воздух был напоен ароматом свежескошенной травы и приближающегося дождя. Юми держала в руках стаканчик с холодным кофе, медленно помешивая лед трубочкой. Несмотря на то что прошло пятнадцать лет, она выглядела так, будто время для неё остановилось: та же фарфоровая кожа, те же глубокие небесно-голубые глаза и длинные черные волосы, перехваченные простой резинкой.

– Это нейтральная территория, – ответил я, невольно любуясь ею. – Здесь много людей, это дисциплинирует. К тому же, Хэ Ин сама предложила этот парк.

Я чувствовал Юми каждой клеткой своего тела. Моя связь с ней была чем-то большим, чем просто любовь или страсть. Это был резонанс душ. И сейчас этот резонанс был особенно сильным, потому что под её сердцем снова билась жизнь. Юми была беременна. И, судя по тому, как пульсировала мана внутри неё, это снова были двойняшки или близнецы. Выносить детей Монарха — задача, почти невыполнимая для обычного человека, но Юми была иной. Она была моей истинной парой, единственной, кто мог принять мою тьму и превратить её в свет.

– Она идет, – тихо произнесла Юми, даже не оборачиваясь.

Я почувствовал ауру Ча Хэ Ин еще за несколько сотен метров. Она была острой, как клинок, и пропитанной горечью. Когда Хэ Ин вышла на аллею, я заметил, как она на мгновение замерла, увидев нас. На ней был строгий костюм, подчеркивающий статус сильнейшей женщины-охотника Кореи, но рядом с Юми она казалась... усталой.

– Здравствуй, Джинву, – Хэ Ин подошла к нам, её взгляд был прикован ко мне, но я видел, как она борется с желанием посмотреть на женщину, стоящую рядом.

– Здравствуй, Хэ Ин, – я кивнул, стараясь сохранять спокойствие.

Наконец, её взгляд переместился на Юми. Я увидел, как в глазах Хэ Ин вспыхнула смесь удивления, зависти и боли. Юми в своей простой футболке и джинсах выглядела вызывающе молодой и сияющей. Но больше всего Хэ Ин поразил едва заметно округлившийся живот Юми.

– Значит, это правда, – голос Хэ Ин дрогнул. – Ты снова...

– Да, – Юми сделала глоток кофе, сохраняя абсолютное спокойствие. – Мы ждем детей. Снова двое.

Хэ Ин побледнела. Она знала, чего ей стоило выносить Сухо. Она знала, что врачи Ассоциации запретили ей даже думать о второй беременности, потому что её организм едва справился с мощью моего сына. А здесь стояла женщина, которая уже родила двоих пятнадцать лет назад и теперь с легкостью носила еще двоих.

– Как это возможно? – прошептала Хэ Ин, обращаясь скорее к пустоте, чем к нам. – Я отдала всё... я тренировалась, я укрепляла свое тело маной, чтобы быть достойной тебя, Джинву. Почему она?

– Дело не в тренировках, Хэ Ин, – я сделал шаг вперед, загораживая Юми, скорее по привычке, чем по необходимости. – И не в рангах. Юми — часть моей тени. Она была ею еще до того, как я вошел в первую систему. Наша связь вне логики этого мира.

– Ча Хэ Ин, – Юми заговорила, и её голос был лишен издевки или торжества. – Ты великий охотник. Ты прекрасная мать для Сухо. Но ты пытаешься удержать океан в стеклянном стакане. Джинву — Монарх. Его природа разрушительна для тех, кто не принадлежит тени изначально.

Хэ Ин горько усмехнулась, в её глазах заблестели слезы, которые она старательно пыталась скрыть.

– Ты выглядишь так, будто тебе всё еще двадцать, – Хэ Ин окинула Юми взглядом, полным неприкрытой зависти. – Пятнадцать лет... Алексу и Миджун по пятнадцать. А ты ничуть не изменилась. Ты просто стояла в стороне и ждала, пока я буду строить с ним жизнь, зная, что в итоге он вернется к тебе?

– Я не ждала, – Юми покачала головой. – Я жила своей жизнью и растила детей. Но когда Монарх зовет свою тень, тень откликается. Джинву никогда не принадлежал тебе полностью, Хэ Ин. Ты это знала с самого начала.

Тишина между нами стала почти осязаемой. В нескольких метрах от нас по аллее пробегали дети, смеялись пары, но вокруг нашей скамейки пространство словно застыло, скованное напряжением трех сильнейших аур.

– Сухо... – Хэ Ин запнулась. – Сухо очень переживает. Он видит, как Алекс и Миджун владеют силой, которая ему пока недоступна. Он чувствует себя чужим в собственном доме.

– Сухо — мой сын, – твердо сказал я. – И он никогда не будет обделен моим вниманием. Но он должен понять, что его брат и сестра — не враги ему. Они — его защита.

– Его защита? – Хэ Ин вскинула голову. – Ты видел, что они творят? Алекс чуть не испепелил тренировочный зал Ассоциации, просто потому что ему «стало скучно». А Миджун... она пугает даже ветеранов S-ранга своим холодом. Они — твои копии, Джинву. Неуправляемые и опасные.

– Они — дети Монарха, – Юми поставила пустой стаканчик на скамейку. – Они не обязаны быть удобными для общества. Они должны быть сильными, чтобы выжить в том мире, который ты, Хэ Ин, даже не можешь себе представить.

Хэ Ин хотела что-то ответить, но в этот момент небо над парком внезапно потемнело. Это не было обычной грозой. Облака закрутились в черную воронку, и воздух наполнился статическим электричеством.

– Они здесь, – я почувствовал знакомый резонанс.

Через мгновение прямо на дорожку перед нами с неба рухнул разряд черной молнии. Когда пыль осела, мы увидели Алекса. Его взъерошенные черные волосы искрились, а в ушах поблескивали серьги. Он выглядел как воплощение хаоса, но его небесно-голубые глаза, точь-в-точь как у матери, были сосредоточены.

– Пап, мам, – он кивнул нам, игнорируя Хэ Ин. – Сухо в беде.

Я мгновенно оказался рядом с сыном, схватив его за плечо.

– Что случилось?

– На него напали у выхода из академии, – быстро заговорил Алекс. – Какие-то твари в серых плащах. Миджун сейчас там, она держит купол, но их слишком много. Они используют какую-то магию, которая блокирует тени.

Я почувствовал, как внутри меня пробуждается ярость Монарха. Тени под моими ногами забурлили, готовые вырваться наружу и поглотить весь этот парк.

– Хэ Ин, за мной! – скомандовал я.

– Я тоже иду, – Юми сделала шаг вперед.

– Нет, Юми, тебе нельзя рисковать, – я обернулся к ней.

– Джинву, не спорь со мной, – она посмотрела мне прямо в глаза, и я увидел в них отблеск той самой силы, которая позволяла ей выносить моих детей. – Я не останусь в стороне, когда нападают на твоего сына. К тому же, мои молнии — лучший антидот против их магии.

Я на мгновение заколебался, но время поджимало.

– Алекс, перенеси нас!

Сын ухмыльнулся, и черные молнии окутали нас четверых. Пространство сжалось, и через секунду мы оказались у ворот академии.

Зрелище было жутким. Улица была затянута густым серым туманом, сквозь который пробивались вспышки фиолетового света — это Сухо пытался отбиваться. Миджун стояла в центре, её лицо было бледным, а руки дрожали от напряжения. Она удерживала огромный черный купол, защищая брата от десятков существ, которые буквально просачивались сквозь воздух.

– Мама! – Миджун облегченно выдохнула, увидев нас.

Существа в плащах замерли. Их предводитель, высокая фигура с лицом, скрытым маской, повернулся к нам.

– Теневой Монарх... и его истинная кровь, – прошипел он. – Мы пришли за тем, кто слаб. Его сила станет ключом к нашему возвращению.

– Ты совершил ошибку, придя в мой город, – я сделал шаг вперед, и моя аура буквально раздавила туман вокруг. – Но еще большую ошибку ты совершил, назвав моего сына слабым.

– Джинву, справа! – крикнула Хэ Ин, обнажая свой меч.

Битва вспыхнула мгновенно. Хэ Ин двигалась как молния, её клинок рассекал врагов, но их было слишком много. Алекс ворвался в самую гущу, его черные молнии превращали монстров в пепел.

Но самое удивительное происходило рядом со мной. Юми стояла, раскинув руки, и вокруг неё начал формироваться вихрь из ослепительно-белого света.

– Назад! – приказала она.

Все мы — и я, и дети, и даже Хэ Ин — невольно отступили. Юми вскинула руки к небу, и с небес обрушился ливень из чистой маны. Это не было разрушением в чистом виде, это было очищение. Серый туман начал растворяться, а существа в плащах закричали, рассыпаясь прахом.

– Как... как она это делает? – Хэ Ин застыла, глядя на Юми с нескрываемым благоговением.

Юми не ответила. Она сосредоточенно направляла потоки энергии, защищая детей. В этот момент она была не просто женщиной, она была богиней-покровительницей своего рода.

Когда последний враг исчез, воцарилась тишина. Сухо, тяжело дыша, подошел к нам. Он посмотрел на отца, затем на Юми, которая медленно опустила руки, тяжело дыша. Её лицо было бледным, но глаза сияли победой.

– Ты... ты спасла меня, – прошептал Сухо, глядя на Юми.

– Ты брат моих детей, Сухо, – Юми подошла к нему и мягко коснулась его щеки. – А значит, ты и мой сын тоже.

Хэ Ин стояла в стороне, опустив меч. Она видела эту сцену и понимала, что проиграла окончательно. Не в силе, не в красоте, а в чем-то гораздо более глубоком. Юми не просто вернула себе Джинву, она приняла всю его жизнь, включая Сухо и даже саму Хэ Ин, как часть своей ответственности.

– Спасибо, – тихо произнесла Хэ Ин, подходя к нам. – Я... я недооценивала тебя, Юми.

Юми лишь слабо улыбнулась.

– Нам всем нужно быть сильными, Хэ Ин. Буря только начинается.

Мы стояли у ворот академии — странная, ломаная, но теперь неразрывно связанная семья. Алекс и Миджун подошли к Сухо, и Алекс похлопал его по плечу.

– Неплохо держался, мелкий. Но над концентрацией маны нам еще поработать надо.

– Я тебе не мелкий! – огрызнулся Сухо, но в его голосе уже не было прежней злобы.

Я подошел к Юми и обнял её за талию, чувствуя, как она дрожит от усталости.

– Тебе нужно отдохнуть, – прошептал я. – Помни о малышах.

– Они в порядке, Джинву, – она прислонилась головой к моему плечу. – Они уже чувствуют свою силу. Кажется, они будут еще более неугомонными, чем эти двое.

Я посмотрел на своих детей — троих сыновей и дочь. Моя кровь, моё продолжение. И я посмотрел на двух женщин, которые сформировали мою судьбу. Одна была моим долгом и моей попыткой быть человеком, другая была моей сутью и моей вечностью.

– Идемте домой, – сказал я, и тени послушно легли к нашим ногам, образуя путь.

Хэ Ин посмотрела на нас в последний раз. В её взгляде больше не было зависти — только тихая печаль и зарождающееся уважение. Она знала, что её место в этой новой картине мира будет иным, но она также знала, что её сын в безопасности.

Когда мы вернулись в отель, где временно жили Юми и двойняшки, город уже погрузился в сумерки. Дождь, который собирался весь день, наконец-то хлынул на землю, смывая следы битвы и пыль прошлых обид.

Я сидел на диване, а Юми лежала, положив голову мне на колени. Алекс и Миджун о чем-то спорили в соседней комнате, а Сухо... Сухо остался с ними, решив провести вечер в компании брата и сестры.

– Ты счастлив? – спросила Юми, закрывая глаза.

– Я дома, – ответил я, перебирая её волосы. – Впервые за пятнадцать лет я действительно дома.

– Скоро нас станет еще больше, – она улыбнулась, не открывая глаз. – Я чувствую их. Они будут очень красивыми. И очень сильными.

– Как и их мать, – я наклонился и поцеловал её в лоб.

В эту ночь Теневой Монарх не видел снов о войне. Он видел будущее, в котором его дети строят новый мир, а женщина с небесно-голубыми глазами всегда стоит рядом, освещая его путь своим внутренним светом. И никакие боги или правители не могли разрушить то, что было скреплено самой смертью и возрождено истинной любовью.

Гроза за окном бушевала, но внутри нашего круга царил покой. Мы были семьей. Мы были силой. Мы были тенями, которые больше не боялись света. И в этом была наша самая большая победа.