Пятый элемент: Свет
Преломление в сердце вулкана
Ночь над Западным храмом воздуха была обманчиво тихой.
Холодный сквозняк, поднимавшийся со дна бездонного ущелья, привычно гулял между перевёрнутыми сводами древних башен. В лагере все спали: Аанг безмятежно сопел, уткнувшись носом в шерсть Аппы; Катара свернулась клубочком у потухшего костра; Тоф, раскинув руки, мерно посапывала на каменной плите.
Не спали только трое.
Тейя сидела на высоком карнизе, укутавшись в свой плащ с серебряным шитьём. Зубы уже привычно подрагивали от въедливой горной сырости, но её янтарные глаза оставались предельно ясными, прищуренными в сторону внутреннего двора, где стоял привязанный к опоре боевой аэростат Народа Огня — тот самый, на котором прилетел Зуко.
Арки, дремавший у неё на коленях под крылом, внезапно шевельнул ушами и издал едва слышный птичий свист.
– Я тоже его вижу, соня, – тихо шепнула Тейя, коснувшись пальцем теплого загривка крылатого лиса. – Наш великий тактик решил поиграть в ночного призрака.
Внизу, пригибаясь к земле и стараясь не звенеть оружием, крался Сокка. В руках парень сжимал вещевой мешок, а за спиной болтались верный бумеранг и меч из чёрного метеорита. Он медленно отвязал швартовочные канаты корзины аэростата и уже занёс ногу, чтобы перелезть через плетёный борт, как вдруг из тени массивной колонны бесшумно выступил Зуко.
– Далеко собрался? – негромко, но твёрдо спросил принц, скрестив руки на груди.
Сокка вздрогнул так, будто ему под ноги бросили огненную бомбу, выронил мешок и судорожно выхватил бумеранг:
– Зуко! Ты... ты что здесь делаешь?! Я просто... проверял натяжение канатов! Вдруг ветер усилится, и воздушный шар улетит, а он нам ещё пригодится для... стратегических манёвров!
– Ты взял припасы на неделю и карту страны Огня, – Зуко даже бровью не повёл, глядя на лежащий на плитах мешок. – Ты летишь за отцом, верно? На Кипящую скалу.
Сокка опустил бумеранг, его плечи поникли, а на лице проступила та тяжёлая, въевшаяся горечь, которую он старательно прятал за шутками все эти дни после провального Затмения.
– Я оставил его там, Зуко, – глухо произнёс парень, сжимая кулаки. – Мой отец... все воины Племени Воды сдались в плен, чтобы мы с Аангом смогли улететь. Это была моя идея — напасть в день Затмения. Это был мой план. И я обязан вернуть отца. Чего бы мне это ни стоило.
– Кипящая скала — самая защищённая тюрьма во всей империи, – покачал головой Зуко. – Она построена на острове посреди кипящего вулканического озера. Оттуда никто и никогда не сбегал. Это чистое самоубийство.
– И поэтому вы двое решили отправиться на верную смерть вдвоём, даже не позвав даму? – раздался сверху мелодичный, насмешливый голос.
Оба парня синхронно вскинули головы.
Тейя легко, словно пушинка, соскользнула с карниза высотой в добрых три десятка шагов. В полутьме блеснули серебряные наручи её лёгкого доспеха. Взмах тонких рук навстречу воздуху — мягкая вспышка золотистого света спружинила под её сапогами из белой кожи, и девушка приземлилась на каменные плиты абсолютно беззвучно. Арки, сделав плавный вираж на своих белых лебяжьих крыльях, мягко опустился ей на плечо, расправив хвост с шелковистым оперением.
– Тейя?! – опешил Сокка, отступая на полшага. – Ты почему не спишь?! И вообще... говори тише, ты разбудишь Катару! Если она узнает, она привяжет меня водяными плетями к лапе Аппы до самого конца войны!
– Во-первых, я не сплю, потому что этот ваш проклятый храм воздуха вымораживает мне душу, – невозмутимо парировала Теа, смерив воина Воды насмешливым взглядом. – Во-вторых, ты двигаешься так же шумно, как стадо слонопотамов в брачный период. А в-третьих... я лечу с вами.
– Что?! – хором выдохнули Зуко и Сокка.
– Нет, исключено! – замахал руками Сокка. – Это тайная, смертельно опасная мужская операция по спасению чести семьи!
– Ой, умоляю, прибереги эти напыщенные сказки для своего бумеранга, воин, – фыркнула златовласая девушка, подходя к корзине и бесцеремонно забрасывая внутрь свой дорожный саквояж. – Кипящая скала находится внутри действующего вулкана, верно? Там озеро из кипятка, гейзеры и раскалённый базальт. Зуко, подтверди.
Принц недоумённо моргнул, но кивнул:
– Да. Вода в озере буквально кипит круглые сутки из-за подводных лавовых жил. Воздух тяжёлый, горячий, пахнет серой.
– Горячий. Воздух. – Тейя с наслаждением выделила каждое слово, прикрыв янтарные глаза. – Благословенное, сухое тепло. Вы как хотите, а я больше не останусь в этом сыром каменном гробу ни на одну ночь. Кроме того, – она открыла глаза, и её взгляд стал неожиданно острым, пронзительным, – вы двое — потрясающие бойцы, но совершенно безнадёжные заговорщики. Зуко не умеет врать, а ты, Сокка, вечно придумываешь планы с сорока семью неизвестными переменными, которые рушатся при первом же дуновении ветра. Без моей магии света вы спалитесь на первом же сторожевом посту.
– Магия света? – нахмурился Зуко. – Против сотни тюремщиков?
– Преломление лучей позволяет создать идеальную слепую зону, принц, – Тейя коснулась пальцами рукояти своего серебряного лука за спиной. – Я могу заставить стражников смотреть прямо на вас и не видеть ничего, кроме клубов пара. И мои стрелы не взрываются с грохотом, в отличие от твоих фаерболов. Они снимают часовых тихо. Так что либо мы летим прямо сейчас втроём, либо я прямо сейчас громко кричу, что Сокка украл всю сушёную рыбу и собирается скормить её диким барсукам.
Сокка в ужасе зажал рот рукой, судорожно глянув в сторону спального места Катары.
– Ладно! – прошипел он сквозь зубы. – Залезай в корзину! Только молчи!
Зуко тяжело вздохнул, но в глубине его глаз промелькнуло то странное, тёплое облегчение, которое он всегда чувствовал рядом с этой непредсказуемой древней лучницей. Он шагнул в корзину следом за ними, опустил ладони к горелке и сделал глубокий вдох, вспоминая танец драконов.
Из его пальцев вырвалось ровное, чистое золотисто-лазурное пламя. Горячий воздух с гулом наполнил гигантский купол аэростата, канаты натянулись, и корзина плавно оторвалась от плит Западного храма воздуха, устремляясь в тёмное ночное небо.
***
Полёт сквозь ночные небеса империи Огня был долгим и напряжённым.
Холодный ветер на высоте свистел между стропами, и Тейя сидела на дне плетёной корзины, прижавшись боком к пылающей горелке. Зуко поддерживал огонь одними лишь размеренными движениями пальцев, не давая ему погаснуть ни на секунду. Арки спал, устроившись у девушки на коленях, укрыв её ноги своими белоснежными крыльями.
Сокка стоял у борта, неотрывно вглядываясь в карту, освещённую слабым сиянием крошечной световой сферы, которую Тейя держала на ладони, словно светлячка.
– Зуко, – нарушил молчание парень из Племени Воды, не отрывая взгляда от нарисованных контуров вулкана. – Скажи честно... мой отец точно там?
Принц помедлил, глядя на танцующие языки пламени в горелке:
– Всех высокопоставленных офицеров и лидеров вторжения отправляют на Кипящую скалу. Это единственное место, откуда не смог сбежать ни один пленник за всю историю страны Огня. Если твой отец жив... он должен быть там.
– А если его там нет? – голос Сокки дрогнул. – Если я лечу туда зря?
– Ты летишь туда, потому что не можешь иначе, – тихо произнесла Тейя. Она подняла на него взгляд своих золотисто-янтарных глаз. В них не было насмешки — только глубокое, вековое понимание. – Семья — это единственная нить, которая связывает нас с миром, когда всё вокруг рушится. Мой брат... Элиан. Перед тем как стены нашего храма пали, он заставил меня уйти. Он спас мою жизнь, пожертвовав своей. И я бы отдала все стрелы света на свете, лишь бы иметь возможность сейчас лететь вытаскивать его из любой темницы. Ты поступаешь правильно, Сокка. Не сомневайся в этом.
Сокка посмотрел на девушку, и на его лице впервые за всё путешествие появилась слабая, благодарная улыбка:
– Спасибо, Теа. Знаешь... ты иногда бываешь на удивление невыносимой, но когда нужно — ты говоришь самые правильные вещи.
– Я знаю, воин, – тут же вернула свою привычную лукавую усмешку девушка. – Это мой врождённый дар. А теперь приготовьтесь. Давление резко падает. В воздухе пахнет серой и кипящей медью.
Зуко перегнулся через борт корзины:
– Она права. Мы над кратером.
Внизу, пробивая утреннюю мглу, распахнулась колоссальная пасть спящего вулкана.
Внутри гигантского скального кольца плескалось озеро. Вода в нём бурлила, словно в гигантском котле над костром: густые белые столбы пара с шипением вырывались из глубин, а поверхность шла пузырями цвета ржавого железа. Посреди этого адского варева, на крутом базальтовом островке, высилась крепость. Чёрные, закопчённые башни, массивные железные решётки, ряды дозорных вышек и единственная нить связи с внешним миром — натянутые толстые стальные тросы, по которым скользили тяжёлые металлические кабины канатной дороги.
– Нам нельзя садиться на виду у стражи, – нахмурился Зуко. – Если аэростат заметят с вышек, поднимется тревога.
– Опусти шар прямо в жерло, ближе к южному склону, – скомандовала Тейя, вскакивая на ноги. – Там самый плотный выход пара.
– Пар слишком горячий! Оболочка может загореться! – крикнул Сокка.
– Не загорится. Действуй, Зуко!
Принц резко сбавил подачу пламени. Воздушный шар провалился в серую, удушливую завесу. Горячий пар мгновенно обдал их лица обжигающей влагой, но Тейя уже стояла на краю корзины, вскинув обе руки.
– *Рассейся,* – прошептала она.
Свет, сорвавшийся с её пальцев, не ударил вспышкой. Он закружился вокруг купола аэростата прозрачной, преломляющей плёнкой. Лучи утреннего солнца, пробивавшиеся сквозь пар, огибали шар по сложной дуге: для любого часового на вышке воздушное судно превратилось в бесформенное, колеблющееся марево горячего воздуха.
Они тяжело приземлились на узкий скальный карниз на обратной стороне острова, скрытый от главных укреплений отвесной базальтовой стеной. Корзина с хрустом ударилась о камни.
– Вылезайте! Быстро! – крикнул Зуко, выпрыгивая на раскалённую породу.
Шар, потеряв вес, накренился и медленно пополз к краю обрыва, прямо в шипящую пучину кипящего озера. Оболочка коснулась воды, с чудовищным шипением вспыхнула паром и мгновенно растаяла в кипятке, словно кусок сахара.
– Ну вот, – нервно сглотнул Сокка, глядя на то, как исчезает их единственный путь назад. – Обратного билета нет. Теперь только вперёд.
– Прекрасно, – Тейя спрыгнула следом за ними, глубоко вдохнула раскалённый воздух и довольно потянулась всем телом, расправив плечи. – Наконец-то нормальная температура. Никакого озноба. Арки, оставайся в верхних расщелинах скал. Если увидишь движение на воде — подай голос.
Крылатый лис издал короткую трель, взмахнул белыми крыльями и растворился в густых облаках пара, кружащих над кратером.
– Так, план такой, – Зуко вытащил из мешка два комплекта тёмно-красной брони охранников Народа Огня с глухими шлемами-масками, полностью закрывающими лица. – Мы переодеваемся. Я знаю устав караульной службы. Сокка, пойдёшь со мной под видом сменного часового.
– А как же я? – Тейя насмешливо выгнула бровь, глядя на громоздкие железные доспехи. – Надеюсь, ты не собираешься напялить на меня эту безвкусную жестянку? Мои волосы туда не влезут, да и пахнет от этих лат так, будто в них варили старый лук.
– Твои золотые волосы за версту кричат, что ты чужачка! – возмутился Сокка, уже натягивая тяжёлые сапоги. – А твоя магия света не спасёт, если к нам подойдёт начальник тюрьмы и спросит пароль!
– Мне не нужен ваш пароль, – усмехнулась девушка.
Она шагнула назад, прямо в густую тень базальтового карниза. Её пальцы сплелись в короткий жест, татуировка солнца на плече блеснула — и очертания Тейи вдруг задрожали, словно изображение в мутной воде. Через секунду перед парнями стояла абсолютно пустая площадка.
– Эй... Тейя? – Сокка помахал рукой в воздухе.
– Я прямо перед тобой, тупица, – раздался её голос в полушаге от его носа, и невидимый щелчок по шлему заставил воина Воды ойкнуть. – Преломление света. Пока вокруг клубится этот прекрасный пар, меня не увидит ни одна живая душа, если я сама этого не захочу. Я пойду по верхним ярусам балок. Вы ищите отца, а я прикрою ваши спины от неожиданностей.
Зуко покачал головой, натягивая шлем с узкой прорезью для глаз:
– Невероятно. Иногда мне кажется, что твой клан был создан исключительно для того, чтобы сводить с ума службу безопасности Народа Огня.
– Мы были созданы для гармонии, принц, – донёсся насмешливый шёпот уже откуда-то сверху, с отвесной скалы. – А вот то, что ваша служба безопасности бездарна — это уже приятное совпадение. Двигайтесь.
***
Внутри Кипящая скала напоминала раскалённое железное чрево чудовища.
Всюду пахло гарью, потом, ржавчиной и безнадёжностью. Заключённые в серых робах, скованные кандалами, уныло бродили по внутреннему двору под прицелом десятков магов огня. На углах двора высились тяжёлые стальные будки с толстыми стенами — карцеры, которые надзиратели называли «холодильниками». В этих ледяных камерах магов огня лишали тепла, чтобы подавить их способность к стихии.
Сокка и Зуко, стараясь шагать с армейской выправкой, обходили ярус за ярусом, заглядывая в списки заключённых на постах охраны.
Тейя двигалась высоко над ними.
Она ступала по узким железным балкам под самым сводом тюремного двора так легко и бесшумно, словно была невесомой тенью. Лучи света огибали её тело, скрывая фигуру от взглядов снизу; лишь лёгкое колебание горячего воздуха выдавало её перемещение. Сверху ей было видно всё: ленивые смены караула, маршруты патрулей и то, как Сокка нервно сжимает рукоять меча под форменным плащом.
Вдруг парень из Племени Воды замер посреди двора. Его шлем резко повернулся в сторону дальнего угла, где группа охранников конвоировала новых узников.
– Зуко... – глухо донёсся голос Сокки через переговорную решётку шлема. – Смотри.
Тейя тоже опустила взгляд сквозь сплетение металлических конструкций.
Среди заключённых не было мужчин Племени Воды. Ни одного.
Но впереди колонны, гордо вскинув подбородок даже в ржавых кандалах, шла девушка. Её лицо было перепачкано копотью, короткие каштановые волосы растрёпаны, а на теле висели лохмотья боевого одеяния Царства Земли. Но в её взгляде горела такая яростная, неукротимая сталь, что стражники держались от неё на расстоянии вытянутого копья.
– Суюки! – выдохнул Сокка, срываясь с места.
– Стой, идиот! – Зуко едва успел схватить его за ремень, с силой дёрнув назад в тень колоннады. – Ты выдашь нас!
– Это Суюки! Воительница Киоши! – лихорадочно зашептал Сокка, и его голос дрожал от смеси восторга и паники. – Она жива! Её схватили в Ба Синг Се! Я должен подойти к ней!
– Отец важнее, Сокка, – процедил Зуко. – Мы пришли за Хакодой!
– Я только что проверил списки блока «А» и «Б»! – в отчаянии бросил воин Воды. – Хакоды здесь нет! Лидеров вторжения вообще не привозили на Кипящую скалу! Их держат где-то в другом месте! Я зря прилетел сюда, понимаешь?! Зря!
Тейя, наблюдавшая за этой сценой сверху, тихо вздохнула.
Она скользнула вниз по стальному тросу, спрыгнула на узкую площадку за спинами парней и плавно сбросила невидимость. Золотые волосы шелковистой волной рассыпались по её плечам, а янтарные глаза сверкнули мягким укором.
– Прекрати истерику, Сокка, – тихо, но весомо произнесла она.
Оба парня вздрогнули, оглянувшись на неё.
– Тейя! Ты с ума сошла, сними маскировку, нас увидят! – зашипел Сокка.
– Здесь мёртвая зона от смотровых вышек, успокойся, – отмахнулась девушка. – Ты говоришь, что прилетел зря? Посмотри на ту девчонку в кандалах. Ты думаешь, судьба случайно привела тебя сюда именно в этот день? Твоего отца здесь нет, но здесь есть та, кто сражался за твой мир и попал в плен. Ты воин, Сокка. А воины не бросают своих только потому, что план изменился.
Сокка замер. Слова древней лучницы ударили точно в цель, смывая панику и возвращая ему ту самую холодную, упрямую решимость, которая делала его настоящим лидером.
– Ты права, – твёрдо сказал он, сжимая кулаки в железных перчатках. – Мы вытащим Суюки. И всех, кто захочет пойти с нами.
– Вот это другой разговор, – одобрительно улыбнулась Тейя. – Зуко, как работает этот ваш тюремный замок? Если канатная дорога перекрыта, как отсюда выбраться?
– Никак, – покачал головой принц. – Озеро не переплыть — вода за секунды сварит заживо любого. Единственный путь — гондола канатной дороги. Но если начальник тюрьмы заподозрит побег, он просто прикажет перерубить трос, и кабина рухнет в кипяток.
– А если использовать что-то, что не боится кипятка? – прищурилась Теа, кивнув в сторону тяжёлых металлических будок карцера. – Те коробки для охлаждения магов огня. Они сделаны из толстой корабельной стали с двойной изоляцией. Они не пропускают холод снаружи. Значит, они не пропустят и кипяток внутрь.
Зуко и Сокка замерли, переглянувшись. Глаза воина Воды вспыхнули безумным восторгом изобретателя:
– Лодка! Мы можем отвинтить карцер от фундамента, сбросить его в озеро и использовать как спасательную капсулу! Течение вынесет нас прямо к внешнему краю кратера!
– Видите? – Тейя озорно подмигнула им. – Я же говорила, что без меня вы пропадёте. Действуйте. А я пока обеспечу нам отвлекающий манёвр и познакомлюсь с твоей дамой сердца, воин.
***
Встреча Сокки и Суюки в изоляторе была полна слёз, неловких объятий сквозь железные решётки шлема и искренней радости. Тейя наблюдала за этим из тени коридора, скрестив руки на груди. В её душе шевельнулась светлая, тёплая грусть: видеть, как среди этой ржавчины и серы расцветает настоящая человеческая привязанность, было лучшим доказательством того, что мир стоит спасать.
Но план побега, как всегда у Сокки, дал трещину в самый неподходящий момент.
Когда карцер был почти откручен от каменного пола, а в лагере начался спровоцированный бунт заключённых во главе с громилой по имени Чит Санг, над кратером Кипящей скалы разнёсся протяжный, леденящий душу вой паровой сирены.
*У-У-У-У-У-У!*
Тейя, дежурившая на верхней смотровой площадке, мгновенно приложила пальцы к виску.
Давление воздуха в кратере изменилось. С востока, рассекая облака серного пара, приближался тяжёлый металлический объект.
– Тейя! Что там?! – крикнул снизу Зуко, уже сбросивший шлем охранника и обнаживший свои клинки.
Девушка прищурилась, вглядываясь сквозь клубы пара.
– К нам гости, принц, – крикнула она, и в её голосе зазвенела тревога. – Гондола канатной дороги с материка. И на ней прибыл новый этап заключённых.
– Нам плевать на этап, карцер готов к спуску! – крикнул Сокка, подбегая к ней вместе с сияющей Суюки, переодетой в форму стражника.
– Тебе не плевать, Сокка, – Тейя обернулась к нему, и её янтарные глаза широко распахнулись. – Посмотри вниз. На платформу прибытия.
Сокка перегнулся через перила смотровой башни.
Из прибывшей металлической кабины под конвоем десятка магов огня медленно выходили пленные. Впереди, закованный в тяжелейшие кандалы, с разбитой бровью, но с несгибаемой, гордой осанкой вождя, шагал высокий мужчина с волчьим хвостом волос и бородой с проседью.
– Отец... – прошептал Сокка, и его лицо побелело. – Хакода! Они привезли его прямо сейчас!
– О нет... – выдохнул Зуко, сжимая рукояти мечей. – Лодка из карцера рассчитана только на троих. Если мы сейчас спустим её, поднимется общая тревога, и твоего отца казнят на месте за бунт!
– Мы не уплывём без него, – отрезал Сокка, и в его взгляде застыла та абсолютная, непреклонная решимость, которая не знала страха. – План с карцером отменяется. Мы захватим канатную дорогу. Мы вытащим отца и уйдём на главной гондоле.
Суюки крепче перехватила дубинку стражника:
– Я с тобой, Сокка. До конца.
– Безумие, – покачала головой Тейя, но на её губах расплылась широкая, дерзкая улыбка клана Ясон. – Чистейшее, восхитительное безумие. Обожаю такие повороты. Арки, готовься! Сегодня нам придётся устроить здесь настоящее световое представление!
Крылатый лис, спикировавший с верхних сводов, издал воинственный клёкот и уселся девушке на плечо, распушив белые перья на хвосте.
***
То, что произошло дальше, вошло бы в историю Народа Огня как самый невероятный и дерзкий бунт, если бы летописцы осмелились записать правду.
Двор Кипящей скалы превратился в пылающий хаос. Сотни заключённых, подбадриваемые громилой Чит Сангом, с криками крушили заграждения. Маги огня из числа стражников пытались выстроиться в боевые цепи, заливая двор струями алого пламени, но на их пути встал принц-изгнанник.
Зуко двигался с грацией древнего дракона. Его пламя больше не было ядовитым и слепым. Яркие, сочные золотисто-лазурные вихри срывались с его ладоней, гася удары тюремщиков и сбивая их с ног плотными воздушными волнами.
Суюки, двигаясь с невероятной ловкостью Воительниц Киоши, пробежала по щитам стражников, взмыла в воздух, сбила с ног начальника тюрьмы и заломила ему руки за спину, приставив кинжал к горлу:
– Никому не двигаться, или ваш начальник отправится на дно кипящего озера!
В этот же миг Сокка с боевым кличем разрубил метеоритным мечом цепи на руках отца:
– Папа!
– Сокка?! – Хакода ошеломлённо посмотрел на сына в форме стражника Народа Огня, затем крепко сжал его в объятиях. – Я знал, что ты вернёшься за мной!
– Все к гондоле! Живо! – скомандовал Сокка, увлекая отца за собой к посадочной платформе канатной дороги.
Они ворвались в массивную металлическую кабину, затащив связанного начальника тюрьмы внутрь. Чит Санг и ещё несколько беглых узников захлопнули тяжёлые решётчатые двери.
– Запускай механизм! – крикнул Зуко, встав к рычагам управления.
Шестерни взвыли, стальные тросы натянулись, и кабина медленно поползла по воздуху над кипящей бездной, направляясь к внешнему краю кратера.
– Мы сделали это! – радостно вскрикнул Сокка. – Мы выбрались!
– Рано радуешься, воин! – раздался с крыши кабины звонкий голос Тейи.
Девушка стояла на металлической кровле гондолы, балансируя на ветру. Её длинные золотые волосы бешено метались, а серебряный лук уже был натянут.
Воздух в кратере внезапно раскалился до предела. Тейя почувствовала это каждой клеточкой кожи — мерзкий, электрический треск, от которого заныли зубы. Давление рухнуло вниз, принеся запах жжёного озона и чистого, безжалостного безумия.
Со стороны тюремного двора, прямо по натянутым стальным тросам канатной дороги, с нечеловеческой скоростью скользили две женские фигуры.
– Азула... – выдохнул Зуко, высунувшись из люка на крышу. Его лицо исказилось судорогой застарелого ужаса.
Принцесса Народа Огня двигалась словно призрак возмездия. Её лицо было искажено хищной, надменной улыбкой, а из ступней вырывались реактивные струи ослепительно-синего пламени, позволяя ей скользить по канату над пропастью, словно птице. Следом за ней, с поразительной акробатической грацией, прыгала Тай Ли в своём розовом наряде, целясь пальцами в уязвимые точки любого, кто посмеет встать на пути.
– Мой братец всё никак не научится умирать вовремя, – разнёсся над бездной холодный, звенящий голос Азулы.
Она взмыла в воздух, описала сальто над бездной и тяжело приземлилась на крышу движущейся гондолы, прямо напротив Зуко и Тейи. Тай Ли приземлилась следом, мгновенно встав в боевую стойку блокиратора ци.
Зуко мгновенно встал между сестрой и люком в кабину, его руки вспыхнули драконьим пламенем:
– Азула! Оставь нас в покое!
– Никогда, Зу-Зу, – прошипела принцесса.
Её руки описали два резких, смертонос