← Назад к обзору

Раскрытие истены

Цена свободы и пепел прошлого

Ночной Сеул проносился мимо размытыми неоновыми полосами. Юки выжимал из своего байка максимум, чувствуя, как холодный ветер хлещет по лицу, пробираясь под шлем. Скорость была единственным, что помогало не захлебнуться в той липкой, тошнотворной правде, которую он только что задокументировал.

Каждый раз, когда он закрывал глаза, он видел эту картину: Сухо, ласкающий живот матери, и отец, великий Теневой Монарх, благословляющий это безумие. Юки чувствовал, как внутри него ворочается Карма — фиолетовое пламя, жаждущее вырваться наружу и испепелить всё в радиусе километра. Его магия всегда была ответом на несправедливость, и сейчас она буквально разрывала его изнутри.

Ему нужно было место, где реальность не кажется искаженным кошмаром. Ему нужен был единственный человек, который видел в нем не «тень великого отца» и не «брата золотого мальчика», а просто Сон Юки.

Квартира Чон Ли Вона находилась в респектабельном, но тихом районе. Юки затормозил так резко, что заднее колесо байка взвизгнуло, оставляя на асфальте черный след. Он не стал пользоваться «Коротким путем» — сейчас ему нужно было чувствовать тяжесть собственного тела, чтобы окончательно не потерять связь с землей.

Ли Вон работал допоздна. В двадцать три года он уже считался одним из самых перспективных адвокатов города. Умный, сдержанный, с пронзительными серыми глазами и черными, как вороново крыло, волосами, он был для Юки якорем в этом безумном мире охотников и монстров.

Услышав резкий, неритмичный стук в дверь, Ли Вон нахмурился. Он не ждал гостей в два часа ночи. Взглянув в глазок, он увидел Юки — и его сердце пропустило удар. Парень выглядел так, словно только что вернулся с поля боя, где проиграл всё.

Как только замок щелкнул, Юки буквально ввалился в прихожую. Ли Вон едва успел закрыть дверь, как восемнадцатилетний гигант, который обычно казался непоколебимой скалой, рухнул в его объятия.

– Юки? Боже, что случилось? Ты ранен? – Ли Вон судорожно ощупывал плечи парня, пытаясь найти следы крови или магического истощения.

Юки не отвечал. Он просто уткнулся лицом в плечо Ли Вона, и его огромное, атлетичное тело задрожало. Первые несколько минут в тишине квартиры слышны были только его прерывистые, тяжелые вздохи, которые вскоре перешли в глухие, надрывные рыдания.

Ли Вон молча гладил его по взъерошенным черным волосам, чувствуя, как намокает ткань его домашней футболки. Он знал Юки достаточно долго, чтобы понимать: если этот парень плачет, значит, мир действительно рухнул.

Спустя вечность Юки отстранился. Его небесно-голубые глаза были красными, а лицо — еще более бледным, чем обычно. Он прошел на кухню, сел на стул и дрожащими руками достал телефон.

– Посмотри, – голос Юки сорвался. – Просто посмотри это. Я не могу... я не могу это произнести вслух.

Ли Вон взял смартфон. Пока шло видео, лицо адвоката медленно превращалось в маску из льда. Как человек закона, он видел многое — предательства, жестокость, извращения. Но видеть это в семье человека, которого боготворит вся планета...

– Это... – Ли Вон положил телефон на стол экраном вниз, словно само устройство было осквернено. – Это за гранью любого понимания, Юки.

– Они назвали меня никчемным, – Юки поднял взгляд на своего парня. – Сухо сказал, что этот ребенок... их общий ребенок... не будет таким, как я. А отец... Ли Вон, мой отец просто стоял там и улыбался. Он считает это нормальным. Чистота крови. Они превратились в монстров, возомнивших себя богами.

Юки снова закрыл лицо руками.

– Скажи мне, что делать? Я хочу уничтожить их. Я хочу, чтобы каждый человек на этой чертовой планете увидел, какие они на самом деле. Чтобы их «идеальный мир» сгорел дотла. Но если я это сделаю... если я посвящу свою жизнь ненависти к ним, что останется от меня? Я стану таким же пустым, как они. Ли Вон, помоги мне. Я не хочу превращаться в хаос.

Ли Вон подошел к нему и взял его большие ладони в свои. Он смотрел в глаза Юки долго и серьезно, задействуя весь свой опыт и мудрость.

– Юки, послушай меня внимательно, – голос адвоката был тихим, но твердым. – Месть — это яд, который ты пьешь сам, надеясь, что умрут твои враги. Если ты начнешь войну с Сон Джинву, ты проиграешь не потому, что ты слабее. Ты проиграешь, потому что отдашь ему все свои мысли, все свои годы и свою душу. Ты снова будешь зависеть от них, только теперь через ненависть.

Он сделал паузу, поглаживая татуировки на кистях Юки — те самые кости, которые символизировали его силу.

– Есть другой путь. Самый сложный, но самый верный. Просто отпустить. Отрежь их от себя, как гангрену. Смени фамилию. Хочешь — возьми мою. Мы уедем. У тебя есть деньги, у тебя есть я, у тебя есть Игрис. Мы вычеркнем их из твоих документов и из твоего сердца.

Юки горько усмехнулся.

– Ты думаешь, они позволят мне просто уйти? Сын Теневого Монарка, носитель Кармического возмездия... я для них ресурс. Собственность.

Ли Вон выпрямился, и в его серых глазах блеснула сталь, которая сделала его лучшим юристом в своем поколении.

– Вот здесь вступаю в дело я. Я подготовлю все бумаги. Мы оформим твой полный отказ от наследства и родства. И если они попытаются давить, если они сделают хотя бы шаг в твою сторону, чтобы вернуть «блудного сына»... мы напомним им об этой записи. Я лично позабочусь о том, чтобы она оказалась во всех мировых агентствах одновременно. Их «святая» репутация — это единственное, что связывает их с обществом. Если этот пузырь лопнет, они станут изгоями. Изгоями, которыми правительство будет бояться управлять, но которых люди будут ненавидеть. Поверь мне, Джинву слишком умен, чтобы так рисковать.

Юки посмотрел на Ли Вона с надеждой, которая начала пробиваться сквозь пелену отчаяния.

– Ты действительно думаешь, что я смогу начать жизнь с чистого листа? Без тени отца за спиной?

– Ты уже это делаешь, – Ли Вон улыбнулся и нежно коснулся пирсинга в ухе Юки. – Ты готовишь лучше любого шеф-повара, ты разбираешься в технике, ты умнее большинства моих коллег. Твоя сила — это не проклятие, это твоя защита. Мы уедем в Британию или в Штаты. Туда, где ты будешь просто Юки. Красивым парнем на крутом байке, а не «младшим Сон».

Юки глубоко вздохнул. Впервые за вечер его аура перестала пульсировать тревожным фиолетовым светом. Карма внутри него словно одобрила это решение. Наказание не всегда должно быть кровавым. Иногда самое суровое наказание для тех, кто считает тебя своей тенью — это лишить их твоего присутствия навсегда.

– Хорошо, – твердо сказал Юки. – Сделай это. Я не хочу иметь с ними ничего общего. Пусть варятся в своем безумии сами. Я выбираю себя.

Ли Вон обнял его, притягивая к себе.

– Вот и молодец. А теперь иди в душ и ложись спать. Тебе нужно отдохнуть. Завтра начнется твоя новая жизнь. А я пока начну готовить документы. Посмотрим, как Теневой Монарх справится с юридической силой Чон Ли Вона.

Юки поднялся, чувствуя, как с плеч свалилась невидимая гора. Он посмотрел в окно, где в ночном небе парил Игрис, невидимый для обычных людей, но всегда верный своему истинному господину. Рыцарь коротко склонил голову, одобряя выбор.

Проходя мимо зеркала в коридоре, Юки остановился. Он посмотрел на свое отражение: высокий, татуированный, с глазами цвета неба, которые больше не искала одобрения у тех, кто не достоин его любви.

– Сон Юки больше нет, – прошептал он, и на его губах появилась едва заметная, но искренняя улыбка. – Остался просто Юки. И этого более чем достаточно.

Этой ночью в маленькой квартире адвоката ковалась судьба, которая была сильнее любого магического пробуждения. Судьба человека, который нашел в себе мудрость не отвечать злом на зло, а просто уйти в свет, оставив монстров в их собственном, ими же созданном аду.

А запись на телефоне... она осталась лежать на столе как заряженный револьвер. Предохранитель был снят, но Юки искренне надеялся, что ему никогда не придется нажать на курок. Ведь его свобода стоила гораздо больше, чем их позор.