Ребёнок
Рассвет над Агни-Кай
Золотые лучи утреннего солнца медленно ползли по черепичным крышам Королевского дворца, заставляя статуи драконов на карнизах казаться живыми. В центральном тренировочном саду, окруженном вековыми вишнями и бамбуковыми зарослями, было тихо, если не считать мерного, тяжелого дыхания и резких, свистящих звуков рассекаемого воздуха.
Кай двигался плавно, словно раскаленная лава. За прошедшие четыре года он растерял подростковую угловатость, превратившись в высокого, широкоплечего юношу. Его рост теперь составлял впечатляющие сто восемьдесят пять сантиметров, а тренировки под руководством Зуко и лучших мастеров Страны Огня превратили его тело в идеальный инструмент. Коротко стриженные черные волосы больше не стояли дыбом, как в тот день в Республиканском городе; теперь они были аккуратно уложены, открывая высокий лоб и делая его лицо, унаследовавшее фарфоровую бледность матери и решительные черты отца, по-настоящему привлекательным.
Он сделал резкий выпад, и с его кулаков сорвалось не обычное оранжевое пламя, а тонкие, ослепительно-белые нити электричества. Воздух вокруг затрещал. Кай совершил сальто назад, перенаправляя энергию в землю, и замер в идеальной стойке.
– Твоя концентрация стала глубже, Кай. Но ты всё еще слишком полагаешься на скорость, забывая о заземлении.
Зуко стоял на террасе, скрестив руки на груди. Хозяин Огня за эти годы почти не изменился, разве что в уголках его глаз прибавилось морщинок, а во взгляде стало больше спокойствия. Он с гордостью смотрел на сына, который официально носил титул принца и стал его главной опорой в управлении страной.
– Скорость — это то, что спасало мне жизнь на улицах, отец, – Кай выпрямился и вытер пот со лба тыльной стороной ладони. – Трудно переучиваться, когда старые привычки вбиты в кости.
– Теперь ты не на улицах, – Зуко спустился в сад. – Ты — наследник престола. Твой огонь должен быть не только быстрым, но и незыблемым. Кстати, заканчивай на сегодня. Аппа уже вошел в воздушное пространство острова.
Кай замер, и на его губах появилась невольная ухмылка.
– Значит, Команда Аватара в полном составе?
– Именно. И Катара написала, что дети очень ждали этой поездки. Особенно после того, как ты пропустил прошлый фестиваль в Республиканском городе из-за дипломатической миссии.
– Ну, махать мечом перед пиратами в южных морях было куда веселее, чем слушать отчеты о налогах, – Кай подмигнул отцу и направился к источнику, чтобы умыться.
Через час огромный небесный зубр тяжело опустился на посадочную площадку дворца. Кай стоял по правую руку от Зуко, облаченный в парадную алую мантию с золотым шитьем. Титул принца обязывал к определенному пафосу, хотя внутри он всё еще оставался тем самым парнем, который мог стащить персик прямо из-под носа у повара.
– Зуко! – Аанг спрыгнул с седла первым, его татуировки на мгновение вспыхнули от избытка чувств.
Друзья обнялись, а за ними последовала и остальная семья. Катара, Сокка, который уже что-то кричал про королевский обед, и, конечно, дети.
Кай вежливо поклонился Аангу и Катаре, но его внимание привлекли те, кто стоял чуть поодаль. Тензин, ставший за эти годы серьезным и вдумчивым подростком, Буми, который, казалось, стал еще шумнее, и Кая.
Дочь Аватара изменилась сильнее всех. Из угловатой девочки она превратилась в прекрасную девушку. Её смуглая кожа и ярко-синие глаза создавали разительный контраст с её легкими одеждами мага воды. Когда Кай выпрямился после поклона, их взгляды встретились.
– Принц Кай, – произнесла Кая, и в её голосе послышалась легкая насмешка, скрывающая неловкость. – Тебе идет эта мантия. Хотя я всё еще помню тебя в обносках и с грязным лицом.
– Принцесса Кая, – Кай ответил ей такой же полуулыбкой. – А я помню, как ты плакала, когда я случайно подпалил твою любимую куклу. Вижу, ты наконец-то научилась расчесываться.
Девушка вспыхнула, её щеки приобрели нежно-розовый оттенок, но она не отвела взгляда.
– Ты стал... выше, – добавила она тише, окинув его фигуру изучающим взором.
– Работа на свежем воздухе и королевская диета творят чудеса, – Кай сделал приглашающий жест рукой. – Прошу во дворец. Сокка уже, кажется, пытается прорваться на кухню, так что нам лучше поспешить, пока там еще что-то осталось.
Вечером в честь гостей был устроен ужин в неформальной обстановке — в одном из малых павильонов, выходящих к пруду. Официальные речи закончились, и теперь старые друзья предавались воспоминаниям.
Кай сидел на краю террасы, подальше от шумного Сокки, который доказывал Буми, что бумеранг — это венец инженерной мысли. Он смотрел на луну, отражающуюся в воде, когда почувствовал чье-то присутствие.
– Папа говорит, что ты стал лучшим магом молнии в истории страны после Азулы, – Кая присела рядом, расправив полы своего синего платья.
– Папа склонен к преувеличениям, когда дело касается семьи, – Кай не повернул головы, но его голос стал мягче. – Но я много тренируюсь. Это помогает... не думать о лишнем.
– О чем, например? – она придвинулась чуть ближе, так что он почувствовал тонкий аромат морской соли и жасмина, исходивший от её волос.
– О том, что четыре года назад я воровал яблоки, а теперь решаю, стоит ли строить новый порт в провинции Шин. Иногда мне кажется, что я всё еще тот мальчишка в подвале, а всё это — просто затянувшийся сон.
Кая внимательно посмотрела на его профиль. В свете фонарей Кай выглядел как ожившая статуя — безупречный, холодный, но с затаенной грустью в глубине голубых глаз.
– Мама говорит, что Юми была бы тобой очень горда, – тихо произнесла она. – Ты не просто принц, Кай. Ты сделал Зуко счастливым. Я никогда не видела его таким... цельным, как после того, как ты появился.
Кай наконец повернулся к ней. В его глазах отражались огни фонарей.
– А ты? Ты счастлива в Республиканском городе?
– Там шумно. И все чего-то ждут от дочери Аватара. Иногда мне хочется просто уплыть куда-нибудь на Южный полюс и жить в ледяной хижине, где никто не знает моего имени.
– Понимаю, – Кай усмехнулся. – Если решишь бежать, дай знать. У меня есть самый быстрый катер в королевском флоте.
Они замолчали, но это не было тягостное молчание. Между ними витало нечто новое, неосязаемое — то, что рождается между людьми, которые знали друг друга детьми, а теперь заново открывают друг друга взрослыми.
Кая поймала себя на том, что слишком долго разглядывает его руки — сильные, с длинными пальцами, на которых виднелись небольшие мозоли от меча. Она быстро отвела взгляд, почувствовав, как сердце забилось чуть быстрее.
– Хочешь... хочешь, я покажу тебе одно место? – вдруг спросил Кай, вставая и протягивая ей руку. – Оттуда лучший вид на спящий вулкан. Придется немного полазить по крышам, но ты ведь не боишься высоты?
– Спрашиваешь дочь мага воздуха? – Кая вложила свою маленькую ладонь в его руку.
Её пальцы были прохладными, а его — горячими, как угли. Этот контраст заставил обоих на мгновение затаить дыхание. Кай легко потянул её за собой.
Они пробрались мимо стражников, используя потайные ходы, которые Кай изучил в совершенстве за годы жизни здесь. Вскоре они оказались на самой высокой пагоде восточного крыла. Весь город лежал перед ними как на ладони, усыпанный тысячами огней, а вдали величественно возвышался вулкан, чья вершина была скрыта в облаках.
– Ух ты... – выдохнула Кая, подходя к самому краю. – Это... невероятно.
– Здесь я провожу больше всего времени, когда мне нужно принять решение, – Кай встал рядом, глядя на город. – Мама всегда говорила, что сверху проблемы кажутся меньше.
Кая искоса взглянула на него. Ветер трепал его короткие волосы, и в этом диком, неофициальном виде он нравился ей гораздо больше, чем в парадной мантии.
– Кай, – позвала она тихо.
– Да?
– Спасибо, что прислал те цветы на мой день рождения. Мама сказала, что это просто вежливость, но... они были прекрасны. Огненные лилии, верно?
Кай слегка смутился, чего с ним не случалось уже очень давно.
– Я помнил, что ты когда-то говорила, что они тебе нравятся. Рад, что они доехали в целости.
– Они стояли две недели. Я каждый день меняла им воду магией, – она улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла, что Кай почувствовал, как его собственный внутренний огонь начинает вести себя странно.
– Знаешь, Кая... – он замялся, подбирая слова. – Я рад, что вы приехали. Правда. Последние годы были... рабочими. Но сейчас я чувствую, что всё на своих местах.
Девушка сделала шаг к нему, сокращая расстояние до минимума. Её синие глаза в темноте казались почти черными.
– Я тоже рада, Кай. Ты очень изменился. В лучшую сторону. Хотя твои шуточки всё такие же ужасные.
– Эй! Мои шутки — это национальное достояние Страны Огня! – притворно возмутился он.
Они оба рассмеялись, и этот смех улетел в ночное небо, смешиваясь с шумом ветра. В этот момент, стоя на крыше древнего дворца, они были не принцем и не дочерью Аватара. Они были просто Каем и Каей — двумя молодыми людьми, чьи судьбы переплелись задолго до их рождения.
Снизу, из сада, донесся голос Сокки, который, кажется, затеял состязание по поеданию острых крылышек.
– Нам пора возвращаться, – вздохнул Кай, неохотно отпуская её руку, которую он, оказывается, всё еще держал. – Иначе отец решит, что я решил похитить тебя и увезти в колонии.
– А это идея, – подмигнула ему Кая, ловко спрыгивая на нижний ярус крыши. – Но сначала я хочу посмотреть, как ты проиграешь мне в тренировочном поединке завтра утром.
– Проиграю? Тебе? – Кай рассмеялся, следуя за ней. – Принцесса, вы слишком самоуверенны. Завтра я покажу вам, что такое настоящее белое пламя.
– Посмотрим, Принц-Улыбка. Посмотрим.
Когда они вернулись к павильону, Катара и Аанг обменялись понимающими взглядами. Зуко, сидевший с чашкой чая, лишь едва заметно улыбнулся в свои усы.
Кай сел на свое место, чувствуя на себе внимательный взгляд Каи, которая теперь сидела напротив и делала вид, что очень увлечена разговором с Тензином. Но он видел, как она украдкой поглядывает на него из-под ресниц, и каждый такой взгляд отзывался в его сердце электрическим разрядом, гораздо более мощным, чем любая молния, которую он когда-либо создавал.
Ночь над Агни-Кай была теплой и тихой. Старые друзья праздновали мир, а новые чувства только начинали пускать корни в этой древней земле, обещая, что история Команды Аватара и семьи Юми будет иметь долгое и прекрасное продолжение. Кай знал, что впереди еще много трудностей, политики и сражений, но сегодня, глядя на синие глаза напротив, он чувствовал, что его огонь наконец-то нашел свою истинную цель.