← Назад к обзору

Ребёнок

Фиалковое пламя и бумажные горы

Прошел год с тех пор, как Кай официально был объявлен наследником престола Страны Огня. Дворец Агни-Кай, когда-то казавшийся ему золотой клеткой, стал местом его ежедневной битвы, и враги здесь были куда опаснее разбойников из трущоб — они были вооружены не мечами, а свитками, печатями и бесконечными параграфами законов.

Кай сидел на малом троне в зале совещаний, подперев голову рукой. Его черные волосы были стянуты в тугой пучок и закреплены золотой шпилькой в форме пламени — символом его статуса. На нем была тяжелая мантия, расшитая золотыми нитями, которая в этот невыносимо жаркий полдень казалась ему веригами.

– Принц Кай, я настоятельно рекомендую вам ознакомиться с третьим подразделом указа о налогообложении портовых верфей в западных колониях, – монотонно бубнил советник Хаку, старик с лицом, похожим на сушеный чернослив, и бородой, которая, по мнению Кая, давно просилась на растопку. – Это критически важно для стабилизации торгового баланса...

Кай почувствовал, как в кончиках его пальцев начинает зарождаться опасное покалывание. Его голубые глаза, обычно ясные, сейчас подернулись дымкой раздражения. Он посмотрел на стопку документов перед собой и всерьез задумался о том, чтобы чихнуть белым пламенем и превратить всю эту канцелярскую гору в кучку пепла.

– Советник Хаку, – голос Кая прозвучал вкрадчиво, но в нем слышался треск электричества, – если я прочитаю еще хоть одно слово о «стабилизации баланса», я стабилизирую вашу бороду с помощью молнии. Вы меня понимаете?

Старик поперхнулся на полуслове и испуганно отступил, прижимая свиток к груди.

– Но, ваше высочество... традиции требуют...

– Традиции требуют, чтобы я защищал свой народ, а не тонул в бумажной пыли, – отрезал Кай, выпрямляясь на троне.

В этот момент тяжелая дубовая дверь зала бесшумно отворилась, и в помещение вошла девушка. Её появление было подобно прохладному бризу в душной пустыне. На ней было простое, но элегантное платье насыщенного пурпурного цвета, подчеркивающее её хрупкую фигуру. Темно-фиолетовые волосы, мягкими волнами спадавшие на плечи, отливали шелком в свете факелов.

Это была Хината.

Она не была принцессой по крови или дочерью великого вождя. Год назад она была лишь прислугой в восточном крыле дворца, тихой девушкой, которая приносила Каю чай по вечерам, когда он засиживался над картами. Но за этой тишиной скрывался редкий дар и еще более редкая душа. Хината была магом огня, чье пламя имело необычный фиалковый оттенок — мягкое, исцеляющее тепло, способное унимать боль и успокаивать гнев.

– Советник Хаку, – мягко произнесла Хината, подходя к трону. Её фиалковые глаза светились добротой, но в них читалась непоколебимая твердость. – Его высочеству нужен перерыв. Я принесла отвар из горных трав и свежие фрукты. Думаю, государственные дела могут подождать четверть часа.

– Но... госпожа Хината... – Хаку попытался возразить, но встретился с взглядом Кая, в котором уже плясали белые искры, и решил, что его жизнь дороже налогового указа. – Как пожелаете. Я вернусь через час.

Когда дверь за советником закрылась, Кай шумно выдохнул и буквально сполз с трона, устраиваясь на ступенях.

– Хината, ты моя спасительница, – он стянул золотую шпильку, позволяя черным волосам рассыпаться по плечам. – Еще минута, и я бы действительно его поджарил.

Девушка тихо рассмеялась — звук её смеха напоминал звон маленьких колокольчиков. Она поставила поднос на низкий столик и присела рядом с Каем, положив руку ему на плечо. Её ладонь сразу же начала излучать мягкое фиолетовое свечение. Кай почувствовал, как напряжение в мышцах шеи и спины мгновенно улетучивается.

– Ты слишком близко принимаешь это к сердцу, Кай, – сказала она, поглаживая его по волосам. – Хаку просто делает свою работу. Он зануда, но он предан Стране Огня.

– Он предан бумаге, – проворчал Кай, закрывая глаза и наслаждаясь её теплом. – Знаешь, иногда я завидую Кае. Она выбрала правильный путь.

Хината на мгновение замерла, но её движения остались такими же нежными.

– Ты всё еще думаешь о ней?

Кай открыл глаза и посмотрел на свою невесту. Он знал, что весь мир — от Аватара до последнего торговца в порту — ожидал его союза с дочерью Аанга. Это был бы идеальный политический брак, символ окончательного единства народов. И поначалу между ним и Каей действительно проскочила искра. Но по мере того, как они взрослели, становилось ясно: они слишком похожи. Два бушующих океана, два шторма, которые рано или поздно уничтожили бы друг друга.

Кая выбрала тишину. Полгода назад она объявила, что уезжает на Южный полюс, чтобы помогать матери в целительстве и найти свой собственный путь вдали от политики и ожиданий. Она написала Каю короткое, теплое письмо, в котором пожелала ему найти то, что ищет она — покой.

– Нет, – честно ответил Кай, переплетая свои пальцы с пальцами Хинаты. – Я не расстроен. Кая — мой друг, и я рад, что у неё хватило смелости уйти. Но мой покой... он здесь. В этом дворце, который я раньше ненавидел. Рядом с тобой.

Хината покраснела, и её фиалковые глаза засияли.

– Ты говоришь как настоящий поэт, мой принц. Или как человек, который очень хочет избежать чтения указов.

– И то, и другое, – Кай ухмыльнулся своей фирменной дерзкой ухмылкой и потянул её к себе. – Знаешь, когда я впервые увидел твое пламя, я подумал, что у меня галлюцинации от усталости. Фиолетовый огонь... это было так странно. И так красиво.

– Моя бабушка говорила, что такое пламя рождается только у тех, чье сердце не знает ненависти, – Хината опустила голову, пряча улыбку. – Я долго скрывала его, боялась, что меня сочтут ненормальной.

– Ты самая нормальная из всех, кого я знаю в этом сумасшедшем доме, – Кай посерьезнел. – Хината, завтра приедет отец. Он хочет обсудить дату нашей свадьбы. Ты уверена, что готова к этому? Быть женой Хозяина Огня — это не только чай и прогулки в саду. Это... это быть мишенью. Это быть частью этой бумажной горы.

Девушка посмотрела ему прямо в глаза. В её взгляде не было страха, только бесконечная преданность, которую Кай ценил больше всего на свете.

– Я была прислугой, Кай. Я знаю, что такое тень. И я не боюсь света, если этот свет — ты. Мое пламя может лечить раны тела, но я хочу лечить твою душу. Если для этого нужно стать принцессой — я стану ею.

Кай прижал её к себе, вдыхая аромат её волос. В этот момент он понял, почему Юми когда-то полюбила Зуко — не за корону или власть, а за ту тихую силу, которая скрывалась за маской долга.

– Знаешь, – прошептал он, – Хаку сказал, что традиции требуют пышного торжества на три дня.

– О нет, – Хината в шутку прикрыла лицо руками. – Три дня официальных поклонов?

– Я предложу другой вариант, – Кай хитро прищурился. – Один день официальной церемонии, а потом мы сбежим на моем катере в те потайные бухты на западном побережье, о которых никто не знает. Только ты, я и море.

– Зуко будет ворчать, – заметила Хината, хотя её глаза уже загорелись восторгом.

– Отец сам так делал, когда хотел сбежать от дяди Айро и его бесконечных чайных церемоний, – Кай рассмеялся. – Он поймет.

В дверь снова постучали. Это был Хаку.

– Ваше высочество, время вышло. Нам всё еще нужно обсудить вопрос о поставках угля...

Кай вскочил на ноги, потянув Хинату за собой.

– Советник Хаку! – громко объявил он. – У меня есть важное государственное решение.

Старик замер, вытаращив глаза.

– Да, ваше высочество?

– Я объявляю, что все документы, касающиеся налогов, должны быть переписаны на бумаге розового цвета. Это... э-э... поможет улучшить настроение чиновников и повысит общую продуктивность.

Хаку открыл рот, закрыл его, снова открыл, но так и не нашел, что сказать. Хината прыснула в кулак, отворачиваясь, чтобы не рассмеяться в голос.

– Но... принц Кай... это нецелесообразно...

– Это мой приказ, – Кай подмигнул Хинате. – А теперь идите, советник. И передайте повару, что сегодня на ужин я хочу персики. Много персиков.

Когда ошеломленный старик скрылся за дверью, Кай повернулся к невесте.

– Ну что, госпожа будущая Хозяйка Огня, не желаете ли прогуляться по крышам, пока нас не заставили подписывать указы о цвете чернил?

– С огромным удовольствием, мой безумный принц, – ответила Хината, сплетая свою руку с его.

Они вышли на балкон, и Кай легко подсадил её на перила. Перед ними расстилался Агни-Кай, город, который когда-то казался Каю чужим, а теперь стал его домом. Где-то далеко на юге Кая искала свой покой среди льдов, а здесь, в самом сердце огненной нации, сын Юми нашел свой собственный путь.

Путь, который освещало не только его белое электричество, но и мягкое, фиалковое пламя девушки, которая увидела в нем не принца, а израненную душу, нуждающуюся в тепле.

– Кай? – позвала Хината, когда они уже стояли на самой вершине пагоды, глядя на заходящее солнце.

– Да?

– Спасибо, что не спалил Хаку. Он действительно старается.

– Ради тебя, любовь моя, – Кай улыбнулся, притягивая её к себе. – Ради тебя я готов терпеть даже розовую бумагу.

Солнце медленно опускалось в океан, окрашивая небо в невероятные оттенки пурпура и золота — цвета их будущего, которое они теперь строили вместе, вопреки всем ожиданиям и старым теням прошлого. Наследие Юми продолжало жить, но теперь оно обрело новые краски, становясь историей не только о боли и потере, но и о великой силе любви, способной превратить даже самого дикого разбойника в мудрого правителя.

Кай посмотрел на горизонт и почувствовал, как ветер доносит до него запах моря. Он был счастлив. По-настоящему, глубоко и искренне. И он знал, что где-то там, в мире духов, его мама улыбается, глядя на них. Её лучик света не погас — он просто превратился в яркое, уверенное пламя, которое больше никогда не будет одиноким.