← Назад к обзору

Римуру отдых

Утро в розовом тумане

– Ууу... абу... – Римуру завозился в своей колыбели, чувствуя, как сознание медленно проплывает сквозь слои вязкого, сладкого сна.

Проклятие «Детский лепет» и запечатанные когнитивные функции превращали его пробуждение в процесс, лишенный всякой логики. Он не помнил, кто он такой, не помнил о своей стране или магической силе. Всё, что существовало для него в этот момент — это мягкость огромного, шуршащего подгузника, который за ночь стал неимоверно тяжелым, и настойчивое чувство пустоты в животике.

– Ня... ма-ма! – Его голосок, тонкий и нежный, раздался в тишине комнаты.

Розовые локоны разметались по подушке, а пухлые ручки, испещренные младенческими складочками, потянулись вверх, пытаясь ухватить пустоту. Физиология, измененная на женскую, сделала его черты ещё более мягкими, а проклятие «Голод» уже начало свою работу: живот Римуру заурчал так громко, что малыш испуганно моргнул своими розовыми глазками.

Дверь открылась мгновенно. Рафаэль, принявшая облик идеальной няни в строгом платье горничной, вошла в комнату. Её шаги были бесшумными, а взгляд — холодным и расчетливым, как и полагается Королю Мудрости, но в движениях сквозила странная, почти пугающая забота.

– Уведомление. Субъект Римуру проснулся. Состояние гигиены: критическое. Уровень голода: 85%.

Она подошла к колыбели и сверху вниз посмотрела на барахтающегося младенца. Римуру, завидев её, радостно заулыбался, пуская пузыри. Для него она не была сложным логическим навыком; она была единственным смыслом его существования, источником тепла и пищи.

– Абу... ги! – Римуру засучил ножками, и его громоздкий памперс издал характерный громкий звук шуршащего полимера.

– Ответ. Ваша радость преждевременна. Сначала — санобработка, – Рафаэль подхватила его на руки.

Римуру почувствовал, как его тяжелый, раздувшийся низ надежно лег на её предплечье. Из-за объема подгузника его ножки были разведены в стороны, и он не мог их свести вместе, даже если бы захотел. Проклятие недержания за ночь сделало памперс настолько массивным, что он буквально отвисал, создавая забавный контраст с крошечным тельцем.

Она уложила его на пеленальный столик. Римуру завороженно смотрел на свои пальчики, пока Рафаэль расстегивала липучки. Когда прохладный воздух коснулся кожи, он издал протестующий вопль.

– Гяаа! Ма-ма!

– Сохраняйте спокойствие, – Рафаэль прижала его пухлое плечико ладонью. – Процесс очистки необходим для предотвращения раздражения. Ваша нынешняя кожа крайне чувствительна.

Она действовала с хирургической точностью. Влажные салфетки, присыпка с ароматом лаванды, защитный крем — каждое движение было выверено. Римуру постепенно успокоился, завороженный мерным голосом своей «няни». Когда она достала новый подгузник, он оказался ещё больше прежнего. Розовый, с рисунками весёлых слаймов по поясу, он выглядел почти комично на фоне маленького Римуру.

– Уведомление. Размер «М» признан недостаточным из-за специфики проклятия «Голод». Переход на размер «L» с усиленным абсорбирующим слоем.

С характерным треском липучки затянулись на талии Римуру. Теперь он напоминал розовый шарик, из которого торчали ручки и голова. Подгузник был настолько плотным, что даже просто лежать на спине стало для него упражнением на баланс.

– Тя... тя-тя... – Римуру попытался перевернуться на бок, но его собственный памперс сработал как противовес, возвращая его в исходное положение.

– Теперь кормление, – Рафаэль взяла заранее приготовленную бутылочку.

Смесь была густой и теплой. Как только соска коснулась губ Римуру, он жадно прильнул к ней. Инстинкты полностью взяли верх. С каждым глотком он чувствовал, как в животе разливается приятная тяжесть. Проклятие «Голод» работало неумолимо: еда не исчезала в «Желудке» навыка, а оставалась в его физическом теле.

Живот Римуру начал заметно округляться. Тонкая розовая распашонка, которую на него надели после купания, стала натягиваться на пузике.

– Треск! – одна из пуговиц на животе не выдержала и отлетела, ударившись о пол.

– Внимание. Зафиксировано увеличение объема брюшной полости на 12%. Проклятие функционирует согласно заданным параметрам, – Рафаэль продолжала держать бутылочку, не сводя глаз с младенца.

Римуру уже не мог остановиться. Он пил и пил, пока бутылочка не опустела до последней капли. Его живот теперь напоминал тугой, блестящий арбуз, который выпирал из-под разорванной одежды. Малыш сыто икнул и расплылся в сонной улыбке, чувствуя себя невероятно тяжелым.

– Ууу... – он попытался дотянуться до Рафаэль, но его ручки казались ему теперь слишком короткими из-за объема собственного тела.

– Вы переели, – констатировала Рафаэль, поднимая его вертикально, чтобы он мог срыгнуть воздух. – Это приведет к ускоренному росту и необходимости внеплановой смены одежды.

Она отнесла его в манеж, заваленный мягкими игрушками. Римуру оказался в окружении плюшевых драконов и волков, но его внимание привлекла собственная ножка. Он попытался поймать её рукой, но огромный подгузник мешал ему согнуться.

– Абу... бу-бу! – возмутился он, глядя на Рафаэль.

– Ваше недовольство нерационально, – Рафаэль присела рядом на ковер. – Вы сами выбрали этот режим. Моя задача — обеспечить ваше полное погружение в состояние беспомощности.

Она достала яркую погремушку и потрясла ею перед его лицом. Римуру замер. Звук был таким интересным, таким новым! Он потянулся к игрушке, и в этот момент проклятие недержания снова дало о себе знать. Тепло мгновенно разлилось внутри его пышного подгузника, делая его ещё тяжелее.

Римуру покраснел. Несмотря на подавленный интеллект, остатки его личности всё ещё реагировали на подобные вещи.

– Гя... о-о... – он виновато посмотрел на няню.

– Не стоит проявлять признаки смущения, – Рафаэль погладила его по розовым волосам. – В вашем нынешнем состоянии это естественный процесс. Ваш организм избавляется от продуктов переработки магической энергии.

Она взяла его за ручки, помогая немного приподняться. Римуру чувствовал себя неуклюжим розовым существом. Его живот, набитый едой, мешал дышать полной грудью, а памперс между ног создавал ощущение, что он сидит на мягком облаке.

– Ма-ма... гу... – пролепетал он, прижимаясь лбом к её руке.

– Мы проведем в таком режиме еще пять месяцев и три недели, – Рафаэль продолжала говорить своим ровным голосом, который действовал на Римуру как лучшая колыбельная. – К концу этого срока ваше сознание полностью очистится от стресса, накопленного за время правления Темпестом.

Вдруг в дверь особняка постучали. Римуру вздрогнул, его глазки расширились от испуга. Кто это мог быть? Подчиненные не знали об этом месте.

Рафаэль мгновенно изменилась. Её аура, до этого скрытая, на долю секунды вспыхнула холодным пламенем.

– Уведомление. Внешний раздражитель идентифицирован. Это почтовый голем, доставляющий продукты, заказанные через подставных лиц.

Она посмотрела на Римуру, который начал хныкать от резкого звука.

– Тише, маленький господин. Никто не войдет сюда. Никто не увидит вас в этом состоянии.

Она щелкнула пальцами, и дверь заперлась на дополнительные магические засовы. Затем она снова повернулась к младенцу и её голос снова стал мягким.

– Хотите еще молока? Анализ показывает, что ваш желудок способен вместить еще 150 миллилитров до наступления критического растяжения тканей.

– Ам! – Римуру широко открыл рот, забыв о страхе.

Ещё одна бутылочка. Ещё больше тепла. Ткань его распашонки окончательно разошлась по швам, оставляя его пухлый живот полностью открытым. Рафаэль смотрела на него, и в её глазах, лишенных эмоций, на мгновение промелькнуло нечто похожее на удовлетворение. Она создала для него идеальный мир, где он был защищен от всего.

– Ня... ма... – Римуру начал засыпать прямо во время кормления.

Его веки тяжелели. Он чувствовал, как Рафаэль бережно укладывает его на бок, подкладывая под спину мягкий валик, чтобы его огромный живот не мешал ему спать. Подгузник шуршал при каждом вдохе, создавая мерный, успокаивающий ритм.

– Спите, – прошептала Рафаэль, наклоняясь к его уху. – Ваше перерождение в чистоту продолжается. Завтра вы проснетесь, и мир снова будет состоять только из розового цвета, вкуса молока и моей заботы.

Римуру уже не слышал её. Он видел сны о бесконечных полях из сахарной ваты, где не нужно было быть королем, не нужно было сражаться. Он был просто маленьким розовым слаймом-девочкой в самом большом и мягком подгузнике в мире.

Рафаэль села в кресло рядом с манежем, не сводя с него глаз. Она будет охранять его сон. Она будет менять его памперсы. Она будет кормить его из бутылочки. И никто во всей вселенной не догадается, что великий Римуру Темпест сейчас пускает слюни во сне, причмокивая от удовольствия, пока его пухлый животик мерно поднимается и опускается под защитой самого преданного навыка в истории.

– Уведомление. Статус субъекта: Счастлив.

Это было единственное, что имело значение для Короля Мудрости в этом скрытом от всех розовом раю. Полгода тишины. Полгода беззаботности. Полгода в памперсах. И Римуру, даже в своем детском лепете, был согласен на это каждой клеточкой своего крошечного тела.