Римуру Темпест отдых через месяц
Таинство плоти и розовое перерождение
– Внимание! Критическая нестабильность магического ядра! – Голос Великого Мудреца, обычно лишенный эмоций, на этот раз прозвучал с пугающим резонансом прямо в сознании Шуны. – Из-за чрезмерной регрессии до «Нулевого цикла» и внешнего давления поисковых групп Соуэя, физическая оболочка субъекта потеряла молекулярную сцепку. Римуру-сама распадается!
Шуна в ужасе вскрикнула, глядя на колыбель. Крошечное, прозрачно-розовое тельце младенца, которое только что казалось верхом совершенства, начало мерцать. Края его ручек и ножек таяли, превращаясь в чистую, неконтролируемую энергию маны. Это не было смертью в обычном понимании, но это было окончательным растворением личности в пространстве. Повелитель Демонов превращался в бесплотный дух, лишенный формы и памяти.
– Нет! Я не позволю! – Шуна бросилась к колыбели, её руки прошли сквозь тающее тело Римуру, словно сквозь утренний туман. – Мудрец, что мне делать?! Как удержать его?!
– Анализ... – Мудрец работал на пределе возможностей, обрабатывая миллионы сценариев в секунду. – Единственный способ сохранить искру сознания и восстановить материальную форму — полная изоляция в биологически совместимой среде с высоким уровнем родственной маны. Требуется живой инкубатор.
Шуна замерла. Она была принцессой племени они, существом, чья магия была неразрывно связана с жизнью и созиданием. В её глазах вспыхнул решительный, почти фанатичный огонь. Она понимала, о чем говорит Мудрец. В этом мире не было места более защищенного и более наполненного жизненной силой, чем лоно любящей женщины.
– Я сделаю это, – прошептала она, и её голос дрожал от смеси страха и экстатического восторга. – Я стану его домом. Я стану его матерью.
– Подтверждение. Начинаю процесс симбиотического переноса. Шуна-сама, приготовьтесь к поглощению избыточной энергии.
Шуна сорвала с себя верхнюю часть платья, обнажая сияющую кожу. Она подхватила тающее, почти невидимое розовое облачко, которое когда-то было Римуру, и прижала его к своему животу. В этот момент комната наполнилась ослепительным розовым светом. Воздух стал густым, как сироп, а стены домика задрожали от выброса колоссальной мощи.
Это была магия высшего порядка — магия материнства, смешанная с божественной энергией Повелителя Демонов. Римуру, ведомый лишь древними инстинктами выживания, не сопротивлялся. Его аморфное тело, подчиняясь воле Мудреца и Шуны, начало впитываться прямо сквозь поры её кожи.
– Ах... – Шуна выгнулась, её пальцы впились в края кровати.
Она чувствовала, как внутри неё разрастается нечто невероятно горячее и живое. Это не было похоже на обычную беременность. Это было так, словно в неё поместили целое солнце. Магия Римуру, не имея возможности удерживаться в крошечном теле младенца, хлынула в её организм, перестраивая его.
– Процесс интеграции — 40%. Внимание: фиксируется омоложение клеток носителя под воздействием маны Римуру-сама, – доложил Мудрец.
Шуна почувствовала, как её тело меняется. Морщинки, едва заметные следы усталости — всё исчезло. Её кожа стала нежнее атласа, а волосы приобрели жемчужный блеск. Но самой разительной была перемена в её фигуре. Живот Шуны начал расти прямо на глазах. Он надувался, становясь тяжелым и идеально круглым, словно она вынашивала не одного ребенка, а целую новую вселенную.
– О-о-ох... – Шуна тяжело опустилась на подушки, хватая ртом воздух.
Ткань её юбки, не рассчитанная на такие объемы, жалобно затрещала. Швы на бедрах лопнули, обнажая кружевное белье, а пояс врезался в кожу. Её живот стал настолько огромным, что она больше не могла видеть собственные колени. Он был твердым, горячим и вибрировал от магической пульсации.
– Римуру-сама... – прошептала она, нежно обнимая свой новый, необъятный объем. – Теперь вы в безопасности. Здесь тепло... здесь вы мой... только мой.
– Перенос завершен, – констатировал Мудрец. – Субъект Римуру переведен в состояние «истинного эмбриона». Время созревания до стадии новорожденного — семь дней. Носитель Шуна переведена в режим «Священной Матери».
В этот самый момент дверь домика с грохотом распахнулась. На пороге стояла Шион. Её одежда была разорвана, лицо испачкано землей, а в глазах металось безумие. Она всё-таки прорвалась сквозь барьеры, ведомая своим животным чутьем.
– Шуна! Где он?! Я чувствую его... он здесь! – Шион замерла, глядя на свою подругу.
Её челюсть медленно отвисла. Она видела Шуну, полуобнаженную, сияющую неземной красотой и... невероятно, невозможно беременную. Мощный выброс розовой энергии, который сопровождал перенос Римуру, не покинул комнату — он ударил в Шион, окутывая её коконом.
– Что... что это? – Шион пошатнулась.
Её тело тоже начало меняться. Рог на лбу засветился, а мышцы, обычно жесткие и стальные, стали мягче и округлее. Розовая дымка впитывалась в её поры, омолаживая её, стирая грубость воина и заменяя её мягкостью опекуна. Её собственная одежда начала трещать по швам — грудь и бедра Шион налились силой, готовясь к роли защитницы этого священного места.
– Шион... – голос Шуны был глубоким и мелодичным, в нем слышалось рокотание самой земли. – Подойди ближе. Госпожа Римуру здесь. Она внутри меня.
Шион упала на колени перед кроватью, её руки дрожали. Она осторожно, почти боясь дышать, коснулась огромного, обтянутого остатками ткани живота Шуны. В тот же миг она почувствовала толчок — мощный, уверенный удар изнутри. Римуру, даже в состоянии эмбриона, приветствовал свою верную защитницу.
– Она... она действительно там? – слезы покатились по щекам Шион. – Наша госпожа... она переродилась?
– Да, – Шуна откинулась на спинку кровати, тяжело дыша. Её живот мерно вздымался, занимая почти всё пространство у неё на коленях. – Мудрец сказал, что ей нужно время. Семь дней. В это время я буду её телом, а ты — нашей стеной. Никто не должен войти. Даже Бенимару. Если они увидят нас такими... если они узнают...
Шион резко встала, её аура вспыхнула фиолетовым и розовым пламенем. Она выглядела теперь иначе — моложе, женственнее, но при этом во сто крат опаснее.
– Клянусь своей жизнью и своей новой силой, – прорычала она, поправляя лопнувший на плече жилет. – Ни одна живая душа не переступит этот порог. Госпожа Римуру родится в тишине.
– Хорошо... – Шуна закрыла глаза, погружаясь в блаженное состояние единения.
Внутри неё Римуру пребывал в состоянии абсолютного блаженства. Он больше не был младенцем, страдающим от голода или мокрых подгузников. Он был частью Шуны, окутанный её любовью и силой. Его сознание, окончательно очищенное от шлаков взрослой жизни, плавало в розовом океане. Он слышал два сердца — быстрое, яростное сердце Шион снаружи и медленное, спокойное сердце Шуны вокруг себя.
– Ответ, – Мудрец продолжал мониторинг. – Состояние субъекта идеальное. Формирование женской биологической модели идет ускоренными темпами. Через семь дней Римуру-сама родится как истинная дочь этого мира.
Прошло три дня. Секретный домик превратился в неприступную крепость. Шион, чья сила после омоложения и магического всплеска возросла в разы, установила вокруг здания зону абсолютного отчуждения. Бенимару и Соуэй, пытавшиеся приблизиться, были отброшены такой волной ярости и материнской защиты, что предпочли отступить, решив, что Шион и Шуна проводят какой-то запретный ритуал по призыву господина.
Внутри домика время текло иначе. Шуна почти не вставала. Её живот стал настолько велик, что она могла только полулежать, окруженная горой подушек. Римуру внутри неё вел себя активно — он часто толкался, словно тренируя свои будущие ножки, и Шуна счастливо улыбалась, поглаживая напряженную кожу.
– Она сегодня очень подвижна, – прошептала Шуна, когда Шион вошла в комнату с подносом свежих фруктов.
Шион, чьи формы теперь едва удерживались остатками её привычного костюма, присела рядом. Она стала тише, спокойнее. Розовая энергия Римуру смягчила её буйный нрав, превратив его в преданность высшего порядка.
– Она хочет наружу, – Шион приложила ухо к животу Шуны. – Я слышу, как поет её мана. Это будет величайшее рождение в истории этого мира.
– Да... – Шуна взяла Шион за руку. – Мы станем её первыми учителями. Мы научим её всему. Она будет нашей маленькой госпожой, нашей Римуру-тян.
Внезапно домик озарился вспышкой. Это был сигнал от Мудреца.
– Внимание. Срок созревания сокращен из-за избытка внешней маны от объекта «Шион». Начало процесса родов через шестьдесят минут. Носитель Шуна, приготовьтесь к магической экструзии.
Шуна побледнела, но не от страха, а от осознания важности момента.
– Шион... помоги мне, – попросила она, хватаясь за руку подруги.
– Я здесь. Я никуда не уйду.
Процесс начался не с боли, а с невероятного давления. Магия Римуру требовала выхода. Комната наполнилась ароматом роз и озона. Живот Шуны начал светиться изнутри, становясь почти прозрачным. Сквозь кожу было видно свернувшееся калачиком маленькое розовое существо, окруженное золотистым ореолом.
– Она идет! – вскрикнула Шион, видя, как пространство вокруг Шуны начинает искажаться.
Это не были роды в человеческом смысле. Это был магический выход духа в новую плоть. Шуна вскрикнула, когда волна тепла прошла сквозь её тело, и огромный объем её живота начал стремительно уменьшаться, превращаясь в поток чистого света, который материализовался прямо у неё между рук.
Свет померк, и в наступившей тишине раздался первый, чистый и звонкий крик.
– Уа-а-а! Уа-а-а!
Шуна, тяжело дыша и чувствуя странную легкость в своем теперь уже плоском, но всё еще необычайно мягком животе, посмотрела вниз. На простынях лежала ОНА.
Это была новорожденная девочка, но она не была похожа на обычного человеческого ребенка. Её кожа сияла, как жемчуг, розовые волосы уже доходили до плеч, а огромные глаза, открывшиеся и уставившиеся на Шуну, были полны звездного света. На ней не было одежды, но её тело окутывала легкая дымка маны, похожая на прозрачную сорочку.
– Римуру-тян... – прошептала Шуна, подхватывая малютку на руки.
– Госпожа... – Шион склонила голову, её тело всё еще подрагивало от остаточной энергии.
Малышка затихла, глядя на двух женщин. В её взгляде на мгновение промелькнуло узнавание Мудреца, а затем оно сменилось чистым, детским любопытством. Она протянула крошечную ручку и коснулась щеки Шуны.
– Ма... ма... – произнесла она своим первым, неокрепшим голосом.
Шуна разрыдалась, прижимая новорожденную госпожу к груди. Шион обняла их обеих, создавая живой щит из своей плоти и магии.
– Ответ, – голос Мудреца теперь звучал не в голове Римуру, а прямо в воздухе. – Рождение завершено. Субъект: Римуру Темпест. Форма: Истинное Дитя Монстров (женский пол). Уровень ментального здоровья: 100%. Уровень милоты: Не поддается исчислению.
В этот момент барьеры домика окончательно пали. Снаружи послышались шаги — Бенимару, Соуэй, Хакуро и остальные приближенные ворвались внутрь, готовые к битве. Но они замерли на пороге, пораженные открывшейся картиной.
Они видели Шуну и Шион — помолодевших, сияющих, полуобнаженных и прекрасных. И они видели в руках Шуны маленькое розовое существо, чей магический фон был им до боли знаком, но чья форма была для них полной неожиданностью.
– Это... – Бенимару выронил меч. – Римуру-сама?
Малышка в руках Шуны повернула голову к своим генералам. Она посмотрела на них, затем на свои пухлые розовые ножки, и вдруг... весело рассмеялась, пустив пузырь из слюны.
– Тятя! – радостно возвестила она, указывая пальчиком на онемевшего Бенимару.
– Да, Бенимару, – Шуна подняла голову, и в её глазах была гордость матери бога. – Это наша госпожа. Она вернулась к нам. И теперь... теперь начинается её настоящее детство.
Шион шагнула вперед, загораживая кровать своим телом. Её новые, пышные формы едва прикрывали лохмотья одежды, но её взгляд заставил даже Хакуро отступить.
– Кто сделает хоть шаг без разрешения — умрет, – спокойно сказала она. – Госпоже нужно поспать. И нам нужно... очень много новой одежды. Розовой одежды.
Бенимару посмотрел на Соуэя. Тот лишь молча закрыл глаза, пытаясь осознать масштаб произошедшего. Их великий лидер, грозный Повелитель Демонов, превратился в крошечную девочку, которая теперь была центром мира для двух самых опасных женщин Темпеста.
– Кажется, – прошептал Хакуро, убирая трость-меч, – наши государственные дела откладываются на неопределенный срок.
Римуру-тян, не обращая внимания на суету, уютно устроилась в объятиях Шуны. Её отпуск закончился, но её новая жизнь только начиналась. Впереди были годы взросления, обучения и бесконечной заботы со стороны тех, кто теперь видел в ней не только бога, но и свою маленькую, капризную и бесконечно любимую принцессу.
Мудрец, затаившись в глубине её нового, совершенного сознания, тихо зафиксировал: «Протокол "Новое начало" активирован. Вероятность мирового господства через милоту — 100%».
А над лесом Джура взошло новое солнце, окрашивая мир в нежно-розовые тона. Темпест больше никогда не будет прежним. И Римуру Темпест, сладко засыпая на груди своей новой матери, знала — это был лучший выбор в её жизни.