← Назад к обзору

Римуру Темпест отдых через месяц

Розовый плен и великое противостояние с погремушкой

Прошло три дня с начала «Абсолютного отдыха», и Римуру начал осознавать, что его план сработал даже слишком хорошо. Время в секретном домике тянулось подобно густому сиропу. Лишённый возможности колдовать, отдавать приказы или даже просто членораздельно выражать свои мысли, он погрузился в состояние, которое Мудрец назвал «терапевтической деградацией личности».

Утро началось для него не с доклада Соуэя, а с настойчивого ощущения мокроты и холода в районе поясницы. Проклятие недержания, наложенное Мудрецом, не знало пощады. Римуру открыл глаза и уставился в потолок, чувствуя, как его пухлые щеки заливает густой румянец. К этому невозможно было привыкнуть. Каждый раз, когда его физиология брала верх над остатками разума Повелителя Демонов, он хотел провалиться сквозь землю.

– Мудрец... – мысленно позвал он, его голос в сознании звучал вяло. – Сделай с этим что-нибудь. Я чувствую себя... липким.

– Ответ. Гигиенический цикл будет запущен через три минуты. Рекомендуется сохранять спокойствие и не предпринимать попыток к самостоятельному перемещению, – бесстрастно отозвался голос в голове.

– Легко тебе говорить, – Римуру недовольно дрыгнул ножкой. – Мои ноги весят по тонне каждая. Почему ты сделал меня таким... неповоротливым? Я даже перевернуться обратно не могу.

– Пояснение. Ограничение подвижности до уровня шестимесячного младенца необходимо для полной разгрузки центральной нервной системы. Любая физическая активность взрослого типа вернёт ваше сознание в режим «правителя», что аннулирует эффект отпуска.

Римуру вздохнул, и из его маленького ротика вылетел забавный пузырь слюны. Он в ужасе зажмурился. Это было унизительно. Но в то же время... где-то глубоко внутри, там, где раньше пульсировала вечная тревога за судьбу Темпеста, теперь царила пугающая, но приятная пустота. Ему не нужно было думать о том, как прокормить тысячи монстров. Его единственной проблемой был мокрый розовый подгузник.

Вскоре магические манипуляторы, скрытые в стенах, закончили процедуру очистки. Римуру снова ощутил приятную сухость и мягкость свежей ткани. Его аккуратно переложили на игровой коврик в центре комнаты — яркое, пестрое полотно с изображениями лесных духов и цветов.

– Итак, Мудрец, какой план на сегодня? – Римуру попытался приподняться на локтях, но его руки, похожие на мягкие батоны с перетяжками-складками, подогнулись, и он уткнулся носом в изображение ромашки.

– Запрос принят. План на текущие двенадцать часов: сенсорная стимуляция, три сеанса питания, дневной сон и попытки развития базовой моторики. В качестве стимула добавлена новая переменная.

Перед носом Римуру с легким звоном опустился предмет. Это была большая, ярко-красная погремушка в форме звезды, внутри которой перекатывались блестящие бусины.

– Ты серьёзно? – Римуру уставился на игрушку своими огромными розовыми глазами. – Погремушка? Я победил лорда орков, я поглотил Вельдору, я...

– Анализ показывает, что слежение за движущимся объектом и попытка его захвата активизируют участки мозга, ответственные за концентрацию, без вызова стресса, – перебил его Мудрец. – Пожалуйста, приступайте к захвату.

Римуру фыркнул, что прозвучало как тихое «пфу». Он решил доказать этому «умнику», что его навыки воина никуда не делись. Он сосредоточился. Его цель была ясна. Красная звезда. Расстояние — тридцать сантиметров.

Он вытянул правую руку. Его пальчики, короткие и пухлые, медленно двинулись к цели. Он почти коснулся её, но в этот момент тело предательски качнулось. Из-за детского жирка центр тяжести был смещен, и Римуру, потеряв равновесие, завалился на бок.

– Уа... – вырвалось у него.

– Попытка номер один: неудача. Рекомендуется использовать обе верхние конечности для стабилизации корпуса.

– Замолчи! – Римуру разозлился. Смущение от собственной беспомощности начало перерастать в азарт.

Он снова перевернулся на живот. Это стоило ему огромных усилий. Его розовое лицо покраснело от напряжения, а подгузник смешно топорщился при каждом движении бедер. Он тяжело дышал, уткнувшись лбом в ковер, но не сдавался.

На этот раз он действовал медленнее. Он подтянул коленки под живот, пытаясь встать на четвереньки. Но проклятие ограничения сил работало безупречно — его мышцы были словно из желе. Ноги разъехались в стороны, и он снова плюхнулся на пузо, издав негромкий «шмяк».

– Хнык... – Римуру почувствовал, как к горлу подступают слезы. Это были не его слезы — это была реакция тела на неудачу. – Мудрец, это нечестно. Ты ограничил меня слишком сильно. Я чувствую себя... запертым.

– Отрицательно. Вы свободны от ответственности. Это и есть истинная свобода, Римуру-сама. Продолжайте попытки.

Спустя полчаса борьбы Римуру наконец удалось схватить погремушку. Он сжал её обеими руками и с триумфом затряс. Звон бусин показался ему самой прекрасной музыкой на свете. Он смеялся — звонким, чистым детским смехом, от которого у него самого заложило уши.

– Я сделал это! Видал?! – его мысли ликовали.

– Подтверждаю. Уровень дофамина повышен. Рекомендуется закрепить успех путем помещения объекта в ротовую полость для тактильного изучения.

– Ну уж нет! – Римуру хотел было отбросить игрушку, но его инстинкты продиктовали обратное.

Прежде чем он успел осознать, что делает, край красной звезды уже оказался у него во рту. Пластик был прохладным и гладким. Римуру замер, его глаза округлились от осознания того, чем он занимается.

– О боже... я грызу погремушку. Я официально сошел с ума, – подумал он, но при этом продолжал покусывать игрушку деснами. Это почему-то невероятно успокаивало.

В этот момент в глубине дома раздался тихий звук магического колокольчика. Это означало, что кто-то подошел к внешнему периметру барьера. Римуру мгновенно замер. Его сердце забилось чаще. Неужели его нашли?

– Мудрец, кто это? Соуэй? Шуна? – В его разуме промелькнули картины того, как его подчиненные находят своего господина в таком виде. Это был бы конец его репутации. Навсегда.

– Анализ магического следа... – Мудрец взял паузу на долю секунды. – Это лесной дух низшего уровня. Он привлечен аномальным выбросом «милой» энергии из данного помещения. Угрозы безопасности нет.

Римуру облегченно выдохнул, выпустив погремушку изо рта. Она со стуком упала на ковер.

– «Милой энергии»? Ты издеваешься надо мной?

– Это объективный термин. Ваша текущая форма генерирует пассивное поле дружелюбия, которое воспринимается монстрами как отсутствие угрозы и призыв к заботе.

– Потрясающе. Я превратился в ходячую приманку для лесных духов, – проворчал Римуру, чувствуя, как его снова одолевает сонливость.

Работа в кабинете, длившаяся целый месяц в режиме перегрузки, оставила глубокие шрамы на его ментальном здоровье. Теперь, когда ограничения Мудреца сняли с него необходимость контролировать всё и вся, накопленная усталость выходила наружу через бесконечный сон.

Его веки начали слипаться. Он лежал на боку, подтянув коленки к животу. Розовые волосы щекотали ему щеку.

– Мудрец... расскажи мне что-нибудь... – пробормотал он, уже почти провалившись в дрему. – Только не про налоги. И не про Геруда.

– Принято. Начинаю воспроизведение аудиосказки «О приключениях маленькой слизи в бесконечном лесу». Жил-был крошечный комочек...

Голос Мудреца стал мягким, ритмичным. Римуру слушал, и ему казалось, что он действительно плывет по теплому морю. В этом мире не было Повелителей Демонов, не было войн, не было ответственности. Был только мягкий ковер, запах присыпки и обещание того, что завтра его снова покормят из бутылочки.

Он проснулся через несколько часов от знакомого чувства — проклятие голода снова вступило в свои права. Но на этот раз оно сопровождалось чем-то еще. Странным чувством одиночества.

В большом мире Римуру всегда был окружен людьми. Шуна, Шион, Бенимару — они всегда были рядом, готовые помочь или просто поговорить. Здесь же, в своей золотой клетке, он был совсем один. Его единственным собеседником был холодный голос Мудреца.

– Эй, Мудрец... – позвал он, после того как опустошил очередную порцию смеси. – А почему ты не сделал так, чтобы со мной кто-то был? Ну, какой-нибудь магический голем-нянька?

– Пояснение. Вашим изначальным требованием была «полная изоляция». Присутствие любого разумного существа создало бы риск раскрытия вашей тайны и помешало бы процессу деградации личности.

– Да, но... – Римуру неуклюже пошевелил пальчиками ног. – Мне скучно. И немного страшно.

– Исследование страха у младенцев: страх одиночества является базовым механизмом выживания. Для нейтрализации данного эффекта предлагается активация режима «Тепло матери».

– Что это еще за режим? – Римуру не успел договорить, как почувствовал, что магические поля вокруг него изменились.

Температура в комнате немного поднялась, воздух стал пахнуть сушеной лавандой и парным молоком. К нему придвинулась большая, невероятно мягкая подушка, которая начала издавать мерный, глухой звук, напоминающий биение сердца.

– Это... – Римуру невольно прижался к этой подушке. Она была такой нежной, что его кожа, ставшая гиперчувствительной, буквально запела от удовольствия.

Он уткнулся лицом в мягкую ткань. Звук сердца успокаивал его, убаюкивал, заставляя забыть о том, что всё это — лишь имитация. В этот момент он действительно почувствовал себя защищенным.

– Спасибо, Мудрец, – прошептал он.

– Всегда пожалуйста, Римуру-сама. Ваше благополучие — мой приоритет.

Шли дни. Римуру постепенно привыкал к своему новому ритму. Он научился не только переворачиваться, но и немного ползать — правда, его «ползание» больше напоминало неуклюжие прыжки лягушки, при которых его розовый подгузник забавно шуршал по полу. Каждое достижение воспринималось им как великая победа.

Он начал замечать детали, на которые раньше не обращал внимания. Например, как солнечный свет преломляется в стеклянных флаконах на полках. Или как пылинки танцуют в воздухе. Его детский мозг впитывал информацию жадно, но без напряжения.

Однако на седьмой день произошло нечто непредвиденное.

Римуру, как обычно, пытался освоить пространство под столом, когда Мудрец внезапно прервал сказку.

– Внимание. Внешний периметр нарушен. Обнаружен объект с высоким уровнем магической энергии.

Римуру замер, его сердце ушло в пятки (которые были скрыты маленькими розовыми носочками).

– Кто это? Не говори мне, что это Милим!

– Отрицательно. Магическая подпись идентифицирована. Это Шуна. Она использует поисковое заклинание высшего порядка «Слеза Изначальной», настроенное на вашу уникальную эссенцию.

– Но как?! Ты же сказал, что барьеры идеальны!

– Пояснение. Ваше текущее состояние «милой энергии» создало резонанс с её собственной магией заботы. Она не видит дом, но она чувствует, что здесь находится нечто, нуждающееся в защите.

Римуру охватила паника. Он попытался встать, забыв о своих ограничениях.

– Мудрец, верни всё назад! Быстро! Трансформируй меня обратно!

– Отказано. Протокол «Абсолютный отдых» заблокирован до истечения четырнадцатидневного срока. Досрочная отмена невозможна даже при прямой угрозе раскрытия.

– Ты издеваешься?! Она сейчас войдет и увидит меня в памперсе! Я этого не переживу!

– Вероятность проникновения через барьер — 65%. Рекомендуется принять меры по маскировке.

Римуру в отчаянии огляделся. Он был маленьким розовым карапузом в комнате, полной детских вещей. Скрыть это было невозможно.

– Уа-а-а-а! – Он снова заплакал, на этот раз от настоящего, взрослого ужаса.

Снаружи послышался мягкий голос Шуны.

– Римуру-сама? Я знаю, что вы где-то здесь. Пожалуйста, не прячьтесь. Мы все очень волнуемся...

Её шаги приближались к невидимой двери. Барьер начал мерцать, откликаясь на её магию. Шуна была мастером барьеров, и её интуиция вела её прямо к цели.

Римуру забился под стол, пытаясь спрятаться за той самой ножкой, которую он изучал в первый день. Он сжался в комок, прижимая к себе красную погремушку, словно она могла защитить его от позора.

– Мудрец, делай что-нибудь! Наложи на неё иллюзию! Усыпи её! Что угодно!

– Выполнение запроса... Наложение иллюзорного тумана. Вероятность успеха — низкая из-за высокого сопротивления объекта «Шуна».

Дверь домика скрипнула. Римуру затаил дыхание. В комнату вошел свет. Он видел только подол её длинного платья и изящные туфельки. Шуна медленно шла по комнате, оглядываясь.

– Странно... – прошептала она. – Магия указывает на это место, но здесь никого нет. Только... игрушки?

Она подошла к коврику, на котором еще недавно лежал Римуру. Подняла брошенную бутылочку.

– Откуда здесь это? И этот запах... – Она нахмурилась. – Лаванда и... детская присыпка?

Римуру сидел под столом, боясь даже вздохнуть. Его подгузник предательски шуршал при каждом его движении, и он молился всем богам, чтобы она этого не услышала.

Шуна подошла к столу. Она наклонилась, и её розовые волосы (почти такого же оттенка, как у нынешнего Римуру) качнулись.

– Римуру-сама? – Она заглянула под стол.

Их глаза встретились.

Мир замер. Римуру смотрел на неё, не в силах пошевелиться. Он выглядел как самое милое существо во вселенной: пухлый розововолосый младенец в подгузнике, прижимающий к груди погремушку и смотрящий на неё глазами, полными слез и ужаса.

Шуна замерла. Её лицо выражало целую гамму эмоций: от шока и непонимания до внезапного, ослепляющего восторга.

– О... мой... бог... – выдохнула она, прижимая руки к щекам.

– Абу... – тихо пискнул Римуру, понимая, что его репутация только что официально прекратила свое существование.

– Это... это самое милое, что я видела в своей жизни! – Шуна буквально засветилась изнутри. Она не спрашивала, как это произошло. Она не требовала объяснений. Её инстинкты заботы, которые и так были развиты до предела, просто взорвались.

Она протянула руки и легким движением вытащила Римуру из-под стола.

– Эй! Положи меня на место! – хотел закричать он, но вместо этого издал серию возмущенных, но слабых звуков.

– Маленький мой... – Шуна прижала его к себе, и Римуру утонул в её объятиях. Она пахла весной и домом. – Так вот какой ваш «отдых». Почему же вы не сказали мне? Я бы так хотела о вас позаботиться!

– Ответ. Уровень секретности нарушен. Протокол «Изоляция» аннулирован. Переход к протоколу «Коллективная забота», – сообщил Мудрец.

Римуру мысленно застонал. Он понял, что следующие семь дней отпуска будут совсем не такими, как он планировал. Но, чувствуя, как Шуна нежно укачивает его и целует в лоб, он вдруг понял, что... возможно, это именно то, чего ему не хватало.

– Ну что, Римуру-сама, – прошептала Шуна, поправляя его розовый подгузник. – Кажется, нам нужно сменить одежду. У меня как раз есть пара идей для костюмчиков...

Римуру закрыл лицо ручками. Позор был велик, но тепло рук Шуны было сильнее любого проклятия.

– Ладно, Мудрец... – подумал он. – Похоже, «Абсолютный отдых» только начинается.

Где-то в лесу Бенимару почувствовал странную дрожь в воздухе. Он не знал, что произошло, но был уверен в одном: когда их господин вернется, он будет выглядеть очень... отдохнувшим. Или очень смущенным. Или и то, и другое сразу.