← Назад к обзору

Родственная душа

Узы тени и колыбель пламени

– Юки, если ты сейчас же не откроешь глаза, я призову Игриса, чтобы он донес тебя до машины на руках, – голос Джин Ву звучал обманчиво спокойно, но в нем слышались те самые стальные нотки, которые обычно предвещали зачистку врат S-ранга.

Юки, завернутый в одеяло, как в кокон, лишь глухо промычал что-то нечленораздельное. Прошло три года с тех пор, как его жизнь превратилась в бесконечный марафон между рейдами и попытками выстроить отношения с самым могущественным существом на планете. За это время он привык ко многому: к ночным визитам теней, к тому, что его завтрак иногда готовит верховный рыцарь в доспехах, и даже к тому, что его Шаринган теперь светился мягким фиолетовым светом в моменты особой близости с мужем.

Но он никак не мог привыкнуть к тому, что Сон Джин Ву, Теневой Монарх, гроза монстров и национальное достояние Кореи, обладал абсолютно невыносимым упрямством, когда дело касалось семейных традиций.

– Мы женаты уже два года, Джин Ву, – пробормотал Юки, наконец высунув нос из-под подушки. – Зачем нам снова ехать в это здание? Я хочу спать. Вчерашний демонический замок выжал из меня все соки.

Джин Ву, одетый в идеально сидящий черный костюм, подошел к кровати и одним резким движением откинул одеяло.

– Потому что сегодня годовщина нашего официального союза, и я обещал твоей сестре и моей матери, что мы сделаем нормальные фотографии. В прошлый раз, напомню, ты был в полубессознательном состоянии, потому что я перекинул тебя через плечо и унес в загс сразу после того, как мы закрыли разлом в Чеджу.

Юки покраснел, вспоминая тот день. Ему тогда было двадцать два, он был измотан, покрыт кровью монстров и пылью, а Джин Ву просто решил, что «пора». Окумура — теперь уже Сон Юки — тогда даже не понял, как оказался перед регистратором, а единственным его желанием было не уснуть прямо на плече у своего Монарха.

– Ты просто маньяк контроля, – проворчал Юки, садясь на кровати.

– Я Монарх, – напомнил Джин Ву с легкой, едва заметной полуулыбкой. – Это входит в описание профессии.

***

Прошло еще несколько часов, и обстановка в их просторном доме в элитном районе Сеула сменилась на более уютную. Официальная часть была завершена, фотографии сделаны, а Юки, наконец, позволили сбросить неудобный пиджак и облачиться в любимую безразмерную кофту и джинсы.

Сейчас он сидел на широком диване в гостиной, чувствуя, как по телу разливается приятная усталость. Но отдохнуть ему не давали.

– Тя! Тя-тя! – раздался звонкий детский голос, и маленькие ладошки с размаху шлепнули Юки по щекам.

– Ох, Кай... ну пощади папу, – рассмеялся Юки, перехватывая ручонки своего двухлетнего сына.

Сон Кай Учиха был живым воплощением их невозможного союза. Мальчик был почти точной копией Юки: такие же растрепанные черные волосы, которые никак не желали укладываться, и ярко-голубые глаза, в которых иногда, когда он слишком сильно радовался, проскакивали искорки фиолетового пламени.

Сегодня Кай был одет в подарок от Ча Хэ Ин — мягкий плюшевый костюмчик дракончика темно-синего цвета с маленькими матерчатыми крылышками на спине.

– Дракончик проголодался? – спросил Юки, поднимая сына выше и любуясь тем, как малыш весело сучит ножками.

Кай в ответ лишь радостно заагукал и снова попытался дотянуться до лица отца. В свои два года он уже проявлял пугающие способности: тени в доме слушались его беспрекословно, а игрушки иногда начинали левитировать, когда он капризничал. Джин Ву утверждал, что это наследие Монарха, но Юки видел в этом и влияние чакры Учиха — энергия мальчика была плотной, горячей и невероятно яркой.

Джин Ву вошел в гостиную, неся две чашки кофе. Он остановился в дверном проеме, наблюдая за этой картиной. Его взгляд, обычно холодный и расчетливый, в эти моменты становился настолько теплым, что Юки казалось, будто он может растопить ледники.

– Он снова пытается выбить из тебя дурь? – спросил Джин Ву, ставя кофе на столик и присаживаясь рядом.

– Он пытается проверить, насколько прочна моя кожа, – улыбнулся Юки, передавая сына мужу. – Весь в тебя. Такой же настырный.

Джин Ву легко подхватил Кая, и тот мгновенно успокоился, прижавшись к широкой груди отца. Малыш обожал Джин Ву — в его присутствии он чувствовал себя в абсолютной безопасности, ведь даже тени вокруг замирали в почтении, когда Монарх брал сына на руки.

– Кай сегодня видел Беллариона, – заметил Джин Ву, поглаживая сына по голове. – Тень пожаловалась, что маленький господин пытался оторвать ему накидку, чтобы сделать из нее палатку.

Юки прыснул со смеху, представляя эту картину. Грозный верховный рыцарь теней, перед которым трепетали армии монстров, покорно стоит, пока двухлетний карапуз в костюме дракона разбирает его доспехи на запчасти.

– Белларион его обожает, – Юки откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. – Как и Игрис. По-моему, они соревнуются за право быть его нянькой, когда мы уходим в рейды.

– Это логично, – Джин Ву притянул Юки к себе, обнимая одной рукой его, а другой прижимая сына. – Он несет в себе нашу общую силу. Для них он — продолжение меня и часть тебя.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем часов и спокойным дыханием Кая, который начал засыпать под размеренный ритм сердца отца.

Юки чувствовал себя странно. Три года назад он был парнем, который просто хотел выжить в мире, где люди гибнут в подземельях. Он боялся Системы, боялся Джин Ву и своего наследия. А теперь... теперь у него была семья. Настоящая, крепкая, защищенная мощью, которую не мог сокрушить никто в этой реальности.

– Знаешь, – тихо произнес Юки, не открывая глаз. – Я иногда думаю о том грузовике. Если бы не он, я бы никогда не встретил тебя. Не узнал бы, что такое быть «родственной душой».

Джин Ву коснулся губами его виска.

– Система знала, что делала. Она создала игрока номер два не ради баланса сил, а ради того, чтобы у Монарха был повод оставаться человеком.

Юки улыбнулся, чувствуя, как внутри него разливается тепло. Его татуировки на руке, скрытые под длинным рукавом кофты, едва заметно пульсировали в такт мане Джин Ву. Синхронизация, которая когда-то пугала его, теперь стала чем-то естественным, как дыхание.

– Папа... – сонно пробормотал Кай, путаясь в плюшевых крыльях своего костюма.

– Я здесь, малыш, – одновременно ответили оба отца.

Юки открыл глаза и посмотрел на свою семью. Джин Ву — величайший охотник в истории, человек, ставший богом, и их маленький «дракончик», который в будущем наверняка перевернет этот мир с ног на голову.

– Мы ведь не пойдем завтра в рейды? – с надеждой спросил Юки. – Давай просто проведем день дома. Только мы втроем. Без Ассоциации, без звонков от Го Гун Хи и без спасения мира.

Джин Ву посмотрел на спящего сына, затем на Юки, чьи голубые глаза светились искренней любовью.

– Хорошо, – согласился Монарх. – Завтра мир подождет. Мои тени перекроют периметр, и никто нас не побеспокоит.

– Даже если откроются врата S-ранга прямо в нашей столовой? – подколол его Юки.

– Даже тогда, – серьезно ответил Джин Ву. – Я просто отправлю туда Берру, чтобы он всё зачистил до того, как Кай проснется.

Юки рассмеялся и прижался к плечу мужа. В этом безумном мире, полном опасностей и магических аномалий, он наконец-то нашел свое место. И это место было не на поле боя, не в свете софитов, а здесь — на этом диване, рядом с человеком, который стал его тенью, и сыном, который стал его пламенем.

– Я люблю тебя, Джин Ву, – прошептал Юки, засыпая.

– Я знаю, – ответил Монарх, и в его голосе было столько силы, что все монстры в подземельях мира одновременно содрогнулись от безотчетного страха. – И я всегда буду рядом, чтобы защитить это пламя.

Тени в углах комнаты мягко качнулись, укрывая спящую семью невидимым покрывалом. Игрок номер один и Игрок номер два наконец-то прошли свой главный квест — квест на право быть счастливыми. И награда за него была бесценной.