Рождение латексной принцессы
Глянцевый рассвет новой эры
– Посмотри на это, Адриан. Разве это не само совершенство? – Латексная Королева стояла у панорамного окна командного центра, скрестив руки на груди.
Её пальцы в длинных перчатках едва заметно постукивали по предплечьям, издавая тихий, сухой скрип. За окном расстилался Париж, который теперь больше напоминал гигантскую инсталляцию из черного зеркала. Улицы, здания и даже деревья в саду Тюильри были покрыты слоем полимера, который не пропускал ни капли хаоса старого мира.
– Это именно то, о чем мы мечтали, моя госпожа, – Темный Адриан стоял на шаг позади, его маска из матового латекса скрывала все эмоции, кроме абсолютной преданности. – Никаких больше акум, никаких разрушений. Только порядок под вашим началом.
Королева обернулась. Её розовые глаза светились в полумраке зала, словно два раскаленных угля. Она подошла к Адриану и коснулась его плеча.
– Нашим началом, Адриан. Ты доказал свою верность, когда отказался от своего кольца и принял мою волю. Теперь, когда Маринетт перерождена, мы — истинная триада власти. Но наша маленькая принцесса требует большего, чем просто стены этого бункера.
Она направилась к лифту, который вел в святая святых — покои наследницы. Адриан последовал за ней, его тяжелые сапоги гулко бухали по металлическому полу.
В детской было необычайно тихо. Маленькая Латексная Принцесса, бывшая когда-то героиней Парижа, теперь лежала в своей колыбели, окруженная датчиками и трубками, которые подавали ей всё необходимое для роста. Её кожа, черная и блестящая, казалась частью самой колыбели.
– Она растет слишком медленно, – Королева нахмурилась, глядя на показатели мониторов. – Нам нужно ускорить процесс. Она должна стать полноценной правительницей до того, как остатки сопротивления окончательно вымрут. Я хочу, чтобы они увидели свою бывшую спасительницу в её истинном величии.
– Вы хотите снова использовать саркофаг? – осторожно спросил Адриан. – Но она еще слишком мала. Манипуляторы могут повредить её новую структуру.
– Она крепче, чем кажется, – отрезала Королева. – В её жилах течет концентрат моей магии и технологическое совершенство этого бункера. Она — не человек. Она — идея, облеченная в латекс.
Королева подошла к колыбели и осторожно взяла младенца на руки. Малышка открыла глаза, и комнату залил мягкий розовый свет. Она не плакала. В этом новом мире слезы были атавизмом, от которого Королева избавила свою дочь.
– Пойдем, маленькая, – прошептала она. – Пора показать тебе твое королевство.
Они поднялись на самый верхний уровень бункера, который выходил на открытую платформу Эйфелевой башни. Ветер свистел между железными балками, которые теперь были обернуты в плотный черный полимер. Королева вышла на край платформы, прижимая к себе младенца.
– Смотри, Маринетт. Все эти люди внизу — они твои. Они больше не знают боли, потому что они больше не знают чувств. Ты станешь их богиней.
Внизу, на площади Трокадеро, копошились крошечные фигурки. Это были «рабочие» — люди, подвергшиеся частичной латексизации, сохранившие лишь базовые моторные функции для обслуживания систем города. Они синхронно подняли головы вверх, почувствовав присутствие своей госпожи.
– Адриан, подготовь церемонию инициации, – скомандовала Королева, не оборачиваясь. – Мы введем ей сыворотку «Черного Гвоздя». Это закрепит её физическую форму и даст ей возможность управлять латексными массами на расстоянии.
– Но это необратимо, – Адриан сделал шаг вперед, его голос дрогнул. – Она навсегда потеряет возможность даже теоретически вернуться в человеческий облик.
Королева резко развернулась. Её лицо исказилось в гримасе ярости.
– Ты всё еще думаешь о человеческом облике? После всего, что мы построили? Ты думаешь, ей будет лучше в том хрупком, смертном теле, которое постоянно подводило её? Она была слабой! Она плакала из-за пустяков, она боялась признаться в любви, она несла на себе груз, который ей был не по силам!
Она подошла к Адриану вплотную, и её розовые глаза заставили его отступить.
– Здесь она — совершенство. Здесь она вечна. Если ты еще раз заговоришь о возврате назад, я лично переработаю твой костюм вместе с твоей плотью в коврик для этого зала. Ты меня понял?
– Да, моя королева, – Адриан склонил голову, его плечи поникли. – Простите мою минутную слабость.
– Иди. Готовь лабораторию.
Когда Адриан ушел, Королева снова посмотрела на младенца. Маленькая принцесса внимательно наблюдала за матерью, и в её розовых зрачках отражался весь этот темный, блестящий мир.
– Он не понимает, – тихо сказала Королева, гладя ребенка по голове. – Он всё еще привязан к старым теням. Но ты... ты — чистое сияние.
Через час всё было готово. В центре лаборатории стоял обновленный саркофаг, его внутренности светились фиолетовым и розовым. Это был не просто медицинский прибор, это был алтарь новой религии.
Королева бережно уложила младенца внутрь. Манипуляторы, похожие на тонкие паучьи лапки, начали осторожно обследовать тельце принцессы.
– Начинай подачу сыворотки, – приказала Королева Адриану, который стоял за пультом управления.
В трубки хлынула густая, иссиня-черная жидкость. Она начала медленно впитываться в поры латексной кожи младенца. Малышка дернулась, её маленькие пальчики сжались, а розовый свет в глазах начал пульсировать с бешеной частотой.
– Уровень стресса растет, – доложил Адриан, его голос был сухим и механическим. – Температура поверхности тела повышается. Процесс усвоения — сорок процентов.
– Продолжай, – Королева не отрывала взгляда от дочери. – Она должна пройти через это.
Внезапно в лаборатории замигал красный свет. Раздался резкий сигнал тревоги.
– Что это? – выкрикнула Королева.
– Внешний периметр прорван! – Адриан быстро переключал экраны. – Это сопротивление! Они используют звуковые пушки, которые дестабилизируют молекулярную решетку латекса! Они движутся к главному генератору!
– Жалкие насекомые! – Королева ударила кулаком по столу. – Они выбрали худшее время для своего самоубийства. Адриан, оставайся здесь. Заверши процесс любой ценой. Если с ней что-то случится, ты сам ляжешь в этот саркофаг на переработку.
– А вы? – спросил он.
– А я пойду и напомню им, почему этот город больше не принадлежит людям.
Королева вылетела из лаборатории, её длинный шлейф из тяжелого винила развевался за ней, словно крылья гигантской летучей мыши. Она неслась по коридорам, и каждый её шаг сопровождался выбросом темной энергии, которая укрепляла стены бункера.
На нижних уровнях царил хаос. Группа повстанцев, возглавляемая кем-то в старой форме пожарного, пробивалась сквозь ряды дроидов-охранников. В их руках были странные устройства, испускающие высокочастотный гул. Там, где проходил этот звук, латекс на стенах начинал пузыриться и стекать грязными лужами.
– Довольно! – голос Королевы прогремел над залом, заглушая шум боя.
Повстанцы замерли. Их лидер поднял свою звуковую пушку, но Королева была быстрее. Она вскинула руку, и из пола вырвались десятки острых шипов из мгновенно затвердевшего полимера. Они прошили оружие насквозь, превратив его в бесполезный кусок металла.
– Вы всё еще надеетесь на спасение? – Королева медленно спускалась по лестнице, и её присутствие казалось физически осязаемым давлением. – Посмотрите на себя. Грязные, слабые, смертные. Вы боретесь за мир, которого больше нет.
– Мы боремся за свободу! – крикнул один из парней, пытаясь достать нож. – Ты превратила наших друзей в кукол! Ты забрала Леди Баг!
Королева рассмеялась, и этот звук заставил повстанцев содрогнуться.
– Леди Баг? О, вы опоздали. Ваша героиня теперь — самое прекрасное существо в этом бункере. Она больше не принадлежит вам. Она принадлежит вечности. И скоро вы сами станете частью этой вечности.
Она сделала резкое движение руками, словно разрывая невидимую преграду. Из стен хлынули потоки жидкого латекса, которые, словно живые змеи, бросились на людей. Крики ужаса наполнили помещение, но они быстро стихли, сменившись чавкающим звуком обволакивающей массы.
Через несколько минут в зале не осталось ни одного человека. Только новые черные коконы, которые медленно пульсировали, впитывая жизни тех, кто осмелился бросить вызов.
Королева тяжело дышала. Использование такой мощи требовало концентрации, но она чувствовала триумф. Она подошла к одному из коконов и коснулась его рукой.
– Вы станете отличным дополнением к моей коллекции, – прошептала она.
В этот момент её коммуникатор ожил. Голос Адриана был полон странного волнения.
– Моя госпожа... процесс завершен. Вам нужно это увидеть.
Королева мгновенно забыла о поверженных врагах и бросилась назад в лабораторию. Когда она вбежала внутрь, саркофаг уже был открыт.
Над ним стоял Адриан, и его руки дрожали. Королева подошла ближе и замерла.
В саркофаге больше не было младенца. Там лежала маленькая девочка лет пяти на вид. Её рост ускорился в десятки раз под воздействием сыворотки. Но самое поразительное было не это.
Её кожа теперь имела не просто черный блеск, она переливалась всеми оттенками розового и фиолетового, словно внутри неё текло жидкое пламя. На её голове уже начали расти волосы — тонкие нити из гибкого черного полимера, которые укладывались в идеальную прическу.
Девочка открыла глаза. Они больше не просто светились — они излучали