← Назад к обзору

Рождество

Глава 6: Алтарь Вечного Пламени: Последнее Откровение

Утро после рождественского крещения застало спальню Блум в торжественном и звенящем безмолвии. Свет, пробивающийся сквозь морозные узоры на окнах, казался густым, как мед, и ложился на смятые простыни, пропитанные ароматами секса, магии и мускуса. Блум лежала на спине, чувствуя, как внутри неё утихает гул первобытной силы, оставляя после себя лишь кристальную ясность и бесконечную нежность к существам, что спали, прижавшись к ней.

Айси, Дарси и Сторми выглядели иначе. В их облике больше не было той колючей, ядовитой злобы, что годами отравляла их красоту. Теперь, когда магия Огня Дракона буквально текла в их жилах, смешавшись с их собственной темной энергией, они казались неземными созданиями. Их кожа едва заметно мерцала, а на шеях и ключицах всё еще пламенели метки — следы зубов и пальцев Блум, которые теперь стали их самыми дорогими украшениями.

– Просыпайтесь, мои верные, – Блум коснулась щеки Айси, чувствуя, как та инстинктивно ластится к её ладони даже во сне. – Наше первое утро в новом мире уже наступило.

Айси открыла глаза. В её ледяном взгляде больше не было холода — там плескалось обожание, чистое и глубокое, как бездна. Она приподнялась на локтях, позволяя одеялу соскользнуть, обнажая грудь, всё еще сохранившую следы вчерашнего безумства.

– Я чувствовала тебя всю ночь, – прошептала ледяная ведьма, её голос был хриплым и низким. – Твое семя внутри меня... оно греет сильнее, чем любое солнце. Я чувствую, как оно меняет мой лед, делая его частью твоего костра.

Дарси и Сторми тоже зашевелились. Дарси потянулась, изгибая спину, и на её лице промелькнула тень блаженной боли — воспоминание о том, как Блум покоряла её на мраморном столе, всё еще отдавалось сладкой пульсацией во всем теле.

– Мы теперь никогда не будем прежними, правда? – Дарси посмотрела на свои руки, по которым пробегали золотистые искры. – Ты не просто взяла наши тела, Блум. Ты переписала наши души.

– Именно так, – Блум села, её вертикальные зрачки на мгновение расширились, фиксируя каждое движение её «подарков». – Вы думали, что это была просто ночь страсти? Нет. Это был обряд инициации. Вы больше не ведьмы Облачной Башни. Вы — Жрицы Дракона. Мои тени. Мои любовницы. Мое всё.

Сторми, не выдержав, бросилась к Блум, обхватывая её за шею и осыпая поцелуями её плечи.

– Я хочу еще... – шептала она, её магия шторма теперь звучала как ласковый прибой. – Я хочу, чтобы ты снова и снова наполняла нас своей силой. Я хочу захлебываться тобой, Блум.

Блум рассмеялась, и этот смех был полон торжества. Она схватила Сторми за подбородок, заставляя её смотреть прямо в глаза.

– Всему свое время, маленькая буря. Сегодня особенный день. Мы выйдем к Винкс и моим родителям не как хозяйка и её пленницы, а как единое целое. Но прежде...

Блум щелкнула пальцами, и в центре комнаты материализовались три новых наряда. На этот раз это были не платья, а нечто среднее между доспехами и изысканным бельем из черной чешуи дракона, украшенное золотыми нитями. Одежда едва прикрывала самые сокровенные места, оставляя метки Блум на виду у всех.

– Наденьте это, – скомандовала она. – Пусть каждый в этом замке знает, кому вы принадлежите.

Ведьмы облачались друг перед другом, помогая затягивать ремни и застегивать пряжки. В их движениях не было стыда — только гордость. Они смотрели друг на друга и видели не соперниц, а сестер по крови и семени Дракона.

Когда они были готовы, Блум сама накинула на плечи королевскую мантию, оставив под ней лишь легкое шелковое платье, которое подчеркивало её новую, более мощную и зрелую фигуру. Она открыла двери спальни, и Трикс последовали за ней, выстроившись клином, как почетный караул.

Коридоры замка Домино были полны слуг и стражи. При виде этой процессии люди замирали, роняя подносы и склоняясь в глубоком поклоне. Аура, исходившая от четверых женщин, была настолько подавляющей, что воздух казался наэлектризованным.

Они вошли в тронный зал, где уже собрались все Винкс, специалисты и королевская чета. Сегодня здесь не было праздничного стола — это был день официальных заявлений. Скай стоял в стороне, его лицо было серым от бессонной ночи, а глаза полны невыразимой печали.

Блум прошла к центру зала и остановилась перед троном своего отца. Орител смотрел на дочь с опаской и гордостью одновременно.

– Отец, мама, друзья, – голос Блум разнесся под сводами зала, усиленный магией. – Вы все видели, что произошло вчера. Многие из вас осуждают мой выбор. Многие боятся. Но я здесь, чтобы сказать: я приняла свою истинную природу. Дракон не ищет одобрения. Он берет то, что хочет, и защищает то, что любит.

Она протянула руки в стороны, и Трикс синхронно шагнули к ней, опускаясь на одно колено.

– Эти три женщины — отныне часть меня. Моя жизнь, моя магия и моя плоть связаны с ними навеки. Любой вызов, брошенный им, будет считаться вызовом мне лично. И кара будет мгновенной.

Стелла сделала шаг вперед, её лицо было непривычно серьезным.

– Блум... мы видим, что ты изменилась. Но ты уверена, что они не... не предадут тебя, как только ты отвернешься?

Блум посмотрела на Айси. Ледяная ведьма подняла голову, её взгляд встретился со взглядом Стеллы.

– Мы предадим её только тогда, когда наше сердце перестанет биться, – твердо произнесла Айси. – И даже тогда наши души будут служить ей в мире теней. Мы познали её огонь изнутри. Мы несем его в своих телах. Как мы можем предать то, что стало нашей сутью?

Королева Марион медленно сошла с возвышения. Она подошла к Трикс и внимательно всмотрелась в их лица. Она видела ту самую «метку наполненности», которую могла распознать только женщина, знающая тайны древней магии. Она видела, как светятся их глаза, и понимала, что Блум сделала нечто гораздо более глубокое, чем простое подчинение.

– Это союз, скрепленный кровью и семенем Дракона, – тихо сказала Марион, обращаясь к мужу и гостям. – Это древний закон обладания. Блум не просто помиловала их. Она поглотила их, сделав их частью своей экосистемы. Это... это священно, Орител.

Король вздохнул, опуская меч.

– Если королева признает этот союз, то и я не вправе противиться. Блум, Домино принимает твоих избранниц. Но помни об ответственности.

Блум кивнула, а затем повернулась к Скаю. Принц смотрел на неё, и в его взгляде была последняя надежда.

– Блум... неужели нашему прошлому нет места в твоем будущем? – спросил он, и его голос дрогнул.

Блум подошла к нему вплотную. Она видела в его глазах того мальчика, которого когда-то любила, но теперь он казался ей бесконечно далеким и маленьким.

– Скай... ты был прекрасным сном. Но я проснулась. Дракону не нужен принц. Дракону нужны те, кто готов сгореть в его пламени и возродиться вместе с ним. Ты не сможешь дать мне того, что дают они. Ты не сможешь принять меня всю — с моими когтями, моей похотью и моим гневом.

Она нежно коснулась его щеки, и Скай вздрогнул от жара её ладони.

– Уходи, Скай. Найди ту, которая будет светить тебе мягким светом луны. Мой свет — это пожар.

Скай молча поклонился и, не говоря ни слова, вышел из зала. За ним последовали некоторые специалисты, не в силах выносить это зрелище. Винкс же остались. Флора подошла к Блум и обняла её, нежно коснувшись плеча.

– Мы всегда будем твоими друзьями, Блум. Даже если твой путь теперь лежит через темные пещеры страсти.

– Спасибо, Флора, – Блум улыбнулась.

Она обернулась к Трикс и жестом приказала им подняться.

– А теперь... у нас есть незаконченные дела. Мой подарок требует дальнейшего изучения.

Она повела их обратно в свои покои, и на этот раз никто не посмел им помешать. Когда двери спальни захлопнулись, Блум сорвала с себя мантию. Её тело снова начало вибрировать, золотая чешуя проступила ярче, а между бедер пробудилась та самая мощная, пылающая плоть.

– Вы слышали мою мать? – Блум схватила Айси и Дарси за шеи, притягивая их к себе. – Она назвала это союзом, скрепленным семенем. И я не намерена останавливаться, пока вы не будете пропитаны им до самых костей.

Она бросила их на кровать, которая всё еще хранила запахи прошлой ночи. Сторми уже была там, она сорвала с себя чешуйчатый доспех и извивалась, лаская себя и глядя на Блум с безумным нетерпением.

– Я хочу, чтобы сегодня вы не просто принимали меня, – Блум нависла над ними, её фаллос пульсировал, источая капли прозрачной, горячей смазки. – Я хочу, чтобы вы соревновались за право быть наполненными. Дарси, сегодня ты будешь первой, кто примет мой огонь в рот, пока я буду брать Айси сзади. Сторми, ты будешь готовить их обоих своими языком и пальцами.

Ведьмы бросились выполнять приказ с таким рвением, будто от этого зависела их жизнь. Дарси припала к плоти Блум, стараясь вобрать её всю, её горло судорожно сжималось, а глаза закатывались от наслаждения и нехватки воздуха. Блум в это время вошла в Айси, которая стояла на четвереньках, уткнувшись лицом в подушки.

– О да... – рычала Блум, вколачивая себя в ледяную ведьму. – Чувствуй, как я меняю твою природу! Чувствуй, как мой Дракон заявляет права на твой холод!

Айси стонала, её крики смешивались со звуками жадных глотков Дарси. Сторми металась между ними, лаская клиторы сестер, вставляя пальцы в их влажные лона, сама захлебываясь от возбуждения.

– Блум, я сейчас... я сейчас взорвусь! – закричала Сторми, когда фея на мгновение отвлеклась, чтобы войти в неё пальцами.

– Терпи! – приказала Блум. – Ты кончишь только тогда, когда я позволю тебе выпить мою силу!

Экстаз нарастал, магические искры летали по комнате, поджигая шторы и плавя мраморные статуэтки. Это была оргия богини и её преданных демонов. Блум чувствовала каждую из них, их пульс, их мысли, их нужду. Она была их центром, их богом, их единственной реальностью.

– Сейчас! – взревела Блум.

Она выдернула себя из Айси и направила струю раскаленного семени прямо в рот Дарси. Ведьма глотала, захлебываясь, её щеки раздувались, сперма текла по лицу, попадая в глаза, но она не отстранялась. Затем Блум повернула Сторми и Айси друг к другу, заставляя их слизывать остатки жидкости с её тела и друг с друга.

– Пейте... – шептала Блум, содрогаясь в финальных толчках. – Пейте мой свет и мою тьму.

Когда всё закончилось, и они лежали в полном изнеможении, покрытые слоями пота и спермы, Блум почувствовала, что круг замкнулся. Рождество на Домино подошло к концу, но для них четверых время остановилось.

– Мы — Алтарь Вечного Пламени, – прошептала Айси, прижимаясь к груди Блум. – И мы будем гореть вечно.

– Вечно, – эхом отозвались Дарси и Сторми.

Блум закрыла глаза, укрывая своих ведьм крыльями, которые теперь были невидимы, но ощутимы. Она знала, что впереди — вечность, полная сражений, открытий и бесконечного наслаждения. Она знала, что мир изменится под их ногами. Но сейчас, в тишине своей спальни, она была просто счастлива.

Самый лучший подарок на Рождество — это не магия и не власть. Это возможность быть собой, окруженной теми, кто любит тебя настолько сильно, что готов раствориться в твоем огне без остатка. И Блум была готова дарить им этот огонь до конца времен.