← Назад к обзору

Счастье для монарха

Вкус свободы и пепел предательства

Я летел над Сеулом, рассекая воздух, словно черная молния. В ушах всё еще стоял звон пощечины, которую Юми отвесила Хэ Ин, и этот звук был для меня слаще любой симфонии. В голове набатом стучали слова моего секретаря: «Она проезжала мимо этой школы... Почему она не почувствовала?»

Стиснув зубы, я ускорил полет. Гнев, холодный и расчетливый, затапливал сознание. Хэ Ин была охотницей S-ранга. Ее чувства были отточены до предела. Проигнорировать открытие врат прямо под носом, в жилом квартале, возле школы... Это было не просто халатностью. Это было предательством самой сути охотника. Мы — щит человечества, мы те, кто первыми делает шаг в бездну, чтобы гражданские могли спать спокойно. Но она... она превратила свой дар в аксессуар к дорогому платью. Она спешила ко мне не потому, что любила, а чтобы в очередной раз подчеркнуть свой статус «невесты Монарха».

– Игрис! Бери рыцарей и оцепи периметр школы! – скомандовал я мысленно, и тени под моими ногами радостно взревели, откликаясь на зов. – Ни одна тварь не должна выйти за пределы двора.

Я приземлился в самом центре школьного стадиона, подняв тучу пыли и крошки искусственного газона. Воздух здесь уже дрожал от искажений. Пространственный разлом, пульсирующий багровым светом, зиял прямо над главным входом. Из него уже начали вываливаться уродливые твари — ледяные медведи, существа из врат высокого ранга.

– Брат! – услышал я отчаянный крик.

Джин А стояла у окна второго этажа, прижимая к себе младшеклассницу. В ее глазах был ужас, но она не бросила ребенка.

– Уходи вглубь здания, Джин А! – крикнул я, взмахивая рукой. – Кайсел, охраняй окна!

Огромный теневой дракон материализовался в небе, закрывая своими крыльями фасад школы. Я же рванулся навстречу первой волне монстров. Мне не нужно было оружие. Мои руки, окутанные черным пламенем, разрывали плоть ледяных гигантов, словно бумагу. Но пока я крушил врагов, мои мысли снова и снова возвращались в кабинет. К Юми.

К этой маленькой, дерзкой женщине, которая не побоялась бросить вызов «ледяной королеве». Она защищала не только мой покой, она защищала мою семью, напоминая мне о том, что действительно важно.

«Как только я закончу здесь, я решу этот вопрос окончательно», — пообещал я себе, сворачивая шею очередному медведю. — «Хэ Ин больше не переступит порог моего дома. А Юми... Юми заслуживает гораздо большего, чем просто зарплату секретаря».

Я вспомнил, как она смотрела на меня сегодня. В ее взгляде не было того липкого обожания, которое я видел у фанатов, или холодного расчета Хэ Ин. Там была жизнь. Искренняя, обжигающая, настоящая.

– Система, – позвал я, когда последний монстр пал, а врата начали схлопываться под давлением моей маны. – Выдели одного Высшего орка из тени.

Перед глазами возникло системное окно подтверждения.

– Помести его в тень Окумуры Юми. Приказ: защита любой ценой. В случае малейшей угрозы — уничтожить источник опасности. Докладывать мне лично о каждом ее шаге.

Я почувствовал, как частичка моей силы отделилась и мгновенно переместилась в сторону офиса. Теперь я был сполне спокоен. Моя бунтарка была под присмотром.

Зачистка заняла от силы десять минут. Когда прибыли отряды Ассоциации, им осталось только фиксировать разрушения и помогать испуганным детям. Я нашел Джин А, крепко обнял ее, убедившись, что она в порядке, и, не дожидаясь репортеров, снова поднялся в воздух.

Мне нужно было закончить начатое.

В офисе царила гробовая тишина. Сотрудники жались по углам, боясь даже вздохнуть. Я прошел в свой кабинет, не глядя ни на кого. Хэ Ин всё еще была там. Она сидела в кресле для посетителей, вытирая лицо салфеткой. Ее глаза были сухими, но в них горела ненависть.

– Ты вернулся, – процедила она, увидев меня. – Надеюсь, ты остыл и готов обсудить наше заявление для прессы о «небольшом недоразумении».

Я остановился напротив нее, скрестив руки на груди.

– Юми, зайди, пожалуйста, – негромко произнес я.

Дверь приоткрылась, и Юми вошла, всё такая же собранная, хотя по ее пальцам, сжимающим планшет, было видно, что она нервничает.

– Да, господин Сон?

– Во-первых, – я посмотрел на Хэ Ин, – ты уволена из гильдии. Твоя лицензия будет пересмотрена Ассоциацией по моему личному запросу. Игнорирование врат возле школы — это преступление.

– Ты не посмеешь! – вскочила она. – Я S-ранг! Я Ча Хэ Ин!

– Ты — никто, если забываешь, зачем тебе дана сила, – отрезал я. – Охрана выведет тебя. Твои вещи пришлют курьером.

– Ты пожалеешь об этом, Джинву! Ты останешься один в своей тьме! – выкрикнула она, прежде чем двое охранников, бледных от страха, но исполнительных, увели ее под локти.

Когда дверь закрылась, в кабинете стало удивительно легко дышать. Я повернулся к Юми. Она стояла, опустив голову, иссиня-черные пряди закрывали ее лицо.

– Юми, – позвал я тише.

– Простите, босс, – пробормотала она, не поднимая глаз. – Я, наверное, перегнула палку с водой и пощечиной. Это было непрофессионально. Я готова принять любое взыскание, вплоть до увольнения...

Я подошел к ней вплотную. От нее пахло тем самым кофе и табаком, но теперь этот запах казался мне самым приятным на свете.

– Увольнения? – я усмехнулся и осторожно коснулся ее подбородка, заставляя поднять голову. – Юми, ты сделала то, что я должен был сделать еще полгода назад. Ты спасла меня от этой золотой клетки.

Ее ярко-голубые глаза расширились. Она смотрела на меня, и я видел в них свое отражение — не Монарха, а простого мужчину.

– И за это, – продолжал я, понизив голос до шепота, – я хочу назначить тебе «взыскание».

– Какое? – едва слышно спросила она, и я увидел, как ее ресницы дрогнули.

– В эти выходные. Ты ведь сказала Суянь, что не пойдешь в клуб?

Юми вспыхнула, вспомнив о подслушанном разговоре.

– Да... у меня... планы поменялись, – запнулась она.

– Отлично. Потому что в эти выходные ты идешь на свидание со мной. И это не просьба, а распоряжение твоего босса.

Юми замерла, кажется, перестав дышать. Ее губы приоткрылись, и на мгновение мне безумно захотелось стереть с них эту красную помаду своим поцелуем.

– Но... господин Сон... а как же имидж? Журналы? Что скажут люди? – она попыталась вернуть свою привычную дерзость, но голос ее подвел, сорвавшись на нежный полувздох.

– К черту имидж, Юми, – я улыбнулся, и это была самая искренняя улыбка за долгое время. – Мне не нужна статуя. Мне нужен живой человек. Мне нужна ты.

Она молчала несколько секунд, а потом вдруг хитро прищурилась, и в ее глазах снова заплясали те самые бунтарские искорки, которые так меня привлекали.

– А вы знаете, босс, что я очень дорогая в обслуживании? – она дерзко вскинула голову. – И я не буду молчать, если мне что-то не нравится. И я татуированная курильщица, которая любит видеоигры больше, чем светские рауты.

– Именно поэтому я и приглашаю тебя, – я сделал еще полшага, сокращая расстояние до минимума. – Так что ты скажешь?

Юми медленно выдохнула, ее плечи расслабились. Она протянула руку и поправила воротник моей кожаной куртки, задержав пальцы на ткани чуть дольше, чем требовала вежливость.

– Скажу, что вам придется очень постараться, чтобы удивить меня, Джинву.

Слышать свое имя из ее уст было подобно разряду тока. Я накрыл ее ладонь своей, чувствуя, как под кожей пульсирует жизнь.

– Я приму этот вызов, – пообещал я.

В этот момент я почувствовал сигнал от тени, оставленной в ее офисе. Юми была в безопасности, она была счастлива, и ее сердце билось в унисон с моим. Золотая клетка окончательно рассыпалась, оставив после себя лишь чистое небо и бесконечные возможности.

– А теперь, – Юми вдруг отстранилась, снова становясь деловым секретарем, хотя ее щеки всё еще пылали, – у вас по графику обед. И нет, это не ресторан. Я принесла домашнее рагу с говядиной. Садитесь и ешьте, пока не остыло. Вы сегодня много маны потратили.

Я послушно сел за стол, чувствуя, как внутри разливается тепло. Да, Ча Хэ Ин была права в одном — я изменился. Но она никогда не поймет, что эти изменения сделали меня не слабее, а бесконечно сильнее. Потому что теперь у меня было то, чего нет ни у одного монарха в мире.

У меня была Юми. И наше первое свидание, которое обещало стать началом совсем другой истории.