← Назад к обзору

Счастье для монарха

Шепот теней и пламя желания

Прошло две недели с того дня, как стены моего офиса сотрясались от криков Ча Хэ Ин. Ассоциация охотников сработала быстро — под моим давлением и после предоставленных доказательств ее преступной халатности у школы, ее лицензия S-ранга была аннулирована. Теперь она была просто гражданским лицом с уязвленным самолюбием, чье имя постепенно стиралось из заголовков газет, уступая место более важным новостям. Например, тому, что Теневой Монарх впервые за долгое время начал выглядеть... счастливым.

На прошлой неделе мы с Юми ходили на наше первое настоящее свидание. Никаких камер, никаких пафосных ресторанов с дресс-кодом. Мы просто бродили по ночному парку, ели уличную еду, и она учила меня играть в какую-то нелепую игру на ее телефоне, громко ругаясь, когда я проигрывал. Это было прекрасно. Впервые я не чувствовал на себе груза ответственности за весь мир. Я чувствовал только тепло ее руки в своей.

Сегодня был выходной. Я проснулся в своей пустой квартире, залитой утренним солнцем, и сделал все привычные дела. Потренировался, позавтракал, перекинулся парой сообщений с Юми. Она написала, что хочет «просто поваляться в кровати и ничего не делать», и прислала смешной стикер с ленивым котом.

Ближе к вечеру я поймал себя на том, что безумно скучаю. Тишина квартиры начала давить. Мне стало любопытно, чем же на самом деле занимается моя бунтарка в свой законный выходной. Я прикрыл глаза, погружаясь в глубокую связь со своими тенями. Тот самый Высший орк, которого я оставил охранять Юми, всё еще был на посту.

Я переключил свое сознание на его зрение. Мир вокруг окрасился в серые и фиолетовые тона, но картинка была четкой. И то, что я увидел, заставило мое дыхание мгновенно перехватить, а сердце — пропустить удар.

Юми была у себя дома. Она лежала на широкой кровати, утопая в беспорядке из одеял. На ней не было ничего, кроме моей черной футболки, которую она, видимо, «позаимствовала» в один из вечеров. Она сжимала ткань в кулаках, прижимая воротник к лицу и жадно вдыхая мой запах, оставшийся на волокнах. Ее короткие иссиня-черные волосы разметались по подушке, а тело...

Она выгибалась, ее бедра ритмично двигались, а свободная рука скрылась под подолом футболки. До моих ушей донеслись тихие, прерывистые стоны, полные такой неприкрытой страсти, что внутри меня мгновенно вспыхнул пожар. Она шептала мое имя, срываясь на хрип, и ее лицо, обычно такое дерзкое и уверенное, сейчас было маской чистого, концентрированного удовольствия.

Я не выдержал. Контроль, который я так долго выстраивал, рухнул в одно мгновение. Я не просто смотрел — я хотел быть там.

Тень под моими ногами забурлила, превращаясь в портал. Шаг — и пространство вокруг меня исказилось, сменяясь уютным полумраком ее спальни, пропахшим ее духами и моим ароматом от футболки.

Я материализовался прямо у края кровати, нависнув над ней тенью. Юми была настолько увлечена процессом, настолько глубоко погружена в свои фантазии, что не почувствовала моего появления сразу. Она продолжала выгибаться, ее глаза были затянуты туманной пеленой экстаза, а по щекам катились крошечные слезы удовольствия.

– Джинву... – сорвалось с ее губ вместе с очередным рваным вздохом.

Я протянул руку и коснулся ее колена. Юми вздрогнула всем телом, ее глаза резко распахнулись, сталкиваясь с моим горящим взглядом. В них мгновенно отразился шок, смешанный с узнаванием и густым, как патока, смущением.

– Д... Джинву? – прошипела она, мгновенно становясь пунцовой, как спелый гранат.

Она судорожно попыталась прикрыться одеялом, отползти, спрятать свое состояние, но я был быстрее. Я перехватил ее запястья, фиксируя их над головой, и навис над ней всем телом, чувствуя, как мое собственное возбуждение тяжелым грузом упирается в ее бедра.

– Продолжай, – мой голос прозвучал так низко и хрипло, что я сам его едва узнал. – Не останавливайся из-за меня.

– Ты... как ты здесь... – она задыхалась, ее грудь бурно вздымалась под тонкой тканью футболки, а зрачки расширились так, что голубая радужка превратилась в тонкий ободок.

– Я почувствовал, что тебе одиноко, – я медленно склонился к ее уху, обжигая кожу дыханием. – И, кажется, я не ошибся. Тебе нравится моя футболка, Юми? Нравится мой запах?

Она закусила губу, пытаясь отвернуться, но я не давал ей шанса сбежать. Ее тело под моим дрожало мелкой дрожью, и я чувствовал, как жар, исходящий от нее, окутывает меня с головой.

– Ты невозможный... – выдохнула она, и в ее голосе прорезалась та самая бунтарка, которую я полюбил. – Подглядывать за девушкой — это так низко для Монарха Теней.

– Я не подглядывал, – я перехватил обе ее руки одной своей, а другой медленно провел по линии ее челюсти, спускаясь к шее. – Я просто пришел за тем, что принадлежит мне.

Юми всхлипнула, когда мои губы коснулись пульсирующей жилки на ее шее. Ее сопротивление таяло на глазах, сменяясь жаждой, которую невозможно было утолить в одиночку.

– Джинву, пожалуйста... – прошептала она, и на этот раз в ее просьбе не было желания, чтобы я ушел.

– Пожалуйста — что, Юми? – я приподнялся, глядя ей прямо в глаза, заставляя ее признать это.

– Не останавливайся, – она подалась вперед, сама ища мои губы. – Ты же видишь... мне тебя мало. Мне всегда тебя мало.

Я больше не сдерживался. Я впился в ее губы жестким, собственническим поцелуем, вкладывая в него всё то напряжение, которое копилось во мне эти две недели. Юми ответила с той же неистовой страстью, обвивая мои плечи ногами, притягивая меня к себе так близко, будто хотела слиться воедино.

В ее спальне не было места статусам, гильдиям или магическим рангам. Здесь были только мы. Я чувствовал, как ее пальцы впиваются в мою спину, оставляя те самые следы, о которых она мечтала на балконе. Ее кожа была горячей, влажной от пота, и каждый ее стон отзывался во мне мощным импульсом силы.

– Ты не представляешь, – пробормотал я, отрываясь от ее губ и спускаясь поцелуями ниже, к краю футболки, – насколько ты красива, когда теряешь контроль.

Юми запрокинула голову, ее пальцы запутались в моих волосах.

– А ты не представляешь, – прохрипела она сквозь зубы, – как долго я ждала, когда ты наконец перестанешь быть идеальным боссом и станешь просто моим...

Я рывком избавился от футболки, обнажая ее тело, которое в лучах заходящего солнца казалось вылитым из драгоценного фарфора. Ее татуировки на плечах и бедрах извивались, словно живые, придавая ей вид дерзкой богини.

– Я уже твой, Юми, – я прижался лбом к ее лбу, тяжело дыша. – С того самого момента, как ты принесла мне первый контейнер с едой и посмотрела на меня так, будто я не монстр, а человек.

Она улыбнулась — той самой яркой, жизнерадостной улыбкой, которая пробила брешь в моей броне.

– Тогда докажи это, Джинву. Прямо сейчас.

И я доказал. В ту ночь тени в ее комнате танцевали не от моей магии, а от ритма двух сердец, которые наконец нашли друг друга. Юми была живой, страстной и совершенно неукротимой, и именно она стала тем якорем, который удерживал меня в мире людей.

Когда всё закончилось, и мы лежали в переплетенных простынях, тяжело дыша, Юми прижалась к моему боку, положив голову мне на грудь.

– Знаешь, – тихо сказала она, водя пальцем по моей руке, – Хэ Ин была права в одном.

Я напрягся, но она лишь тихо рассмеялась.

– В постели с тобой точно не соскучишься. Но я всё равно буду готовить тебе рагу по понедельникам. Чтобы у тебя были силы... на меня.

Я обнял ее крепче, целуя в макушку и вдыхая запах иссиня-черных волос.

– Договорились, бунтарка. Договорились.

За окном окончательно стемнело, Сеул зажигал свои огни, но мне было всё равно. Мой мир теперь начинался и заканчивался здесь, в этой комнате, рядом с девушкой, которая не побоялась полюбить Монарха. И я знал, что больше никогда не позволю себе вернуться в золотую клетку. Ведь свобода на вкус была именно такой — как губы Юми и запах осени в ее волосах.