← Назад к обзору

Секрет

Осколки божественного безумия

Ли Вон стоял у окна, глядя на огни ночного Сеула, которые казались сегодня какими-то фальшивыми, словно декорации в дешевом театре. В спальне за его спиной наконец воцарилась тишина — Алекс, измотанный алкоголем, шоком и рыданиями, провалился в тяжелый, беспокойный сон.

Адвокат затянулся сигаретой, чувствуя, как горький дым обжигает легкие. Он всегда гордился своим хладнокровием. В суде, перед лицом самых отъявленных подонков или коррумпированных чиновников, его серые глаза оставались ледяными, а голос — ровным. Но то, что он услышал четверть часа назад от младшего сына Сон Джинву, не укладывалось ни в один юридический кодекс, ни в одну моральную доктрину.

Это было за гранью человеческого.

– Монарх... – прошептал Ли Вон, и это слово отозвалось в его сознании тяжелым гулом.

Для всего мира Сон Джинву был спасителем. Богом, который вернул человечеству право на жизнь. Его обожали, его боялись, ему поклонялись. Но никто никогда не задумывался о том, какова цена обладания силой, способной стирать миры. И какова цена жизни рядом с таким существом.

Ли Вон перевел взгляд на свои руки. Они слегка дрожали. Он вспомнил лицо Алекса — бледное, с застывшим ужасом в ярко-голубых глазах. Мальчик, который всегда казался воплощением уверенности, чей интеллект и физическая подготовка ставили его выше сверстников, сейчас выглядел как загнанный зверек.

– Если Сухо стал первым... – Ли Вон прикрыл глаза, пытаясь отогнать вставшую перед мысленным взором картину. – То Алекс действительно следующий.

Логика Чхэ Хэ Ин была пугающе безупречной в своей извращенности. Если Сон Джинву — это сосуд для бесконечной, кипящей мощи Теневого Монарха, то этот сосуд должен периодически изливать излишки энергии. И кто, как не его собственные дети, несущие в себе частицу его божественной искры, способны выдержать этот разрушительный поток? Для Хэ Ин это было вопросом выживания семьи, вопросом «баланса». Для Алекса это было крушением всего его мира.

Ли Вон вернулся в спальню и присел на край кровати. В слабом свете ночника Алекс казался совсем юным, несмотря на свои внушительные 185 сантиметров роста и атлетичное тело. Татуировки на его плече в полумраке походили на сплетение живых теней.

– Я не отдам тебя им, – тихо сказал Ли Вон, поправляя одеяло. – Даже если мне придется судиться с самой Смертью.

Но глубоко внутри он понимал никчемность этих слов. Против Сон Джинву не помогут законы. Против него не помогут армии. Если Монарх решит, что его младший сын должен стать следующим «инструментом для сброса пара», никто на этой планете не сможет его остановить.

Ли Вон встал и прошел в кабинет. Ему нужно было думать. Ему нужно было составить план, хотя он понимал, что планировать что-то против существа, управляющего временем и пространством, — это безумие.

Он открыл ноутбук и начал вводить данные, которые собирал по крупицам за всё время их отношений с Алексом. Он знал об охотниках больше, чем обычный гражданский. Он знал о структуре маны, о том, как она влияет на психику. Но случай Сон Джинву был уникальным. Это не была просто мана. Это была Тьма.

– Сухо... – Ли Вон нахмурился, вспоминая старшего брата Алекса. – Он всегда был слишком предан отцу. Слишком похож на него. Был ли у него выбор? Или он принял это как свой долг, как очередную миссию по спасению мира?

Мысль о том, что Сухо мог добровольно согласиться на это, вызывала у Ли Вона тошноту. Но еще больше его пугала реакция Хэ Ин. Женщина, которая когда-то была сильнейшим охотником S-ранга, теперь превратилась в холодного стража интересов Монарха. Она больше не была матерью в привычном понимании этого слова. Она была жрицей при божестве.

Внезапно в тишине квартиры раздался звук. Негромкий, но такой, от которого волоски на затылке Ли Вона встали дыбом. Это был шорох тени в углу комнаты.

Ли Вон медленно повернул голову. Ему показалось, или темнота в углу стала гуще? Она пульсировала, словно живое существо, выжидая, наблюдая.

– Ты здесь, не так ли? – спросил Ли Вон в пустоту. Его голос был тверд, хотя сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. – Ты пришел за ним?

Тень не ответила, но ощущение чужого, нечеловеческого присутствия стало почти осязаемым. Ли Вон знал, что у Сон Джинву есть тысячи теней-солдат. Любая из них могла следить за Алексом. Любая из них могла доложить Монарху о каждом его шаге.

– Слушай меня, – Ли Вон встал, расправив плечи. Его серые глаза сверкнули сталью. – Он не вернется. Сегодня — точно. И если вы попытаетесь забрать его силой...

Он осекся. Угрожать Монарху было смешно. Что он мог сделать? Написать жалобу в Комитет Охотников? Подать иск в международный суд?

Тень в углу медленно растаяла, оставив после себя лишь легкий запах озона и холода. Ли Вон выдохнул, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.

– Пиздец... – прошептал он, повторяя слова Алекса.

Он вернулся в спальню. Алекс метался во сне, что-то невнятно бормоча. Ли Вон лег рядом, не раздеваясь, и притянул парня к себе. Алекс инстинктивно прижался к нему, ища защиты, и его дыхание немного выровнялось.

– Ли Вон-чик... – пробормотал Алекс, не открывая глаз. – Не отдавай... пожалуйста...

– Никогда, – ответил Ли Вон, целуя его в висок.

Он лежал в темноте, осознавая, что их жизнь превратилась в кошмар наяву. Завтра Алекс проснется, и им придется решать, что делать дальше. Бежать? Куда можно убежать от того, кто видит всё? Прятаться? Где можно спрятаться от тени, которая всегда следует за тобой?

Ли Вон понимал, что Алекс — не просто сын. Он — продолжение силы Джинву. И Монарх, вероятно, видит в нем не личность, а часть себя, которую нужно контролировать и использовать. Мудрость Алекса, его знание болевых точек и потоков маны — всё это делало его еще более ценным приобретением.

– Если он знает, куда бить, чтобы остановить ману... – Ли Вон прищурился, и в его голове начала формироваться безумная, опасная мысль. – Может быть, в этом и есть ключ?

Алекс был гением анатомии охотников. Он знал, как парализовать каналы. Мог ли он сделать это с Монархом? Хотя бы на мгновение? Хотя бы для того, чтобы выиграть время?

Ли Вон понимал, что это путь в никуда. Попытка напасть на Сон Джинву была равносильна самоубийству. Но сидеть и ждать, пока за Алексом придут, чтобы сделать его частью того безумия, которое он видел в комнате брата, было еще хуже.

– Мы найдем выход, – прошептал Ли Вон, засыпая под утро тяжелым сном без сновидений. – Мы обязательно его найдем.

***

Утро встретило их серым небом и мелким дождем. Алекс проснулся поздно. Он долго сидел на кровати, обхватив колени руками и глядя в одну точку. Ли Вон принес ему кофе и сел напротив.

– Как ты? – спросил Ли Вон, внимательно изучая лицо парня.

– Чувствую себя так, будто меня переехал танк, – Алекс хрипло усмехнулся, принимая чашку. – Знаешь, самое страшное не то, что я видел. А то, как мама это сказала. Словно... словно это привилегия. Словно я должен быть благодарен за то, что отец может использовать меня как грелку для своей маны.

– Она не в себе, Ал, – мягко сказал Ли Вон. – Точнее, её восприятие реальности искажено годами жизни с ним. Она больше не видит в этом ничего предосудительного.

– А Сухо? – Алекс поднял на него взгляд, полный боли. – Он ведь мой брат. Мы вместе тренировались, вместе смеялись... И теперь я не могу смотреть на него без содрогания. Он выглядел... счастливым. В этом экстазе... это было омерзительно.

– Это влияние силы Монарха, – предположил Ли Вон. – Его энергия может вызывать привыкание, эйфорию. Это своего рода наркотик. И твой отец, осознанно или нет, подсадил на него твоего брата.

Алекс вздрогнул. Он поставил кофе на тумбочку, так и не отхлебнув ни глотка.

– Я не хочу этого, Ли Вон. Я не хочу становиться таким. Я не хочу, чтобы он касался меня так... никогда.

– Знаю, – Ли Вон взял его за руку. – И мы сделаем всё, чтобы этого не случилось.

– Но что мы можем? – Алекс горько рассмеялся. – Он — бог. Я — просто пацан с татуировками и знанием акупунктуры.

– Ты недооцениваешь себя, – Ли Вон подался вперед. – Ты сказал, что знаешь, куда бить, чтобы остановить поток маны. Ты когда-нибудь пробовал это на нем?

– Ты с ума сошел? – Алекс расширил глаза. – Он меня в порошок сотрет раньше, чем я руку подниму. К тому же, его мана... она повсюду. У него нет обычных каналов, он сам и есть источник.

– Но у него есть тело, – настаивал Ли Вон. – Человеческое тело, которое он использует как оболочку. И у этой оболочки должны быть уязвимые места.

Алекс задумался. Его аналитический ум, который Ли Вон так ценил, начал медленно работать, отсеивая эмоции.

– Даже если так... – пробормотал он. – Мне нужно подобраться вплотную. А он читает намерения прежде, чем они возникают в голове.

– Значит, нам нужно то, чего он не ожидает, – Ли Вон сжал его ладонь. – Нам нужна стратегия. Не боевая, а психологическая. И, возможно, юридическая.

– Юридическая? Против Теневого Монарха? – Алекс впервые за утро улыбнулся, хотя улыбка вышла кривой.

– Послушай, – Ли Вон стал серьезным. – Мир держится на определенных правилах. Даже Сон Джинву вынужден считаться с общественным мнением, если он хочет сохранить тот мир, который он спас. Если информация о том, что происходит в его семье, станет публичной...

– Он уничтожит любого, кто посмеет об этом заговорить, – перебил его Алекс. – И тебя первым. Ты не понимаешь, Ли Вон. Для него человеческие жизни — это просто цифры. Он любит нас, по-своему, но эта любовь... она удушающая. Она не оставляет выбора.

– Тогда мы создадим этот выбор сами, – Ли Вон поднялся и подошел к окну. – Я не позволю ему забрать тебя. Даже если мне придется сжечь этот город дотла.

Алекс смотрел на спину своего парня, и в его груди шевельнулось забытое чувство надежды. Ли Вон был его якорем в этом безумном мире. Его единственной связью с нормальной, человеческой жизнью.

В этот момент в дверь квартиры позвонили.

Оба замерли. Ли Вон медленно потянулся к кухонному ножу, хотя понимал его бесполезность. Алекс встал, его тело напряглось, готовое к бою.

– Кто это может быть? – шепнул Алекс.

– Не знаю, – Ли Вон подошел к двери и посмотрел в глазок.

На лестничной клетке стоял высокий молодой мужчина. Его черные волосы были аккуратно уложены, а серые глаза смотрели прямо в камеру глазка с невыразимой печалью. Он был одет в дорогое пальто, и вся его фигура излучала ту же ауру спокойной мощи, что и у Сон Джинву.

– Это Сухо, – выдохнул Ли Вон.

Алекс побледнел еще сильнее.

– Не открывай, – прошептал он. – Пожалуйста, не открывай.

– Он знает, что мы здесь, Ал, – Ли Вон обернулся к нему. – Если он захочет войти, эта дверь его не остановит. Лучше узнать, зачем он пришел.

Ли Вон глубоко вздохнул и повернул замок.

Сухо переступил порог, и в квартиру словно ворвался холодный ветер. Он не выглядел как монстр. Он выглядел как старший брат, который пришел забрать младшего домой. Но в глубине его зрачков Алекс увидел то, что заметил вчера в комнате — отблеск той самой тьмы, которая теперь связывала его с отцом навеки.

– Алекс, – негромко произнес Сухо. Его голос был мягким, почти умоляющим. – Мама волнуется. Отец... отец ждет тебя.

– Я не вернусь, Сухо, – голос Алекса дрожал, но он стоял твердо, прикрывая собой Ли Вона. – Я видел всё. Я знаю, что вы делаете. Это... это болезнь.

Сухо печально улыбнулся. Эта улыбка была точной копией улыбки Чхэ Хэ Ин.

– Ты еще не понимаешь, брат. Это не болезнь. Это дар. Быть частью его — значит обрести истинную полноту. Ты чувствуешь пустоту внутри, Алекс? Эту жажду, которую не может утолить ни учеба, ни боевые искусства, ни... – он мельком взглянул на Ли Вона, – ...ни человеческая привязанность. Только отец может заполнить эту пустоту.

– У меня нет никакой пустоты! – вскрикнул Алекс. – У меня есть жизнь! У меня есть Ли Вон!

– Это временно, – Сухо сделал шаг вперед. Ли Вон выставил руку, преграждая ему путь.

– Он сказал, что не пойдет, – холодно произнес адвокат. – Уходите. Иначе я вызову полицию.

Сухо посмотрел на него так, словно только что заметил насекомое под микроскопом.

– Полицию? – он тихо рассмеялся. – Ли Вон, ты ведь умный парень. Ты адвокат. Ты должен понимать, что законы людей не распространяются на тех, кто создает и разрушает миры. Отойди. Это семейное дело.

– Я — его семья, – отрезал Ли Вон.

Атмосфера в прихожей стала невыносимой. Воздух словно загустел, превращаясь в свинец. Алекс почувствовал, как его собственные татуировки начали гореть, откликаясь на присутствие маны Сухо.

– Сухо, уходи, – Алекс вышел вперед, отстраняя Ли Вона. Его ярко-голубые глаза светились решимостью. – Я не пойду с тобой. И если отец хочет меня видеть, пусть придет сам. Но скажи ему... если он тронет Ли Вона, я найду способ уничтожить себя. И тогда он потеряет свой «идеальный инструмент» навсегда.

Сухо замер. Его лицо на мгновение исказилось, словно он боролся с какой-то внутренней болью.

– Ты не понимаешь, на что идешь, – прошептал он. – Его гнев... он страшен.

– Я уже видел самое страшное, – ответил Алекс. – Вчера. В твоей комнате. Ничего хуже уже быть не может.

Сухо долго смотрел на брата. Затем он медленно отступил к двери.

– Я передам твои слова, – сказал он. – Но помни, Алекс: тени всегда возвращаются к тому, кто их создал. Ты не сможешь бегать вечно.

Когда дверь закрылась, Алекс рухнул на пол, тяжело дыша. Ли Вон тут же оказался рядом, обнимая его за плечи.

– Он ушел, Ал. Он ушел.

– Это только начало, – Алекс закрыл глаза, прижимаясь к Ли Вону. – Он вернется. Или пришлет кого-то другого. Ли Вон... нам нужно уезжать. Прямо сейчас.

Ли Вон кивнул. Он понимал, что их спокойная жизнь в Сеуле закончилась. Теперь они были беглецами. Беглецами от бога, который не привык получать отказы.

– Собирай вещи, – сказал Ли Вон, поднимаясь. – У меня есть загородный дом, о котором не знает никто из моих коллег. Это не спасет нас навсегда, но даст нам время.

Пока Алекс лихорадочно кидал вещи в рюкзак, Ли Вон стоял у окна, наблюдая за тем, как черная машина Сухо медленно отъезжает от дома. Он знал, что их шансы ничтожны. Но глядя на Алекса, на его татуированные руки, которые когда-то могли бы исцелять или убивать, Ли Вон чувствовал странную уверенность.

Они не просто убегали. Они готовились к войне. К войне, где на одной стороне была бесконечная тьма Монарха, а на другой — хрупкая, но упрямая человеческая любовь.

И Ли Вон, как лучший адвокат Сеула, знал: даже в самом проигрышном деле всегда есть лазейка. И он намерен был её найти.

– Пойдем, – Алекс подошел к нему, закинув рюкзак на плечо. Его взгляд был жестким и сосредоточенным. – Я готов.

– Тогда в путь, – Ли Вон взял ключи от машины.

Они вышли из квартиры, не оглядываясь. Впереди их ждала неизвестность, полная теней, но пока они были вместе, даже боги казались им всего лишь препятствием на пути к свободе.

А в пустой квартире, в углу гостиной, на мгновение мелькнула и исчезла крошечная тень, похожая на муравья. Монарх продолжал наблюдать. И его игра только начиналась.