← Назад к обзору

Секрет

Искупление теней и яд правды

Вечер в нашем доме всегда был временем тишины, но сегодня эта тишина была натянутой, как струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. Хэ Ин сидела в кресле, сжимая в руках остывшую чашку чая. Её лицо было бледным, а глаза метали искры гнева. Я стоял у окна, глядя на ночной город, и чувствовал, как тени в углах комнаты беспокойно колышутся, отражая моё внутреннее смятение.

Мы ждали Юки.

Когда дверь наконец открылась, и в прихожую вошел мой младший сын, время словно замедлилось. Он выглядел так, будто ничего не произошло: та же расслабленная походка, тот же холодный, непроницаемый взгляд небесно-голубых глаз. Но стоило ему переступить порог гостиной, как Хэ Ин вскочила с места.

– Где ты был?! – Её голос сорвался на крик.

– Занимался делами, мама, – бросил Юки, даже не глядя на неё. Он попытался пройти мимо, в сторону лестницы, но Хэ Ин преградила ему путь.

– Делами? В кабинете адвоката? Джинву всё видел! – Она задыхалась от возмущения. – Ты позоришь нашу семью! Ты ведешь себя как животное, нарушаешь все границы приличия!

Юки остановился и медленно перевел взгляд на меня. В его глазах не было страха, только горькая усмешка. Я промолчал, не зная, что сказать. Моё молчание, кажется, стало для Хэ Ин сигналом к действию.

Хлесткий звук пощечины разорвал тишину. А затем второй.

Ни я, ни Юки не успели среагировать. Моя жена, всегда такая сдержанная и грациозная, сейчас напоминала фурию.

– Моё терпение лопнуло! – кричала она, тыча в него пальцем. – Завтра наша годовщина, к нам придут уважаемые люди, а ты... ты просто ошибка! Ты ничтожество без капли магии, которое только и умеет, что раздвигать ноги перед мужчинами и бунтовать! Я больше не намерена это терпеть. Джинву, сделай что-нибудь! Запри его, изолируй, лиши его всего!

Юки стоял неподвижно, прижав ладонь к горящей щеке. Его фарфоровая кожа мгновенно покраснела. Он не злился – по крайней мере, внешне. Он просто смотрел на мать так, будто видел её впервые.

– Хэ Ин, ты перегибаешь палку... – наконец выдавил я, делая шаг вперед.

– Перегибаю?! – Она повернулась ко мне, её глаза были полны слез ярости. – Он уничтожает всё, что мы строили!

– Всё в порядке, папа, – голос Юки был пугающе спокойным. – Я всё понял. Твои счета, мама, заблокированы для меня с этой секунды? Хорошо.

В дверях гостиной я заметил Сухо. Мой старший сын стоял в тени, его лицо было искажено смесью жалости и отвращения к происходящему. Юки поймал его взгляд, коротко кивнул сам себе и, не сказав больше ни слова, ушел в свою комнату, заперев дверь на замок.

Ночь прошла в тяжелом забытьи. Я не мог уснуть, чувствуя, как в доме назревает нечто катастрофическое.

На следующий день наш особняк преобразился. Всюду были цветы, дорогие украшения, официанты сновали туда-сюда, готовясь к торжеству в честь нашей годовщины. Пришли все: мои родители, старые друзья из Ассоциации, высокопоставленные чиновники и, конечно, «лучшие подруги» Хэ Ин – жены влиятельных охотников и бизнесменов.

Юки появился к самому началу банкета. К моему удивлению, он выглядел безупречно. Черный классический костюм идеально сидел на его атлетичной фигуре, волосы были аккуратно уложены, а лицо не выражало никаких эмоций. Он был воплощением идеального сына, о котором всегда мечтала Хэ Ин.

– Видишь, – шепнула мне жена, поправляя ожерелье, – пощечина пошла ему на пользу. Он наконец понял свое место.

Я промолчал, но моё плохое предчувствие только усилилось. Тени вокруг Юки были странно тихими, словно затаились перед броском.

Хэ Ин стояла в кругу своих подруг, потягивая шампанское и обсуждая «трудности воспитания». Я слышал обрывки их разговоров: «...совершенно неблагодарный...», «...столько вложили в него...», «...хорошо, что Сухо удался в отца...».

В разгар вечера, когда пришло время тостов, Юки вышел в центр зала. Он взял микрофон и жестом попросил тишины. Гости замолкли, ожидая трогательной речи.

– Дамы и господа, – начал Юки, и его голос, усиленный динамиками, разнесся по залу, – и, конечно, отец. Прости, что прерываю веселье.

Он нажал на кнопку пульта в своей руке, и за его спиной опустился огромный проекторный экран, который обычно использовался для семейных видео.

– Уважаемые «лучшие подруги» моей матери, – Юки обвел взглядом замерших женщин, – пожалуйста, посмотрите, какая ваша родня на самом деле. И с кем вы делите свои постели и секреты.

Экран вспыхнул. Первыми появились фотографии. Интимные, недвусмысленные кадры Хэ Ин с мужьями её же подруг. Зал ахнул. Бокалы начали выпадать из рук. Женщины, только что улыбавшиеся Хэ Ин, побледнели.

– Юки, прекрати это немедленно! – крикнул я, пытаясь пробиться к нему через толпу, но он лишь холоднее улыбнулся.

– Это еще не всё, папа.

Следующим слайдом пошла выписка из частной клиники об аборте, датированная прошлым годом. Хэ Ин стояла как вкопанная, её лицо приобрело землистый оттенок.

А затем включилось видео. На нем была Хэ Ин в объятиях мужа Ким Нан, одной из её самых близких соратниц. Звук был кристально чистым.

– С годовщиной вас поздравляю, – произнес Юки, глядя прямо в глаза матери. – И да, мама, это тебе за вчерашние пощечины и за те слова, которые ты считала правдой.

Он нажал еще одну кнопку, и по залу разнесся голос Хэ Ин – запись со вчерашнего вечера, где она называла его «ошибкой», «ничтожеством» и «животным». Её крики, полные ненависти, контрастировали с тишиной праздничного зала.

– Желаю всем приятного вечера, – Юки положил микрофон на стол.

В этот момент из тени колонн вышел Ли Вон Хо. Он выглядел спокойным и уверенным. Юки подошел к нему, и на глазах у всех – у меня, у онемевшей Хэ Ин, у шокированного Сухо и всей элиты города – взял адвоката за руку. Их пальцы переплелись.

– Пойдем, – тихо сказал Ли Вон.

Они развернулись и направились к выходу. Никто не посмел их остановить. Даже я. Я чувствовал, как моя сила Монарха Теней пульсирует во мне, требуя действий, но я не мог пошевелиться.

Хэ Ин рухнула на колени прямо посреди зала, окруженная осколками своей «идеальной» жизни. Её подруги, еще минуту назад льстившие ей, теперь смотрели на неё с нескрываемым презрением и яростью.

Я посмотрел вслед сыну. Юки не оглянулся. Он уходил из этого дома, из этой системы, которую я так старательно выстраивал, и уносил с собой единственное, что в этом мире было по-настоящему искренним – свою ненависть и свою свободу.

– Джинву... – прошептала Хэ Ин, протягивая ко мне дрожащую руку.

Я посмотрел на неё, затем на экран, где всё еще светились доказательства её предательства.

– Ты сама это начала, Хэ Ин, – сказал я тихим голосом, который слышали только тени. – Ты хотела, чтобы он знал свое место. Кажется, он его нашел.

Я развернулся и пошел прочь из зала, оставив позади руины своей семьи. В ту ночь Монарх Теней понял, что есть битвы, которые невозможно выиграть даже с армией бессмертных солдат. Битвы против правды, которую ты сам пытался скрыть.