Секрет сына
Бунт в тени монарха
Вечер в доме Сон Джинву никогда не был по-настоящему тихим, но сегодня напряжение в воздухе можно было резать ножом. Я сидел на диване в гостиной, неподвижно глядя в одну точку. Внешне я оставался самообладанием во плоти, но внутри меня всё еще кипел тот коктейль из смущения, шока и странного, неуместного отцовского признания, который я испытал в Ассоциации.
Юки до сих пор не вернулся. Ча Хэ Ин мерила комнату шагами, и каждый стук её каблуков по паркету отзывался в моей голове набатом. Она была на взводе. Её золотистые волосы, обычно аккуратно уложенные, слегка растрепались, а в глазах горел огонь, который я видел только во время сложнейших рейдов.
– Это просто невыносимо, Джинву! – воскликнула она, всплеснув руками. – Семнадцать лет, а он ведет себя как бродячий кот. Никакого уважения к расписанию, к семье, к твоему статусу!
Я промолчал, прикрыв глаза. Если бы она знала, что её «бродячий кот» пару часов назад делал на столе у ведущего адвоката Ассоциации, она бы, вероятно, вызвала на подмогу всех охотников ранга S, чтобы запереть его в самой глубокой темнице.
– Мы должны что-то предпринять, – продолжала Хэ Ин, не замечая моего состояния. – Юки позорит фамилию Сон. Его нужно изолировать. Может, отправить его в закрытую школу для трудных подростков? Или в тренировочный лагерь на севере? Ему нужно перевоспитание, жесткая рука, раз уж ты позволяешь ему всё!
Слова жены больно резали слух. «Позорит фамилию», «изолировать», «перевоспитание». Она говорила о нашем сыне так, будто он был бракованным артефактом, который нужно либо починить, либо выбросить на свалку. И всё только потому, что у него не было магического отклика, как у Сухо.
– Хэ Ин, прекрати, – негромко произнес я, но в моем голосе прорезались холодные нотки Монарха.
– Нет, я не прекращу! – она резко остановилась передо мной. – Посмотри на Сухо. Он — гордость. Он наследник, он послушен, он силен. А Юки? Он просто балласт, который только и делает, что идет наперекор. Он портит имидж семьи Сон!
Я медленно встал с дивана. Моя тень под ногами дрогнула и поползла по стенам, окутывая комнату полумраком. Я подошел к ней вплотную и, прежде чем она успела возмутиться, обхватил её лицо ладонями. Не грубо, но так крепко, что она замерла, глядя мне в глаза.
– Послушай меня внимательно, – мой голос звучал низко, вибрируя от сдерживаемой ярости. – Хватит. Если ты продолжишь в том же духе, ты потеряешь сына навсегда. Ты говоришь о «семье Сон», но в тебе самой нет крови Сон. Ты просто удачно вышла замуж, Хэ Ин. И если из-за твоего давления, из-за твоего нежелания видеть в нем личность, Юки уйдет из дома — я тебе этого не прощу.
Она побледнела, её губы дрогнули. Она никогда не видела меня таким по отношению к ней.
– Ты обожаешь Сухо только потому, что у него есть силы, – продолжал я, глядя ей прямо в душу. – Ты видишь в детях только инструменты или продолжение своего эго. Но Юки — мой сын. Моя кровь. И его сила не в мане, а в его духе, который ты так упорно пытаешься сломать. А теперь иди в свою комнату. Не беси меня еще больше.
Я отпустил её. Хэ Ин стояла как громом пораженная, а затем, не проронив ни слова, развернулась и почти выбежала из гостиной. Я слышал, как наверху хлопнула дверь.
В этот момент входная дверь открылась. На пороге стоял Юки. Его взъерошенные черные волосы были в беспорядке, на шее виднелось едва заметное пятнышко, которое я, к своему стыду, сразу идентифицировал. Он выглядел уставшим, но в его небесно-голубых глазах по-прежнему горел вызов.
Увидев мать, которая как раз скрылась на лестнице, он даже не повел бровью. Ни вздоха, ни тени вины. Он просто прошел мимо, словно она была пустым местом.
– Юки, в мой кабинет. Живо, – бросил я, разворачиваясь.
Он замер на секунду, усмехнулся своим мыслям и молча последовал за мной.
В кабинете пахло старой бумагой и тенью. Я сел в массивное кресло, Юки же предпочел остаться стоять, прислонившись к косяку двери и скрестив руки на широкой груди. Его атлетичное телосложение в обтягивающей футболке подчеркивало, насколько он стал взрослым.
– Итак, Юки, – начал я, стараясь сохранять спокойствие. – Давно ты с адвокатом?
Сын не вздрогнул. Он лишь слегка приподнял бровь, и в его взгляде промелькнуло мимолетное удивление, которое тут же сменилось иронией.
– Ну, уже год, – ответил он ровным голосом. – А что, это противозаконно?
– Нет, – я вздохнул, потирая переносицу. – Просто почему ты не сказал? Мы могли бы... не знаю, обсудить это.
– Смысл говорить? – Юки оттолкнулся от двери и сделал шаг вглубь комнаты. – Чтобы слушать нотации матери о том, что я выбираю «неправильных» людей? Или чтобы Сухо смотрел на меня сочувствующим взглядом своего «истинного наследника»? Через год мне восемнадцать, отец. И я хочу свалить из этого дома как можно скорее.
Я почувствовал укол боли в груди. Мой сын не просто бунтовал, он строил план побега.
– Хэ Ин занята только Сухо, – продолжал парень, и в его голосе впервые прорезалась горечь. – Он ходит тут как инфант, сияет своей силой, а я для неё — вечный вред. Ошибка системы. Мусор, который не пробудился.
– Ты не мусор, Юки, – твердо сказал я.
– Я знаю, – он дерзко улыбнулся. – Я сильнее большинства твоих охотников и без всякой магии. И Ли Вон это знает. Он единственный, кто видит во мне человека, а не «сына Теневого Монарха» или «неудачника без сил».
Он замолчал, внимательно изучая моё лицо.
– Ах да, за барьер спасибо, – он внезапно усмехнулся, и в его глазах заплясали чертики. – Я почувствовал твою энергию. Что, будешь отчитывать меня за секс на рабочем месте?
Я почувствовал, как к щекам снова подливает жар. Этот паршивец ни капли не раскаивался.
– Юки, это было... крайне неосмотрительно, – выдавил я из себя. – Если бы не я, вас бы застукал кто угодно. Ли Вон мог потерять работу, а ты — остатки репутации в глазах матери.
– Плевать мне на репутацию, – отрезал он. – А Ли Вона я в обиду не дам. Если его уволят, он просто уйдет со мной. Мы справимся.
Я смотрел на него и видел себя. Не того Джинву, который стал богом, а того слабого парня ранга E, который шел в подземелья, чтобы выжить. У Юки была та же стальная воля, то же упрямство. Только направлено оно было не на спасение мира, а на защиту своего права быть собой.
– Я не собираюсь тебя наказывать за чувства, – сказал я после долгой паузы. – И Ли Вон... он хороший человек. Но ты должен понимать, что твоё поведение ранит семью. Не имидж, а именно нас. Меня.
Юки отвел взгляд. На мгновение его маска бунтаря дрогнула.
– Ты единственный, кто в этом доме еще имеет значение, пап, – тихо произнес он. – Но я не могу здесь дышать. Мать... она никогда не примет меня таким. Для неё я всегда буду вторым сортом после Сухо.
– Дай ей время, – попытался я, хотя сам в это слабо верил.
– У неё было семнадцать лет, – Юки горько усмехнулся. – Ладно, я пойду. Завтра у меня тренировка в пять утра.
Он уже взялся за ручку двери, когда я окликнул его:
– Юки?
Он обернулся.
– Будь осторожнее. И... если тебе что-то понадобится. Деньги, жилье, защита для Ли Вона. Приходи ко мне. Не пытайся решить всё в одиночку.
Сын посмотрел на меня долгим, пронзительным взглядом небесно-голубых глаз. В этом взгляде было больше благодарности, чем во всех поклонах моих теней.
– Спасибо, пап, – бросил он и вышел, закрыв за собой дверь.
Я откинулся на спинку кресла и выдохнул. В комнате снова стало тихо, но это была тишина перед бурей. Я знал, что конфликт с Хэ Ин только начинается. Она не простит мне тех слов, что я сказал в гостиной. Но я не мог иначе.
Мои тени зашевелились по углам. Игрис бесшумно возник рядом с моим столом.
– Мой лорд, – его голос был едва слышным шепотом. – Молодой господин очень похож на вас в юности. Такая же непоколебимая гордость.
– Знаю, Игрис, – я грустно улыбнулся. – В этом-то и проблема. Он слишком похож на меня, чтобы подчиняться кому-либо. Даже мне.
Я встал и подошел к окну. Внизу, в саду, я увидел фигуру Юки. Он стоял у фонтана, глядя на звезды. В его позе не было ни капли той слабости, которую приписывала ему мать. Он был воином, выковавшим себя сам, без помощи системы и магии.
Если мир потребует от него пробуждения, он пробудится по-своему. А пока... пока я буду его щитом. Даже если этим щитом мне придется закрывать его от собственной матери.
Я почувствовал, как Хэ Ин наверху ходит по комнате. Её гнев не утих, он просто затаился. Завтра будет новый день, новые споры и новые попытки «перевоспитать» того, кто рожден быть свободным.
Но сегодня я сделал свой выбор. Я выбрал сына, а не «систему семьи Сон».
– Бери от жизни всё, Юки, – прошептал я, глядя на его удаляющийся силуэт. – А с остальным я разберусь. В конце концов, для чего еще нужны Теневые Монархи, если не для того, чтобы защищать тех, кто нам дорог, от всего мира?
Даже если этот мир — наша собственная гостиная.