Секретарь монарха
Шепот теней и аромат карамели
Понедельник всегда был для меня днем серого бетона и бесконечных цифр, но в этот раз всё ощущалось иначе. Выходные, которые я обычно проводил в тренировках или зачистках подземелий S-ранга, прошли под знаком негласного расследования. Мои тени, лучшие шпионы во всех мирах, принесли мне информацию, которую не найдешь ни в одном личном деле.
Игрис и Бер, кажется, восприняли задание «присмотреть за Юми» с пугающим энтузиазмом. Теперь я знал о своем секретаре больше, чем о некоторых главах государств. Я знал, что она обожает белые розы — не за их пафос, а за чистоту цвета. Знал, что у неё дома живет старая кошка, которую она подобрала на улице, и что она часами может пропадать на кухне, создавая кулинарные шедевры из самых простых продуктов. Но больше всего меня зацепило другое. Юми была сиротой. Вся эта её колючая независимость, бунтарский дух и иссиня-черные растрепанные пряди были броней, которую она выковала сама, чтобы мир не смог её сломать.
А еще я знал, что эти дни месяца даются ей с трудом. Система позволяла мне чувствовать колебания жизненной энергии, и я понимал, что за её бодрым «Доброе утро» скрывается тупая, изматывающая боль.
Я стоял у окна своего кабинета, когда услышал шаги в приемной. Две пары ног. Одна походка была уверенной и легкой — Суянь. Вторая — чуть более тяжелая, осторожная.
– Юми, ну серьезно, – донесся до меня приглушенный голос Суянь. – Тебе просто нужен мужик. Хороший секс — лучший способ снять все спазмы и стресс. Проверено веками!
– Заткнись, Суянь, – прошипела Юми, и я почти увидел, как она закатывает свои ярко-голубые глаза. – Твои советы по биологии так же полезны, как советы по квантовой физике от золотой рыбки.
– Злая ты сегодня, – хохотнула подруга. – Ладно, я пошла работать, пока Великий и Ужасный не вышел из логова.
Дверь в приемную хлопнула. Я приоткрыл свою дверь ровно настолько, чтобы увидеть её. Сегодня Юми выглядела непривычно официально, но в этом была своя прелесть. Узкая юбка-карандаш идеально подчеркивала изгиб её бедер, а белая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей открывала вид на тонкую шею. Вместо привычных ботинок на ней были балетки — я вспомнил отчет Бера о том, что Юми катастрофически не умеет ходить на каблуках и совершенно не переносит воду, так как не умеет плавать. Маленькие слабости большой бунтарки.
Она села за свой стол, слегка поморщившись, и начала включать компьютер. Я бесшумно вышел из кабинета, держа в руке стакан с её любимым карамельным латте — еще одна деталь, добытая моими тенями.
– Доброе утро, Юми, – произнес я, подойдя почти вплотную.
Она вздрогнула, не ожидав моего появления, и обернулась. Её лицо, обычно живое и дерзкое, сейчас было немного бледным, но глаза по-прежнему сверкали небесной лазурью.
– Доброе утро, господин Сон, – ответила она, пытаясь придать голосу официальный тон. – Вы сегодня рано.
Я не отстранился. Напротив, я наклонился к самому её уху, чувствуя, как от неё исходит тонкий аромат парфюма, смешанный с запахом табака и чего-то неуловимо теплого, домашнего. Поставив кофе на стол прямо перед ней, я прошептал:
– Пей. Тебе нужно что-то горячее и сладкое. И не перетруждайся сегодня. Если нужно, уйдешь пораньше.
Я увидел, как по её шее пробежали мурашки, а дыхание на мгновение сбилось. Юми замерла, глядя на стакан, словно на магический артефакт. Я выпрямился, позволив себе легкую, почти незаметную улыбку, и вернулся в кабинет, оставив её в состоянии легкого шока.
Весь следующий час я не мог сосредоточиться. Мои мысли постоянно возвращались к разговору на беседке. «Ей не нужен Джинву как человек. Ей нужен статус жены Теневого Монарха». Эти слова Юми резали без ножа, потому что были правдой, которую я боялся признать.
Мои размышления прервал стук каблуков. Резкий, ритмичный, холодный. Дверь распахнулась без предупреждения.
Ча Хэ Ин вошла в кабинет, как всегда, безупречная. Идеальная укладка, дорогой костюм, лицо, не выражающее ничего, кроме деловой сосредоточенности. Она даже не взглянула на Юми, проходя мимо её стола, словно та была частью мебели.
– Джинву, хорошо, что ты на месте, – начала она с порога, даже не поздоровавшись. – У нас через три дня благотворительный вечер Ассоциации. Я уже выбрала тебе костюм, его доставят сегодня вечером. И не забудь, завтра в десять у нас фотосессия для «Hunter Weekly». Это важно для твоего рейтинга после последнего инцидента с вратами.
Я смотрел на неё и видел ту самую «статую», о которой говорила Юми. Красивая, сильная, невероятно одаренная... и абсолютно чужая.
– Здравствуй, Хэ Ин, – спокойно ответил я, откидываясь на спинку кресла. – Как прошли твои выходные? Ты отдохнула?
Она на мгновение запнулась, словно мой вопрос был какой-то помехой в её четко выверенном графике.
– Выходные? Я была на тренировочных сборах в Пусане, а потом обсуждала условия контракта с инвесторами. Джинву, зачем тратить время на пустую болтовню? Нам нужно обсудить план встречи. Кстати, после фотосессии будет ужин в «L'Eclat». Я уже забронировала столик.
– Я не хочу в ресторан, – отрезал я. – Я устал от официальных приемов. Может, просто закажем пиццу и посмотрим фильм?
Хэ Ин поморщилась, будто я предложил ей прыгнуть в яму с навозом.
– Пиццу? Джинву, не будь ребенком. Мы — лицо корейского сообщества охотников. Мы не можем позволить себе выглядеть... обычно. Имидж требует жертв.
В этот момент дверь кабинета тихо открылась, и вошла Юми с папкой документов. Она явно старалась быть незаметной, но я видел, как она бросила быстрый, проницательный взгляд на Хэ Ин, а затем на меня.
– Простите, господин Сон, – тихо сказала она. – Здесь срочные отчеты от отдела мониторинга. Нужно ваше подписание.
– Оставь на столе, Юми, – сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягче.
Хэ Ин наконец соизволила обернуться к моему секретарю. Её взгляд был ледяным.
– Девушка, вы разве не видите, что мы заняты? В следующий раз стучите громче или ждите, пока вас позовут.
Юми выпрямилась. Её невысокий рост в этот момент не имел значения — внутренняя сила, которую я так ценил, вспыхнула в её глазах.
– Госпожа Ча, – спокойно ответила она, – моя работа — обеспечивать функционирование этого офиса. Срочные отчеты имеют приоритет над обсуждением меню в ресторане. И, насколько мне известно, я нахожусь на своем рабочем месте.
В кабинете повисла тяжелая тишина. Хэ Ин сузила глаза, явно не привыкшая к тому, что кто-то смеет ей возражать, тем более «обычный» человек.
– Джинву, – Хэ Ин снова повернулась ко мне, игнорируя Юми, – тебе стоит сменить персонал. Твои сотрудники забывают о субординации.
– Мои сотрудники делают свою работу отлично, – твердо произнес я, вставая из-за стола. – И Юми права. Работа прежде всего. Хэ Ин, если это всё, что ты хотела обсудить касательно «имиджа», то мы закончили. У меня много дел.
Хэ Ин замерла, пораженная моим тоном. Она привыкла, что я соглашаюсь на её условия ради спокойствия, но сегодня что-то внутри меня окончательно сломалось. Золотая клетка, о которой говорила Юми, начала рассыпаться.
– Хорошо, – холодно бросила Хэ Ин, направляясь к выходу. – Надеюсь, к завтрашнему дню ты придешь в себя. Костюм привезут в семь.
Когда дверь за ней закрылась, в кабинете стало ощутимо легче дышать. Юми стояла у стола, нервно теребя край папки.
– Простите, господин Сон, – прошептала она. – Я, кажется, перегнула палку. Она ваша невеста, а я...
– А ты сказала правду, – перебил я её, подходя ближе. – Юми, посмотри на меня.
Она подняла голову. В её голубых глазах читалось смятение, но не страх.
– Ты была права в ту ночь на беседке, – сказал я, и она заметно вздрогнула, поняв, что я всё слышал. – Мне не нужна золотая обертка. И мне не нужен статус. Мне нужен... живой человек.
Я протянул руку и осторожно убрал непослушную прядь волос с её лица. Юми не отстранилась. Напротив, она едва заметно прильнула к моей ладони, и этот жест доверия значил для меня больше, чем все победы над монстрами.
– У тебя всё еще болит живот? – спросил я тише.
Она покраснела, став еще прекраснее.
– Откуда вы... – она осеклась. – Немного. Кофе помог. Спасибо.
– Иди домой, Юми, – приказал я, но в моем голосе не было начальственных нот. – Это приказ. Отдыхай. И... забудь про отчеты. Завтра разберемся.
– Но как же...
– Никаких «но». Игрис проводит тебя до такси.
Она улыбнулась — впервые за сегодня по-настоящему, открыто.
– Вы очень странный босс, господин Сон. Сильный, пугающий... и невероятно заботливый.
– Я просто человек, Юми, – ответил я, глядя ей вслед. – Который слишком долго об этом забывал.
Когда она ушла, я вернулся к своему столу. На нем лежала записка, которую она оставила вместе с отчетами.
*«Белые розы действительно красивые. Спасибо за кофе. И... ваша спина в этом костюме выглядит просто убийственно. Постарайтесь не переутомляться».*
Я рассмеялся — громко и искренне, впервые за много месяцев. Теневой Монарх, правитель легионов мертвых, был сражен запиской маленькой секретарши.
Я нажал кнопку внутренней связи.
– Суянь, отмените все мои встречи на завтра. И фотосессию тоже. Скажите госпоже Ча, что я занят... жизнью.
Впереди была долгая борьба с ожиданиями общества и старыми обязательствами, но, глядя на пустой стакан из-под карамельного латте, я знал одно: больше никакой золотой клетки. В этом мире, полном теней, я наконец нашел свой свет. И этот свет носил черную водолазку и не умел плавать.