← Назад к обзору

Семь замков, один ключ

Искушение в золотистых тонах

Егор чувствовал себя так, словно шел на эшафот, который внезапно превратился в ложе из лепестков роз. Коридор родительского дома, по которому он тысячи раз пробегал, скрываясь от очередного подкола или летящей в спину подушки, теперь казался бесконечным тоннелем, ведущим в неизведанное. Впереди шла Дана. Её прямые светлые волосы рассыпались по спине, а бедра в облегающих лосинах покачивались в такт шагам с такой уверенной грацией, что у Егора перехватило дыхание.

Они вошли в её комнату. Здесь всегда пахло эфирными маслами и чем-то сладким, напоминающим ваниль. Дана включила неяркий торшер, наполнив пространство мягким янтарным светом.

– Ложись на живот, Егор, – скомандовала она, указывая на кровать. В её голосе не было привычного приказного тона, которым она заставляла его мыть за неё посуду. Теперь это был голос профессионала, знающего силу своей власти над чужим телом.

Егор послушно лег, уткнувшись лицом в прохладную простыню. Он чувствовал, как бешено колотится сердце. Через мгновение матрас прогнулся — Дана села рядом.

– Ты весь как каменный, – её мягкие ладони коснулись его плеч через футболку. – Снимай её. Она только мешает.

Егор замялся, но послушался. Стянув ткань через голову, он обнажил свою спину — широкую, с четким рельефом мышц, результат долгих часов в спортзале, куда он сбегал от домашних неурядиц. Дана на мгновение замерла, её пальцы едва заметно дрогнули, когда она коснулась его кожи.

– Ого... – выдохнула она так тихо, что он едва услышал. – А наш маленький историк времени зря не терял.

– Ты собираешься издеваться или делом заниматься? – буркнул он, хотя в глубине души уже не хотел, чтобы она останавливалась.

– Тише, тише, – Дана капнула на ладони масло и начала медленно растирать его по его лопаткам. – Никаких насмешек. Только удовольствие. Ты ведь заслужил его, правда?

Егор закрыл глаза. Её руки были теплыми и сильными. Она разминала каждый узел, каждую зажатую мышцу, и с каждым движением ненависть, которую он копил годами, словно испарялась, уступая место тягучей, дурманящей неге.

– Знаешь, Егор, – прошептала Дана, наклоняясь ниже, так что её волосы щекотали его шею. – Мы ведь всегда знали, что ты особенный. Просто... мы боялись признать, что ты растешь слишком быстро. И слишком красивым.

– Боялись? – Егор приподнял голову, пытаясь взглянуть на неё. – Вы издевались надо мной при каждом удобном случае.

– Это была защита, глупый, – она нажала на точку у основания шеи, заставив его выдохнуть. – Если бы мы не дразнили тебя, нам пришлось бы признаться себе, что мы хотим твоего внимания. А делить тебя мы тогда еще не были готовы.

В этот момент дверь в комнату приоткрылась, и в проеме показалась Рита. Она всё еще была в своей спортивной майке, которая подчеркивала её крепкую, подтянутую фигуру и соблазнительный изгиб груди.

– Дана, ты не слишком затянулась? – Рита вошла без приглашения, её наглая улыбка играла на губах. – Настя уже подает десерт, а Соня начинает нервничать.

– Я почти закончила, – Дана нехотя оторвала руки от спины Егора. – Посмотри на него, Рита. Он же просто идеален.

Рита подошла ближе и, бесцеремонно присев на край кровати с другой стороны, провела ладонью по его волосам.

– Я же говорила в столовой, – она подмигнула Егору. – У него потенциал чемпиона. И не только в истории Византии.

Егор сел, чувствуя себя странно незащищенным под взглядами двух взрослых, сексуальных женщин, которые были его сестрами. Но страха больше не было. Было любопытство.

– Вы сговорились, – утвердительно сказал он, переводя взгляд с одной на другую.

– Мы пришли к соглашению, – поправила его Рита, придвигаясь ближе. – Зачем воевать за тебя, если можно наслаждаться тобой вместе? Пойдем вниз, Егор. Тебя ждет сюрприз.

Когда они вернулись в столовую, свет там был приглушен. На столе стоял огромный шоколадный торт, а вокруг него расположились остальные сестры. Аня, танцовщица, сидела на столе, покачивая ногой в коротких шортах. Её темные кудри блестели в свете свечей.

– Наконец-то! – воскликнула она, спрыгивая на пол. – Мы уже думали, что Дана решила оставить тебя себе на всю ночь.

– Не будь жадиной, Дана, – Алсу, самая младшая и модная, подошла к Егору и поправила воротник его футболки, которую он успел накинуть. – Мы все хотим свою порцию внимания.

Егор сел на прежнее место. Настя, повар семьи, поставила перед ним тарелку с куском торта.

– Попробуй, Егор. Я добавила туда немного корицы и перца. Как ты любишь. С огоньком.

Он взял вилку, чувствуя на себе семь пар пристальных взглядов. Каждая из них словно изучала его заново, видя в нем не объект для шуток, а мужчину.

– Почему сейчас? – спросил он, проглотив первый кусочек. – Почему вы решили открыться именно сегодня?

Соня, старшая, медленно подняла бокал с вином.

– Потому что сегодня тебе исполнилось восемнадцать не только по паспорту, Егор. Мы видели, как ты смотрел на нас последние месяцы. Твоя скромность больше не скрывает твоего желания. И мы решили, что хватит играть в прятки.

– Мы всегда любили тебя, – добавила Мария, не выпуская из рук камеру, но не снимая, а просто держа её на коленях. – Просто наша любовь была... уродливой. Мы не умели по-другому. Но теперь мы хотим показать тебе её настоящую сторону.

– И как же это будет выглядеть? – Егор выпрямился, его плечи развернулись, и в глазах промелькнула искра уверенности, которую он раньше прятал.

Аня подошла к нему сзади, обвив руками его шею. Её грудь мягко прижалась к его спине.

– Это будет выглядеть так, как ты захочешь, – прошептала она ему в самое ухо. – Мы — твои сестры. Мы знаем тебя. Мы наглые, мы забавные, мы иногда невыносимые... но мы твои. Все семь.

Алсу обошла стол и села на подлокотник его кресла.

– Представь, Егор, – она коснулась его руки своими тонкими пальцами с идеальным маникюром. – Больше никаких ссор из-за пустяков. Только забота. Если ты захочешь, я подберу тебе лучший гардероб, чтобы все девушки в университете сходили с ума... хотя зачем тебе другие девушки, если у тебя есть мы?

– Я могу делать тебе массаж каждый вечер, – подала голос Дана из угла комнаты.

– А я буду готовить тебе всё, что ты пожелаешь, – улыбнулась Настя. – И поверь, путь к сердцу мужчины через желудок — это только начало.

Егор чувствовал, как внутри него всё переворачивается. Те, кого он ненавидел, те, кто заставлял его чувствовать себя ничтожеством, теперь предлагали ему мир, о котором он не смел даже мечтать в самых смелых фантазиях.

– Вы понимаете, что это... неправильно? – он попытался вставить последний аргумент здравого смысла.

– Правильно то, что делает нас счастливыми, – отрезала Соня. Она встала и подошла к нему, положив руку на стол рядом с его тарелкой. – Мы слишком долго жили в напряжении, Егор. Ты ненавидел нас, мы изводили тебя. Хватит. Мы хотим гармонии. И эта гармония вращается вокруг тебя.

Мария вдруг подняла камеру и сделала снимок. Вспышка на мгновение ослепила Егора.

– Этот кадр будет моим любимым, – сказала она, глядя на экран фотоаппарата. – Ты здесь такой... властный.

Егор усмехнулся. Впервые за долгое время это была не горькая усмешка, а осознание своей силы. Он посмотрел на Аню, которая всё еще обнимала его, на Алсу, на Соню.

– Значит, вы хотите загладить вину? – он откинулся на спинку кресла, и Ане пришлось немного отстраниться. – Хорошо. Но у меня есть условие.

Сестры замерли, переглянувшись.

– Какие условия, братик? – Рита игриво прикусила губу.

– Больше никаких игр за моей спиной, – твердо сказал Егор. – Если вы хотите быть со мной, если вы хотите этого «внимания», о котором говорите... то я здесь главный. Больше никто не будет запирать меня в шкафу или смеяться над моими книгами. Вы будете уважать меня.

В комнате повисла тишина. Сестры смотрели на него с изумлением, которое быстро сменилось восхищением. Егор, скромный историк, внезапно проявил характер, который они сами в нем и воспитали своими нападками.

– Наш мальчик выпустил когти, – засмеялась Аня, и в её смехе не было издевки, только чистый восторг. – Мне это нравится.

– Согласны, – коротко кивнула Соня. – Мы принимаем твои правила.

Настя подошла к нему и протянула руку.

– Тогда начнем с десерта? Но не этого, – она указала на торт. – Мы подготовили для тебя кое-что особенное в гостиной. Нам нужно обсудить наше... совместное будущее.

Егор встал. Он был выше их всех, и теперь он не сутулился. Он чувствовал, как его тело наполняется энергией. Семь женщин, каждая из которых была по-своему прекрасна и опасна, теперь смотрели на него как на своего лидера, своего кумира.

Когда они перешли в гостиную, Егор сел на большой диван, и сестры тут же окружили его. Рита и Дана устроились по бокам, Аня и Алсу сели на ковер у его ног, Соня, Настя и Мария заняли кресла напротив.

– Знаешь, Егор, – начала Мария, вертя в руках объектив. – Я всегда хотела провести с тобой профессиональную фотосессию. Но не такую, как раньше, когда ты был недоволен. Я хочу запечатлеть твою силу. Твое тело.

– Мы все этого хотим, – добавила Соня. – Мы хотим быть частью твоей жизни не как тени из прошлого, а как те, кто разделяет с тобой настоящее.

Егор посмотрел на Риту. Она сидела так близко, что он чувствовал тепло её тренированного тела.

– Ты сказала, что видела меня в спортзале, – вспомнил он.

– Да, – Рита улыбнулась, и её глаза блеснули. – И я видела не только твои приседания. Я видела, как ты меняешься. Ты становишься мужчиной, Егор. Настоящим. Сильным. И очень... притягательным.

Она положила руку ему на колено, и Егор не отстранился. Напротив, он накрыл её ладонь своей.

– Значит, новая глава, – произнес он, оглядывая их всех.

– Самая лучшая глава в твоей жизни, – подтвердила Алсу, положив голову ему на колено.

Егор закрыл глаза на мгновение. Ненависть ушла, оставив после себя пустоту, которую эти семь женщин теперь стремились заполнить собой. Он понимал, что впереди их ждет нечто сложное, возможно, скандальное и определенно безумное. Но глядя на их улыбки, чувствуя их близость и видя обожание в их глазах, он понял, что больше не хочет бороться.

Он был историком и знал, что великие империи строились на крови и страсти. Его собственная империя только что родилась в стенах этого дома, и он был готов стать её полноправным правителем.

– Ну что ж, – Егор посмотрел на Соню, затем на Аню и остальных. – Убедите меня, что я не пожалею о своем решении.

Сестры переглянулись, и на их лицах расцвели те самые наглые, сексуальные улыбки, которые когда-то были его кошмаром, а теперь стали его самой большой наградой.

– О, поверь, Егор, – прошептала Дана, снова начиная массировать его плечи, – ты даже не представляешь, на что мы готовы, чтобы ты был доволен.

Вечер только начинался, и в старом доме, где когда-то царили обиды и насмешки, теперь воцарилась новая атмосфера — густая, как аромат духов Сони, и горячая, как специи в торте Насти. Егор наконец-то был дома. По-настоящему дома.