← Назад к обзору

Семья

Осколки прежнего мира

Прошла неделя с тех пор, как политическая карта Кореи — да и всего мира — навсегда изменилась. Ассоциация охотников, эта громоздкая, прогнившая изнутри махина, перестала существовать. Официальные отчеты пестрели формулировками о «добровольном самороспуске» и «передаче полномочий частным структурам», но те, кто имел хоть каплю маны в крови, знали правду. Теневой Монарх просто стер их с лица земли, не оставив камня на камне от их влияния.

В нашем доме, однако, жизнь текла своим чередом, словно и не было тех кровавых разборок в Теневом Измерении.

Я сидел на диване в просторной гостиной, наблюдая за Сухо и Миджун. Двойняшки, которым исполнилось по пятнадцать, были в том возрасте, когда их магия начинала требовать выхода. Мы занимались теорией контроля — я учил их чувствовать нити пространства, не разрывая их.

– Пап, смотри! – Сухо сосредоточенно сдвинул брови, и в его ладони на мгновение материализовался крошечный черный кинжал, точная копия моих «Гневов Камиша», только из чистой тени. Кинжал просуществовал секунды три и рассыпался пеплом.

– Хорошо, Сухо. Удержание формы стало стабильнее, – я кивнул, невольно улыбаясь. – Миджун, твоя очередь.

Дочь, чьи длинные черные волосы были собраны в небрежный хвост, лишь фыркнула. Она была женской версией меня, но с характером, который иногда ставил меня в тупик. Она не стала создавать оружие. Вместо этого тени под её ногами зашевелились, и из них вырос крошечный призрачный цветок, который начал медленно вращаться.

– Красиво, – признал я. – Но в бою эстетика не всегда помогает.

– Зато это бесит противника, – парировала она, хитро прищурив серые глаза.

Из кухни доносился смех и звон посуды. Юми, мой Небесный Дракон, возилась там с маленькой Ай. Пятилетняя дочурка, копия нас обоих, обожала помогать матери. Я чувствовал их ауры — теплую, лазурную энергию Юми и яркую, пока еще хаотичную искру Ай. Они пекли что-то сладкое, и аромат ванили постепенно вытеснял запах озона, который всегда сопровождал наши тренировки.

Мой взгляд переместился в дальний угол зала, где в глубоком кресле устроился Юки.

Старший сын выглядел сейчас максимально домашним и далеким от того образа «Багряного Монарха», который поверг в ужас судей неделю назад. На нем была объемная белая кофта, скрывающая мощные плечи, и простые домашние штаны. На переносице сидели очки в тонкой оправе — он надевал их, когда долго работал за ноутбуком.

Перед ним на низком столике стояла большая кружка с горячим шоколадом, из которой поднимался пар, и тарелка с внушительной пирамидой бутербродов. Юки, несмотря на свою скрытность и интеллект, всегда отличался отменным аппетитом.

Он быстро печатал, его пальцы летали по клавиатуре, а в отражении очков мелькали бесконечные строки кода и юридических документов.

– Всё еще разгребаешь архивы Ассоциации? – спросил я, слегка повысив голос, чтобы отвлечь его.

Юки замер, не отрывая взгляда от экрана. Он потянулся за бутербродом, откусил добрую половину и только после этого медленно повернул голову ко мне.

– Это не просто архивы, пап, – его голос звучал глухо, но спокойно. – Это счета. Ли Вон помогает мне перенаправлять их активы в фонд помощи семьям охотников низких рангов. Оказалось, эти чинуши украли столько, что хватит на постройку трех новых больниц и десятка тренировочных центров.

– Ли Вон скоро будет здесь? – поинтересовалась Миджун, внезапно перестав крутить свой теневой цветок.

Юки едва заметно вздрогнул, и я заметил, как кончики его ушей порозовели. Он снова уткнулся в ноутбук, скрывая лицо за челкой.

– Да, через полчаса. У него были дела в министерстве юстиции. Нужно окончательно закрыть вопрос с той лабораторией.

– Юки, ты опять пьешь шоколад вместо нормальной еды? – из кухни вышла Юми, вытирая руки о передник. Ай семенила за ней, перепачканная в муке.

– Мам, это тоже еда, – Юки поднял кружку, словно салютуя ей. – Тут много калорий. Моему мозгу нужно топливо.

– Твоему мозгу нужно мясо, – Юми подошла к нему и ласково потрепала по густым черным волосам, отчего пряди встали еще более хаотично. – Ли Вон придет, я надеюсь, он заставит тебя поесть нормально.

Юки пробормотал что-то невнятное, но я почувствовал, как его мана на мгновение потеплела. После того, что произошло, их связь с Чон Ли Воном стала очевидной для всей семьи. Я видел, как адвокат смотрел на моего сына — с преданностью, которая граничила с поклонением, но при этом с нежностью, которую Юки позволял проявлять только ему.

– Папа, а Юки правда может вызвать огромного монстра? – Ай подбежала ко мне и забралась на колени.

Сухо и Миджун тоже замерли, ожидая ответа. Они видели багряные тени на полигоне, но ту самую «Годзиллу» в Каннаме видел только я и те, кто уже никогда ничего не расскажет.

Я посмотрел на старшего сына. Юки перестал печатать. Он снял очки и потер переносицу, глядя в окно на заходящее солнце.

– Юки может многое, Ай, – тихо сказал я, прижимая малышку к себе. – Но самое главное его умение — оставаться собой, когда вокруг рушится мир.

– Я просто не люблю, когда трогают моих, – внезапно произнес Юки. Он закрыл ноутбук и встал. Его рост в 190 сантиметров всегда впечатлял, особенно в сочетании с этой расслабленной, хищной грацией. – Пап, я пойду встречу Ли Вона. Ему трудно проходить через твои теневые посты у ворот, Игрис его постоянно досматривает, как международного террориста.

– Игрис просто выполняет свою работу, – я усмехнулся. – Но иди. Думаю, Ли Вону будет приятно, если его встретит «багряный ужас Сеула» в домашней кофте.

Юки фыркнул, но в его глазах промелькнула искра веселья. Он подхватил последний бутерброд, на ходу взъерошил волосы Сухо и вышел в прихожую.

Когда дверь за ним закрылась, в зале стало тише.

– Джинву, – Юми присела рядом со мной на диван. – Ты ведь понимаешь, что он больше не сможет скрывать свою силу? Охотники ранга S из других стран уже начинают задавать вопросы. Китай, Америка... они все видели всплеск маны в тот вечер.

– Пусть задают, – я откинулся на спинку дивана, чувствуя, как мои тени расползаются по комнате, создавая абсолютный щит спокойствия. – Если кто-то из них решит проверить Юки на прочность, они быстро поймут, что Теневой Монарх — это не один человек. Это династия.

– Ты такой пафосный, когда серьезный, – Миджун закатила глаза, но я видел, как она гордо выпрямила спину.

В этот момент я почувствовал приближение Ли Вона. Его аура была спокойной, светлой, с легким оттенком усталости. И рядом с ней — багряный, мощный пульс Юки. Они шли к дому, и я чувствовал, как их энергии переплетаются, создавая нечто новое, чего не было в моем мире.

Возможно, Юки и был скрытным, умным и иногда пугающим, но сейчас, глядя на свою семью, я понимал: он стал именно тем наследником, который нужен этому времени. Не просто воином, а тем, кто знает цену мира и готов сжечь любого, кто попытается этот мир нарушить.

– Идемте ужинать, – скомандовала Юми. – Ай, беги мой руки. Сухо, Миджун, хватит мучить тени, стол сам себя не накроет.

Я поднялся, чувствуя себя по-настоящему счастливым. Ассоциации приходят и уходят, короли сменяют друг друга, но запах домашних булочек и шум родных голосов — это то, ради чего стоило возвращаться из любой бездны.

– Игрис, – позвал я мысленно.

– Слушаю, мой Король, – мгновенно отозвался верный рыцарь из тени.

– Сегодня отдых для всех. Даже для тебя. Охраняй только периметр. И... приглядывай за Юки. Кажется, он собирается снова рисовать графити на заднем дворе.

– Слушаюсь.

Я вошел в кухню, где Ай уже пыталась стащить кусочек пирога, а Юми со смехом её ловила. Жизнь продолжалась. И в этой новой жизни у моего сына был свой путь, свой багряный трон и свой человек, ради которого он был готов держать монстров на цепи.