Семья
Дым и пепел старого мира
Вечер опустился на Сеул мягким саваном, окрашивая небо в цвета спелой сливы и тревожного багрянца. В доме Сон наконец-то стало тихо. Юми уложила Ай, которая до последнего требовала сказку про «папу-рыцаря и большого дракона», а Сухо и Миджун, вымотанные тренировкой, разошлись по своим комнатам.
Я стоял у окна в гостиной, наблюдая за тем, как тени удлиняются, сливаясь с ночной прохладой. Моё восприятие, раскинувшееся на километры вокруг, уловило знакомый ритм. Юки. Он сидел на веранде, скрытый от посторонних глаз густой зеленью сада. Его аура была спокойной, но в ней чувствовалась та самая тяжесть, которая появляется у человека, принявшего решение, способное изменить судьбу.
Я вышел на веранду бесшумно. Юки сидел на перилах, свесив одну ногу. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль, за городские огни. В руке он держал тонкую сигарету. Огонек тлел, выбрасывая в воздух тонкую струйку едкого дыма.
Я знал, что он курит в тайне от матери. Я знал причину этого курения — это был его способ заземлиться, удержать внутри себя тот багряный хаос, который рвался наружу после каждого использования силы Теневого Монарха. Курение притупляло чувства, делало мир менее ярким, а значит — менее раздражающим для его обостренного восприятия.
Я молча подошел и сел в плетеное кресло рядом. Юки не вздрогнул. Он лишь слегка повернул голову, и в его синих глазах отразились блики ночного города.
– Угостишь? – спросил я негромко.
Сын удивленно приподнял бровь, но молча вытащил из кармана пачку и протянул мне. Я достал сигарету, щелкнул пальцами, вызывая крошечный сгусток пламени, и закурил. Горький дым наполнил легкие. Я не курил уже много лет — с тех самых пор, как стал Системой, а потом и самим Монархом. Моё тело мгновенно нейтрализовало токсины, но вкус... вкус остался прежним.
– Мама убьет нас обоих, если узнает, – негромко произнес Юки, возвращаясь к созерцанию горизонта.
– Мама спит, – ответил я, выпуская облако дыма. – А Игрис умеет хранить секреты. Тем более, что он сейчас занят — пытается понять, почему Ли Вон ушел из дома в таком... смятении.
Юки замер. Его плечи напряглись, а татуировки на руке, казалось, стали чуть темнее в лунном свете. Он сделал глубокую затяжку, прежде чем ответить.
– Ли Вон не в смятении, пап, – Юки посмотрел на меня прямо. – Он просто осознает новую реальность.
Я внимательно посмотрел на сына. В его взгляде больше не было того подросткового бунтарства, которое я видел еще месяц назад. Там была зрелость хищника, который нашел свою пару и готов защищать её до последнего вздоха.
– С Ли Воном всё серьезно? – спросил я, хотя уже знал ответ.
– Да, пап. Очень, – Юки опустил глаза, и на его губах появилась та самая полуулыбка, которая делала его таким похожим на Юми. – Мы... мы объяснились. И у нас был секс.
Я промолчал, продолжая курить. В мире обычных людей это было бы поводом для долгого разговора, нравоучений или неловкости. Но мы не были обычными людьми. Для наследника Монарха физическая близость с кем-то — это не просто акт страсти. Это сплетение энергий. Юки впустил Ли Вона в свой внутренний круг, туда, куда закрыт вход даже для меня.
– Он хороший парень, – наконец сказал я. – Умный. Преданный. И, что самое важное, он не боится твоей тени.
– Он единственный, кто видит во мне Юки, а не «сына великого Сон Джинву» или «будущую катастрофу ранга S», – Юки стряхнул пепел. – С ним я чувствую себя... нормальным. Насколько это вообще возможно с Годзиллой в подвале сознания.
Мы посидели в тишине еще несколько минут. Сигареты догорали.
– Что теперь будет с Ассоциацией? – Юки сменил тему, и его голос снова стал деловым и холодным. – Ты ведь понимаешь, что вакуум власти долго не просуществует. Мировое сообщество в панике. Они думают, что ты решил установить диктатуру теней.
Я усмехнулся, глядя на тлеющий окурок.
– Пусть думают. Страх — отличный инструмент для поддержания порядка. Но ты прав, структура нужна. И, кажется, у нас есть кандидат на роль того, кто соберет эти осколки.
Юки вопросительно посмотрел на меня.
– Дошли слухи, – я затушил сигарету прямо о перила, и след мгновенно исчез под воздействием маны. – Та одержимая сучка Ча Хэ Ин возвращается в Корею. Говорят, она намерена возглавить новую организацию, которая придет на смену Ассоциации.
Юки нахмурился, в его глазах промелькнула искра узнавания.
– Та самая? S-ранг, которая чувствует запах маны как вонь?
– Она самая, – кивнул я. – Она сильна, принципиальна и, что самое главное, она одна из немногих, кто понимает: с нами лучше сотрудничать, чем враждовать. Если она возглавит охотников, у нас будет передышка.
– Передышка для чего? – Юки спрыгнул с перил, выпрямляясь во весь свой огромный рост.
Я тоже встал. Мы стояли друг напротив друга — два Монарха, старый и новый.
– Для того, чтобы ты мог жить, Юки, – я положил руку ему на плечо. – Чтобы ты мог рисовать свои граффити, любить своего адвоката и готовить стейки по выходным. Я возьму на себя внешние угрозы. Но внутренний порядок в этой стране... теперь это будет твоя зона ответственности. Ча Хэ Ин будет официальным лицом. Ты будешь истинной силой в тени.
Юки кивнул, принимая этот груз без лишних слов.
– Ли Вон поможет с юридической стороной, – произнес он. – Он уже нашел лазейки в уставе новой организации. Мы сделаем так, чтобы они не могли и шагу ступить без нашего одобрения, при этом сохраняя видимость независимости.
– Хороший план, – я улыбнулся. – Весь в отца.
Юки хмыкнул и направился к двери, но на пороге остановился.
– Пап?
– Да?
– Спасибо. За то, что не стал читать нотации про Ли Вона.
– В этом доме достаточно одного Монарха, который любит читать нотации, – я подмигнул ему. – И это твоя мать. Так что лучше иди почисти зубы, пока она не проснулась и не учуяла дым.
Юки рассмеялся — легко и открыто, как обычный восемнадцатилетний парень. Он скрылся в доме, и через мгновение я почувствовал, как его аура переместилась в сторону комнаты, где, судя по всему, Ли Вон уже ждал его, делая вид, что спит.
Я остался на веранде один. Ночь была тихой, но я знал, что где-то там, за океаном, Ча Хэ Ин уже пакует чемоданы, а мировые лидеры шепчутся в темных кабинетах. Мир менялся. Багряный шторм моего сына только начинал набирать силу, и я собирался сделать всё, чтобы этот шторм очистил мир, а не разрушил его.
Я посмотрел на свои руки. Тени плясали на кончиках пальцев, готовые к бою.
– Ну что ж, Ча Хэ Ин, – прошептал я в пустоту. – Посмотрим, что ты предложишь на этот раз.
Я развернулся и вошел в дом, оставляя запах табака и пепел старых правил позади. Завтра будет новый день. День, когда тени официально станут законом.