Семья монарха
Колыбельная среди звезд
Мина спала в нашей спальне, свернувшись калачиком под тяжелым шелковым одеялом. Ее дыхание стало ровным, но во сне она все еще крепко сжимала край моей подушки, словно это был единственный якорь в бушующем океане. Я сидел рядом, вглядываясь в ее лицо, и чувствовал, как внутри меня медленно оседает пепел недавней ярости. Теневой Монарх, перед силой которого преклонялись миры, сейчас был просто отцом, который боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть хрупкий покой своего ребенка.
Алекс исчез в детской комнате Мины почти час назад. Он не пускал туда никого — ни меня, ни моих родителей, ни старших сыновей. Я слышал через стену приглушенные звуки: треск магических разрядов, шорох смещаемых пластов пространства и тихий ропот драконьего языка. Алекс творил что-то грандиозное, вкладывая в это всю ту нежность и боль, что накопились в нем после похищения дочери.
Дверь нашей спальни тихо приоткрылась. На пороге стоял Алекс. Его блондинистые волосы были взлохмачены сильнее обычного, на щеке виднелась полоса сажи, но небесно-голубые глаза сияли мягким, торжествующим светом. Он выглядел уставшим, но его фарфоровая кожа больше не была бледной — она светилась изнутри теплом.
– Джинву, – прошептал он, кивком указывая на спящую Мину. – Принеси ее. Всё готово.
Я осторожно, стараясь не разбудить, подхватил дочь на руки. Она была такой легкой, почти невесомой. За нами, словно тени, пристроились Су-хо, Юкио и Миджун. Даже маленький Мин-Хо на руках у бабушки Кён Хи перестал капризничать, словно чувствуя важность момента. Мы все хотели одного — чтобы Мина снова почувствовала себя дома. В безопасности.
Мы подошли к дверям ее комнаты. Алекс торжественно распахнул их, и я невольно замер на пороге, пораженный увиденным.
Это больше не была просто комната в нашем особняке. Алекс использовал свою драконью магию и мои теневые каналы, чтобы искривить пространство, создав нечто невообразимое. Мы словно шагнули внутрь огромного прозрачного купола, парящего высоко над миром. Через стеклянные стены открывался захватывающий вид на ночной Сеул, мерцающий миллионами огней далеко внизу, но над нашими головами не было потолка — лишь бескрайний космос, усыпанный яркими звездами и переливающимися фиолетовыми туманностями.
– Алекс... – выдохнул я, глядя на это волшебство. – Ты создал для нее целую вселенную.
– Она боялась темноты, Джинву, – тихо ответил он, подходя ближе и касаясь плеча дочери. – Я хотел показать ей, что темнота — это не пустота и не страх. Это колыбель для звезд.
В центре этого магического пространства возвышалась огромная круглая кровать, застеленная уютным фиолетовым покрывалом, цвет которого в точности повторял свечение моих глаз в моменты силы. Множество мягких подушек приглашали утонуть в них. Вокруг, словно маленькие пушистые облака, расположились кресла и пуфики. На полках, вырезанных прямо из сгущенного звездного света, стояли любимые игрушки Мины, а на столиках горели свечи в резных подсвечниках, наполняя воздух ароматом лаванды и ванили.
Над изголовьем кровати мягко пульсировала неоновая надпись «Dream». Мечта.
Я бережно опустил Мину на кровать. В ту же секунду из-под подушек выскочил маленький живой кролик с белоснежной шерсткой. Он забавно повел ушами и пристроился под боком у девочки, тихонько подрагивая носом. В углу комнаты я заметил аккуратный вольер с мягким сеном и поилкой — Алекс продумал всё до мелочей, даже живого компаньона, который будет охранять ее сны.
Мина пошевелилась. Ее веки дрогнули, и она открыла глаза. Один серый, другой голубой — они отразили всё великолепие звездного неба над головой. Она не вскрикнула, не сжалась от страха. Она медленно приподнялась на локтях, оглядываясь вокруг.
– Папа? – ее голос был тонким, как струна, но в нем больше не было того надрывного ужаса. – Мы на небе?
Алекс присел на край кровати, погладив ее по растрепанным темным волосам.
– Нет, принцесса. Мы дома. Просто я попросил звезды спуститься поближе, чтобы они светили тебе всю ночь. Видишь? Они не кусаются. Они защищают тебя.
Мина протянула руку вверх, и одна из туманностей, словно живая, опустилась ниже, окутывая ее пальцы мягким фиолетовым сиянием. Девочка впервые за эти долгие сутки улыбнулась — слабо, но искренне.
– И кролик... – она заметила пушистого зверька и осторожно коснулась его уха. – Он настоящий?
– Самый настоящий, – улыбнулся Алекс. – Его зовут Снежок. Он будет спать с тобой, чтобы тебе не было одиноко, если мы с папой Джинву вдруг отойдем на кухню за печеньем.
Су-хо и Юкио стояли у входа, и я видел, как расслабились плечи моих сыновей. Юкио, который еще пару часов назад метал черные молнии в лабораториях, сейчас завороженно смотрел на звезды, а Су-хо незаметно смахнул слезу, обнимая Миджун за плечи.
– Это круто, пап, – негромко произнес Юкио, обращаясь к Алексу. – Я бы и сам в такой комнате пожил.
– Тебе уже восемнадцать, обойдешься, – шутливо отозвался Алекс, хотя в его голосе слышалось облегчение.
Я подошел к кровати и сел с другой стороны от Мины. Моя тень, обычно острая и хищная, здесь превратилась в мягкий бархатный ковер, устилающий пол под кроватью. Я чувствовал, как страх, глубоко засевший в подсознании дочери, медленно вымывается этим магическим светом.
– Мина, – я взял ее за руку. – Посмотри на меня.
Она повернула голову. В ее глазах я видел свое отражение на фоне звезд.
– Те люди... они больше никогда не причинят тебе боли. Мы с папой Алексом, твои братья и дедушка... мы уничтожили всё, что могло тебя напугать. Теперь это твое королевство. Здесь ты — самая главная.
– Даже главнее Монарха Теней? – хитро прищурилась она, и в этом вопросе я узнал прежнюю Мину, маленькую проказницу.
– Намного главнее, – рассмеялся я, целуя ее в лоб.
Алекс поднял голову к куполу, и по его знаку звезды начали медленно вращаться, создавая убаюкивающий ритм. Свет свечей стал приглушенным, а неоновая надпись «Dream» засияла чуть ярче, погружая комнату в атмосферу абсолютной безмятежности.
– Посмотрите на верхний ярус, – шепнула Миджун.
Там, на антресоли, среди мягких драпировок, сидел огромный плюшевый медведь, который, казалось, присматривал за всем помещением с высоты.
– Это для охраны, – подмигнул Алекс. – Если вдруг кролик уснет слишком крепко.
Мина зевнула, прижимая к себе Снежка. Ее веки снова начали тяжелеть. Магия этого места была пропитана исцелением — Алекс вложил в заклинание частицу своей драконьей души, способную залечивать не только раны на теле, но и трещины в сознании.
– Останьтесь... – пробормотала она, уже засыпая. – Оба...
– Мы здесь, крошка, – Алекс лег рядом с ней прямо поверх покрывала, подложив руку под голову. – Мы никуда не уйдем.
Я устроился с другой стороны, чувствуя тепло своей семьи. Моя мать и отец тихо вышли из комнаты, уводя за собой старших детей. Они понимали, что сейчас Мине нужны только мы двое — те, кто подарил ей жизнь и кто едва не потерял ее.
Тишина в комнате была живой. Она дышала вместе с нами. Где-то внизу шумел город, который даже не подозревал, что сегодня ночью его судьба висела на волоске. Если бы Мина не вернулась, от этого города, да и от всей страны, не осталось бы камня на камне. Но сейчас, в этом стеклянном шаре среди звезд, наступил мир.
Я смотрел на Алекса. Его лицо в свете неоновой надписи выглядело неземным. Блондинистые пряди рассыпались по подушке, а на руке с татуировкой играли блики фиолетовых туманностей. Он был моим мужем уже двадцать пять лет, но каждый раз я находил в нем новые грани. Сегодня он превзошел сам себя, превратив ярость убийцы драконов в созидательную силу любви.
– Ты молодец, Алекс, – прошептал я.
Он приоткрыл один глаз и слабо улыбнулся.
– Мы оба молодцы, Джинву. Мы защитили наш мир. Настоящий мир.
Я закрыл глаза, прислушиваясь к мерному сопению Мины и тихому шороху кролика в ногах. Тень Монарха и Свет Дракона сплелись здесь в единое целое, создавая колыбельную, которую не под силу разрушить ни одному злу во вселенной.
Сон пришел быстро — глубокий, без сновидений о битвах и крови. В эту ночь нам всем снились только звезды, которые Алекс так заботливо спустил с небес в комнату нашей дочери. И я знал, что завтра, когда Мина проснется, она первым делом посмотрит на солнце и больше не увидит в нем угрозы. Потому что ее папы всегда будут рядом. Бессмертный Монарх и Вечный Дракон — стражи ее маленькой, но такой важной вселенной.