← Назад к обзору

Семья сон

Пепел небесного гнева

Тишина в нашем доме всегда была наполнена жизнью. Топот маленьких ножек Ай, звон тренировочных мечей Сухо и Миджун, мелодичный смех Юми. Но последние два дня тишина стала осязаемой, тяжелой, как могильная плита. Юки почти не выходил из своей комнаты. Он не жаловался, не крушил мебель. Он просто замолчал, и эта тишина резала меня сильнее любого клинка монархов.

Я стоял на балконе, глядя на ночной Сеул, когда мой телефон завибрировал. Номер был незнакомый, но код принадлежал одной из центральных клиник для охотников.

– Слушаю, – коротко бросил я, и тень у моих ног тревожно колыхнулась.

– Господин Сон Джинву? – голос на том конце дрожал. – Говорит главный врач госпиталя «Святая Мария». Только что к нам доставили вашего сына, Сон Юки. Он в критическом состоянии.

Мир вокруг меня на мгновение замер. Сердце, которое давно привыкло биться в ритме вечности, пропустило удар.

– Что с ним? – мой голос стал тише, и в этом шепоте крылась угроза, от которой в трубке послышался сдавленный всхлип.

– Его привезли из ночного клуба... Кто-то накачал его мощным синтетическим препаратом, подавляющим ману. И... господин Сон, над ним совершили насилие. Пожалуйста, приезжайте срочно.

Я не стал вешать трубку. Я просто исчез.

«Обмен тенями».

В следующее мгновение я уже стоял посреди стерильного коридора больницы. Воздух здесь был пропитан запахом антисептиков и страха. Рядом со мной из воздуха соткалась Юми. Она почувствовала мой всплеск энергии и последовала за мной, даже не сменив домашнюю одежду. Её небесно-голубые глаза лихорадочно сканировали пространство.

– Где он?! Джинву, где наш сын?! – её голос сорвался на крик.

Врач, бледный как полотно, выбежал нам навстречу. Он не успел открыть рот, как я схватил его за плечо, едва сдерживая силу, способную раздробить кости.

– Веди.

Юки лежал в отдельном боксе, опутанный трубками и датчиками. Его мощное тело, которое еще два дня назад казалось незыблемым бастионом, выглядело сейчас пугающе хрупким. Его кожа, обычно бледная и чистая, была покрыта синяками и ссадинами. Но хуже всего был его запах — запах чужой, грязной маны, которая отравляла его кровь.

Юми упала на колени у его кровати, схватив его за руку. Её фарфоровая кожа начала светиться призрачным лазурным светом.

– Мой мальчик... мой бедный мальчик... – шептала она, и её волосы, обычно просто взъерошенные, начали шевелиться, словно живые змеи.

– Мы едва успели его откачать, – тихо сказал врач, стоя у двери. – Препарат был рассчитан на то, чтобы полностью парализовать волю охотника S-ранга. Если бы не его наследие... если бы не кровь дракона, его сердце бы просто остановилось.

Я подошел к окну, сжимая подоконник так, что камень начал крошиться в пыль. Мои тени — Игрис, Бери, Камиш — все они выли внутри моего сознания, требуя крови. Город под окнами казался мне сейчас лишь кучей мусора, которую хотелось сжечь дотла.

– Кто это сделал? – спросил я, не оборачиваясь.

– Видео с камер клуба уже изъяты полицией, но... – врач замялся. – Там были его знакомые. Группа молодых людей.

Прошла ночь. Юки спал под действием сильных успокоительных. Его состояние стабилизировалось, но шрамы на душе не лечились зельями маны.

На следующее утро ко мне в руки попал планшет с записями. Я сидел в кабинете главврача, а Юми стояла за моей спиной. Её рука лежала на моем плече, и я чувствовал, как она дрожит от едва сдерживаемой ярости.

На экране было видео. Темный угол VIP-зала. Юки, который явно не владел собой, его голова бессильно откинута назад. И «друзья» — золотая молодежь Сеула, те, кто улыбался ему в лицо, пока он был в зените славы. Среди них выделялась одна девушка. Ли Хе Ри. Дочь влиятельного бизнесмена, которая давно крутилась в их компании.

На видео было отчетливо видно, как она смеется, глядя в камеру, пока другие удерживали Юки. Она делала это намеренно. Она знала, кто его отец. Она знала, кто его мать. И она делала это, чтобы...

– Она беременна, – раздался голос Юми.

Я обернулся. Моя жена смотрела не на экран, а куда-то в пустоту. Её глаза, обычно небесно-голубые, сейчас стали алыми, как свежая кровь. Зрачки вытянулись в вертикальные щели.

– Что ты сказала? – переспросил я.

– Я чувствую это, Джинву. Драконы чувствуют свою кровь, даже если она только зародилась в грязи. Эта тварь... она использовала его, чтобы зачать ребенка от наследника Монарха и Дракона. Она думает, что это её страховка. Она думает, что мы не тронем мать нашего внука.

Юми сделала шаг вперед, и воздух в кабинете раскалился. Стены начали покрываться инеем и пламенем одновременно.

– Джинву, милый, – её голос стал пугающе спокойным, лишенным всяких эмоций. – Найди их всех. Всех, кто был в той комнате.

– Я уже отдал приказ теням, Юми. Они не уйдут.

– Нет, – она положила руку мне на лицо, и её пальцы обожгли мою кожу. – Девушку оставь. Пока что. Пусть выносит. Пусть родит это дитя, в котором нет вины. Но как только она родит... убей её.

Я посмотрел в глаза своей жены. В них не было милосердия. В них был древний, первобытный гнев существа, чье гнездо осквернили.

– Не отправляй её в мир теней, Джинву. Не даруй ей вечность в твоем войске. Просто убей. Сразу же. Своими руками или моими — мне все равно. Она не должна дышать тем же воздухом, что и наш сын.

– Юми... – я попытался обнять её, чтобы унять эту дрожь, но она отстранилась.

– Юки и так было тяжело! – вдруг вскрикнула она, и в окнах госпиталя задрожали стекла. – Сначала этот адвокат, этот ничтожный Ли Вон, который предал его доверие! А теперь это? Мой сын... мой гордый, сильный Юки... они превратили его в игрушку!

Она запустила руку в свои черные волосы, и я увидел, как на её шее проступают чешуйки. Сейчас она не была Сон Юми, любящей матерью и женой. Она была Небесным Драконом, чьего детеныша посмели обидеть.

– Я найду их, – пообещал я, и моя тень накрыла всю больницу, выходя далеко за её пределы. – Никто из них не увидит следующий рассвет. Кроме неё. Она получит свои девять месяцев страха. Каждый день, каждую минуту она будет знать, что тень стоит за её спиной. А когда придет срок... я лично заберу долг.

Мы вернулись в палату к Юки. Он уже пришел в себя. Он сидел на кровати, обхватив колени руками, и смотрел в окно. Его ярко-синие глаза, которые всегда напоминали мне о чистом небе, теперь были тусклыми, словно подернутыми пеплом.

– Пап... Мам... – прошептал он, когда мы вошли. – Простите меня. Я был таким идиотом. Я думал, они мои друзья.

Юми подлетела к нему и прижала его голову к своей груди.

– Тише, маленький мой. Тише. Ты ни в чем не виноват.

– Я чувствую себя грязным, – голос Юки дрогнул. – Я не могу... я не могу это смыть.

Я подошел к сыну и положил руку на его татуированное плечо. Сила Монарха Теней мягко коснулась его ауры, выжигая остатки чужеродного препарата и очищая его каналы маны.

– Посмотри на меня, Юки, – сказал я твердо.

Он поднял на меня глаза, полные боли.

– Ты — Сон Юки. В твоих венах течет сила, способная сокрушать миры. То, что произошло — это не твоя слабость. Это их смертный приговор. Ты слышишь меня?

Юки медленно кивнул, и в его глазах на мгновение вспыхнул прежний синий огонь.

– Ли Вон... – начал он.

– О нем забудь, – отрезал я. – Его больше не существует для этого мира. А те, кто сделал это сегодня... они позавидуют мертвым.

Я вышел из палаты, оставив их вдвоем. Мне нужно было место, где я мог бы выпустить свою ярость, не разрушив город.

В коридоре меня ждал Игрис. Верный рыцарь склонил голову.

– Мой повелитель, мы нашли их. Они пытаются покинуть страну на частном самолете.

– Перехватите, – скомандовал я, и мои глаза вспыхнули фиолетовым. – Доставьте их в пустую зону рейда. Я хочу видеть их лица, когда они поймут, чью кровь они пролили.

Вечером того же дня в глубоком подземелье, скрытом от глаз ассоциации, раздавались крики, которые не слышал никто, кроме теней. Я стоял в центре круга, наблюдая за тем, как те, кто считал себя «золотой молодежью», ползали у моих ног, захлебываясь слезами и мольбами о пощаде.

– Вы думали, что статус ваших родителей защитит вас? – я медленно шел между ними, и каждый мой шаг отзывался треском костей под их весом. – Вы думали, что охотник S-ранга — это просто красивая картинка в журнале?

Ли Хе Ри сидела в стороне, прижимая руки к животу. В её глазах был не раскаяние, а холодный расчет. Она все еще верила, что её состояние — это щит.

– Вы не убьете меня, – прохрипела она, глядя на меня снизу вверх. – Я ношу наследника вашего рода. Если вы убьете меня, вы убьете свою кровь.

Я присел перед ней на корточки. Мое лицо было в нескольких сантиметрах от её.

– Ты права, – я улыбнулся, и эта улыбка заставила её содрогнуться. – Сейчас — не убью. Ты будешь жить в самом лучшем замке, под охраной моих самых верных теней. Ты будешь получать лучшую еду и лучший уход. Ты родишь этого ребенка.

Её губы тронула торжествующая ухмылка.

– Но, – я перехватил её взгляд, – в ту секунду, когда пуповина будет перерезана, ты перестанешь быть нужной. Я не дам тебе даже взглянуть на него. Ты умрешь, зная, что твой план провалился. Твой ребенок никогда не узнает твоего имени. Он будет воспитан как истинный Сон. А ты... ты станешь просто пылью, о которой никто не вспомнит.

Ухмылка сползла с её лица, сменившись мертвенной бледностью.

– Игрис, – позвал я.

Рыцарь выступил из тени.

– Забери её. Помести в «Клетку Безмолвия». Обеспечь ей безопасность до родов. Остальных... – я обернулся к дрожащим парням. – Отдай их Бери. Ему давно не на ком было оттачивать свои навыки пыток.

Я вышел из подземелья, чувствуя, как ночной воздух холодит лицо. Гнев не утих, он просто трансформировался в холодную, расчетливую месть.

Вернувшись домой, я застал странную картину. Сухо и Миджун сидели в гостиной, притихшие и серьезные. Ай спала на диване, обняв плюшевого дракона. А Юми... Юми сидела на полу у камина, расчесывая волосы Юки, который положил голову ей на колени.

– Как он? – тихо спросил я, подходя к ним.

Юки открыл глаза. Они были чистыми. В них все еще была печаль, но тьма начала отступать.

– Я в порядке, пап, – сказал он, и в его голосе я услышал ту самую сталь, которая была у него с рождения. – Я справлюсь. Я же твой сын, верно?

Я положил руку ему на голову.

– Ты больше, чем мой сын, Юки. Ты — наше будущее.

Юми посмотрела на меня, и в её алых глазах я увидел молчаливый вопрос. Я едва заметно кивнул. Приказ отдан. Правосудие Монарха и месть Дракона свершатся в свое время.

Этой ночью я долго не мог уснуть. Я смотрел на спящую Юми, на её фарфоровую кожу и размеренное дыхание. Я знал, что впереди нас ждут трудные времена. Ребенок, рожденный от насилия, но несущий нашу кровь... Юки, которому придется заново собирать себя по кусочкам...

Но пока я жив, пока тени подчиняются моей воле, никто и никогда больше не посмеет коснуться моей семьи. Мир может считать меня героем или чудовищем — мне все равно. Для них я — Теневой Монарх. Но для тех, кто в этом доме, я — щит. И этот щит не пробить никому.

Тень в углу комнаты шевельнулась — Бери докладывал об окончании «работ». Я закрыл глаза. Впереди было девять месяцев ожидания. Девять месяцев до того, как пепел окончательно осядет на могилу тех, кто забыл, что значит гнев богов.