Семья сон
Цена инстинкта
Бумаги ложились на стол одна за другой, шурша в полумраке кабинета, словно сухие осенние листья. Я лихорадочно перебирал документы: права на собственность, банковские счета, скрытые активы, которые я копил годами. Всё это больше не имело значения для меня прежнего. Теперь у этих богатств появилась цель. Юки. Мой сын. И мои внуки, Алекс и Миджун.
Двадцать два года моей жизни с Ча Хэ Ин оказались искусно выстроенным замком из песка, который прилив правды смыл за считаные минуты. Я не чувствовал ярости, не чувствовал даже боли — лишь звенящую, ледяную пустоту. Женщина, которую я боготворил, сознательно лишила меня счастья быть отцом ради своей фигуры, ради статуса идеальной пары, ради красивой картинки для прессы. А когда её ложь вскрылась, она без колебаний приказала уничтожить мою настоящую кровь.
– Мой Король, – из угла комнаты бесшумно соткался Игрис, его доспехи едва заметно поблескивали в темноте. – Вещи собраны. Документы на перевод основных средств Ассоциации в частный фонд вашего сына готовы.
– Хорошо, – я даже не поднял головы, подписывая последний бланк. – Берр уже на месте?
– Да, мой господин. Его тени рассредоточены по периметру особняка молодого господина Юки. Ни одна живая душа не пройдет незамеченной.
Я кивнул, чувствуя, как внутри ворочается тяжелая, темная сила. Теневой Монарх во мне требовал действия. Я хотел поскорее покинуть этот дом, пропахший ложью и дорогим парфюмом Хэ Ин, и оказаться там, где в колыбелях спало мое будущее. Будущее, которое я защищу любой ценой.
Вдруг воздух в кабинете резко похолодел. Мои чувства, простиравшиеся на километры вокруг, уловили волну чужеродной, агрессивной магии. Но это было не в моем доме. Сигнал тревоги пришел от одной из теней, оставленных у особняка Юки.
«Нападение! Нарушение периметра! Сильные энергетические всплески!» – ментальный крик теневого солдата оборвался, когда его развеяли.
Сердце пропустило удар. Хэ Ин. Она не стала ждать. Эта безумная женщина действительно решила исполнить свою угрозу.
– Игрис, оставайся здесь и закончи с вещами, – процедил я сквозь зубы, чувствуя, как глаза заливает зловещий фиолетовый свет.
– Слушаю, господин, – рыцарь преклонил колено, но в его голосе слышалась готовность ринуться в бой по первому слову.
Я не стал тратить время на шаги.
– Обмен тенями, – сорвалось с моих губ.
Пространство вокруг меня сжалось, превращаясь в узкую точку, а затем с грохотом развернулось обратно. Но вместо привычного тепла домашнего очага меня встретил запах озона, паленой плоти и дорогой элитной брони. И еще — запах табачного дыма.
Я застыл на месте, осматривая открывшуюся картину.
Двор перед особняком Юки был превращен в зону боевых действий. Некогда идеальный зеленый газон был перепахан, земля покрылась глубокими трещинами, из которых всё еще струился едва заметный черный туман. Но это были не мои тени.
Из земли, словно гигантские доисторические змеи, вздымались огромные, иссиня-черные щупальца. Они извивались, со свистом рассекая ночной воздух, и прочно удерживали нескольких человек. Это были элитные охотники, личная гвардия Ча Хэ Ин, нанятая ею через подставные гильдии. Сейчас эти сильные, уверенные в себе мужчины и женщины висели в воздухе, опутанные теневыми отростками, и не могли даже пошевелиться. Их магия была полностью подавлена.
А в самом центре этого хаоса лежало тело.
Я сделал шаг вперед, и мои сапоги тихо хрустнули по осколкам разбитого защитного барьера. Ча Хэ Ин лежала на спине. Её легендарные доспехи S-ранга, выкованные из редчайших материалов и способные выдержать удар титана, были разломлены на груди, словно дешевый пластик. Глаза Хэ Ин были широко открыты, в них застыл вечный, неописуемый ужас. Она была мертва. Сила, сокрушившая её, была настолько колоссальной, что не оставила ей ни единого шанса на спасение.
Рядом с телом, прислонившись спиной к уцелевшей мраморной колонне крыльца, стоял Юки.
На нем были всё те же серые штаны и черная футболка, теперь слегка порванная на плече. Взъерошенные черные волосы падали на лоб, а небесно-голубые глаза светились в темноте тусклым, опасным светом. В правой руке он держал зажженную сигарету. Он затянулся, выпустив густую струю дыма, и медленно перевел взгляд на меня. В его позе не было страха или паники — только глубокая, взрослая усталость.
Щупальца за его спиной послушно замерли, словно верные псы, ожидающие команды хозяина.
– Извини меня, – негромко сказал Юки, и его голос слегка дрогнул, выдавая внутреннее напряжение. – Кажется, я убил твою жену.
Я молчал, не в силах отвести взгляда от тела женщины, с которой делил постель больше двадцати лет. Внутри меня не повернулось ничего. Ни капли скорби. Только холодное осознание неизбежности. Она сама выбрала этот путь.
Юки снова затянулся, поморщился и отбросил окурок в сторону, раздавив его носком кроссовка.
– Она появилась здесь минут десять назад, – продолжил парень, скрестив руки на груди. – С ней были эти ищейки. Она ворвалась на территорию, начала кричать... Называть моих детей выродками, бастардами. Кричала так громко, что разбудила Алекса и Миджун. Они заплакали.
При упоминании детей взгляд Юки на мгновение стал хищным, а теневые щупальца вокруг него угрожающе зашевелились.
– Она выхватила меч, – Юки посмотрел на свои ладони, на которых всё еще плясали искры черной магии. – Сказала, что сотрет нас с лица земли, чтобы мы не портили её идеальную жизнь. Она бросилась на меня. Я... я не хотел её убивать, честно. Но когда я услышал, как плачут дети, внутри меня будто что-то взорвалось. Эта тьма... она сама вырвалась наружу. Я интуитивно защитился. Хотел просто отбросить её, связать... но, видимо, не рассчитал силу. Моя вина. Я не умею этим управлять.
Я медленно подошел к сыну. Каждое мое движение было тяжелым, наполненным силой, которая эхом отзывалась в его собственной ауре. Юки не отступил. Он смотрел мне прямо в глаза, готовый к любому исходу — даже к тому, что отец решит отомстить за погибшую жену.
Вместо этого я положил свою широкую ладонь ему на плечо.
– Ты всё сделал правильно, – тихо, но твердо произнес я. – Ты защищал свой дом. Своих детей. Монарх не должен извиняться за то, что уничтожил угрозу своему наследию.
Юки заметно расслабился. Плечи его опустились, а безумный блеск в голубых глазах начал угасать. Черные щупальца, подчиняясь его воле, медленно втянулись обратно в землю, освобождая плененных охотников. Те без сил повалились на разрушенный газон, тяжело дыша и не смея даже поднять глаз на нас двоих.
– Они видели всё, – Юки кивнул на выживших гвардейцев. – Что с ними делать?
Я повернулся к наемникам. Мой взгляд, тяжелый, как грозовая туча, заставил их сжаться от ужаса. Они понимали, перед кем стоят. Перед ними был не просто сильнейший охотник человечества — перед ними был бог, способный стереть их души из бытия одним щелчком пальцев.
– Берр, – позвал я.
Из тени за моей спиной мгновенно вырос силуэт предводителя муравьев. Его жвала угрожающе щелкнули, а глаза горели жаждой крови.
– Да, Мой Король! Позволь мне сожрать этих ничтожеств, посмевших нарушить покой вашего сына!
– Нет, – остановил я его. – Уберите территорию. Тело Ча Хэ Ин заберите. Этих... – я указал на дрожащих охотников, – заприте в подвалах Ассоциации. Я сам займусь их памятью. Ни одно слово о том, что произошло здесь сегодня, не должно выйти за пределы этого двора. Официально: Ча Хэ Ин погибла при зачистке внезапно открывшихся врат S-ранга.
– Будет исполнено, господин! – Берр склонился в глубоком поклоне и тут же издал тихий свист.
Из теней начали появляться десятки солдат, которые принялись быстро и бесшумно ликвидировать следы сражения. Они поднимали раненых, уносили тело Хэ Ин, разглаживали перепаханную землю, возвращая двору прежний ухоженный вид.
Я снова повернулся к Юки. На его лице читалось легкое удивление от того, как легко я взял под контроль ситуацию, в которой обычный человек сошел бы с ума от горя и паники.
– Она была твоей женой двадцать два года, – не удержался от вопроса парень. – Неужели тебе... совсем не жаль её?
Я посмотрел на то место, где только что лежало тело Хэ Ин.
– Женщина, которую я любил и уважал все эти годы, умерла для меня еще несколько часов назад, в моем кабинете, – ответил я, и мой голос звучал спокойно, без капли фальши. – Та, что пришла сюда сегодня, была лишь чудовищем, ослепленным эгоизмом и гордыней. Она была готова убить младенцев ради своего имиджа. Моя скорбь осталась там, в прошлом. Сейчас у меня есть только ты и дети.
Юки внимательно вглядывался в мое лицо, словно искал признаки лжи, но, найдя лишь абсолютную уверенность, слабо улыбнулся.
– Ну и методы у тебя, папа, – впервые это слово слетело с его губ так естественно, без иронии или горечи. – Ладно. Раз уж ты здесь, и раз уж твои подданные так быстро наводят порядок... может, зайдешь? Дети до сих пор капризничают. Мне кажется, они чувствуют остатки этой магии.
– Конечно, – я почувствовал, как лед в моей груди окончательно тает, уступая место мягкому теплу. – Пойдем.
Мы поднялись по мраморным ступеням и вошли в дом. Внутри царил уют, резко контрастировавший с тем ужасом, что творился снаружи. Из дальней комнаты доносился тихий, жалобный плач.
Юки провел меня в детскую. Две колыбели стояли рядом. Маленький Алекс ворочался, суча крошечными ножками, его лобик был наморщен, а из глаз катились слезинки. Миджун плакала громче, её золотистые волосики растрепались, а серые глазки, так похожие на мои, испуганно осматривали комнату.
Я подошел к колыбели внучки и осторожно, стараясь не повредить её своими огромными руками, привыкшими к оружию, поднял малышку. Она была такой легкой, почти невесомой. Как только мои пальцы коснулись её, я выпустил тонкую, едва заметную струйку своей истинной энергии — не агрессивной, а мягкой, убаюкивающей, защищающей. Это была чистая сила Теневого Монарха, укрощенная ради одной цели.
Миджун почти сразу затихла. Она уставилась на меня своими серыми глазками, затем издала забавный звук и ткнулась носиком в мою ладонь. Её крошечные пальчики ухватились за мой рука