← Назад к обзору

Шону, студент третьего курса, учится вместе с Вонхо, Минхёк, Кихён, Хёнвон, Чжухон, I.M. Лия, первокурсница на курсе лингвистики.

Ванильное небо и секретная миссия в библиотеке

Понедельник в университете всегда ощущался как начало долгого марафона, но для Сон Хёну этот день был окрашен в цвета розового зефира и нежно-голубого пальто. Он вошел в холл главного корпуса на полчаса раньше обычного, чувствуя, как в рюкзаке приятно подпрыгивает термос с облепиховым чаем — Чжухон сказал, что это отлично укрепляет иммунитет, а Лия в субботу показалась ему слишком легко одетой для такой погоды.

– Опять ты со своим «набором выживания»? – Минхёк возник из ниоткуда, как всегда сияющий и подозрительно бодрый для восьми утра. – Хёну, ты скоро начнешь носить с собой палатку и походную плитку, чтобы готовить ей горячие обеды прямо на переменах.

– Она простудится, если не будет пить витамины, – серьезно ответил Шону, поправляя лямку рюкзака. – Ветер сегодня северный.

– Северный ветер, слышали? – Минхёк обернулся к подошедшим Кихёну и Чжухону. – Наш капитан теперь не только по звездам ориентируется, но и по прогнозу погоды для своей принцессы.

– Оставьте его в покое, – Кихён поправил очки, хотя в его глазах тоже прыгали смешинки. – Шону-я, ты видел расписание лингвистов? У них сегодня окно между второй и третьей парой. Она наверняка пойдет в библиотеку. Это твой шанс.

– Шанс на что? – Шону нахмурился, его брови сошлись на переносице, придавая лицу то самое суровое выражение, которое пугало всех, кроме его друзей и Лии. – Мы просто договорились встретиться в кафе.

– «Просто» в нашем словаре не существует! – Чжухон закинул руку ему на плечо. – Тебе нужно закрепить успех субботы. Библиотека — идеальное место. Тишина, уют, огромные стеллажи... Ты можешь помочь ей достать книгу с верхней полки. Это классика жанра, Хёну! Ты высокий, она крошечная. Это буквально сцена из дорамы, которую нельзя упустить.

Шону представил Лию, тянущуюся за тяжелым томом, и его сердце привычно сжалось от желания защитить её от всех трудностей мира, даже если эти трудности — всего лишь учебник по истории языка.

– Ладно, – сдался он. – Я загляну туда. Но если вы будете шпионить, я заставлю вас всех отрабатывать дополнительные круги в бассейне.

– Мы? Шпионить? – Вонхо, только что подошедший к компании, приложил руку к груди. – Хёну, мы лишь обеспечиваем моральную поддержку. И, возможно, немного фотофиксации для истории.

***

Библиотека университета встретила Шону запахом старой бумаги и тихим шелестом страниц. Он двигался между стеллажами бесшумно, несмотря на свои габариты, — привычка спортсмена помогала сохранять координацию. Он увидел её почти сразу. Лия сидела за дальним столом в самом тихом углу. На ней был объемный белый свитер, в котором она казалась еще меньше, чем обычно, а волосы были собраны в небрежный пучок, закрепленный карандашом.

Она сосредоточенно хмурилась, глядя в раскрытый ноутбук, и периодически покусывала кончик ручки. Рядом с ней лежала та самая игрушка-поросенок, которую он выбил для неё в субботу. Увидев это, Шону невольно улыбнулся.

– Привет, – тихо произнес он, подойдя ближе.

Лия вздрогнула и подняла голову. Её глаза мгновенно расширились, а на щеках расцвел нежный румянец.

– Хёну-оппа! Ты как здесь оказался?

– У меня тоже окно, – соврал он, хотя на самом деле прогуливал консультацию по черчению. – Решил зайти, посмотреть, как ты. Принес тебе чай.

Он осторожно поставил термос на стол, стараясь не задеть её бумаги. Лия посмотрела на термос так, будто он принес ей как минимум букет из тысячи роз.

– Ты такой заботливый... Мне как раз хотелось чего-то теплого. Садись рядом? Если ты не занят.

Шону присел на соседний стул, который под его весом жалобно скрипнул. Ему казалось, что он занимает всё пространство в этом маленьком уголке, но Лия, напротив, придвинулась чуть ближе.

– Над чем работаешь? – спросил он, заглядывая в её записи.

– Старославянская фонетика, – она вздохнула, поправляя выбившуюся прядь волос. – Это так сложно. Все эти знаки, редуцированные гласные... Я запуталась в третьей палатке. Ой, то есть палатализации. Видишь, я даже слова путаю!

Шону посмотрел на её исписанный блокнот. Для него, человека цифр и чертежей, это выглядело как инопланетный шифр, но он очень хотел помочь.

– Давай посмотрим вместе, – предложил он, хотя понимал в этом не больше, чем в квантовой физике. – Иногда, если прочитать вслух, становится понятнее.

Они склонились над учебником. Шону чувствовал тонкий аромат её духов — что-то цветочное и очень легкое. Его рука лежала на столе рядом с её рукой, и он видел, насколько его ладонь больше. В какой-то момент Лия указала на схему в книге, и её пальцы коснулись его кожи. Шону затаил дыхание.

– Вот здесь, – прошептала она, не замечая его замешательства. – Почему «г» переходит в «ж»? Это же совсем разные звуки.

– Наверное, им так было удобнее произносить, – предположил Шону, стараясь сосредоточиться. – Как в спорте: ты выбираешь ту траекторию, которая требует меньше усилий, но дает больше скорости.

Лия замерла, обдумывая его слова, а потом вдруг рассмеялась — тихо, чтобы не привлечь внимание библиотекаря.

– Хёну-оппа, ты гений! Ты только что объяснил закон экономии речевых усилий через спортивную терминологию. Это самое понятное объяснение, которое я слышала.

В этот момент из-за соседнего стеллажа донеслось подозрительное шуршание. Шону резко обернулся и успел заметить край ярко-желтой толстовки Минхёка и макушку Чжухона. Они тут же скрылись в секции зарубежной литературы.

– Там кто-то есть? – спросила Лия, проследив за его взглядом.

– Просто сквозняк, – отрезал Шону, пообещав себе, что тренировка по плаванию сегодня для некоторых будет особенно долгой. – Слушай, Лия... Я хотел спросить. В следующую пятницу в университете будет вечер кино. Мы могли бы пойти вместе?

Лия отложила ручку и посмотрела на него так тепло, что Шону почувствовал, как у него внутри всё плавится.

– Я бы очень хотела. Но там же будут все старшекурсники... Твои друзья не будут против, если ты придешь с первокурсницей?

– Мои друзья — это последняя проблема, о которой тебе стоит волноваться, – усмехнулся Шону. – Они уже, кажется, любят тебя больше, чем меня.

– Это потому что ты им рассказываешь про меня? – она хитро прищурилась.

– Я... – Шону замялся, почувствовав, как краснеют уши. – Я просто говорю, что ты очень старательная. И что тебе нужно помогать.

Лия вдруг протянула руку и осторожно коснулась его плеча.

– Ты такой большой и сильный, Хёну. Но иногда мне кажется, что ты стесняешься этого больше, чем я своей неуклюжести. Тебе не нужно постоянно меня опекать, но... мне очень приятно, когда ты это делаешь.

Шону накрыл её руку своей.

– Я не могу иначе. Когда я вижу тебя, мне кажется, что мир вокруг становится слишком резким и грубым. Я просто хочу быть твоим буфером. Чтобы об тебя ничего не билось.

Она прикусила губу, глядя на их соединенные руки.

– Тогда в пятницу?

– В пятницу, – подтвердил он. – Я зайду за тобой в общежитие. И не забудь надеть что-нибудь теплое, в актовом зале всегда дует из окон.

– Слушаюсь, капитан! – Лия в шутку приложила руку к виску, и Шону не выдержал, легонько щелкнув её по носу.

***

Когда Лия вернулась к своим занятиям, а Шону, светясь от счастья, вышел из библиотеки, его уже ждал «комитет по встрече» в полном составе. Они выстроились вдоль стены, скрестив руки на груди, с самыми серьезными минами, на которые были способны.

– «Я просто хочу быть твоим буфером»? Серьезно, Шону? – Минхёк едва не задыхался от смеха. – Это было так слащаво, что у меня сейчас зубы заноют.

– Вы подслушивали, – констатировал Шону, стараясь сохранять невозмутимость, хотя его выдавала легкая улыбка.

– Мы проводили полевые испытания твоих коммуникативных навыков, – поправил его I.M., не отрываясь от телефона. – И должен сказать, прогресс налицо. Ты перешел от дарения пластырей к метафорам. Это уровень как минимум четвертого курса.

– Хёну-я, ты молодец, – Вонхо подошел и крепко обнял друга за шею. – Мы видели, как она на тебя смотрела. Ты для неё настоящий герой. Только, пожалуйста, не пытайся на кинопоказе принести ей плед весом в десять килограммов. Дай девушке подышать.

– Я принесу термос, – упрямо сказал Шону. – И, возможно, подушку. Стулья в зале жесткие.

Кихён только вздохнул, качая головой.

– Безнадежен. Наш медведь абсолютно, бесповоротно влюблен.

– И это прекрасно, – Хёнвон, который до этого дремал, прислонившись к стене, открыл глаза. – Пойдемте в столовую. Наблюдение за чужим счастьем пробуждает зверский аппетит.

Шону шел впереди своих друзей, слушая их привычные перепалки и шутки. Он чувствовал себя так, будто мог бы сейчас передвинуть здание университета в одиночку, если бы Лия об этом попросила. Он достал телефон и быстро набрал сообщение: «Чай был вкусный? Не забудь закрыть термос плотно».

Ответ пришел почти мгновенно: «Очень вкусный! И пахнет тобой. Удачи на парах, мой большой буфер! <3».

Шону остановился посреди коридора, глядя на это маленькое сердечко в конце фразы.

– Эй, Хёну, ты чего застрял? – крикнул Чжухон.

– Ничего, – ответил он, убирая телефон в карман. – Просто... сегодня отличный день.

И хотя впереди была сложная неделя, тренировки и бесконечные чертежи, он знал, что в пятницу вечером он снова увидит её улыбку. А пока у него была важная задача — найти самую мягкую подушку в этом городе, потому что комфорт его Лии был важнее любых законов фонетики или физики.