← Назад к обзору

Сльози и боль от прошлого.

Танец стихий и хмельное откровение

Пространство между мирами, казалось, решило окончательно превратиться в бесконечный кинотеатр. Едва ниндзя, мастера стихий и злодеи успели переварить увиденное, как новая вспышка света ослепила их. Когда зрение вернулось, все обнаружили себя на тех же мягких диванах. Состав зрителей остался прежним: Кай, Ния, Зейн, Коул, Джей, Мисако, Мастер Ву, Гармадон, Морро, Харуми, Лорд Рас, Оверлорд, Сора, Арин, а также новоприбывшие Вайлдфайер, Рию и П.И.В.В.Ж.

– Опять? – Кай обреченно откинулся на спинку. – Знаете, если я еще раз увижу, как мой лучший друг превращается в модель для обложки любовного романа, я потребую компенсацию за моральный ущерб!

– Мои датчики фиксируют, что уровень напряжения в этом зале скоро достигнет критической отметки, – П.И.В.В.Ж. ровным голосом просканировала присутствующих. – Температура Кая повышена на два градуса, а Гармадон... кажется, он готов уничтожить экран.

– Я просто хочу, чтобы этот «Ник» перестал лапать моего сына на глазах у всей вселенной! – Гармадон сжал все четыре кулака так, что костяшки побелели.

На гигантском экране запульсировали знакомые буквы: «Загрузка... пожалуйста, подождите». А затем изображение прояснилось, являя продолжение всё той же тренировочной площадки в небесном монастыре.

Обстановка накалилась. Вместо легкой разминки зрители увидели настоящий эпицентр магического шторма. В центре площадки стояли Ллойд и Ник, и воздух вокруг них буквально искрил.

Ллойд выглядел величественно и пугающе одновременно. Его золотые крылья были раскрыты на всю мощь, а изумрудный хвост нервно бил по камням, высекая искры. Глаза светились чистым фиолетовым огнем Они, но в глубине зрачков всё еще мерцало золотое сияние Дракона.

– Ну же, Ллойд! – выкрикнул Ник, его белоснежные волосы развевались на ветру, созданном их энергией. – Покажи мне всё, на что ты способен! Не сдерживайся!

– Ты сам напросился, Ник! – Ллойд взмыл в воздух, и в его руках сформировались сферы, в которых бурлили все стихии сразу: огонь, лед, земля и молния.

В зале Джей вскочил с места:

– Эй! Он использует наши силы! Смотрите, это же моя молния!

– Это не просто молния, Джей, – тихо сказал Ву. – Он объединяет их через энергию созидания. Это высший уровень мастерства.

Ллойд обрушил на Ника шквал атак. Огненные вихри сменялись ледяными шипами, а земля под ногами стража вздымалась, пытаясь поглотить его. Ник, используя силы стража, двигался как тень. Он исчезал в одном месте и появлялся в другом, оставляя за собой лишь черные перья и эхо насмешливого смеха.

– Слишком медленно, мой дракон! – Ник внезапно материализовался прямо перед Ллойдом в воздухе и нанес удар, окутанный темной энергией.

Ллойд заблокировал его крыльями, и от столкновения их сил по всему монастырю прошла мощная волна, сбившая с ног даже Первого Мастера Кружитцу, который сидел в стороне.

Старик, к слову, выглядел уже совсем не по-божески. На его столике прибавилось пустых бутылок, а «Эликсир Высшей Гармонии» явно был смешан с чем-то гораздо более крепким из запасов Эмили. Первый Мастер сидел, обняв бочонок, и его шляпа окончательно сползла на затылок.

– Бейте... бейте друг друга... – пробормотал дед, икая. – Главное — не разбейте мой любимый чайник... Ох, какой баланс... какой чудесный фиолетовый баланс в моих глазах...

– Дедушка совсем плох, – прошептала Сора, глядя на экран. – Он вообще понимает, что происходит?

– Думаю, он просто пытается заглушить шок от того, что его внук вытворяет, – хмыкнул Морро.

На экране Ллойд, раззадоренный словами Ника, решил сменить тактику. Он призвал силу Они на полную мощность. Его кожа начала покрываться темными узорами, а когти удлинились. Он рванул к Нику, и на этот раз страж не успел увернуться. Ллойд обхватил его хвостом за талию и, используя инерцию крыльев, впечатал в стену монастыря.

– Поймал! – прорычал Ллойд. Его голос теперь звучал как раскат грома.

Он прижал Ника к стене, удерживая его обеими руками за плечи. Из-за физического перенапряжения и избытка магии Ллойд тяжело дышал, и его грудь, не прикрытая кимоно, бурно вздымалась.

– Ты... ты слишком много болтаешь, – выдохнул Ллойд прямо в губы Нику.

Ник не выглядел побежденным. Напротив, он улыбался, и в его красных глазах читалось бесконечное восхищение.

– О боги, Ллойд... когда ты такой яростный, я готов позволить тебе разрушить этот мир, – Ник подался вперед, сокращая расстояние между ними до минимума.

В зале Гармадон закрыл лицо всеми четырьмя руками, а Кай начал громко кашлять.

– Опять начинается! – закричала Вайлдфайер. – Сейчас они снова будут целоваться вместо того, чтобы драться! Где экшен?!

Но Ллойд внезапно отстранился. Он потянулся к столику деда, схватил одну из открытых бутылок с прозрачной жидкостью и сделал внушительный глоток.

– Ллойд, нет! – крикнула Мисако в зале. – Это же... это очень крепко!

Ллойд на экране закашлялся, его глаза расширились, а лицо мгновенно стало пунцовым.

– Ух... – он вытер рот тыльной стороной ладони. – Что это за огонь?! Дедушка, ты что, пьешь расплавленную лаву?

– Это... это напиток богов... – ответил старик, не открывая глаз. – Называется «Слезы Оверлорда»... или «Радость Эмили»... я уже не помню... Пей, внучек, это поможет тебе... понять суть вещей...

Ллойд сделал еще один глоток, и на этот раз его движения стали более расслабленными. Он повернулся к Нику, и в его взгляде появилось что-то совершенно новое — смесь пьяной уверенности и игривости.

– Знаешь, Ник... – Ллойд подошел к стражу, пошатываясь, и ткнул его пальцем в грудь. – Ты такой... такой правильный. Всегда защищаешь, всегда учишь... А я хочу... я хочу, чтобы ты просто замолчал и...

Он не договорил. Ллойд схватил Ника за воротник и притянул к себе, вовлекая в поцелуй, который был гораздо более откровенным и жадным, чем все предыдущие. Под воздействием алкоголя и магии Ллойд окончательно потерял контроль. Его хвост собственнически обвил ногу Ника, а крылья плотно сомкнулись вокруг них, создавая золотой кокон.

Зрители в зале замерли в шоке.

– Он... он его сейчас просто съест, – прошептал Джей, широко открыв глаза.

– П.И.В.В.Ж., отключи запись! – закричал Зейн. – Это нарушает все протоколы приличия!

– Я не могу, Зейн, – ответила андроид, и в её голосе послышалось странное любопытство. – Мои алгоритмы показывают, что это важная стадия эмоциональной разрядки.

На экране Ник, ошеломленный такой инициативой, на секунду замер, но тут же перехватил инициативу. Он подхватил Ллойда под бедра, поднимая его и прижимая к себе еще крепче. Ллойд обхватил его ногами, и они начали медленно опускаться на траву, не разрывая поцелуя.

В этот момент Первый Мастер Кружитцу, который, казалось, спал, вдруг резко сел. Он посмотрел на копошащийся золотой кокон, затем на пустую бутылку в своей руке.

– Ох... – старик густо покраснел. – Кажется, я переборщил с ингредиентами... Внучек... Ллойд... ты там как? Ты еще ниндзя или уже... полностью Они?

Он попытался встать, но ноги его не слушались. Посох соскользнул, и дед повалился обратно на подушки.

– Ладно... – пробормотал Создатель Ниндзяго. – Любовь — это тоже... вид Кружитцу... Наверное... Очень... очень близкое Кружитцу...

Ллойд на экране наконец оторвался от губ Ника. Он выглядел совершенно пьяным и счастливым. Его рожки светились мягким светом.

– Ник... а почему у тебя... четыре глаза? – спросил Ллойд, хихикая и пытаясь сфокусировать взгляд.

– Потому что ты выпил слишком много дедушкиного «чая», – Ник нежно погладил его по щеке, убирая прилипшую прядь волос. – Идем в дом, мой маленький дракон. Пока ты не решил попробовать на вкус облака.

– Не хочу в дом... – заупрямился Ллойд, утыкаясь носом в шею Ника. – Хочу здесь... тут звезды красивые... и ты... ты тоже красивый...

Ник вздохнул, его взгляд был полон такой нежности, что даже злодеи в зале притихли.

– Ты невыносим, когда пьян. Но я люблю тебя даже таким.

Он поднял Ллойда на руки. Ллойд, окончательно обмякнув, обнял его за шею и что-то неразборчиво забормотал про «розовых драконов» и «персиковый блеск».

Они прошли мимо спящего Первого Мастера. Старик теперь тихо храпел, обнимая пустой бочонок и бормоча во сне:

– Баланс... равновесие... еще одну чашечку... и никакой магии...

В зале Харуми презрительно фыркнула, хотя её руки дрожали.

– Это просто жалко. Великий герой превратился в это...

– Это называется «быть живым», Харуми, – тихо сказал Морро. – Он счастлив. А мы — просто тени в его прошлом.

Экран начал медленно гаснуть. Последним кадром было лицо Ллойда, спящего на плече Ника, когда тот нес его по коридорам монастыря. На губах ниндзя играла слабая улыбка, а его золотое крыло лениво свисало вниз, задевая пол.

В зале вспыхнул свет. Зрители начали приходить в себя.

– Ну... – Кай поднялся, потягиваясь. – По крайней мере, тренировка удалась. Ллойд теперь может сбить врага с ног одним только своим перегаром.

– Кай! – Ния толкнула его в бок. – Это было... честно. Он наконец-то расслабился.

– Да уж, расслабился так расслабился, – Джей нервно хихикнул. – Я никогда не забуду лицо дедушки, когда он пытался встать. Это было круче любого боя с Оверлордом.

Мисако вытирала слезы платком.

– Мой мальчик... он нашел свой покой. И неважно, как это выглядит со стороны.

Гармадон стоял молча. Его глаза больше не горели яростью. Он посмотрел на свои руки, затем на пустой экран.

– Если этот страж сделает его несчастным... я найду способ прорваться в тот мир, – тихо произнес он. – Но пока... кажется, мой сын в надежных руках. Даже если эти руки постоянно его трогают.

Вспышка света начала поглощать зал. Ниндзя, мастера и злодеи начали растворяться в воздухе, возвращаясь в свои реальности.

– Эй, Рию! – крикнул Арин, подхватывая дракончика на руки. – Мы еще увидимся!

– П.И.В.В.Ж., сохрани эти данные, – попросил Зейн. – Думаю, нам стоит проанализировать технику боя Ллойда... когда мы все перестанем краснеть.

– Данные сохранены и зашифрованы, Зейн, – ответила П.И.В.В.Ж. – Уровень доступа: «Только для тех, кто верит в любовь».

Через мгновение зал опустел. Остались только пустые диваны и черный экран, на котором на секунду появилась надпись:

«Самая сильная магия — это не стихии. Это способность быть собой рядом с тем, кто тебя принимает. Даже если ты пьян, у тебя есть хвост и ты боишься мышей».

А в далеком небесном монастыре двое влюбленных спали, укрытые золотыми крыльями, пока старый мастер в саду видел сны о том, как он танцует на облаках с бутылкой эликсира. И в этом мире, наконец, воцарился истинный, хоть и немного хмельной, баланс.